Исцеление
21 июня 2025 г., 12:34
В одной из тёмных спален полуразрушенного особняка Маргарита ожидающе сидела в кресле, сцепив руки. Бессознательное тело лежало на большой кровати, а рядом на тумбе в беспорядке находилась аптечка. Она провозилась с Ваней час, обследуя тело, и, благо, не нашла ничего серьёзного. Сейчас он пребывал в состоянии лихорадки — росинки пота на лбу и учащённое дыхание говорило об этом. Она выплакала слёзы; глаза стали тяжёлыми и покрасневшими, и как бы она ни звала его — он не просыпался.
Долго сидеть девушка не стала. Она вышла из спальни и встретилась в коридоре с Эреном, который всё это время тихо стоял за дверью.
— Как он?
— Находится в глубоком сне. По синякам на его коже от уколов похоже на то, будто его чем-то травили. Анализ, к сожалению, не могу взять. Место не располагает… — Маргарита смотрела прямо ему в глаза, внутренне сжимаясь.
— Будем надеяться на лучшее. Капитан приказал всем отдохнуть, чтобы набраться сил перед возвращением домой.
— Я ещё не проверила состояние Хлои, — устало произнесла она, собираясь пройти мимо него, как Йегер взял её за локоть.
— С ней всё хорошо, Микаса рядом с ней. Тебе нужно отдохнуть, — Эрен протянул ей ранец: лямка лопнула от веса содержимого, но теперь была на месте, а сбоку вышита белая птичка, которой не было. — Микаса передала тебе.
Маргарита рассмотрела ровные шовчики, удивляясь такой аккуратной работе. Микаса передавала через неё слова извинения, но так, чтобы только она поняла.
— Увижу её, скажу спасибо. У неё талант, — Деккер погладила рисунок, наконец-то тепло улыбнувшись, чего так хотел увидеть Эрен на её лице.
— Я рад, что ты не перестаёшь радоваться мелочам, и не удивлюсь, если, потеряв ранец, очень расстроишься.
Маргарита вдруг покраснела, заправляя выбившийся локон волос из ослабленной косы, и даже не сразу заметила, что с этой битвой совсем забыла об обиде к Йегеру. Она, сжимая ранец у груди и краснея пуще прежнего. подняла глаза на него, чувствуя, как он пропах той самой морозной свежестью. Неловко мялась, не зная, что и сказать и на секунду почувствовала себя маленькой девочкой из марлийской семьи.
— У тебя царапина на щеке, — она, заметив небольшой порез, достала из кармана голубой рубашки упаковку пластырей и оторвала один. — Наклонись…
Она приподнялась на носочки, и Эрен послушно выполнил её просьбу, ощущая её прохладные пальцы на своей щеке, которые бережно заклеили жалкую царапину. Он смотрел прямо на её на секунду посерьёзневшее лицо, а после ощутил на своей щеке поверх пластыря её губы. Она быстро чмокнула его и отстранилась, будто ей не двадцать два, а все шестнадцать.
— Спасибо.
— Теперь я не сниму этот пластырь, — прошептал он, желая на самом деле кое-чего другого, но понимал, что поцелуя в щеку мог и не заслужить.
— Я посижу ещё с Ваней, а потом вернусь в комнату.
Эрен нахмурился, но одернул себя: ему было мало её внимания. Он очень хотел его.
— Хорошо, Маргарита.
— Что? Мне не послышалось? Ты снова назвал меня по имени? — театрально удивилась она, только вот хотевшая вернуться в комнату, как вновь услышала своё имя с его уст.
— Всё, иди к Фадееву, — он её развернул за плечи, насупившись, и не желал оправдываться на эту тему. Маргарита тихо рассмеялась, лукаво сверкая глазами, в которых больше не было обжигающего холода, и вернулась в комнату, оставляя его одного с такими же красными щеками и ускорившимся сердцебиением.
* * *
— Как ты себя чувствуешь? Вопрос повис в нагнетающей тишине. Маргарита подняла взгляд на полулежащего друга. Тот смотрел напротив себя — в стену; руки были сложены на животе и слегка подрагивали, взгляд был пустым, а уста сжаты в отвращении. Маргарита на следующий день просидела подле него полдня, и ближе к вечеру Иван пришел в себя, не сразу признавая окружение. Но когда дошло осознание, он тут же успокоился, словно смирился. — Я почему-то не чувствую своих глаз. Словно у меня их нет… — Ваня поднял руки, чтобы потрогать свои веки. Маргарита молчала, надломив брови и сжав губы. Он замер и отнял руки от лица. Ей не нужно было говорить, что с ним сделали. — Ха, — грудной смешок вылетел с его губ. Девушке хотелось разорваться на несколько частей от его внезапного смеха, пробудившего мурашки на её коже. Иван склонил голову к плечу, смотря мимо неё и растягивая уста в широкой улыбке, которая спустя секунду исчезла, и вновь вернулась эта брезгливая усмешка. — Смешно, потому что я больше не увижу мать, сестру и тебя… С тобой всё в порядке? Я помню, как пытался выломать дверь в монастыре и спасти тебя, но потом — яркая темнота. Маргарита протянула ладонь и положила ее на его руку. Выдержала этот пустой взгляд и его дрожащий голос, стараясь не пропускать происходящее сквозь себя. — Со мной всё хорошо. Ребята спасли меня, — не хотела беспокоить его тем, что пережила. Теперь это было не в её характере, хоть и любила покапризничать ради сочувствия других, но всё это было по пустякам, а сейчас совести не хватало. Иван спросил, сколько времени провёл под наркотиками и как сейчас обстоят дела с поиском копья. Маргарита рассказала ему всё, что знала, и как его бывшие товарищи — Ильяс и Мортимер помогли им, пойдя против Мадины, но после пожертвовали собой. Ваня, молча выслушав её, попросил оставить его. Маргарита вышла за дверь, ощущая на плечах груз камней, тянущий её вниз. И с тяжёлым вздохом оттолкнулась от двери, направляясь по коридорам особняка Аллы. Ребята уже должны были вернуться с разведки: сегодня утром они отправились искать копьё. Здесь осталась только она и Хлоя, которая потихоньку приходила в себя. Услышав разговоры в одной из комнат, Маргарита заглянула на кухню и обнаружила Сашу, Конни и двух Аккерманов, которые пили чай и подкреплялись тем, что находили. —… Вот, её коготь, в дереве торчал, — Конни положил на стол то, что осталось от женской особи. Саша развернула в тряпке коготь женской особи и придвинула Леви, но тот безразлично посмотрел на содержимое, небрежно махнув рукой, чтобы обратно завернули. — Как дела? — спросила она, оставаясь у порога, и среди них не нашла Эрена. Одна мысль о нём непрошено и настойчиво забивалась в голову среди других беспорядочных мыслей. — В пару миль от нас стоит ещё один особняк. Мы доскакали до него, но он так же пустует. А могилу так и не нашли, — доложила Блаус, сдержанно улыбаясь румяными щеками, и бегала глазами по содержимому стола, чувствуя надоедливый голод. — Скорее всего, Дамиана… А где Эрен? — Ха-ха, видела бы ты, как он сегодня впечатался в дерево, — рассмеялся чистым заливистым смехом Конни. — Его можно понять, ведь УПМ новое, и он ещё не приноровился, — скосила на него укоризненный взгляд Микаса, сидевшая рядом с Леви с чашкой чая. — У него с кадетских времён всегда были проблемы с ним, — махнул ладонью Спрингер — вся эта ситуация его забавляла, что он не переставал давить улыбку. — На улице остался, исправляет неполадки в своём УПМ, — сказал Леви, поднося чашку ко рту. Микаса отреагировала на этот раз спокойно, посмотрев на Маргариту уже другим взглядом. — Завтра последний день, ищем копьё и отправляемся на базу, задерживаться нельзя. Маргарита покинула их компанию, на выходе накинула на себя шинель и вышла на улицу, найдя Эрена рядом с лошадьми, которые были привязаны к колоннам особняка. Йегер сидел на ступенях крыльца, рядом лежали лезвия и баллоны с газом; сам юноша наматывал леску и проверял рукоятки. Лицо его было слегка напряжённым из-за сведённых бровей на переносице, но, когда Маргарита подошла к нему, черты лица расслабились. — Что у тебя случилось, что сидишь здесь один, когда остальные уже отдыхают и едят? — Левую рукоятку заклинило во время полёта, не смог зацепиться за дерево и повис на одной. Девушка улыбнулась, вспоминая лицо Конни и его смех, и села рядом, любопытно бегая глазами по экипировке. — Ваня очнулся… — перевела взгляд на его профиль: на щеке по-прежнему красовался её пластырь. — Наверное, мне лучше пока не появляться ему на глаза, — грустно усмехнулся он, вновь щёлкнув рукояткой, которая пустила гарпун и вернула его на место, проволочив по снегу. — Как он? Маргарита лишь обречённо вздохнула: — Не описать словами, что я видела на его лице… Эрен понимающе кивнул, позволив задумчивому молчанию повиснуть между ними до тех пор, пока Маргарита вдруг не спросила: — Что тебя сподвигло пойти в солдаты? — она убрала руки в рукава. Несмотря на суровый климат Мансе, сегодня ветер казался теплее. Небо постепенно приобретало розовый вечерний оттенок, а снег медленно опускался им на головы. — Почему ты хочешь это знать? — Эрен продолжил смотреть на рукоятку, словно в ней могли скрываться ещё поломки. — Я должна знать человека, который похитил меня, — лукаво улыбнулась она, вспоминая их первый странный разговор, который вызывал лишь неприятные эмоции, но теперь ей хотелось шутить. Эрен обернулся к ней, бегая глазами по её светящимся серым глазам, по родинкам на бледном лице, опуская взгляд на улыбку. Снежинки путались в её убранных в низкие хвост волосы, засыпая голову. — Я хотел, чтобы все титаны исчезли за стенами… — сказал он и сразу же отвернулся. Видно было, как тяжело говорить ему об этом. — И прости, что напугал тебя тогда в госпитале этими словами. Постепенно я понимал, что вы такие же, как и мы — только получилось так, что мы были друг другу врагами. Каждый защищал своё и был готов умереть за это. Улыбка пропала с её лица, но ненадолго. — И… Каково это — летать как птицы? Она решила перевести тему. Эрен встал, выпрямляясь во весь рост, и кивнул на обмундирование. — Хочешь узнать? — Да… — она не сразу поняла, что имел в виду Йегер. Он попросил её подождать здесь, а после вернулся со вторым комплектом УПМ из особняка. — О нет! — Маргарита хотела сбежать, когда Эрен встал напротив неё, доставая ремни. — Но тебе же интересно. Не бойся, это не так тяжело. Мы просто полетаем, без лезвий. — Хорошо… — сдалась она и сразу же оживилась. Ей хотелось познать то, что чувствовали разведчики, находясь в полёте. Она не один раз ловила себя на этом желании, но все эти ремни и проволоки казались чем-то мудрёным. — Нужно снять шинель. Эрен подождал, когда она это сделает и, шагнув вперёд, начал сам надевать на неё ремешки, затягивая их на груди, а после на бедрах. Ремни стянули её туловище и грудную клетку, и Маргарита почувствовала себя связанной. — Почему так покраснела? — Эрен подловил её реакцию, сам получая некое удовольствие от того, что делал. Он опустился на одно колено перед ней, чтобы опоясать её колени ремешками и бедра, и нарочно поднял взгляд на неё: совершенно невинный, но в зрачках что-то сверкнуло. — Обязательно нужно всё тело затянуть? — Деккер хотела ущипнуть себя и растереть щеки, чтобы они перестали выдавать смущение. — Да, чтобы ты смогла сохранять равновесие в воздухе, поэтому всё тело должно быть напряжено ремнями. Если что-то не будет пристегнуто, то ты потеряешь возможность летать, — Эрен сделал всё быстро, но желал подольше постоять перед ней в таком положении и полюбоваться тем, как ремни красиво опоясывали её бедра. Но быстро поднялся с места. — Не замерзла? — Нет, — ей было наоборот жарко, но она промолчала. — Двигатель закрепим поверх шинели, как и газовый баллон. Эрен помог ей с шинелью. Её движения стали более скованными, и Йегер не понимал, куда пропала та самоуверенная медсестричка. Когда он закончил закреплять на ней остальное, то вручил рукоятки ей в руки. — Смотри, этот рычаг на внешней стороне для снятия лезвий — он нам не нужен, а этот поменьше — спускает крючок. Под спусковым курком находится второй спусковой крючок — им можно газовать и ускорять смотки троса. Много газа тратить не будем, так что сильно не гони, — сделал замечание он, стараясь объяснить всё максимально просто для неё. — Ты всё поняла? — Да, но если я разобьюсь об дерево, то это на твоей совести. — Молодец, не разобьёшься, — Эрен, довольствуясь своей работой, начал сам экипироваться. Справился он быстрее, и они вдвоём направились к полоске леса. Эрен продемонстрировал ей, как пользоваться УПМ, легко цепляясь гарпуном за кору деревьев и поднимаясь в воздух на толстый сук. — Попробуй, — крикнул он с высоты, и Маргарита мысленно вздохнула и выдохнула, посмотрев на рукоятки в обеих руках. Страх был, что она неправильно зацепится, перевернется в воздухе десять раз, ударится головой, зная свою врожденную неуклюжесть, и сломает запасной УПМ разведчиков. — Давай, у тебя получится. Сначала закрепи трос гарпунами на дереве. Эрен продолжал подбадривать, неосознанно улыбаясь её нерешительности, которую она пыталась преодолеть. Маргарита подняла руку с рукояткой, нацелившись на то место, куда цеплялся он, и нажала на курок. Слегка вздрогнула, когда ощутила всем телом напряжение проволоки, соединяющую её с деревом, а после выстрелила вторым гарпуном. — Умница, теперь нажми на другой курок, где газ. Не бойся, я поймаю тебя, — Эрен выставил руки. Щёки от мороза успели покраснеть, как и его нос. Он стал похож на дворового мальчишку — задиру. Маргарита прикрыла глаза и нажала на курок с газом; её дернуло вперёд, трос стал наматываться, и она вскрикнула, но не успела понять, как оказалась в крепких руках Йегера. Ботинками почувствовала упор на дереве, но её тело клонилось назад, и только чужие руки не давали ей упасть. — Ну как? — выдохнул Эрен в морозный воздух, лукаво улыбаясь. Маргарита посмотрела вниз, где было пятнадцать метров, а на губах расползлась внезапная улыбка от нового ощущения. — Это что-то невероятное, — она обернулась к нему, мертвой хваткой держа рукоятки и не сразу осознавая, благодаря чему сама держится. Эрен придвинул её за талию к себе вплотную, и Маргарита задержала дыхание, заглядывая прямо в зелёные глаза и ощущая трепет в груди. На данный момент полностью зависела от него: упадёт она или нет. — Ты только поднялась на дерево и говоришь, что это что-то невероятное. Мы ещё с тобой по-настоящему не полетали, жемчужина, — он ласково убрал её выбившийся с хвоста локон волос, придерживая её уже одной рукой. Она не отворачивалась и не отталкивала его от себя — наоборот, стало интересно, насколько они далеко зайдут. Эта близость, когда она прижималась грудью к нему, ощущая стук его сердца и слышимое дыхание, побуждала мысли о том, что перед ней мужчина и что делают мужчина и женщина, когда остаются в интимной обстановке. «Боже… О чем я думаю?» — ей хотелось схватиться за голову от постыдных мыслей, которые не давали ей покоя с момента нахождения здесь. Столько проблем у них, а она думала об Эрене, как о мужчине, с которым можно… — Перейдём ко второму уроку? — отвлёк от мыслей Эрен; он заметил, как она застыла на одном месте, уйдя в себя. И сослался на её страх или непривычку, но знал бы он, о чем сейчас она думала… Маргарита отпрянула от него, устойчиво вставая на сук ногами, и спрятала передними локонами волос своё красное лицо. — Сейчас будем прыгать с ветки на ветку. Я буду страховать тебя на каждой ветке, пока сама не начнёшь уверенно приземляться на ноги. Я уверен, потом ты войдёшь во вкус, когда ощутишь этот адреналин. Эрен перелетел на следующее дерево, вновь поджидая её и ловя, когда она от неуверенности неправильно приземлялась. Но, как он и сказал, спустя полчаса они облетели большую часть деревьев, и Маргарита могла самостоятельно приземляться, а после вовсе не заметила, как стала следом за Эреном пропускать деревья, передвигаясь по воздуху за счёт гарпунов и приземляясь на третьем или четвёртом суку. Лицо её озарилось улыбкой, страх пропал, и она, не стесняясь, звонко смеялась на весь лес; наслаждалась потоком воздуха и невесомости, но позже ощутила напряжение во всех мышцах и слабость. На этом они закончили и возвращались пешком. Эрен забрал её экипировку, видя, как она отяжеляла девушку. Ноги Маргариты одеревенели, но она не жалела, что согласилась на это. От усталости отставала от Эрена, и он каждый раз оборачивался и ждал, когда она догонит, а после снял свой баллон с газом и механику, вешая себе на руку, и присел перед ней. — Запрыгивай. Маргарита застопорилась, хлопая глазами и бегая ими по его широкой спине. Он посмотрел на неё из-за плеча, кидая взгляд на себя. — Тебе не тяжело будет? — Ты сейчас серьёзно? — выгнул он бровь. — Когда-то я тебя одной рукой нёс и не думаю, что ты изменилась в весе. — Ты ведь не отстанешь, пока я не залезу на тебя? Эрен согласно кивнул, терпеливо ожидая. Маргарита была рада, что хотя бы была в штанах. Эрен вытянул назад руки, чтобы она просунула ноги и обхватила его за талию, что она сделала, но не решалась обнять его за шею, оставив руки на плечах. Он с лёгкостью поднялся с ней, покрепче перехватывая её и направляя в сторону особняка. Солнце уже ушло за горизонт, а небо стало ещё краснее и пугающе, что хотелось поскорее спрятаться в здании, но с Эреном она не ощущала особо этого страха. Его ладони крепко держали её за ляжки, и она зациклилась на том, что через ткань чувствовала жар его ладоней. — Небо здесь всегда кроваво-красное, — ответила она ему, когда он удивился этой аномалии. — Наверное, поэтому и называется Багровый пик. Всё остальное кажется черным на фоне красного, и только луна единственная проливает чистый серебристый цвет. — Ты все эти месяцы провела здесь? — аккуратно спросил он, поглядывая за тем, как красный постепенно заполнял сумерки. — Да, но по большей части — взаперти… Эрен призадумался и не заметил под ногами корень дерева, спотыкаясь о него. Маргарита от резкого и внезапного торможения пролетела вперёд него, падая чуть ли не лицом в снег. — Чёрт… Она услышала сдавленное шипение и не сдержала рвущегося смеха, но вдруг её схватили за щиколотку и дернули назад, переворачивая на спину. Её вытянутые руки оказались перехвачены за запястье одной рукой, а сумрачное небо заслонил собой Эрен, нависнув над ней. Смех прекратился, когда Маргарита осознала, в каком положении лежит; волосы разметались по снегу, а дыхание замерло вместе с движением грудной клетки, когда он прижался к ней, но не полностью — свой вес он направил на вторую руку, которая утонула в рыхлом снегу. Ноги её плотно сжаты и скрещены на щиколотках, находясь между его ног. Пару прядей волос выбились из его пучка, спадая на лоб и делая его выражение лица не таким серьёзным. Он нависал над ней, как грозовая туча; его дыхание участилось и стало осязаемым на её щеке, отчего Маргарита сглотнула, бегая глазами по его лицу и ожидая, что будет дальше. — Больше не смешно? — выдохнул ей прямо в ухо, ощутив всю её уязвимость перед ним. Губы его еле уловимо коснулись её мочки, и она вздрогнула; дыхание возобновилось и стало учащённым в такт его дыханию. Снег засыпал их пушистыми комками, а Эрен смотрел так пронзительно, ожидая её ответа. — Ну же, Маргарита, ответь мне: Что. Ты. Чувствуешь. Сейчас? Смех или… — он намеренно провёл кончиком носа по её щеке, вдыхая запах чистой кожи и вспоминая, как в госпитале она часто пахла жасмином и сладковатой грушей; её волосы под платком пахли дорогим парфюмом, а её губы вечно были накрашены блеском, и на них оставалась пудра от зефира. Она вечно таскалась с бумажными стаканчиками кофе и по лисьи улыбалась другим, но сейчас лежала перед ним — та самая марлийка с задранным носом и подозрительными глазами в его сторону. Сейчас Маргарита пахла и выглядела по-иному; её волосы пропитались травяным запахом, а кожа — морозной свежестью; её глаза стали наивно большими, а в них спрятались её вечные кошмары; её улыбка искрилась, хоть и была редкой — такой она ему больше нравилась, и нравилась настолько, что симпатия перерастала в глубокое и серьёзное чувство. И он уже признался ей в этом и хотел знать, что она чувствует к нему, особенно прямо сейчас. — Эрен, отпусти… — девушка вновь хотела скрыться от этих проницательных глаз. — Опять бежишь от очевидного? Что мне сделать для тебя, чтобы ты стала моей? Он опять припер её к стене со своим признанием, от которого обжигало жаром. Продолжал держать её крепко и оставаться серьёзным, хмуря густые брови — Эрен был готов хоть вечность лежать с ней на снегу, пока не услышит с этих губ то, что хочет, а именно правду. Маргарита устала держаться, устала противостоять ему — она послала все доводы разума к этому Господину Тьмы, проклиная его, и дрожащими губами произнесла: — Поцелуй меня. — Чёрт, жемчужина, знай, что это ты — вина моих чувств. Первый поцелуй он обрушил на её щеку, после на подбородок — именно там, где были родинки, а второй рукой оттянул воротник белой водолазки и поцеловать туда, где бился пульс. Маргарита сипло выдохнула, и, прикусив нижнюю губу, сдерживала стоны, которых стеснялась. Его горячие губы были на её бьющейся вене, а после его хватка на запястье ослабла и вовсе пропала. Он боялся ложиться на неё полностью, фиксируя свой вес на одной руке. Их губы наконец-то нашли друг друга, сливаясь в жадном прерывистом поцелуе. Эрен замирал на её губах на секунду, чтобы распробовать ощущения, которые тугим узлом стягивались внизу живота. А потом снова накидывался на податливый рот, не церемонясь и играясь с её языком, потому что он так долго этого хотел и теперь не мог остановиться. Им неважно, что они лежали на холодном снегу и только плотная ткань шинелей спасала их, и что кругом могла таиться опасность, а их явно потеряли ребята. Маргарита нашла применение своим рукам, запуская их в волосы Йегера, сжимая у корней. От нахлынувших чувств прикусила его губу так сильно, что она лопнула под натиском зубов. Эрен отстранился от неё, запыхавшись и ощутив вкус крови. — Заслужил, — и сильнее оттянул ворот водолазки, замирая, когда увидел желтоватое пятно, сходившее с её кожи, а за ним внизу прятались ещё. Стало горько и неприятно; Маргарита убрала его пальцы с ворота, уводя взгляд в сторону. — Всё в порядке, я убью его, как убил и тех уродов, причинивших тебе боль, — прошептал он, затаив рычание на дне голоса. — Они не умеют обращаться с девушкой и за это поплатятся. Ты очень красивая, и твоя красота отравляла их разумы, но мне ты нравишься не из-за этого — твоя теплая, красивая душа, которая радуется мелочам и знает в них счастье. Как бы это ни звучало, но эта проклятая ведьма сделала мне подарок, когда похитила тебя. Маргарита вернула зрительный контакт, широко распахнув глаза; представляла его разную реакцию на эти засосы, но не такую. Он прямолинеен с ней так, что она не могла найти слов. И вместо этого возобновила поцелуй, нежно погладив его щеку с пластырем. Эрен то прерывал поцелуй, накидываясь губами на её беззащитную шею, то снова находил её покрасневшие губы. Маргарита от его пылкой энергии откинула голову назад, позволяя ему всё, и посмотрела на блеклую луну. Не было больше покалывающего холода — лишь чужой неконтролируемый жар тела. Руки его нагло бродили по её телу, расстегивая шинель, поглаживали талию и фиксировали на месте. — Ну же, не сдерживайся, — он видел, как она проглатывала стоны, до крови кусая свою очаровательную нижнюю губу. Эрен набрался храбрости, утонув в голодном желании, и потянулся к её уху. — Ты ведь не знала ласки? Позволь мне первым подарить её и сделать тебе приятно? — Как? — в уголках её глаз собрались слёзы, которые готов был он целовать. — Ты не бойся, я больше не причиню тебе вреда, — он положил свою ладонь ей на щеку. — Чувствуешь, какая она теплая? Моя кровь горячее того жерла вулкана. Маргарита успокоилась, ожидая, что будет дальше. Эрен убрал руку с лица и расстегнул пуговицу на её брюках. — Что ты делаешь? — она растерянно распахнула глаза, опять встречаясь с его темными водами глаз. — Расслабься, жемчужина, и доверься мне. Мне нужна будет твоя помощь — просто перестань зажиматься и слегка раздвинь ноги. Он нежно поцеловал её рядом с ухом, молясь всем богам, чтобы она не испугалась. Её руки схватились за его плечи, а из губ сорвался тихий всхлип, когда Эрен полностью проник ладонью в её трусы, касаясь нежных складок указательным и средним пальцем. — Боже, ты уже вся намокла, — он провёл длинными узловатыми пальцами по всей промежности, собирая влагу и размазывая между подушечек. Маргарита резко прогнулась в талии, словно её ударили током, а бедрами сжала его ладонь. — Эрен, — звала его по имени, сильнее впиваясь пальцами в его плечи и боясь неизвестного. Боль, которую ей причиняли, когда раздевали и бесцеремонно брали, осталась неприятным осадком. Казалось, что так и должен происходить тот самый секс между мужчинами и женщинами… Что так и отец мог причинять боль Эбигейл. Отвращение, тупая боль, тошнота и ненависть к себе — это всё, что она чувствовала, когда насиловали её. — Всё хорошо, — Йегер успокаивал её тихим голосом и сцеловывал скатившуюся слезу по её щеке, ожидая, когда она расслабится. — Ты должна перебороть эту рану, не дай ей загноиться. Только доверься мне. Маргарита кивнула, поджимая губы, и его пальцы возобновили ласку, заставляя её низ живота гореть. Она заламывала брови, продолжая кусать губу, и Эрен не мог не налюбоваться её реакцией, сосредоточившись на движении своих пальцев, и старался сделать всё правильно. Сейчас ему нужно только её удовольствие; услышать, как ей приятно, и почувствовать, что она нуждается в нём. Его ладонь полностью легла на промежность, раскрывая половые губы пальцами. Эрен толкался ими внутрь, слегка растягивая эластичные стенки. Деккер сильнее прижалась животом к его торсу, уже не держась за его плечи, а впиваясь ногтями в них. Собственный жар испытывал Эрена, но он стойко терпел, не в состоянии привыкнуть к мысли об её узости и о том, как стенки плотно обволакивали его два пальца, желая их полностью. У самого тянуло в паху так сильно, что он не понимал, как ещё себя держит под контролем. — Ты сегодня большая умница, — поощрительно прошептал он, запоминая дрожь её распахнутых ресниц, блеск в её глазах, красные щеки и покусанные и распухшие губы, которые соблазнительно приоткрывались в тихом стоне. Он был уверен, что под слоем одежды у неё красивое хрупкое тело, а ещё… Йегер сдержанно выдохнул, ощущая, как её мягкие ляжки (на которые он теперь хочет молиться) вновь боязливо обхватили его запястье. Он был не против и медленно толкался пальцами в неё, слыша, как призывно хлюпало у неё внизу, что он силился не посмотреть туда, удерживая взгляд на её раскрытых губах. Эрен собрал все слёзы, которые норовили провести свой путь по её щекам, но он не позволял, сжимая её талию. И даже представить не мог, что Маргарита такая отзывчивая на его прикосновения. Снег под ними приятно скрипел и искрился красными блёстками, отражая цвет неба. Эрен вынул пальцы, сжимая между собой её половые губы, а потом положил большой палец на клитор, заставив девушку вздрогнуть и наконец-то издать звонкий стон. — Блять, ты доведёшь меня… — он в ответ так же отозвался, только глухо, с рычанием в горле, когда её колено левой ноги коснулось его стояка. Маргарита на краю сознания и мутной пелены необъяснимого наслаждения ощутила его возбуждение и, забывшись в этих чувствах, надавила на его твердость в штанах. Эрен продолжил ласкать круговыми движениями, возвращаясь то к набухшему клитору, то снова к манящей промежности, которую заполнил быстрыми толчками уже тремя пальцами и тихо ругался на то, как хорошо внутри неё. Ритмично трахал её пальцами, проталкивая их до костяшек и ощущая, как она сжималась и пачкала его пальцы в смазке. Сам он подстраивался под ритм, толкаясь в её предоставленное колено членом, скрытым под жёсткой тканью штанов. Они находили друг друга в поцелуе, и Маргарита, уже не стесняясь, лизала его язык и постанывала в рот, начиная пульсировать на его пальцах. Эрен беспрерывно, но неряшливо терся об неё, опаляя её губы ответными хриплыми вздохами до испарены на виске. И вдруг на девушку нахлынуло желание помочь ему. Она схватилась за его ремень, вытягивая его из бляшки одной рукой, а после второпях расстегнула пуговицу на его штанах. — Стой, — Эрен успел перехватить её руку, не давая ей даже достигнуть ширинки, и туманными глазами посмотрел на неё. — Не стоит. — Я хочу. Твои пальцы во мне, значит, я тоже имею право коснуться тебя. — Меня ненадолго хватит с тобой, — мазнул губами по её ушной раковине, продолжая натягивать её на свои пальцы, чтобы переключить внимание. Но её рука всё равно расстегнула его ширинку и проникла внутрь к плотно прижатому члену. Маргарита интуитивно потрогала его, проведя пальцами вдоль длины, и мысленно ужаснулась от его размера. — Подскажи мне, — прошептала она ему на ухо, широко лизнув его, и дрожала всем телом от его непрерывных толчков. — Погладь сначала здесь, — стыдливо выдохнул он, направляя её руку на выглядывающую и покрасневшую головку. — Вот так… М-ах… Маргарита обхватила его кончик, а большим пальцем погладила вокруг уретры, размазывая предэякулят. Эрен от смущения спрятал лицо в изгибе её шеи, ускоряясь пальцами и чувствуя, как она начинала сильнее течь. — Теперь проведи вниз, плотно обхватив его, а потом вверх, — направлял её разгорячённым шепотом он ей в шею, пуская табун мурашек. Маргарита послушно выполнила, ощущая пульсирующие вены и насколько он был твёрдым. — Подожди, совсем сухо. Он достал пальцы из её вагины со хлюпающим звуком и с тонкими нитями смазки и провёл ими по своему члену. От мысли, что он размазал её выделения по своему члену, у обоих сносило крышу. Маргарита ощутила, что вот-вот её тело содрогнётся незнакомым импульсом от того, что он творил. Её рука вернулась на место, и движения стали легче и быстрее. Эрен переключил внимание к её клитору, массируя его. — Быстрее, — просил он, сам чуть не толкаясь в её кулак. Хлюпанье её вагины доводило его; Эрен вставил до конца в неё пальцы и дернул её за талию, чувствуя скорейшую разрядку. Спина Маргариты выгнулась, и всё её тело охватила крупная дрожь; пальцы на ногах поджались, а девичий стон был высоким и звонким от полученного оргазма. Эрен продолжил её испытывать, размазывая прозрачные выделения по её складкам и дразня чувствительный клитор. — Эрен! — исступлённо закричала она, продолжая брызгать на его пальцы. Его крепкий член дернулся от произношения его имени с этих губ. Йегер прошипел сквозь сомкнутые зубы и помогал ей, обхватывая её руку своей на члене и беспорядочно покрывая её шею поцелуями. Сорвался на быстрые толчки и кончил ей в руку. Дыхание становилось тяжёлым, осязаемым, и они оба постепенно восстанавливали его и приходили в себя, осознавая то, что сейчас произошло между ними. Эрен продолжил прятать своё лицо в её шее и волосах, впервые испытав такое невероятное ощущение от дрочки. Маргарита ощущала смешанные чувства — как смущение, так и приятную дрожь, проходящую импульсами по телу. Между ног у неё было мокро, а над ней возвышалось тело юноши, которого она в жизни не смогла представить между своих ног. — Ты как? — спустя минуту отдышки спросил он и посмотрел ей в лицо, пытаясь узнать по её эмоциям, понравилось ей или нет. Маргарита была раскрыта перед ним, не оттолкнула его и сама позже проявила инициативу. Эрен не мог не насмотреться на неё, не хотелось отрываться, но понимал, что нужно им поспешить, пока за них не схватились. — Всё хорошо, мне понравилось, — отозвалась она и погладила одной рукой его горячую щеку. — Не думала, что ненависть может так сблизить. — Ты же больше не ненавидишь меня? — его сердце сжалось от вопроса, но Эрен расслабился, когда Маргарита потянулась к его губам, сминая их в нежном, переполненном чувствами, поцелуе. Йегер ответил, углубляя поцелуй, а после с трудом оторвался. — Нужно идти. Они почистили следы от их близости снегом. Эрен подобрал лежавшее в стороне УПМ, а Маргарита собрала волосы в хвост и поправила ворот водолазки, где расцвели новые засосы, но от них она не испытывала тошноту.
