Все, что ему нравится

Сатору Годжо никак не мог понять две вещи. Во-первых, узнает ли его Тоджи? Что-то такое мелькнуло в его глазах, но Сатору так и не смог это поймать; а сейчас взгляд скользил вверх-вниз, как будто Тоджи оценивал его и вовсе не так, как оценивают врага. Ха. Это могло быть и позой. Тоджи Фушигуро при жизни был тот еще позер. ...А во-вторых, Тоджи ли он? Настоящий должен быть давно мертв, но этот выглядел, двигался, говорил и, кажется, даже пах в точности как оригинал. У этого даже было объяснение — такое же безумное, как и сам Тоджи. Он был нарушением всех законов — человеческих, магических и физических заодно. Абсолютно нелегальный феномен. Сатору такие нравились. Вернее сказать, таких он еще не встречал, и от этого новая версия Тоджи нравилась ему еще больше. Впрочем, личный интерес был только приятным дополнением к делу, вроде кремовой розочки на бургере. Где-то внутри этого неплохо сложенного тела скрывалась удивительная загадка, которая могла до черта много изменить в жизни магического общества. Или нет. Важно было не это, а то, что Сатору узнал о его существовании первым и не мог оставить эту загадку кому-нибудь еще. С загадками, которые оставляешь на самотек, обычно происходит что-нибудь плохое. Как к этому делу подступить, Сатору, кстати, не имел ни малейшего представления, но ничего, это ему тоже нравилось. — Я хочу, чтобы ты поехал со мной в Токио, — безмятежно сообщил он. Лучший путь к цели — прямой, разве нет? Тоджи остался стоять у стены, глядя на него с вниманием человека, интерес которого стремительно угасает. Сатору показалось, что он еще чуть-чуть и зевнет. ...Похоже, нет. — С меня билеты в бизнес-класс, мартини и пицца в аэропорту, — оживленно продолжил Сатору. — Ты с чем любишь? Можно убрать оливки. Справимся за пару деньков, ты даже не заметишь, вернешься с сувенирами, магнитиками, и... — Зачем? — оборвал его Тоджи. — Да так, — Сатору неопределенно взмахнул рукой. — Встретиться кое с кем. — Нет, — Тоджи почесал шею. — Зачем это мне? — Ну, если у тебя совсем нет желания бесплатно слетать в Токио и обратно, и все это с выпивкой и сувенирами, то... могу заплатить. Сколько ты берешь в час? Есть суточный тариф? — Неинтересно, — усмехнулся Тоджи. — Почему? — Я не работаю на магов. — Но я же симпатичный? Тоджи смерил его взглядом. — Трахнуть можно, — согласился он. — Сколько берешь в час? Есть суточный тариф? Сатору рассмеялся. — А ты веселый парень, да? Кто бы мог подумать. Но, если смотреть на вещи здраво... — Сатору застонал и одним движением ладони взъерошил свои белые волосы. — Боже, что ты со мной делаешь, я ненавижу смотреть на вещи здраво! Я тебе вряд ли по карману, уж извини. А вот ты мне — да. Я могу выписать чек. Или заплатить наличными, на твой вкус. Судя по этой конуре, деньги тебе не помешают. — Это моя конура, — Тоджи пожал плечами. — Меня устраивает. Сатору смотрел на него в упор. Его глаза скрывались за черными стеклами, но он прекрасно понимал — Тоджи чувствует его взгляд. И следит за каждым его движением. Сегодня они не были равны в своей силе. Ну и чем это могло помочь? Даже если бы он отделал Тоджи, ничего бы не изменилось. Тот был не из тех, кого можно завязать подарочным бантом и притащить с собой в Токио в багажном отделе. Может, кого другого, но точно не его. Смешно получилось: он мог размазать Тоджи Фушигуро по стене этой комнаты, но заставить его сделать то, что ему было нужно — не мог. И они оба это понимали. — Ладно, давай начистоту. Видишь ли, я действительно хочу, чтобы ты поехал со мной в Токио. Поэтому я от тебя не отстану. Поверь на слово, я из тех, кто всегда добивается своего. — Ну, так тебе придется постараться. Потому что мне от тебя ничего не нужно. А вот тебе, похоже, так припекает, что ты из штанов выпрыгнуть готов. Так что это еще вопрос, — Тоджи широко, безумно усмехнулся, — кто из нас сейчас кому не по карману. Сатору вздохнул и поправил очки. — Ладно. Твоя правда. Мне и впрямь это позарез нужно. Тоджи смотрел на него с той же усмешкой, знакомой Сатору до боли. — Ну так давай. Заинтересуй меня. Хочу посмотреть, как ты стараешься. Сатору усмехнулся в ответ. Сегодня в безумии он ничем не уступал Тоджи. Будто нехотя, он оторвался от стены и подался вперед. Шаг, еще шаг, еще — пока они не оказались лицом к лицу. Между ними оставалось еще полшага. Сатору видел, как напрягаются мышцы Тоджи, чувствовал его дыхание. Поразительно, насколько живым был этот мертвец. Даже слишком живым. И если он мог... Сатору чуть качнулся навстречу, всего одно короткое движение — и их тела соприкоснулись. Это был вызов, откровенный и наглый, и этот вызов был немедленно принят — Тоджи довольно хмыкнул и положил свои широкие ладони на спину Сатору, с нажимом провел вдоль тела до ягодиц, бесцеремонно сжал. — Я смотрю, ты решил подумать. Насчет почасового тарифа, — насмешливо заметил он. — Я еще не решил. Посмотрим. Заинтересуй меня, — предложил Сатору в ответ. Чужая близость будоражила его. Близость постороннего, недружелюбного, не слишком живого — хотя о последнем он почти не вспоминал. Ему не нравился Тоджи — а тот лапал его так бесцеремонно, как будто прекрасно понимал это и испытывал Сатору на прочность. Зря. Близость с мужчиной, который был для него почти незнакомцем, будоражила больше всего. Сатору выгнулся в руках Тоджи, так же откровенно прижимаясь к нему бедрами, но больше ничего не сделал, оставив Тоджи полную свободу действий. И тот не упустил свой шанс. Его ладони, сильные и жесткие, скользили вдоль тела, ласкали и грубо сжимали, заставляя Сатору задыхаться и вздрагивать. Когда от жара между их телами закружилась голова, Тоджи вдруг развернул их, прижал Сатору к стене одним рывком. Дальше все было быстро и резко — Тоджи стянул его очки, отбросив куда-то на подоконник, и Сатору обожгло всеми красками этого мира. Он на мгновение потерял контроль над собой. А Тоджи не терял ни секунды. Жесткие пальцы впились в его лицо, и Сатору почувствовал, что не может закрыть глаз. Тень нависла над ним, горячее дыхание коснулось кожи, а потом Сатору ощутил влажное прикосновение языка к раскрытому глазу. Его передернуло от отвращения. Но странным образом отвращение ничуть его не отрезвило. Ему стало еще жарче, и напряжение внизу живота никуда не делось. — Ты что делаешь! — Сатору наконец смог оттолкнуть Тоджи и зажмуриться. — Чертов псих! Тоджи запрокинул голову назад и расхохотался. — Что такое? Слишком для тебя? Уже сдаешься? Сатору фыркнул и прикрыл глаза ладонью. — Дешевый прием. Вроде с виду ты не придурок, а ведешь себя именно так. — Красивые глаза у тебя, Сатору, — Тоджи отстранился, взял очки Сатору с подоконника и надел на него кое-как. — Но лучше тебе поберечь их. И себя. Отвали от меня и держись подальше, понял? — Что, неужели не нравлюсь? — поинтересовался Сатору, протирая очки и водружая их снова на нос. Тоджи хищно усмехнулся. — Нравишься. Но для тебя в этом уж точно ничего хорошего нет. Сатору запрокинул голову назад и расхохотался — может, и безумно, но искренне и весело. Впервые за последние полгода. О, им определенно стоило продолжить. Мужчины, которые не сулили ему ничего хорошего, нравились ему больше всего.