Он сжёг своё сердце

      Информация об этой выставке в сети гуляла давно. Не прийти на неё было бы кощунством. Среди своих давно было известно, что странный художник Эрик Циммерман это никто иной как Курильщик. Пожалуй, это должно быть интересно. Змей усмехнулся, посмотрел на время – понял, что давно не проверял сахар. Достал из кармана смартфон и поднёс его к руке.       –Сахар в норме, значит колоть надо стандартную дозу. – Говорит он сам себе. Позже, сделав уже отработанную до автоматизма процедуру он заправил водолазку в брюки. Сверху накинул пиджак коричневого цвета и достал очки. Простые для зрения, уже не те горячо любимые когда-то, что были яркого фиолетового цвета. Они были последним напоминанием о той жизни, где были Рыжий, крысятник и Дом. Но их судьбой было горящее пламя, а место заняли обычные наружние.                     Змей был ребёнком Дома. На самом деле жизнь до Дома у него была, были любящие родители, счастливое детство. Но всё хорошее в его жизни закончилось очень быстро. Как сейчас он помнит: тёплые руки отца, что обнимают его и ласковый голос мамы, которая говорит, что они скоро вернуться и чтобы он слушался няню. Не вернулись. На следующий день пришёл человек в форме и пожилая женщина из опеки. Его хотели распределить в обычный приют, но пометка «сахарный диабет 1 типа» в его медицинской карточке отправила его в Дом.       В новом месте его приняли с трудом. Ну конечно, холёный богатый мальчик всю жизнь радующийся всему вокруг и в таком мрачном месте. Дети его откровенно недолюбливали, а взрослым было по большей степени плевать на всех. Лишь несколько воспитателей проявляли чуть большую заинтересованность, но и у них были свои любимчики. Одиночество пожирало маленького змеёныша. Спасением стал один случайный поход в могильник.       Змей был постоянным посетителем этого места. Однажды, после приёма, он зашёл в палату могильника. Там Змей и встретил его. Свой будущий смысл сущего.       –Привет!       Мальчик перед ним слегка улыбнулся. Посмотрел на него и представился:       –Я Смерть. – Его голос был странным, словно парень давно не говорил.       –Приятно познакомиться, – голос Змея лучился энтузиазмом, – а я Змей. Ой, совсем забыл, я же опаздываю. Ладно, до встречи.       Всё бы могло закончиться в этот день. Но Змей пришёл на следующий день. И ещё через один, и через неделю и продолжал там проводить каждую свободную минуту. Весь его мир сузился до ангела с чарующими глазами. Сколько же счастья у него было, когда того выписали из могильника. Змей далеко не сразу прижился во второй, но с приходом Смерти стало намного лучше.       Всё было почти замечательно, кроме одной маленькой проблемы. Если для него Смерть мог заменить весь мир, всех детей и взрослых, да вообще всех, то тому нужны были другие люди. Пришлось смириться. Во многом с этим помог Стервятник. А позже Змей и сам научился добывать различные успокаивающие его душу вещества.       С приходом в жизнь Смерти очков и нового образа, в жизни Змея появился Рыжий. Тот был так же прекрасен, но по-иному. В это же время дом открыл для Змея свои тайные тропы. Но Изнанка его неприятно удивила – цветами. Жёлтые нарциссы оплетали шею, а их лепестки мешали дышать. Каждый вздох отдавался болью в груди, поэтому про Изнанку пришлось забыть. Зато он нашёл собственное убежище, куда можно было сбежать от всех. Маленькое подвальное помещение, бывшее до ремонта игровой. Там лежал поломанный стол для настойного тенниса, стоял старый шкаф и валялся различный хлам.       Вначале Змей разобрал весь хлам, многое из которого смог выгодно обменять. Всё же обитатели Дома любили очень разные вещи и Змею это было очень даже на руку. Где-то он раздобыл кресло и постепенно сделал это место собственной территорией. С возрастом его влияние увеличивалось. Многие приходили к нему за различным конфискатом. Без проблем не обходилось. Были и те, кто пытались насильно забрать желаемое. Но каким бы милым и доброжелательным он не был в детстве, время сделало его жёстче. Одного насмешливого взгляда сквозь фиолетовые очки хватало большинству, чтобы отстать. Других же он успешно отваживал, приложив немного силы или попросив помощи у знакомых.       Некое подобие счастья ему окончательно испортил Скептик. Тот прибыл в Дом уже близко к выпуску. Он не верил Дому, Изнанке и дико раздражал, но почему то смог привлечь внимание Рыжего. Тот с ним сюсюкался как с детём малым. Водил на крышу. На ИХ место! Змей отчаянно ревновал. Появился кто-то кто смог его заменить. Да лишь частично, но всё равно. Это было так отчаянно больно, что казалось, что пресловутые нарциссы и тут до него добрались. И правда, чаще стало першить в горле, а в карманах и в волосах стали появляться ярко-жёлтые лепестки. Их запах был тошнотворным и сводил с ума.       Когда Скептик пришёл к нему, это поистине стало манной небесной. Он с радостью помог ему избавиться от жизни. Это было так приятно. После этого всё снова стало хорошо. Даже замечательно. Рыжий даже позвал его с собой в наружность. Но Змею к огромному сожалению пришлось отказаться. Наследство родителей нужно было получить в ближайшие сроки, а сделать это неизвестно где, будет проблематично.       Но он оставался на связи. Писал, звонил, иногда даже приезжал. Как бы далеко он не был, чувства не пропадали. Фиолетовые очки, любимые им ещё с Дома, он не снимал никогда. Их ему подарил Рыжий, поэтому они были так ценны. Жаль, как и всё хорошее, в его жизни, этот период вскоре закончился.       Змей занимался бизнесом и учёбой, утопая в бесконечных стопках бумаг. С Рыжим всё реже находилось время связаться или встретиться. В один день он всё же смог выкроить на это время и приехать к нему. Его встретили радушно, но безлико. Удалось встретиться с мудрой кошкой и его сыном, который «конечно же не был Слепым, а просто на него походил». Так Змей и поверил им. Рыжий же остался собой, но совершенно точно перестал быть его Смертью. Именно это и было страшно. Змей выписал очередной чек для коммуны и уехал, сославшись на появившиеся дела.       В офис он не поехал. Вместо этого он направился в свой загородный дом. Вечер был осенним и мрачным, когда-то ярко-жёлтые, а ныне тусклые и мокрые листья носились по ветру. Где-то вдали разносился скрежет. А Змей отправился на задний двор. Старые ветки и ещё не сильно отсыревшие брёвна были составлены в подобие костра. Росчерк зажигалки, яркое маленькое пламя, что вскоре превратилось в полноценный костёр.       Ярко-зелёный пиджак, занимающий в его сердце важное место со времён Дома, легко сполз с плеч. Очки, что так долго символизировали его любовь, он сложил в пиджак. Змей горько усмехнулся и этот свёрток полетел в огонь.       На небе постепенно загорались звёзды. Из-за тучи вышел яркий месяц Луны. Внутри Змея оставалась вязкий серый туман заполняющий пустоту, но он всё так же сидел и смотрел на огонь, что сжигал его сердце и дорогие воспоминания.                     Змей потряс головой. Впереди его ждала выставка и очередная встреча с бывшими обитателями Дома. Странно было осознавать, что хоть он и был ребёнком Дома, но это прошло.       Он приезжал в это место снова. Увидел бетонные остатки стен и понял, что он больше не может и не хочет возвращаться. Старая шестерёнка, которую он выменял у Табаки много лет назад, и которую он зачем-то взял с собой, полетела с размаху вдаль. Звука приземления не было, она словно испарилась, но Змею не было до этого дела. Ему пора уходить.       Возвращаясь домой он с удивлением обнаружил в кармане целый бутон ибериса. Тот был слегка мятый, но относительно целый. Змей посмотрел на него внимательно и переложил в левый нагрудный карман. Он сжёг своё сердце и то больше не болело.       Или он только хотел на это надеяться.