Как бросить курить.

— Тох, рука затекла... — Жаловался парень, переводя свой взгляд на меня. — ...Это. П-подожди, я же тебе не тёлочка какая-нибудь! — Посмотри на экран, среди них нет женщин. — Говорил я, пытаясь вставить хотя бы головку, но бестолку. — Тоха, б-больно... — Хрипло сипел он. — Тц. Бросив раком стоящего парня, шустро направился в комнату родителей, чтобы взять папин портфель, я всегда помогал ему его собирать, так что точно знал о содержимом. Принеся его к нам в комнату, там я обнаружил грязное полотенце, кухонный нож с тёмной пластмассовой ручкой, банку вазелина, кусок мыла и два мотка верёвки, типа шпагата. Сначала мне это казалось странным, но потом отец мне объяснял наличие данных вещей, своей работой: верёвка используется для подвязывания разваливающейся коробки, нож – для обрезки лишнего конца верёвки, а вазелин использовался им для бритья во время командировок. Кажется, что-то похожее было у какого-то человека из новостей, которые я увидел краем глаза, ещё будучи ребёнком... Знакомая жестяная баночка, произведённая в Калуге, с красивыми зелёными узорами напоминала о прошлой школе. Девчонки им красили губы в мороз, чтобы не сохли, а потом рисовали слёзы, для импровизированных сценок на праздниках. Пятикопеечное средство, а сколько применений! Собрав ногтями немного мази, я нанёс её на свой член. — Расслабься. — Сказал я, уже засыпающему на глазах, Роме, от чего он только напрягся, забыв о сонливости. Слегка раздвинув руками его упругие ягодицы, я медленно вторгся во взрослую жизнь. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь выражение "я в жопе" станет для меня символом удовольствия и наслаждения, а не горести и кучи нависших проблем? Как в песне "Пулемёт Максим", своим клином стальным я врывался в беззащитное лоно юноши, заставляя бёдра содрогаться. Ослабевшая от напора левая рука Ромки грохнулось локтем на пол. Уперевшись в неё лбом, он сипел и выл, словно волк на луну. Внутренности мальчонки крепко зажимали меня, будто в свинцовые тиски. "Он мне сейчас член оторвёт!" — Подумал я, когда попытался хоть слегка двинуться. Оставался только один вариант. — Хороший мальчик. — Промолвил я, поглаживая его по холке, после запуская пальцы в его, уже взмокшие, волосы. — Мм... Тох, слишком странно. — Я наконец добился от него хотя бы пары слов. — Всё в порядке, ты чувствуешь себя хорошо. — Целуя его под лопаткой, говорил я. — А если расслабишься внутри, то станет ещё приятнее... — Обнимая за бёдра, наклонившись к нему, шёпотом произнёс я. — Войду в тебя примерно вот до сюда, — Пальцами я надавил на живот, чуть ниже пупка. — Минируя твой мочевой пузырь и почки... Буду дотрагиваться до того самого места множество раз и тебе это понравится. — Х-хватит нести хуйню! — Покрываясь мурашками от моих слов, ругался парень, но, будто сам сомневался в своих же словах. — Просто дождись этого. Способ себя оправдал, в его дырочке стало свободнее и мягче. Отклонившись назад, я вытащил половину, после чего, толкнувшись бёдрами, вставил обратно. С постепенно нарастающим темпом, я начал долбиться, ища то местечко, что заставляло его всхлипывать всякий раз. Двигаясь вперёд-назад, рукой я провёл по его горячему концу. — Посмотри, ты стал твёрже. — Наощупь лаская его причиндал, заметил я. Уши его краснели со стыда, а член прямо-таки каменел в моих ладонях. Вены, обвивающие ствол, пульсировали столь сильно, что казалось, можно было посчитать его пульс, лёгким прикосновением пальца. Он точно законченный извращенец... Мои теории и вправду были верны? — Заткнись... — Ты так говоришь, но твой кончик уже стал совсем влажным, только от слов. Как я не пытался держать лицо, но внутри него было слишком приятно... Не могу остановиться. Ощущение, будто я хожу по краю лезвия ножа, все чувства обострились до предела, инстинкты требовали бо́льшего... Мне так хорошо. Мне хорошо и чертовски приятно, но... Из-за блядского алкоголя я не могу кончить! — Тц... Блять, сожмись уже! — Ругнулся я, выместив всю злость своим шлепком по его заднице. Меня на секунду оглушил громкий стон, стенки ануса Ромы задрожали. Оглядевшись, я увидел, что Ромка эякулировал... Покорно излился, от моего шлепка. Он так обильно кончил от моего удара, извергся густой спермой из-за приносимой мною боли. — Такое ощущение, будто я схожу с ума... — Сказал я, смотря на свою ладонь, залитую малафьей того самого непокорного, озорного, хищного и опасного Ромы – грозы школы. — Снова. Ты снова кончил от физической силы. — Хн-н!.. Э-это ничего не значит, это, походу, просто реакция организма такая на... На эту хуйню! Я не знаю, это ты виноват! — Ругался юноша, пытаясь сбежать от меня. — Ты же мазохист, который заводится, когда ему причиняют боль, верно? — Да чё ты несёшь... — Парень начал менять своё положение, опасно направляя свои бойкие ноги в мою сторону. — Ты ведь именно поэтому не вступаешь в рукопашный бой, а лишь размахиваешь бабочкой перед лицом, да натравляешь Бяшку? — С ухмылкой, вывалил свои давние мысли я. — Всё, Тох, замолчи уже... — В смущении Ромка прикрыл мой рот свободной рукой, пока отводил оробевший взгляд, но внезапно вспыхнувшие пунцовым цветом щёки выдавали его с поличным. — То есть я не прав? — Не прав! — Рявкнул мальчишка. — Тогда я покажу тебе тебя настоящего...