Где-то в параллельной вселенной...

В разгромленной парижской квартире лежащая на кровати рядом с Вилланель Ева приставляет к ее животу нож. Вилланель смотрит на нее, удивлённо усмехаясь: «Вау! Это грубо!». И Ева усмехается ей в ответ: «Ну да». На мгновение они зависают вот так – просто глядя друг другу в глаза. А затем Вилланель медленно отодвигается назад, на свою половину кровати. И спокойно спрашивает: «Зачем тебе нож?». В этом вопросе нет ни удивления, ни злости, ни растерянности. Ева смотрит на ее избитое, в ссадинах и синяках лицо, в усталые глаза… Нет ни тени усмешки. Нет больше никаких игр. Только они вдвоем – рядом, на одной кровати, и повисшая между ними тишина. Ева вдруг слышит свой негромкий голос: «Я... Я сама не знаю...». И, убирая лезвие складного ножика внутрь, она протягивает его Вилланель: «Держи». Вилланель берет нож и медленно кладет его вниз, к оставшемуся у кровати пистолету. Она снова смотрит на Еву – и серьезным тоном, но с играющей на губах полуулыбкой произносит: «Могла бы просто сказать, что мы торопимся». Напряжение момента прошло, и Ева улыбается ей - искреннее и свободно. «Мы немного торопимся» - говорит она. И Вилланель разражается смехом. «Хочешь, посмотрим фильм?». Вилланель кивает в ответ. А Ева протягивает руку, чтобы заправить выбившуюся из убранных в пучок волос прядь ей за ухо.