Новенький в мафии, не странно ли?

      Красноглазый преспокойно шагал по главному залу, тихо стуча каблуками новокупленных, черных туфлей. Волосы были привычно прилизаны, а сама мафия по дороге поправляла черные перчатки на руках. На голове как всегда черная шляпка с красной лентой на ней же. Типичный, тщательно выглаженный, такой деловой, белый костюм, почти ни на что больше не меняющийся изо дня в день. Его вид был вполне ничем не примечателен, но, как бы, образ так же дополнял красный, пионерский галстук, оттенком чуть светлее глаз их обладателя. Он то, к слову, все же поправив перчатку на руке, со вздохом поднял взгляд, когда оказался в, так сказать, центре зала. Взгляд сразу устремился на макушку сидящего... Нет, скорее, даже лежащего, на темном, кожаном диванчике, парня. Или... Все таки не парня? Риккардо не мог понять это только из за волос, которые закрывали обзор на личико так называемого гостя даже тогда, когда монохромный тихо обошел диван и посмотрел на него, пытаясь вглядеться и понять, тот ли это человек, которого привел его бестолковый «друг». Положив рука на бок и закатив глаза, мафия смотрит на лежащего... – «Отлично, он спит», — пронеслось в голове у него. Мда... Не для сна его сюда, все таки, привели! Да и, Де'Карли, просто тупо, терпеть такого не будет! Поэтому, подойдя чуть ближе и слегка наклонившись, он потрепал того за плечо, якобы намекая на то, что пора просыпаться. Однако, тот никак не хотел покидать царство Морфея, и слегка поморщившись, он продолжил спать. Риккардо, чуть опустив бровь от такой наглости, снова потормошил его, правда уже с большей силой и настойчивостью. Пока он повторял одни и те же попытки разбудить гостя, кой, кстати, были тщетны, он стал присматриваться к тому. Взгляд остановился на блондинистых волосах. Они были перепачканы... Краской? – «Любит рисовать что ли? Даже умыться не додумался?», — пронеслось в голове у слегка хмурого мафиозника. К его легкому, но не долгому удивлению, краска, вероятнее всего, попала и на одежду. – «А может – и вовсе, художник?» Но эту мысль он сразу отбил. Что ему до этого? Опомнившись и глянув в сторону, так сказать, охраны, которая состояла из двух темноволосых парней, Де'Карли слегка оскалился. Те же, быстро отведя взгляд, стали словно изображать камни. Такие неподвижные, ничего не видят и не слышат... Однако, они слегка перепугались, когда, так сказать, старший по званию, подошел и отобрал у одного из них пистолет. Чуть ли не пискнув, парень все же остался на месте. Самому же Риккардо было как то похуй на него, ему лишь требовалось вышеупомянутое оружие. Уже во второй раз подойдя к тому самому диванчику, мафия не раздумывая, словно ребенок, который случайно нашел пистолет у отца, выстрелил в стену перед ним. Так, вовсе не целясь. Ведь, ему всего то нужно было хоть как то разбудить блондина, что, к слову, и получилось. Тихо зевнув и приподнявшись на локтях, а после уже полностью приняв сидячее положение, он сначала потер глаза, а после распахнул их, уставившись на источник звука. Недовольный, слегка похуистический взгляд красных глаз мафии пересекся со взглядом слегка удивленных, или даже испуганных голубых глаз художника.

***

      – То есть... Ты согласился только из за того, что тебе обещали подарить мольберт!? — разнесся то ли возмущенный, то ли удивленный возглас охуевшего по полной Де'Карли. На это его нынешний собеседник слегка поморщился и хотел возразить, аля «в комплект еще входят и кисточки», однако сделать ему это не дал громкий стук кулака об стол. – Так ты... И правда. Ëбанный, помешанный, художник... — чуть ли не шепотом произносил слова он, чуть наклоняя голову к столу и сжимая кулаки от безысходности. – И ничего я не ëбанный! — все же осмелился тот высказаться. Ранимый, видимо, попался. Даже смысл этих слов как то вот так понимает. На его восклицание Риккардо лишь резко встал со своего кресла. Да, все это время они находились в его «логове», или же «верной крепости», и до вопроса на счет того, как парень сюда попал, они обменивались нужной информацией. Если точнее, — информацию, что требовалась мафиози, выдавал именно Батлер. Чарльз Батлер — так звали человека, кой узнал о мафии и ее местоположении, а так же того, кто видел приспешников, да и самого Риккардо — так близко! Слегка осуждающий взгляд красных глаз пал на блондина, на лице воцарил недовольный оскал. – Ты.. Ты.. Да блять! — далее, понесся мат, смешанный с итальянскими ругательствами. Де'Карли был взбешен, оскорблен и даже зол в этот момент как никогда, он не знал куда себя деть и о чём в первую очередь думать.       В то время, пока мужчина все ходил кругами по кабинету и психовал, Батлер, на которого не обращали практически никакого внимания, словно забыв(хотя, со своим воображением парнишка сам мог надумать даже то, что стал невидимым), слез со стула, на котором только несколько минут назад упокоился, и подошел к рабочему месту мафии. Пока тот, не смотря в его сторону, бубнил что то себе под нос и ничего не подозревал, с легкой улыбкой блондин уселся на его место. В руку сразу попался лист бумаги. Конечно, на одной из сторон было что то написано печатным шрифтом, но юного творца это никак не остановило, да и в принципе не калышило. Так же, отыскав простой карандаш, парнишка принялся за дело.

***

POV Риккардо.       Злость уже почти ушла, а каши в голове почти не было, однако раздражительность присутствовала. Вдруг, я вспомнил про того самого Батлера. Чарльз... Точно, Чарльз. Я стал искать его глазами в той стороне, где он до этого сидел. Однако, не заметив его там, я заподозрил неладное, и понял, что отвлекся от самого главного. Мой стол был сейчас за моей спиной... Он... Он мог по тихому обшаривать его сейчас, находя нужную ему информацию обо мне и остальной мафии. Если я повернусь, он возможно даже выстрелит мне в ебальник. – «Стоп, блять», — в эту секунду я понял свою оплошность. Так, о чем я... Вару сказал, это просто художник с площади. Ну... Даже если он и подобрал его где попало, то уж по любому, пробил все личные данные! Не столь же он глуп... Наверное. И все же. Медленно повернувшись, я слегка прихуел. Тот, не обращая на меня, да и наверное, на мое присутствие в общем, совершенно никакого внимания, сидел за столом, и преспокойно рисовал на какой то бумажке простым карандашом. Закатив глаза и довольно тихо, облегченно выдохнув, а после сменив взгляд на более серьезный и грозный, я подошел к нему. – Чего делаем, а? — задал вполне грубый(ну уж какой мог выдать в тот момент) вопрос я, сразу приглядываясь к рисунку. Там, на этом листе А4, был изображен какой то лес, что ли... И, как я понял, ручеек. Да, пусть этот недо-художник и рисовал одним простым карандашом, при взгляде на рисунок казалось, что он потратил на него все свои краски. Хотя, зачем я об этом... Ох, черт, он молчит! Ответь на вопрос, ëб твою! – Ась? — слегка изумленный взгляд отвлекшегося от своего дела и полнявшего голову парня был направлен на меня. На деле смотрел он мне в глаза, а казалось, прямо в душу, принося, скорее даже неосознанно, некий дискомфорт. – А... Да так, нашел какой то листик, и решил нарисовать... Кхм, это... — слегка испуганный взгляд забегал по уже не белоснежному листу, от чего я понял, что что то не так. – Говори. — даже от единственного, простого моего слова, люди уже понимали что нужно делать, ибо боялись за свою жизнь, которой я на раз-два мог лишить их. Да и, думаю, тон у меня не очень благо обещающий. – Ам... Ну, я не знал что это был за листок, так что вот. — он переворачивает лист, и я наблюдая за тем, как какая то картинка сменяется на какой то текст печатных букв. В моей голове сразу возникли вопросы, а сам я стал вскипать от ярости. Сидящий довольно близко художник замешкался, видимо, виновато опустив взгляд в пол. Я же, взяв лист, прочитал содержимое текста и прикрыл лицо другой рукой, раздраженно вздохнув. – Господи, Батлер!! Это... Это... Блять, можно я тебя прямо здесь пристрелю!? — все же, выдавливал из себя крики я, на что тот лишь изредка пожимал плечами, отворачивался в сторону и словно прикрывал свое лицо. Ему настолько стыдно? Типа, сначала делает, а потом думает? Или он сейчас... End Pov.       Из за криков на художника накатил некий стресс, слегка переросший в дрожь. И до того чувствительный, в особенно в критике своих работ, художник, не был готов к своей же реакции. На глазах появились слезы, о которых Чарльз, так наверное и не узнал, если бы не почувствовал как они с легким жжением скатываются на его щекам. Пусть, он и сам довольно прямолинейный, да и в принципе честный, своих слез ему никак не хотелось показывать, особенно сейчас. В этой заварушке... Было не очень. Если честно, Батлера даже пугал сегодняшний день. Очень. Однако, он был вполне смелым, вот и получилось вот так... Заметив, как держащая карандаш рука чуть вздрагивает, мафиози резко замолк. Он уставился на художника так, словно видит уличного, потрепанного котенка, однако сам нихуя не понимает, что делать с таким котенком. Ничего лучше не придумав, ну или же может не было других вариантов, Де'Карли тихо извиняется за крики, и быстро достав из внутреннего кармана пиджака плоток, протягивает его сидящему за его же столом. Тот, чуть приподнимая взгляд и смотря на ткань в руках того, кто ждал пока ее примут, все же сделал это. – Извините, — чуть хриплым голосом проговорил голубоглазый, а потом все же прокашлялся в кулак, тем самым нормализовав голос. – Правда не знал, что это какой то важный документ. В ответ на это был слышен лишь тихий вздох со стороны монохромного, что все стоял на одном месте, натаптывая дыру под собой. Рука в черной перчатке дотянулась до головы парня, после чего его потрепали по волосам. – А ведь красиво получилось.

***

      – То есть, Вы решили меня типа оставить? Что, простите? — блондин изумленно хлопал ресницами, смотря на того, словно услышал что то, что не каждому говорят. Хотя, по сути, так и есть. Просто Батлер через чур эмоционален... Тоже самое Риккардо припомнил самому себе уже раз сорок за все время их общения, кой, кстати, было и не очень уж долгим. Когда Чарльз переспросил, мафиози лишь ухмыльнулся, показывая выпирающий клык. Выпендривается? Нет, просто его естественная ухмылочка. – Да да... Будешь мне картины рисовать, — он на секунду сделал паузу, смотря на привставшего и отошедшего до этого к стене голубоглазого. А что, ничего так... – Тебе тут делать нечего от слова совсем, однако ты знаешь слишком много. Я мог бы тебя убить... Но... Ты же художник, так? Ну, вот и останешься им. — уголки губ снова чуть приподнимаются. У кого то бы уже скулы свело, но не у Де'Карли. Почему он так поступил? Да хрен его знает... Художник же, смотря ему в глаза, слегка облегченно выдохнул. Хах, наверное, и правда сначала подумал, что его все таки убьют. Однако, судьба сложилась по другому... Огромный ли это минус для Батлера? А может, это все таки плюс?