I will never make you lonely

Раньше Феликсу действительно нравилось учиться. Он всегда был толковым парнем, а если что-то не укладывалось в голове с первого раза, то сила воли и усидчивость помогали освоить непонятный материал. Ликс в какой-то мере гордился этим. В школе он чувствовал себя королем - все одноклассники просили его помочь, подтянуть или просто списать и такое внимание к себе нравилось. Но, в конце концов, эйфория от всеобщей нужности сыграла с ним плохую шутку. Одиночество, оплетающее его мерзкой паутиной, с каждым днем увеличивалось. Теперь не было нужды во внимании сотни человек, хватило бы одного. Но и тот оставил его, в какой-то мере. Энтузиазм к учебе пропал к третьему курсу. Учеба на бизнес-экономике не приносила удовольствия. Конечно, Хенджин говорил, мол, “зачем ты мучаешь себя, забей и переведись”. И будь у Ликса другая ситуация, он бы так и поступил. Но направление выбирали родители, а потому речи о переводе и быть не могло. Если бы Ли хотя бы заикнулся о том, что ему не нравится, что он не хочет - то, на девяносто девять процентов из ста, точно огреб бы знатных люлей. А так, пока сын не доставлял проблем, мистеру и миссис Ли не было до него никакого дела. Даже когда их ребенок достигал каких-то высот. Ты делаешь то, что от тебя ожидают, так почему мы должны радоваться? Почему мы должны гордиться тем, что ты обязан делать? И Феликс перестал стараться. Так было легче, но в то же время он привлек к себе внимание, которому был не рад. События двухнедельной давности явно показали, что последует за непослушание. Ранее Ликс не сталкивался с чем-то, серьезнее криков и оскорблений. И произошедшее сильно повлияло на него. Отец, кидающий его на пол и перешагивающий через него, словно сын - не больше, чем пустое место, ледяной, безразличный взгляд матери… Все это так сильно отпечаталось в мозгу, что Феликс только сильнее закрылся. Он вновь стал ходить на учебу. Пары не пропускал, ведь о малейшем его косяке могли настучать родителям. Торчал в университете до закрытия, лишь бы не сталкиваться дома с родителями. И те вроде бы снова забили на сына, но повторять ситуацию не хотелось. Хотелось бросить все. Сбежать от родителей, сбежать из этого города и жить так, как хотелось. Но ни сил, ни храбрости на это не находилось. И потому Феликс сдался. Просто плыл по течению, надеясь, что перемены произойдут сами собой. Но все знают, что ничего не бывает просто так. Без труда не выловишь и рыбки из пруда. Феликс так устал вытаскивать никому ненужную рыбу, что просто забыл дорогу к пруду. От полного отчаяния спасали воспоминания о встрече с незнакомцем. Парень застрял в голове, не собираясь покидать чужие мысли, снова возвращая к тому дню. Почему он заговорил с ним? Почему просто не проигнорировал очередного пьяного гуляку? Это странно. И парень тот странный. И вроде бы Ли благодарен ему, а вроде хочется вернуться и послать его далеко и надолго. Незнакомец впитал горькие слезы, окутал теплом, выслушал. Но после этого Феликс лишь сильнее затосковал по человеческому теплу. Возможно, чтобы перестать вспоминать, стоило бы выкинуть толстовку, так нагло украденную тем утром. Пару раз Ли даже почти достигал цели, но в самый последний момент руки каменели. Пальцы не разжимались и Ликс испуганно прижимал худи к груди, словно какую-то драгоценность. Едва уловимый запах чужого парфюма согревал и дарил спокойствие. Это был его доспех. Практически единственное, что удерживало хрупкую психику от полного падения в пропасть.

***

В университетской столовке, как всегда, на обеде было полным полно народу, но парню с веснушками все же удалось найти пустой столик в самом углу. Феликс почти привык обедать в одиночестве. Вариантов не оставалось, ведь его лучший друг все свое свободное время проводил со своим парнем и его друзьями. Обед не стал исключением. Феликс не раз спрашивал, почему тот не может просто взять его с собой, на что Хенджин искал какие-то отговорки и смущенно тупил взгляд. Ему было стыдно. Но Хван просто извинялся и оставлял друга с пустым стулом напротив и разбитым сердцем. Звучит по-детски - один друг игнорирует другого из-за того, что вступил в отношения. Но это действительно больно. По началу они ругались, но теперь Феликсу просто все равно. Разговаривать об этом бессмысленно, ведь ответом будет напряженная, извиняющаяся улыбка и вперенные в пол глаза. Заставлять Хенджина, лучшего друга, чувствовать себя плохо - не хотелось. Для Хвана всегда хотелось только счастья. Рис, размазанный по тарелке, совсем не привлекал. Слишком переваренный и несоленый, а мясо с каким-то соусом, похоже скорее на блевотину, чем на что-то пригодное к употреблению.Конечно, сначала Ли пытался, через силу запихивая еду в рот, но через пару ложек его стало буквально тошнить и бессмысленные попытки накормить собственный организм прекратились. Теперь он просто терроризировал несчастный эксперимент повара, ворочая его палочками туда-сюда, в ожидании звонка на пару, который прозвучит совсем не скоро. Проводить время в одиночестве действительно грустно. Отчего-то за все время обучения Феликс не смог завести себе друзей среди сокурсников. Знакомых, с которыми можно было обсудить учебу и посмеяться над преподавателями - да. Но никого, кто бы захотел проводить с ним свое время за пределами аудиторий. Но ему всегда было достаточно одного лишь Хенджина. Когда все пошло по пизде? Когда Хван начал встречаться с Сынмином? Когда родители переехали из солнечной Австралии в Корею и занялись бизнесом? Когда Феликс родился? Парень тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула. Вокруг слишком шумно. Шумно и душно. Дышать тяжело, но Ли не уходил, стараясь набирать в легкие как можно больше воздуха и как можно медленнее его выдыхать. Десять минут дыхательной гимнастики, на удивление, помогали почувствовать себя лучше. Но весь эффект от проделанных упражнений мог развеяться от одного сообщения Hyunjin: Ты где? Открывать диалог с другом не хотелось, но любопытство взяло вверх.

Felix: А тебе зачем?

Hyunjin: Феликс Просто ответь Ты в столовке?

Felix:

Ага

Hyunjin: Сиди там Мы с Минни сейчас придем

Felix:

Зачем?

Я уже поел

Взгляд карих глаз упал на странное месиво в тарелке, с воткнутыми в него палочками. Ну, почти поел. Hyunjin: Соскучились по твоей унылой мине Феликс истерично фыркнул. Так соскучились, что за последние две недели они пересекались только на общих парах или когда Хвану были нужны записи лекций? Хенджин либо действительно не понимал, что ведет себя как эгоист, либо пытался убедить себя, что все нормально.

Felix:

Ага, конечно

Не приходите

Не хочу быть третьим лишним

Hyunjin: В смысле? Что ты несешь Ты не можешь быть лишним

Тогда почему каждый раз вы даете мне почувствовать себя таковым?

Феликс посмотрел на напечатанные слова и сразу же стер. Ни к чему, только разругаются. Хенджин не видит проблемы. Феликс не хочет на нее указывать.

Felix:

В любом случае

Я уже поел и хотел бы немного подготовиться к паре

Hyunjin: Феликс Что с нами стало? Ли задержал дыхание. Что с ними стало? Если расписывать по пунктам, то на это уйдет пара листов формата А4.

Felix:

Не загружай свою голову этим

У тебя счастливая пора

Не грузи себя, и просто наслаждайся<3

Хенджин что-то долго писал, но сообщение не отправил, а Феликс кусал губы, пытаясь не захлебнуться в неприязни к себе. Его лучший друг наконец захотел пообщаться, а он избегает его. Но сил и желания общаться со сладкой парочкой нет. Hyunjin: Пожалуйста, сиди на месте Скоро подойдем Ли схватил свои вещи и быстрым шагом пошел прочь из столовки. Возможно, встретиться с Хенджином и обстоятельно обо всем поговорить - хорошая идея, но Феликс абсолютно не готов. Он либо погрузится в свои мысли, как любил делать это в тяжелых для него разговорах, либо начнет плакать, что точно так же не решит проблему. Они обязательно поговорят. Когда-нибудь. Совершенно точно не сейчас. Феликс расталкивал людей так, словно за ним гнались зомби. Кто-то из-за него чуть не уронил поднос с едой, кто-то чуть не упал, но это были их проблемы. Ликсу нужно у йти как можно быстрее. У Хенджина слишком быстрые ноги, и, откуда бы он ни шел, добраться до столовой много времени не займет. Выбравшись из толпы, Ликс свернул в самый малолюдный коридор и рванул окольными путями на улицу. До ушей донеслось собственное имя и ноги сорвались на бег. Словно герой фильма, Ли уворачивался от идущих навстречу ничего не понимающих людей, а увидев двери, вылетел на улицу с радостью бегуна, первым финишировавшим в забеге. Он не смотрел назад - просто бежал, словно от этого зависела его жизнь. Прятаться в корпусах, где они занимаются - бессмысленно. Хван знает их вдоль и поперек, а значит - сможет найти. Конечно, совсем не факто, что друг будет сильно заморачиваться его поисками, но даже случайно натыкаться на них не хотелось. Хотелось просто отдохнуть. От людей, от мира, от себя. Он убежал к самым дальним корпусам, где сам ни разу не бывал, что уж говорить о Хенджине. На экскурсии для первых курсов им рассказывали, что в этой части универа находятся корпусы факультета искусств. Здесь у них проходили все кафедральные предметы, и как только студент становился третьекурсником, то главное здание он видел только снаружи, когда шел мимо. Эти здания не были большими и красивыми, как те, что красуются на брошюрах для поступающих. Они, скорее, выглядели побито и потаскано. И только приблизившись можно рассмотреть рисунки на стенах, странные статуи во дворе. Практически все окна были зашторены. Складывалось ощущение, что тут не учится никто, но Ли слышал, что в их университете довольно большое творческое направление. Но для Феликса эта пустота была спасением. Он мог побыть наедине с собой вдали от других людей. Остановившись после бега, Ли почувствовал, как тяжелеет тело. Ноги подкашивались, с трудом делая шаги вперед. И ничего лучшего, чем сползти по стене ближайшего корпуса он не придумал. Как только тощая пятая точка оказалась на холодной земле, Феликс выдохнул. Здесь было тихо и холодно - то что надо для разгоряченного тела и уставшего мозга. Возможность заболеть совсем не пугала. Наоборот - заболеть было бы идеально. Он лежал бы дома, вдали от людской толпы, на совсем законных основаниях. Но, к сожалению, его иммунитет детства был крепким, так что халявы в виде больничного ждать не приходилось. В детстве, когда мальчик мучился от температуры, мама всегда была рядом. Она заботилась о сыне, покупала ему сладости и фрукты, смотрела с ним мультики. Проявляла любовь. Была Мамой. Маленький Феликс рос действительно счастливым ребенком, но после переезда в другую страну все поменялось. Не резко, совсем нет. Это произошло медленно и незаметно. Сначала мама перестала резать ему фрукты. Перестала проверять температуру поцелуями в лоб. Потом ей стало все равно на то, принял ребенок лекарство или нет. К последнему классу старшей школы на его карту просто падали деньги с родительского счета, а дальше он сам тащился в аптеку или больницу. Терять родителей тяжело, несмотря на то те живы и здоровы. В один день они просто стали незнакомцами, живущими под одной крышей. Если семейный ужин - то с акционерами и деловыми партнерами. Если совместная поездка в город - то на очередную вечеринку бизнесменов, где люди с искусственными улыбками заключали сделки и фиктивные браки, ради увеличения влиятельности компаний и капитала. Феликс надеялся, что его минует участь этих грустных молодых людей, чьи судьбе решены меркантильными родителями. Смотреть на такие пары не хотелось. В их отношениях не было любви - только холодный расчет и покорность к родителям. И раньше Феликс действительно не понимал, почему эти люди просто не соберуться с силами и не сбегут от такой жизни. Неужели деньги дороже собственного счастья? Но теперь он понимал. В таких семьях детей ломали. Долго, упорно, выстраивая из них покорную игрушку, которая сделает все, что скажут родители. А у сломанного человека не было сил сопротивляться. Ли не был сломан до такой степени, но был близок. У него не было сил сопротивляться собственному мозгу, так откуда появятся силы на борьбу с людьми? С обществом? Губы скривились в горькой усмешке. Раньше они с Хенджином мечтали открыть свою студию танцев. Или кофейню. Мечтали о совместных путешествиях, о тусовках, новых друзьях и о том, что встретят любовь всей жизни. Хенджин встретил, а Феликс теперь мечтал дожить хотя бы до конца дня. Он ждал того момента, как закроет глаза, лежа в собственной комнате, и заснет. А по утрам разочаровывался от того, что проснулся. Во снах все было хорошо, он был любим, у него была семья и верные друзья. В реальности же только порция холодных взглядов и одиночество. -Ты чего здесь делаешь? - Откуда-то раздался голос, и Феликс подпрыгнул от неожиданности, озираясь. Вокруг никого. Почудилось? Голос был совсем рядом, словно человек стоял перед ним. Галлюцинации на фоне стресса? Ли читал, что такое возможно. - Эй, я вообще-то здесь. - Голос звучал немного обиженно. - Наверху. Ли поднимал голову с такой опаской, словно сверху ждал не человек, а хтонический ужас. Но вместо ктулху на него смотрел милый парень с щеками,набитыми едой. Он немного свесился из окна, не переставая жевать какие-то снеки, и с интересом рассматривал Феликса. - Я, ну… сижу? - губы растянулись в неловкой усмешке. - Зачем? - чужие глаза чуть сощурились, словно высматривая что-то - Ну, тут… уютно? - Ага, самое уютное место в мире, - Парень фыркнул. Интересно, а он может вывалиться из этого окна или нет? А его еда? Феликсу этого совсем не хотелось. - Чего сидишь? - А почему бы и не посидеть? - Ну, хотя бы потому, что на улице семь градусов? - А может это моя температура комфорта? - А у тебя прикол такой, вопросами общаться? - Может, да? Может, нет? А может пош… - Эй-эй-эй, - парень тряхнул головой и округлил глаза. - Мы толком познакомиться не успели, а ты меня уже нахуй шлешь? - Ну.. да? - Ли усмехнулся, совсем не смущаясь, хотя, не хотел никого обижать. Он и общаться с этим парнишкой-то не хотел, на самом деле, но эта маленькая перепалка немного веселила. -Тогда поднимись сюда и скажи мне это в лицо, - ухмыляется парень и залезает обратно. Феликсу бы просто и уйти отсюда, но он, почему-то, хотел иного. Он поднялся на ноги и двинулся к большим желтым дверям в центре здания. Те со скрипом открылись под небольшим толчком, пропуская незнакомца в полутемные коридоры. Ли двинулся в ту сторону, где, предположительно сидел щекастый парень и увидел, что дверь уже была любезно открыта. Это был не какой-то кабинет или учебный класс. Маленькая комнатушка со столом, парой стульев диваном и холодильником. Так же вдоль одной из стен стоял стеллаж, что прятал на своих полках кучу старых учебников, еду и чайник, только-только начинающий кипеть. На журнальном столике у дивана стояло несколько грязных кружек с высохшими внутри чайными пакетиками, а также раскиданы какие-то, исписанные неаккуратным почерком, тетрадные листы. Стены комнаты увешаны виниловыми пластинками, плакатами с фотографиями разных людей. Посмотрев на эти фото сразу можно понять, в чью обитель ты попал. Музыканты. Феликс еще ни разу не встречал студентов музыкального лицом к лицу: ни певцов, ни звукорежиссеров с продюсерами. Жизнь и Хенджин больше свели его с участниками танцевального направления, но те учились в совершенно другом корпусе и не то чтобы Ли часто с ними общался. Когда Феликс слышал что-то про музыкантов, то в голове возникало два стереотипа. Либо это правильные музыканты классического направления в белых рубашках и очках, либо отпетые неформалы, с крашенными волосами, татуировками и пирсингом. Но этот парень с беличьими щеками прямо перед ним выглядел… обычно? Мило, если можно так выразиться. Черные, слегка волнистые волосы, нежно голубая толстовка, в которой тот тонул, красные наушники. Музыкант сидел на диване, накрыв ноги пледом и громко хрустел чипсами, не сводя с Феликса пристального взгляда. - Чего пришел? - Так ты сам меня позвал? - Ли чувствовал себя глупо. Зачем он вообще приперся сюда? Он хотел отдохнуть от посторонних, а что в итоге? - Зачем? - В чужих глазах плясали смешинки. - Эм,ну… нахуй тебя послать, - напомнил Ли, хотя сам понимал, что все это звучит как абсурд. - В лицо, - он выпрямил спину, словно делал важное дело. Если позориться, то позориться с достоинством. - Ну так вперед, - музыкант отправил в рот очередную горсть чипсов, с трудом сдерживая улыбку. - Иди нахуй, - это глупо. Глупо и по-детски. Он этого парня видит впервые, так какой во всем этот смысл? - Отлично, - послышались аплодисменты - человек на диване отложил чипсы и хлопал в ладоши. - Хорошо вышло. У тебя талант, сразу видно. - Нахуй посылать? - прыснул со смеху Ли, прикрывая широкую улыбку ладонью. - А то ж. А еще голос у тебя красивый. - Парень по-хозяйски прошествовал к чайнику с пустой кружкой и, перед тем как налить себе кипятка, спросил, - Чай будешь? Ли ответил прежде, чем успел подумать. - Не откажусь.

***

Этот парень, Хан Джисон, забавный. У него яркая мимика и смешные шутки. Он растекся по дивану, как желе, заняв все пространство, хотя на вид не выше и не больше самого Феликса. Они говорили ни о чем и обо всем сразу и это было так непривычно. Ли не был силен в знакомствах на трезвую голову, что подтверждалось наличием только одного настоящего друга, но с этим парнем сразу стало как-то комфортно. Уютно Он не давил, не выпытывал информацию. Он просто рассказывал обо всем - о видео на Youtube, о кошках, о боевых роботах и удобных подушках для сна. И все, что Хан говорил - было интересно. Ликс даже сохранил себе пару магазинов с подушками для обнимания во сне. Это, конечно не панацея, но, возможно, хоть немного сможет улучшить его состояние. С Джисоном легко и весело, а чай, что тот заварил для нового знакомого был настолько вкусным, что хотелось пить кружку за кружкой. Этим, они, кончено и занимались, не прекращая разговора. Да, Феликс, к собственному удивлению, с удовольствием поддержал беседу и даже поделился кое какой информацией о себе. Где и как учится. Когда и откуда приехал.Этот парень с круглыми щеками вызывал симпатию, доверие, а потому Феликс сам не замечал, как рассказывало что-то о себе. Они не заметили, как перерыв подошел к концу. Уходить совсем не хотелось. Здесь тепло, уютно и тихо в отличие от лекционных залов.Ли даже подумывал прогулять эту пару по социологии. Она не была какой-то важной, проект был сдан еще на прошлой неделе, а значит можно расслабиться. И вряд ли кто-то будет сообщать отцу о пропуске такой незначительной пары. А если сообщит? Как сильно прилетит? Проверять не хотелось, но и идти на пару тоже. Что же... - Эй, - голос Джисона вывел Феликса из глубоких раздумий. С Ли такое часто бывало - задумавшись, он переставал реагировать на окружающих и смотрел в одну точку, пока мысли в голове наскакивали одна на другую, пытаясь найти правильное решение. - О чем задумался? - Да так, - Ли мотнул головой, возвращаясь в реальность. - На пары не хочется. - Так не иди, - Хан пожал плечами, ведь прогулы - обычное дело для него. - Тем более, как я понял, у тебя хорошая успеваемость. От одного прогула ничего не случится. - Вероятно, - Феликс вновь задумался. Отдых это хорошо, но куда ему идти? - Могу я… Могу остаться здесь? - О, - Хан почесал подбородок, словно обдумывая. Но на деле, обдумывать тут было нечего. - Конечно. У меня правда скоро важная пара и я уйду, но ты можешь тут посидеть, если хочешь, тебя никто не выгонит. - Ох, - Оставаться одному здесь было бессмысленно. - Ну, я тогда пой… - Стоп! - Джисон встрепенулся, хватая телефон. Он что-то усиленно листает, а через минуту губы расползаются в удовлетворенной улыбке. - Мой хён, Чан-хён, скоро придет сюда. Ну, точнее я попрошу его прийти. У него окно и он, конечно, захочет запереться в студии, но зачем, если можно поболтать с такой очаровашкой как ты? -О, - Хочет ли Феликс знакомиться с кем-то еще? Совершенно точно нет, но отказывать этому парнишке с горящими глазами было как-то неловко. - Да ладно, я не хочу напрягать кого-то. - Ты не напрягаешь, что за глупости. - Хан фыркнул и надулся, став еще более похожим на какого-то грызуна. То ли белку, то ли бурундука. И это по странному умиляло. - Тем более, что хён любит общаться с людьми. И… - Хан неловко окинул Феликса взглядом и не очень громко забормотал. - Если честно, думаю, что тебе пойдет на пользу общение с ним. - Что? Почему? - Ну, если честно, - парень смотрел на свои руки, которыми теребил завязочки от капюшона толстовки, - ты выглядишь очень… подавленно? Очень уставше и знаешь, - было видно, что ему неловко, ведь лезет он не в свое дело, но поделать с собой ничего не мог. Ликс ему правда понравился, - и знаешь, одиноко. Нездорово одиноко. Феликс смотрел на мыски своих кед. Раньше они были более белыми. и кажется та черная черточка не грязь, а трещина. И вообще, наверное рановато для такой обуви - на улице все еще холодно, и парень четко ощущал как мерзнут пальцы. Вопрос правда - от холода ли? - Прости, что я так на тебя накинулся, - не встретив никакой положительной, или лучше сказать - никакой реакции, Хан почувствовал себя виноватым. Знал, что это и правда не его дело, но все равно открыл рот. - Мы знакомы только час, а я уже влез куда не надо, прости. Ты не злишься? - Я… - расфокусированный взгляд все еще был обращен к ботинкам, а в голове снова ворох мыслей. Злился? Нет. Просто из него как будто весь дух вышел. - Нет, я не злюсь, - легкая улыбка тронула аккуратные губы и Ли посмотрел на Джисона. Он выглядел виноватым и расстроенным. - Я не злюсь, просто… удивлен? Ты второй кто заметил. - Люди слепые. - Хан вновь пожал плечами. В голосе его усталость человека, прожившего жизнь. - Или им все равно, прости уж за откровенность. - Эти слова причиняли боль, но Феликс принимал их. Он знал, что так оно и есть. - А ты мне понравился и... у меня тоже был такой период, знаешь? Но я прошел через это. И хотел бы, чтобы ты тоже смог. А хен, он… Ну, он очень хорошо заботится о людях. Лучше, чем о себе, если честно, - на чужих губах грустная усмешка. - И он сделает так, что тебе будет комфортно, не будет лезть куда не надо. А еще вы оба из Австралии. А я знаю, как вы, иностранцы, любите встречать земляков, - Хан подмигнул, а Ли улыбнулся в ответ. - Ну, раз ты так считаешь, то познакомлюсь с твоим хеном, - Джисон от этих слов весь засветился и снова кинулся к телефону, набирая не одно и не два сообщения своему старшему. А Феликс продолжил думать. Каким окажется этот человек? С ним будет также легко, как с Ханом? Было бы здорово. Но что-то внутри не давало расслабиться, а наоборот - натягивало нервы как струны. После некоторого обмозгования ситуации, Феликс решил, что, вероятно, он зря согласился на эту авантюру. Его, словно маленького ребенка, хотят оставить с няней. От этого неловко и некомфортно. Да и с чего бы этому хену вообще общаться с каким-то незнакомым парнем? Ли не любил много говорить с малознакомыми людьми, он чаще слушает. Слушает, думает и впитывает информацию, переваривает человека внутри, ведя с собой споры - стоит ли общаться дальше или нет. Он мог заниматься этим часами, и все равно не прийти к какому-то решению. Но с другой стороны, что Ликс терял? Если что-то пойдет не так - он сможет уйти. Джисон оставался с ним еще немного. Он пытался успокоить Феликса, рассказывая смешные истории о старшем. В общем, рекламировал будущую няньку как мог. Ли улыбался и громко смеялся, и возможно, совсем немного, его волнение стихло. И как только это произошло, Хан ушел. Собрал раскиданные по столу листки и, спрятав их в свой необъятный рюкзак, выбежал за дверь, ослепительно улыбаясь на прощание. Но Феликс был уверен, что этот парень даст знать о себе совсем скоро - не зря же они обменялись телефонами. Оставшись в одиночестве, Феликс решил осмотреться, хотя в комнатушке и правда не было чего-то примечательного. Обычная комната отдыха с какими-то старыми обоями и древней мебелью. Но стены были увешаны фотографиями, какими-то записками и билеты с музыкальных фестивалей. Выглядело мило. Когда-то и Феликс клеил фотографии на стену. Фотографии, билеты в кино, открытки с пожеланиями, валентинки. Но став взрослее - просто все снял. Как и сам Ликс, его комната пустела и выглядела как остальная квартира - минималистично и холодно. Этак комната отдыха - обычная комната. Спокойная и тихая. И если раньше отсутствие звуков напрягало, то здесь - совсем нет. Дома тишина холодом пробиралась под кожу, тут - тёплыми объятиями обволакивала, баюкая и даря спокойствие. Феликс пересел на диван и укутался в плед. Тот все еще сохранил тепло Джисонова тела и запах чипсов с беконом. Феликс улыбнулся, вспоминая, какими горстями Джисон уплетал их. Интересно, как много еды сможет поместиться в этих щеках? Если выдастся возможность - он обязательно поэксперементирует. Спокойствие и умиротворенность разбились о звук шагов, доносящихся из коридора. Шаги были далекими, но с каждой секундой они приближались. Тот ли это человек, о котором говорил Хан? А если не он? Если кто-то другой, кого не предупреждали о незнакомце? Уши горели. Как глупо будет выглядеть Феликс? Дверь тихонько открылась, впуская внутрь человека. - Есть кто? - голос был тихим, но таким знакомым, что по коже побежали мурашки. Ли задержал дыхание, переведя взгляд на парня, стоявшего в дверях. Чужие глаза осматривали комнату, в поисках человека, о котором предупреждали, и наткнувшись на веснушчатое лицо, округлились. Пухлые губы сложились в букву "о". Они смотрели друг на друга, если прислушаться - можно услышать как в двух головах скрипят шестеренки. Первым отмер человек у двери. Широкая добрая улыбка появилась на чужом лице, как и очаровательные ямочки на щеках. Все это Феликс видел каждый день в своих воспоминаниях - Вот я тебя и нашел, - очень тепло сказал незнакомец с набережной. Молчание было неловким. Удивление Феликса сменилось подозрительностью и раздражением. Он нервно теребил рукава толстовки, смотря себе в ноги и полностью игнорирую присутствовавшего рядом человека. Чан же просто смотрел и улыбался. Из двух чашек, стоявших на столе, шел пар. - Может все же поговорим? - Чан откинулся на спинку стула и взял чашку в руки. Слишком горячо для его языка, но самое то, чтобы погреть замерзшие после улицы руки. - О чем? - Феликс прищурился, переводя взгляд на парня. - Это какая-то шутка? Ты преследуешь меня? Может ты и правда насильник или грабитель? - Эй, - чужое возмущение совсем беззлобное. В глазах смешинки. - Почему? Что я такого сделал? - Мы встретились уже второй раз, в абсолютно разных местах, - Феликс выпрямился, продолжая пристально смотреть в чужие глаза. - Такое бывает, разве нет? - Ага, в дорамах. - Ли немного скалится, выглядя как напуганный зверек. - Мы что, в гребанной дораме? - Ну, весь мир театр… - ТАК, - он не хотел слушать насмешку от кого-то.. Сейчас как раз тот момент, когда можно просто уйти. Ликс вообще не обязан ничего выяснять. У него есть право встать и уйти. -Я пошел. Это какой-то цирк. - Стой, стой. - Чан поднял руки в примирительном жесте. - Мы действительно встретились случайно. Тогда тоже, но… - Но? - Ли скрестил руки на груди. Тонкая бровь вопросительно изогнулась. - Тогда, на набережной, я действительно подошёл к тебе не как к незнакомцу. - Тяжёлый вздох сорвался с его губ. - Иногда я видел тебя в университете. А потом увидел в то утро и, черт возьми, ты выглядел так, словно собирался сигануть в эту чёртову реку. Феликс, послушай… - Стоп. - Ликс нащупал руками лямку рюкзака. - Откуда ты знаешь мое имя? Я не представлялся. - Джисон,- Чан устало вздохнул. Он достал из кармана телефон и, разблокировав экран, передал в чужие руки Han Ji: Хён Можешь на перерыве прийти в наши хоромы?

CB97:

Зачем?

У тебя ж пара

Han Ji: Я тут кое с кем познакомился И мне кажется что ему стоит пообщаться с тобой Он немного одиноко выглядит Точнее очень одиноко И ФЕЛИКС ТОЖЕ ИЗ АВСТРАЛИИ !!! CB97: Джисон Я не благотворительная организация Han Ji: Да кому ты заливаешь

CB97:

…

Допустим, я проигнорирую это неуважение с вашей стороны, мистер Хан

CB97:

Хорошо

Приду

Han Ji: !!! Хен!!! спасиииииииииииииииииииииииииииибо <3 Феликс перечитал сообщения ещё раз и вернул телефон владельцу. Тот выглядел виновато, и глупо улыбался. - Допустим, - Феликс все еще с подозрением смотрит на Чана, но уже не чувствует себя так нервно. Хотя сердце в груди все колотилось. - Видишь? Не вру. Тогда… Ты выглядел разбито и пьяно и мне стало немного страшно за тебя. - Это очень мило, - Чужие мотивы все еще не укладывались в блондинистой голове. - Очень мило, но… какое тебе дело? Ну сиганул бы я. Ты мог просто пройти мимо. - Ли хмыкает, а парень напротив выглядит удивленно и даже слегка испуганно. - Говоришь, ты не благотворительная организация, но в то же время идёшь спасать незнакомца. Зачем тебе это? - Эм, ну… - Бан почесал затылок, обдумывая ответ. Улыбка сползла с его лица, а очаровательные ямочки пропали. - Я просто не мог пройти мимо? Знаешь, человеческая жизнь, она бесценна. И чтобы не случилось, суицид - не выход. Ты понимаешь? Все проблемы можно решить, кроме одной. - Я не собирался прыгать, - Ли выдохнул. Он правда не собирался. А мысли в его голове… просто мысли. - Ну, - Чан поджал губы, не совсем веря чужим словам. - Допустим, что так. Но в то утро ты был таким потерянным. А сейчас… - Что? - Сейчас я нашел тебя. И Бан вновь улыбается. Тепло и искренне. Словно тысячи объятий, словно летний, солнечный день. И противиться не было сил. Феликс смущенно улыбается в ответ. От чужих слов тепло. Что-то внутри кричало, что это все ложь. Что эти слова - просто слова для расстроенного человека, и как только они разойдутся по своим делам, то больше никогда не встретятся. Но Ликс хотел верить. Хотел верить что этот большой, теплый человек не пропадет, не исчезнет. Что он и дальше будет дарить это тепло. И Феликс сдался. Расслабился и пытался не слушать кричащий в голове голос, предупреждающий, что потом будет больно. Что он оставит его, ведь у Чана нет причины оставаться рядом. Они незнакомцы, и ему так же все равно. Всем все равно. Но сейчас этот парень сидит с Ликсом в какой-то задрипанной комнатушке,вместо занятий собственными делами и упорно пытается убедить в чистоте своих намерений. И Феликс принимает это. Феликс хочет быть спасенным. Неловкость и напряженность вскоре рассеялись, как дым. Они оставили неприятную тему одиночества и переключились на что-то более приятное. Истории из жизни, мстительные рассказы Чана о Джисоне, ведь тот выставил его перед новым знакомом с какой-то глупой стороны, рассказав то, о чем следовало забыть. Они вспоминали Австралию и вместе скучали по океану. Они шутили. У Чана было прекрасное чувство юмора, а Ликсу ,почему-то, было легко шутить в ответ и у обоих от смеха и улыбок болело лицо. Такого не было слишком давно. Феликс забыл звук собственного смеха и пытался быть тише, прикрывая рот рукой. Чан, пересевший к нему на диван, убирал ладонь от чужих губ

Твой смех замечательный.

Твоя улыбка, как солнце.

Улыбайся чаще.

Они разошлись, когда пара Феликса, которую тот безбожно прогулял, закончилась. В телефонной книге появился новый номер и от этого было так странно. Ли глупо улыбался весь путь до аудитории, чувствуя небывалую окрыленность. Каждый шаг давался с такой лёгкостью, словно тело ничего не весило. И ощущать это было так хорошо. Так правильно. Chris: Кстати, Феликс Два вопроса Не хотел бы ты сходись со мной куда-нибудь в выходные? И Chris: Не моя ли это толстовка на тебе?