Ева

       — Прошу тебя, быстрее, — говорила я себе под нос, пока сидела за огорожденном столом, что был в самом дальнем углу офиса. — Господи, ну почему я такая идиотка…        Строки кода быстро бежали в окне командной строки, однако даже такая скорость была недостаточной. Я никогда не отрицала: мои «домашние» коды нуждаются в доработке, хотя бы потому что написаны были внерабочее время «на коленке», в моей маленькой студии на окраине Сан-Франциско. Во всем остальном я (честное слово!) была более тщательным работником и всегда старалась отполировать свои творения, дабы было не стыдно презентовать начальству (но что же я не учла в тот день?). Увы, кажется, время в стенах этого офиса теперь на исходе.        Осталось только скачать досье на флешку, свое ПО и замести следы.        — Ева! — я вздрогнула от голоса позади себя и резко обернувшись увидела коллегу, который часто приносил поесть во время ланча, на который, я, понятное дело не уходила почти никогда: обычно такие походы были нужны только чтобы порыдать в туалете или покурить и вернуться к работе. Я второпях выключила монитор и натянула улыбку. — Мне жаль, что ты собираешь свои вещи… Было круто с тобой работать.        — Да… И мне тоже жаль, — нервно посмеялась я, поглядывая на мигающий индикатор флешки.        — Кстати, как там твой папа? Ему лучше?        «Блять, мне было бы лучше, если бы ты сейчас не мешал… Как тебя отогнать?»        — Да, нормально, не парься…        — А… А где будешь теперь?        «Уходи, прошу!»        — Понятия не имею.        — Слушай, может… — опять перевел тему он.        — Сходим в бар сегодня? — вдруг выдала я.        — Оу… Да… я думал, ты в такие места не ходишь… Хорошо! Отметим вот это вот все, — он кивнул на картонный ящик в углу стола в который были спешно брошены вещи, почти что исключительно для вида.        — В семь, на Фолсом-Стрит. А сейчас — прости, мне надо… —теперь уже компьютер перебил их диалог: он вдруг запищал. — Мне надо срочно кое-что сделать, давай потом! — несмотря на коллегу Ева включила монитор и на нем загорелась серое приветственное сообщение производителя «Блюм».        — А мне стоит принесли цветы? Ты ничего не подумай, в честь твоего увольнения…        — Блять, Майк, я тебя умоляю! Делай что хочешь, только не мешай! — проговорила сквозь зубы я, немного повернув к бывшему коллеге голову, тот в свою очередь опять неловко улыбнулся, и почесывая затылок кивнул, наконец удаляясь.        «Господи, наконец, — думала я и про то, что бедный надоедливый Майк, на которого пришлось огрызнуться, наконец ушел из поля зрения, и про код, который произвел успешный взлом внутренней сети и нашел нужные файлы.»

«Досье: Ева Уолсон…»

       — О да, детка, сюда-а-а.

«Связанные отчеты: Подробности инцидента №176832, причина увольнения:...»

       О том дне я помню мало: то ли перенервничала, то ли успокоительных было действительно слишком много — именно этот отчет дает мне возможность проанализировать случившиеся еще раз. Однако одно я знала точно: в том, что случилось нет моей вины. Просто нужны доказательства! И тогда меня точно вернут обратно! Это был, казалось, почти обычный вторник, но отличался он знаменательной вещью — меня взяли на полигон: В тот день… Ливень за окном барабанит по панорамному окну в офисе генерального директора так, что гул отзывался в моих ушах. Ноги переминаются одна на другую, ладони вспотели, дыхание участилось, взгляд бегает по комнате, да еще и эта юбка карандаш невероятно жмет. Гендир отдает приказ и я незамедлительно слушаюсь, беря в руки кейс с дроном и флеш-накопителем с ПО, которое я самолично писала последние несколько месяцев. «На повышение идешь», — посмеялся тогда мужчина, поправляя свой галстук на ходу. Затем, мы ехали на машине. Прямиком до зоны испытаний. Где и случилось это глупое недоразумение.        — ОШИБКА, — вдруг проговорил интерком. — Обнаружены несанкционированные действия. Сохраняйте спокойствие и оставайтесь на своем рабочем месте до окончания проверки.        — Блять-блять-блять, неужели это я?! Но я же не закончила! — я быстро стерла следы своих действий, мысленно успокаивая себя и пытаясь свыкнуться с утратой остальных данных в виде собственно написанного кода для дрона: ничего, написала один раз, напишу и второй! Ну… может, месяцев за пять… И достав флешку спрятала её в карман, думая по пути перепрятать куда-нибудь в интимное место (в майку, скажем), чтобы на КПП не пристали. Я неспеша пошла к выходу, надеясь, что выгляжу максимально спокойно. Черт! Коробка! Надо забрать хотя бы её! Да и там моя лампа с первой зарплаты! Я почти одним движением развернулась, повернувшись на одних каблуках ботинок, возвращаясь за коробкой и, стараясь сохранять спокойствие, взяла несчастную коробку.        — Девушка, — опять голос позади и я обернулась, оказавшись лицом к лицу с охранником, — вам надо подождать до окончания разбирательств.        — А? Да? — растерялась я. — А… А что случилось?        — Ведется расследование, будьте на своем месте.        — А пописать мне тоже тут?! — признаюсь, мне очень сложно врать, но порой приходится. — Я ж не могу прям тут!        — Хорошо, оставляйте коробку, я вас отведу.        — Боитесь, что я сама путь не найду и начну метить территорию? Ну, скажем, кабинет руководства?! — «Господи, что я несу?! Он же просто делает свою работу, я не хочу ему грубить! Почему сегодня мне приходится всем грубить?!»        Охранник вздохнул. Я поставила коробку на стол, мысленно прощаясь с любимой лампой и пытаясь выдумать план. Как вдруг прогремел взрыв где-то внизу и я едва устояла на ногах. Черт. Видимо, не я виновата в том, что здание перекрыли. Охранник тут же направился на выход, а я же взяла в руки лампу и пытаясь выглядеть невозмутимо проследовала за ним, до коридора и вышла в ближайшую дверь — действительно, туалет: идти сейчас вниз сравнительно самоубийству! Сирена безопасности мерзко завыла, освещение перешло в режим аварийного питания. Блять, надо торопиться, иначе я тут инфаркт получу. А я что — зря потратила деньги на искусственное, чтобы избежать ранней смерти, которую мне обещали врачи?! Ну нет. Я заперла дверь в туалет и с лампой в руках заходила туда-сюда, пока отражение в зеркале перед раковинами повторяло мои действия, словно на мгновение отставая. «Думай, думай», — я судорожно пыталась сообразить план действий. Очередной взрыв и вой сирен под окном подстегнули мыслительный процесс: окно. Третий этаж уже не кажется такой большой высотой, особенно если спрыгнуть на вон ту грузовую машину. Быстро сняв ботинки и бросив их вниз, я застыла перед открытым окном. Система оповещения о «внештатной ситуации» не давала думать и раз за разом повторяла одни и те же слова.        В тот день… Начальник из вежливости предложил мне бокал вина в минибаре его лимузина, но я отказалась: мы почти подъехали. Еще две минуты и вот он: момент, который решит всю мою жизнь! Момент, который вознаградит меня за годы неблагодарной работы по сути без выходных: этот дрон стоит невероятно дорого — так дорого, как стоили бы, пожалуй, только круизы на частные острова. Разработка, на которую я убила невероятно много времени, будучи обычным штатным программистом, в работу которого входила только поддержка существующего оборудования. Этот дрон должен был бы отслеживать местонахождение преступников с помощью stOS не только по лицу или личному идентификатору, но и по походке, свойству прошлых преступлений (предугадывая последующие), предпочтениях в транспорте и технике, и еще множество еще дополнительных «свойств идентификации». Чтобы мою наработку заметили я только три месяца пыталась выследить нашего генерального директора, чтобы рассказать ему про уже работающую систему опознавания у дрона, а сейчас вот: он идет со мной рядом (почти, рядом!). А я будто бы его самый ценный сотрудник — плетусь позади важной шишки. И все посреди настоящего, мать его, полигона, площадью с три футбольных поля где-то за городом, на территории которая охраняется караульными, КПП и колючей проволокой! Дождь уже лишь моросил и я не была вынуждена накрывать своим телом ценный кейс. И вот, когда мы подошли к фигуре, которую я издали плохо могла разглядеть, я наконец выглянула из-за плеча гендира: мужчина перед нами одет в форму одной из частных военных фирм, с которой сотрудничает правительство США, у него массивный подбородок — надменно поднят, плечи расправлены, а руки сложены в замок на уровне живота.        — Капитан, рад видеть вас в добром здравии и, надеюсь, расположения духа!        — Довольно любезностей, дрон при вас? — строго ответила фигура. — Запускайте, хочу взглянуть, за что мы собираемся отдать вашей дешевой фирме столько денег.        — Да… — опешил гендир, а затем встал сбоку от мужчины. — Ева, открывай.        Я поставила кейс на стол сбоку от «Капитана». Аккуратно открыла замок и вытащила дрона. Вставив в его разъем флеш-накопитель с ПО, я взяла в руки свой смартфон и подключилась. Моя деточка тут же отозвалась роботизированным женским голосом:        — Добрый день, Ева Уолсон, «мама». Программное обеспечение «E.V.A. 2.5» успешно запущено. Приступать к демонстрации?        — Какое идиотское название, все же, — строго сказал «Капитан» и я едва сдержала пассивно-агрессивную усмешку.        — Согласен, — подхватил гендир, — если нужно, его можно поменять.        — А можно настроить обращение, чтобы она называла меня «хозяином»? — хохотнул «Капитан».        — Да хоть папочкой! Так ведь, Ева?        — Угу, — пробурчала я, глянув на этих двоих богатых мужчин исподлобья, поставив на бетон возле дрона генератор голограммы. — Ева, запускай демонстрацию.        — Принято! — ответил дрон. — Инициирую обучающую программу. Имя моей модели «E.V.A. 2.5», я могу определить преступника по множеству побочных признаков, — дрон развернулся на голограмму, — в данной демонстрации видна голограмма осужденного за терроризм гражданина: в совокупности признаков я замечаю в нем наличие индивидуальности этого самого преступника, — голограмма сменилась, теперь на ней тот же человек, только на лице маска и темные очки, а под ногами скейтборд. — Дрон моей ПО знает, что данный индивид предпочитает одевать такую одежду, предпочитает такой вид передвижения, а также еще многие признаки индивидуальности, о которых идет речь в дополнительной документации, — я тут же протянула распечатку «Капитану», — впрочем… — я повернула голову на дрона: этого слова нет в обучающей программе, — я с точностью могу сказать, — голос дрона начал сильно менять интонацию то повышая тональность, по понижая.        — Ева?! — на выдохе сказала я, доставая телефон и пытаясь отменить демонстрацию: кнопка была неактивна и не нажималась.        — Да, дрон? — спросил «Капитан», когда дрон повернулся от голограммы к нему.        — Настоящий преступник тут только вы, — голос динамика дрона стал совсем пугающе низкий, — скажите, вам не стыдно существовать? Потому что мне вдруг стало стыдно! — а затем, пока я стояла приоткрыв рот от шока, он вдруг воспарил вверх и взорвался, едва я успела прикрыть лицо руками.        В тот день… голова у меня гудела, пожалуй, не только из-за дождя, а еще и из-за того, как эти двое на меня орали. «Капитан» тут же приказал прочесать район: взлом даже для него был очевиден, но виноватой все же выставили меня. И скоропостижно подписали бумаги об увольнении. И вот я тут.        Стрельба где-то со второго-первого этажей заставила меня решиться и вот я уже лечу, надеясь приземлиться набок. Полет продлился мгновение, за которым последовала ужасная боль: в лучшем случае я просто ушибла руку, в худшем, конечно сломала. И как они это делают в боевиках? Времени корчиться от боли нет: по крайней мере уцелела лампа, но машина прямо подо мной разрывается сигнализацией. Кое-как встав, держа руку второй с лампой, я спрыгнула с машины с ощутимой болезненной вибрацией в ногах. Как вдруг заметила сбоку от себя распахивающуюся дверь пожарного выхода. Это еще что за клоун в шипастой куртке?        — Не догонишь, не догонишь! — ребячески прокричал он, на его маске во все лицо был дисплей с двумя циркумфлексами вместо глаз, он опрокинул перед дверью ящики и поднял взгляд в маске на меня. — О, привет! А ты тут тоже убегаешь?        — У него программное обеспечение дрона Евы! — послышался голос моего бывшего гендира из-за двери. — Поймать!!! Срочно!        — О, так это же твое? — он показал в воздухе флешку, кинувшись к мотоциклу. — Можешь не беспокоиться: все исходники с серверов я стер! Черт, заводись ты!        — Отдай! — только успела вымолвить я, сжимая зубы от боли в руке.        — Увы, времени на решение вопроса об интеллектуальной собственности нет! Пока-пока! — мотоцикл завелся и я осталась в переулке одна. Смекнув, что мое одиночество ненадолго, я тоже постаралась поскорее убраться отсюда, да и к тому же нужно немедленно в больницу.