Королевская Экономика

Молодой парень приоткрыл свои тяжелые веки, ему так не хотелось просыпаться после вчерашнего кутежа, но над ним уже стояла женщина, слова которой жужжали в голове, отчего он не мог разобрать чего она хочет. - Хильда? Что ты тут делаешь? - Ох, Рейнхольд, твой отец хочет, чтобы ты спустился к нему. - Что отцу нужно так рано? Женщина посмотрела в окно, где во всю грело солнце своими длинными и теплыми лучами. - Уже полдень, Рейнхольд, - она улыбнулась, вещи, которые она всё это время держала в руках, положила на край кровати. - Я принесла воды, умойся и скорее одевайся. Ты прекрасно знаешь, что он не любит, когда опаздывают. Хильда скрылась за дверью, голова Рейнхольда взрывалась, будто в неё втыкаются десятки маленьких и острых иголочек. “Вот это я отметил вчера своё восемнадцатилетие, аж голова взрывается, - подумал парень, когда в попытке встать, у него потемнело в глазах”. Прохладная вода в деревянной миске обволакивала молодое лицо, утоляя жажду кожи. В горле пересохло, захотелось пить, но питьевой воды Хильда, увы, не принесла. От сильной жажды Рейнхольду пришлось испить воды, в которой он только что умывался. Немного мутная вода пробралась в его гортань, удовлетворивши хотелку организма. Кое-как собравшись, Рейнхольд покинул комнату и направился в кабинет отца. Когда он зашел в комнату, его отец, большой, но с добрым лицом и большим сердцем мужчина, сидел за столом и что-то читал. Он отвлекся, когда сын сел перед ним на стул. - Доброе утро, сын, - мужчина поднял свои темные и большие глаза на Рейнхольда и улыбнулся. - Вижу по твоему состоянию, отметил ты свое восемнадцатилетие хорошо. - Доброе утро. Да, отец. - Что ж… вчера ты веселился, но сегодня тебе нужно заняться учебой. Ты сейчас же отправишься в замок Треспии, герцог Осмонт согласился провести тебе урок экономики. - Отец, я не понимаю, зачем мне все так досконально знать? - Ох, сынок, скоро ты станешь Графом Кораллового Хребта, ты заменишь меня, ты должен быть не хуже, ведь люди надеются на хорошего правителя. Парень лишь опустил голову, соглашаясь с отцом. Экипаж уносил Рейнхольда всё дальше от дома и всё ближе к замку Треспии. Туда, куда попадают единицы, но мечтают миллионы. Рейнхольд давно хотел побывать в этом огромном здании, ведь даже его поместье по сравнению с замком казалось маленькой коробкой спичек. В любой другой день он бы прыгал от счастья, что сам Герцог Осмонт будет учить его экономике, но именно сегодня на душе было тяжело. Непонятно, это от алкоголя, или всё-таки шестое чувство? Сам Рейнхольд не мог ответить на этот вопрос. Как только кони остановились, кучер спустился со своего места и открыл сыну Графа двери. На небе уже появлялись первые звезды, когда нога парня ступила на землю. Его встретили слуги замки, они юрбой взяли вещи Рейнхольда и унесли куда-то далеко в замок. К счастью для парня, его встретил улыбающийся Осмонт. - Добро пожаловать, сын Графа Кораллового Хребта. - Здравствуйте, Ваше Высочество, - поклонился Рейнхольд. - Что ты, называй меня просто Осмонт, я слишком хорошо знаю твоего отца, чтобы позволять его сыну обращаться ко мне Ваше Высочество, - Герцог положил свою крепкую руку молодому парню на плечо и повел его в замок. Осмонт что-то рассказывал парню, а Рейнхольд лишь кивал головой, давая понять, что слушает мужчину. Они подошли к одной из комнат, остановились. - Ну, дорогой, это твоя комната на ближайшие пару дней, отоспись, а завтра начнем обучение, - Осмонт хитро улыбнулся и посмотрел прямо в неопытные глаза Рейнхольда. - Спокойной ночи. - Спокойной ночи, Герцог Осмонт. Рейнхольд завалился в комнату и сразу же упал на кровать и уснул. Утром к нему заглянула служанка, принесла воду для умывания и еду. - А почему еда в комнате? - Простите, господин, но Герцог Осмонт приказал вам завтракать у себя в спальне, - она покосилась на дверь, проверяя, не подслушивает ли кто, и понизила голос. - Сейчас завтракает будущая королева, племянница Герцога. Она редко ест в общей столовой, в основном её личная служанка сама приносит ей еду, но сегодня она попросилась позавтракать с дядюшкой. - К чему такая секретность? - вопросительно посмотрел на средних лет служанку. - Никто не знает, господин. Её никто не видел из прислуги, кроме охранников, что защищают её комнату, и личной служанки девочки, - со следующими словами она ещё сильнее понизила голос, будто это страшная тайна. - Говорят, у неё разные глаза, поэтому Герцог стыдится её. Рейнхольд лишь опешил от такой новости и даже не знал что и думать. - Простите, господин, что отвлекла вас своей болтовней, - служанка откланялась. - Только прошу, не говорите никому, что я вам сказала. - Обещаю, - молодой парень положил руку на сердце и слегка поклонился. - Слово будущего Графа Кораллового Хребта. - Спасибо большое, господин. Герцог велел, чтобы вы не спускались, пока он сам к вам не зайдет, - после этих слов девушка мигом выпрыгнула за двери, парень даже не успел поблагодарить ее. Рейнхольд ковырял ложкой кашу, он почти не ел, только размышлял над тем, зачем прятать маленькую девочку? Через какое-то время к нему комнату зашел Осмонт, и они пошли в другой кабинет под названием класс. Герцог начал объяснять, рисовать графики, записывать правила на деревянной доске. Но мысли Рейнхольда были где-то за пределами кабинета, всю его голову заняла лишь мысль о маленькой девочке, что скрывает Осмонт. - Рейнхольд? - с раздражением спросил Осмонт, глядя прямо на своего ученика. - Ты где витаешь? - Простите, Ваше Высочество, я немного задумался. - Ох, я же говорил не называть меня так, - взрослый мужчина обошел Рейнхольда, стал за его спиной и положил обе ладони на молодые крепкие плечи. - Ты невнимателен, Рейн. Что же заставило тебя так отвлечься? Гормоны шалят? - П-п-простите, г-господин… - голос паренька начал сам собой дрожать, захотелось скинуть взрослые руки, но тело онемело, будто из палец Осмонта повылазили стальные сети, что сковали его полностью. - Так о чем же ты думал, милый? - голос мужчины стал жестче и пальцы сильнее впились в плечи Рейнхольда. - Н-ни о чем с-серьезном, г-господин. - Ты лжешь, негодяй! - мужчина обошел стол и облокотился о свои локти, заглядывая в глаза ученику. - Отвечай, иначе очень пожалеешь. На парня напала паника, никогда к нему ещё так не обращались. Всегда серьёзный и сильный Рейнхольд сейчас казался маленьким испуганным воришкой, которого засекли за кражой хлеба. - Я-я слышал о к-кор-ролеве, г-господин… - Рейнхольд не договорил, когда почувствовал тяжелую ладонь на своей щеке и резкий шлепок, раздавшийся по всему кабинету. Кожу обожгло, она покраснела. Рейнхольд, схватившись за щеку, поднялся со стула и начал пятиться от мужчины. - Зачем вы это сделали? - Потому что ты заслуживаешь хорошей порки, парень. Ты лезешь не в свое дело, - Осмонт начал медленным шагом приближаться к Рейнхольду. Вдруг молодой парень почувствовал прохладу стены на своей спине. Тупик. Он начал осматриваться, ища в любой детали спасение, но вот жесткой хваткой Осмонт сжал щеки Рейнхольда, его губы превратились в подобие клюва утки. - Ты, дорогой, получишь своё наказание. Вдруг Рейнхольд согнул колено и ударил им по паху мужчины. Осмонт отпустил его и сложился пополам, тем временем парень метнулся к двери. “Чёрт! Чёрт! Чёрт! - Рейнхольд дернул за ручку, но дверь была заперта”. Осмонт уже пришел в себя от удара и, взяв в руки деревяшку, похожую на указку, ударил по телу парня, что та аж сломалась пополам. Парень скрючился от боли, тело обожгла страшная боль. Мужчина схватил за волосы Рейнхольда, поднял его на ноги и несколько раз ударил головой о стену. Из носа потекла кровь, оставляя бурые пятна на полу и обоях в кабинете. Осмонт отбросил его назад, Рейнхольд спиной влетел в деревянный стол, который под напором треснул и сломался под тяжелым телом. Тело ныло от боли. Казалось, все кости вмиг переломались. Но вдруг Герцог начал снимать штаны, оголяя свои интимные места. Он поднял парня и заставил ласкать себя ртом. Парню пришлось подчиниться воли мужчины, ведь сейчас он просто умирал от боли и не мог больше сопротивляться. От удовольствия Осмонт аж запрокинул голову и с наслаждением рассмеялся. Ему нравились такие игры. Ему нравилось, когда молоденькие парни такие беззащитные и просто подчиняются его воли. После оральных ласк Осмонт кинул Рейнхольда на пол и стянул с него штаны. Эрегированный член Герцога вошел в тугой зад Рейнхольда, принося невыносимую боль принимающего. Жесткая ладонь накрыла рот парня, останавливая громкие крики. Осмонт начал глубоко входил, ударяясь лобком о зад Рейнхольда. Громкий стон Герцога наполнил комнату, на его ладонь начали скатываться слезы его жертвы. Громкий стон, глубокий толчок. Осмонт остался внутри, выпуская теплую жидкость внутрь Рейнхольда. Мужчина грубо вышел, оделся и напоследок обратился к лежачему: - Только попробуй кому-то сказать, сосунок, иначе пострадаешь не только ты, но и твой отец, - мужчина вышел, громко захлопнув дверь. Рейнхольд еще несколько дней пробыл в замке, не выходя из гостевой комнаты, он боялся встретиться с Герцогом. Уезжая оттуда, он пообещал себе забыть об этом, поэтому никогда и никому он не говорил об этом случае, только иногда ему снился страшный сон…