Мистер Нортон Холл

Как северный город, он мрачен и хмур, Пустой и холодный, как замок немецкий. Совсем не прекрасен и вежливо хмур, Шагает по Лондону с грацией клерка. Быть может, он был недостаточно горд, Но бел воротник его белой рубашки. Характер его, как и следует, твёрд, У трости старинной тяжёл набалдашник. Идёт мистер Нортон с фамилией Холл И сеет повсюду несчастья и горе. Его самодельный игрушечный трон На чьих-то костях и крови был построен. Поместье закрыто на сотни замков: Чужая печаль за оградой чугунной. Услышишь лишь чей-то несдержанный стон И тут же всё смолкнет на долгое долго. А вот мисс Реббекка, она же — мисс Холл, Сестрица угрюмого мистера Холла. Покинет нескоро родной она дом, Сперва от ребенка избавившись споро… Прекрасным поместье не смею назвать, Но всё же таится незримая прелесть В величестве залов, в богатстве убранств И в сотне картин, украшающих стены. Здесь множество комнат — числа им не счесть! — И в каждой история чья-то сокрыта. И только под крышей почти в темноте Сидел в одиночестве глупый мальчишка. Он тоже был Нортон и тоже был Холл, В лице его также читалась угрюмость. Уродства и кровосмешения плод, Он был Нортон-младший и всё же — ненужным. Отринутый в детстве своим же отцом, Оставленный матерью в детской постели, Он был заклеймён злостной кличкой «урод» И брошен семьёй на судьбы попеченье. О, как ненавидеть он рано посмел Холодные стены холодного дома: За срок небольшой он так скоро успел Взрастить в себе ярость и тихую злобу. Он не был красив той красой, о какой Мечтает порою в покоях девица, Глаза закатив и лаская рукой Чересла младые, что роз шелковистость. В нём не было мужества римских богов — К такой маскулинности он не стремился — Но нежный и женственный словно Амур, И девам, и юношам плёл свои сети. Он был покорителем юных сердец, Хранитель ключей чьих-то душ неспокойных. Он знал, чего хочет, и старый отец Ему был не нужен — он вышел из моды! Он не был здесь сын, от него отказались, И он отказался от рода в отместку. Он знал, что бастардом, по сути, являлся, Что он — сын садовника, мистера Мейнорд. Но власть ослепляла его, словно солнце, Он знал, что достоин, что может быть большим. И жизни другой для себя не лелея, Он сам превращался в тирана-злодея. Он был тот, кто Лорд, тот, кто выше по праву, Он ждал лишь покорности и преклоненья. Стремясь вознестись над рядами вассалов, Себя превращал в символ боготворенья. По локоть в крови бледность рук обагрив, Стал клятвопреступником, отцеубийцей. И мать обманув, в склеп холодных гробниц Её упокоил на вечные веки… Идёт мистер Нортон с фамилией Холл И сеет повсюду несчастья и горе. Его самодельный игрушечный трон На чьих-то костях и крови был построен!..