Спиральная любовь

Его глаза сосредоточенно нахмурились, внимательно просматривая свиток. Изображения и диаграммы, изображенные на свитке, были бы просто тарабарщиной для обычного наблюдателя. Однако для тренированного глаза они были бы шокированы количеством деталей и информации, предоставленной изображениями. Не то чтобы у кого-то из них были какие-то намеки на то, для чего предназначался свиток, но любой ниндзя мог предположить, что это была техника. Они были наполовину правы, так как свиток изображал не простую технику ниндзюцу, а вместо этого запечатывающий массив, который активировал бы технику. Это был один из высочайших уровней герметизации; иметь возможность направлять и формировать чакру по своей воле, а не просто изменять или усиливать один аспект. Покачав головой, он сложил свиток и со вздохом положил его на стол. Он был на пороге того, чтобы охватить весь массив целиком, но на данный момент замер. Расшифровка техники герметизации такого калибра была непростой задачей. Доверяй своей матери, чтобы она давала ему самые невыполнимые задания. "Братик?" - раздался мягкий голос из дверного проема. Лениво повернув голову, он обнаружил, что смотрит в лазурные глаза своей сестры-близнеца. Моргнув, он с одобрением оглядел ее с ног до головы. Она только что пришла с душа, о чем свидетельствовали ее влажные волосы, с которых капало немного на деревянный пол. Однако что сразу привлекло его внимание, так это ее выбор одежды. Она носила одну из его футболок удобно, хотя и не очень подходяще. Длина футболки заканчивалась примерно посередине ее бедер, и он мог видеть лишь намек на ее любимые трусики с черной шнуровкой. Она выглядела великолепно. "Наруми..." - пробормотал Он наполовину в знак приветствия, наполовину в знак одобрения ее наряда. Она слегка покраснела, почувствовав его хищный взгляд, скользящий по ее телу. "Хм, я тут подумала... Не мог бы ты помочь мне с волосами?" Улыбнувшись, он с размаху поднялся со своего места, в мгновение ока сократив расстояние между ними. Он на секунду погладил ее по щеке, прежде чем взять ее руку в свою. "конечно." Взяв ее за руку, он повел ее сквозь стены их дома, его шаги шли знакомым маршрутом. В конце коридора он остановился, прежде чем открыть дверь в комнату их матери. Главная спальня была очень большой и просторной, но что он действительно хотел использовать, так это зеркало в полный рост, стоящее рядом с комодом. Взяв единственное кресло в комнате, он поставил её перед зеркалом, прежде чем сесть и усадить сестру к себе на колени. Она пискнула от внезапного движения, но расслабилась, почувствовав, как его руки обхватили ее. На мгновение они замолчали, просто купаясь в присутствии другого. Наруми счастливо откинулась в его объятиях, положив голову ему на плечи. Наруто глубоко вдохнул, слегка очарованный видом ее обнаженной шеи. От нее чудесно пахло цветочным шампунем, которым она с его матерью любили пользоваться. Когда он вгляделся в отражение в зеркале, он почувствовал ликование при виде того, что его встретило. Его прекрасная сестра прижималась к нему, выглядя так, словно ей здесь самое место. Крепче прижав ее к себе, он вздохнул, наслаждаясь ощущением ее восхитительно мягкой кожи на своей собственной. "Наруми?" - прошептал он. "Хм?" - пробормотала она в ответ, все еще нежась в его объятиях. Он провел одним пальцем вверх от ее талии, коснувшись ее груди, заставив ее ахнуть. Этот звук был подобен музыке для его ушей, и он ничего не мог с собой поделать, когда поправил ее положение так, чтобы она сидела боком к нему на коленях. "Ты выглядишь прекрасно", - сказал он ей, любя застенчивую улыбку, которая появилась на ее лице. "Братик?" - с любопытством спросила она, моргая, когда он сократил расстояние между их лицами. Он поцеловал ее, и она застонала, почти лихорадочно прижимаясь к нему. Углубляя поцелуй, он позволил своим рукам блуждать по ее совершенному телу, любя все в девушке, сидящей у него на коленях. Прервав поцелуй и оставив след слюны, он улыбнулся запыхавшейся девушке в своих объятиях. Она задыхалась, лицо внезапно покраснело. Наруто еще раз коротко поцеловал ее, прежде чем начал спускаться к ее шее. Она застонала, когда он оставил дорожку горячих поцелуев на ее шее, прежде чем остановиться на плечах. Когда его руки начали блуждать, она почувствовала, что погружается все глубже и глубже в знакомый туман вожделения. "Б-братик - Ах~", - простонала она, когда он внезапно скользнул рукой в ее трусики. "Ч-подожди..." Он помолчал, с любопытством глядя ей в глаза. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями, так как рука, прижатая к ее холмику, оказалась довольно отвлекающей. "Наше свидание". - напомнила она ему задыхающимся голосом. На его лице появилось хмурое выражение, и ему пришлось вздохнуть. Вытащив руку из-под ее трусиков, он крепко прижал ее к себе. "Какой позор..." Она вздрогнула, когда он провел руками вверх по ее спине, тело все еще покалывало от его ласк. Он действительно был ненасытен, так как причина, по которой она приняла душ в первую очередь, заключалась в том, что он взял ее прямо на их кофейном столике, когда они вернулись домой. Она знала, что ее брат разочарован, и переплела его руки со своими вплетенных в них. "...У нас будет много времени сегодня вечером, Братик". Он вдруг улыбнулся. "Ты права, мама вернется только завтра". В последнее время их мать принимала много высокопоставленных миссий. Конечно, этого следовало ожидать от куноичи ее калибра. Один из немногих S-рангов, которые Коноха могла легко выставить, и один ее вид заставлял большинство врагов убегать. Ей не нужно было выполнять ни одну из миссий, учитывая ее статус главы клана, но она вызвалась добровольно, желая сохранить свои навыки на высоком уровне. Хотя это не сильно утомляло, даже несмотря на то, что она провела последнее десятилетие, воспитывая своих детей, она хотела сохранить свою репутацию. "Я действительно обещал пригласить тебя на свидание", - тихо пробормотал он, рассеянно приглаживая ее волосы одной рукой. Наруми посмотрела в зеркало перед собой, увидев фигуру девочки, лежащей боком на коленях старшего мальчика. Несмотря на то, что ее брат был старше всего на несколько минут, он определенно выглядел старше ее, вероятно, из-за его усатых щек, которые придавали ему дикий вид. Но когда она увидела себя лежащей на коленях у брата... она не могла не чувствовать себя как дома. Не было другого места, где она предпочла бы быть. Она теснее прижалась к нему. Наруто держал правую руку вокруг ее талии для поддержки, а левой рукой он послал концентрированный импульс чакры. Краткое множество печатей загорелось на его руках на долю секунды, прежде чем исчезнуть, и в его руках появилась расческа для волос. Это была высококачественная вещь из Снежной страны, ручка была золотой, а головка серебряной. Ловко повертев его в левой руке, он начал приглаживать красивые светлые волосы своей сестры. Было довольно забавно, что расческа была подарком от него ей, но, поскольку она каждый раз заставляла его расчесывать ей волосы, она отдала ее ему на хранение. Его сестра удовлетворенно вздохнула, когда он откинул ее волосы назад мягкими, знакомыми движениями, которые были невероятно успокаивающими. Она закрыла глаза, погрузившись в тепло и присутствие своего самого дорогого человека. ХХХ Эти глаза продолжали смотреть на нее сверху вниз. Она не могла понять, почему они так на нее смотрят? С таким... гневом. Она не помнила ничего такого, что могла бы сделать, чтобы заслужить это. Она была хорошей девочкой, ее мать и брат всегда так говорили! Это не имело смысла, то, как взрослые смотрели на нее сверху вниз обвиняющими глазами, полными недоверия и гнева. И вдруг она вспомнила о своем положении. В отчаянии оглядываясь по сторонам, она больше не могла найти своего брата. Ее рука была холодной. Ее отвлек торговец, который продавал домашних кроликов, и она впала в легкий транс. К тому времени, когда она поняла это, она отпустила руки брата. "Братик..." Сегодня они должны были играть в парке, и она была взволнована, потащив его за собой почти сразу, как только они закончили свой завтрак. Ей следовало бы знать лучше, чем пытаться срезать путь через оживленный рыночный район. Теперь она была потеряна и одинока. '...Братик?' Она почувствовала, как слезы защипали ей глаза, и упрямо вытерла их. Она не могла плакать, только не перед всеми этими ненавистными людьми. Но это было так тяжело, когда все, чего она хотела, - это скрыться от их ненавистных взглядов и забраться в свою постель. "Где ты, Братик...?" С тех пор, как она себя помнила, ее брат всегда был рядом с ней. Он был лучшим братом во всем мире. Он всегда заставлял ее улыбаться и делал все возможное, чтобы она была счастлива. Играл с ней, держал ее за руку, расчесывал ей волосы. Она не могла вспомнить ни одного момента, когда бы его не было рядом с ней. Но теперь, одинокая и напуганная, она звала единственного человека, которого хотела больше всего. Ее мать была доброй и мягкой... но ее брат, он был сильным. Она заметила это только сейчас, но он отвлекал ее от постоянных взглядов гнева и ненависти, отвлекая ее внимание на чем-то другом всякий раз, когда они были снаружи. Он был ее защитником, ее теплом. И он исчез. Она всхлипнула, сползая по стене и тщетно обнимая себя. Несколько обеспокоенных взглядов было брошено в ее сторону, но большинство прохожих проскочили мимо нее, даже не оглянувшись. Они не хотели тратить свое время на общение с кем-то вроде нее. "Наруми!" Она в шоке подняла глаза, когда ее брат подбежал к ней, и вскрикнула, когда он оказался в пределах досягаемости, почти мгновенно протянув к нему руки. Он крепко обнял ее, шепча ей на ухо успокаивающие слова. Не обращая внимания на пристальные взгляды за его спиной, ее брат отвел взгляд от более любопытной группы зрителей. Она крепко обняла его, заглушая свое горе. В его теплых объятиях она снова почувствовала себя в безопасности. Защищенной. Любимой. "Мне так жаль, Наруми..." - прошептал он. Она покачала головой, прижатой к его плечам. "Я испугалась, Братик". "Никогда больше, Наруми". Он пообещал, взяв ее руку в свою и крепко сжав ее. "Никогда не отпускай мою руку". ХХХ Он шел по дороге со своей сестрой, рука об руку. Солнце только начало садиться, заливая окрестности тусклым оранжевым сиянием. Он был одет в простую одежду, красивую рубашку и черные брюки. Верхняя часть его рубашки была немного расстегнута, открывая часть его подтянутой груди и обнажая ожерелье, которое висело у него на шее. Это было не очень экстравагантное украшение, выполненное только в стиле инь и ян. Но это был подарок его сестры, и его значение было гораздо глубже. Рядом с ним, счастливо положив голову ему на плече, стояла его прекрасная сестра-близнец. Она была одета в светло-голубой сарафан, который красиво подчеркивал ее изгибы, оставляя при этом светлую часть кожи. Ее волосы были собраны сзади в аккуратный хвост, который он сделал для нее, а на шее висело сверкающее ожерелье из рубина. Помимо очевидной экстравагантности красных камней, они служили и другой цели. Даже не прикасаясь к нему, он мог чувствовать жужжание энергии, исходящей от ожерелья. Просто еще один из его многочисленных подарков сестре. Они привлекали много взглядов, когда ехали по главной улице Конохи. Примерно в это время снаружи были только те люди, которые отваживались выйти на вечер. В Конохе было много мест, которые можно было увидеть и чем заняться, и даже те, кто там жил, с трудом могли уследить за многочисленными доступными достопримечательностями. Обхватив ее руками, он пристально следил за каждым, кто задерживал на ней взгляд слишком долго. Многие мужчины отвели глаза, увидев выражение его лица, даже шиноби, которые были не на дежурстве. "Братик?" - с любопытством спросила его сестра с его стороны. Он смутно отметил, что остановился, чтобы посмотреть на группу гражданских подростков, которые продолжали убегать. Оглянувшись на сестру, он нежно улыбнулся ей, прежде чем собственнически обнять. Она мило склонила голову набок, но не стала расспрашивать дальше, когда они продолжили путь. Они миновали район рынка и направились к окраинам развлекательного района. Их целью было весьма примечательное заведение, построенное на берегу одной из текущих рек Конохи. "Красный фонарь" был очень эксклюзивным рестораном, который, как правило, обслуживал только самых богатых посетителей. У них была очень известная репутация за качество их еды, а также за их обслуживание. Забронировать номер здесь было невероятно сложно, так как вам приходилось либо ждать несколько недель, либо у вас должно было быть какое-то влияние. К счастью для них, владелец был очень большим поклонником семьи Намикадзе. Поэтому, когда они приблизились к дверям заведения, которое выглядело как очень уютный чайный домик, их сразу же пропустили охранники. Войдя в уютно освещенное заведение, они были встречены служанкой. "Добро пожаловать, Наруми-сама, Наруто-сама". Он улыбнулся девушке, улучив момент, чтобы полюбоваться тем, как кимоно облегает ее фигуру. "Привет, Аями". Она покраснела, когда его глаза не сделали ничего, чтобы скрыть его оценку ее. Глаза Наруми слегка сузились со своего места рядом с ним, и она сжала его руки в качестве тонкого напоминания. Ему пришлось скрыть смешок, прежде чем продолжить. "Я полагаю, у нас забронирован столик на двоих". - сказал он веселым тоном, видя, что Аями нервно смотрит в сторону его сестры. "О-конечно, если вы последуете за мной". Без дальнейших предисловий она поспешно развернулась и повела их дальше в заведение. Хотя снаружи он выглядел как чайный домик, внутри было все, что можно было ожидать от высококлассного ресторана. Отличное освещение, создаваемое одноименным рестораном, красными фонарями, создавало очень непринужденную атмосферу. Сами посетители с любопытством посмотрели на пару, так как они представляли собой прекрасное зрелище, но большинство из них не узнали их в тусклом освещении. Поднявшись по лестнице, они поднялись на второй этаж ресторана, где атмосфера была менее непринужденной и более официальной. На этот раз они действительно привлекли много взглядов, так как все посетители, даже иностранные торговцы, знали, кто они такие. Не обращая внимания на взгляды, они последовали за Аями на второй этаж, где был установлен столик на балконе с видом на улицы Конохи. Когда они сели, он поблагодарил служанку, прежде чем попросить несколько минут, чтобы просмотреть их меню. "Братик", - надуто позвала Наруми, когда девушка ушла. "Ты ведешь себя подло". "о?” - шутливо спросил он, пристально вглядываясь в глаза брата и сестры. "Возможно, это ты... ревнуешь?" Она покраснела, когда он откинул назад выбившуюся прядь волос и взял ее за подбородок. Ее глаза затрепетали, когда он наклонился и поцеловал ее в щеку. Даже несмотря на то, что они больше не были в глазах остальных посетителей, все еще оставался шанс, что кто-то мог их увидеть. Слухи, которые могли бы возникнуть в результате, были бы довольно раздражающими, и они еще не были на той стадии, когда могли бы от них отмахнуться. "Конечно..." Она пробормотала что-то в ответ, склоняясь к его прикосновению. "Ты не должна быть такой, ты знаешь, что ты самая красивая девушка в моих глазах". Улыбка, которую она подарила ему в ответ, была просто лучезарной. Он уже собирался поцеловать ее по-настоящему, когда Аями снова вышла на балкон. Она поставила на стол несколько чашек чая и начала наливать им. Закончив, она терпеливо ждала их распоряжений. Он заказал несколько закусок для них двоих, прежде чем велел ей удивить их основным блюдом. Поклонившись, служанка ушла с их заказами. "Итак, как твои успехи сегодня?" - спросил он, сделав глоток чая. Наруми задумчиво промурлыкала, прежде чем ответить. "Намного лучше, чем раньше, я думаю, что наконец-то справилась". "Это хорошо". - сказал он с улыбкой. "Я думаю, что я почти расшифровал технику. На этот раз мама действительно выложилась по полной". Они обменялись улыбками при мысли о своей матери. Когда она отправлялась на свои миссии, она старалась не забывать об их обучении, часто оставляя несколько свитков или тренировочных техник, которые они должны были завершить к ее возвращению. Их мать могла быть настоящим рабовладельцем, когда обучала их, хотя она была самой мягкой вещью в мире, когда они были дома и отдыхали. "Кстати, Брат..." - тихо спросила она. "Хм?" "Ты думаешь, она знает...?" Он моргнул, застигнутый врасплох внезапным вопросом. "О нас?" Она медленно кивнула: "Я... Я думаю, что она знает... буквально на днях я поймала ее на том, что она довольно пристально смотрит на нас." Наруто в задумчивости откинулся на спинку стула. Он начал свои отношения со своей сестрой еще до того, как им исполнилось 10 лет, хотя они вступили в половую связь только в то время, когда оба достигли половой зрелости. Однако до этого они много раз целовались вместе, и она привыкла оставаться в его постели, несмотря на то, что у нее была своя комната. Наруми всегда боялась, что их мать узнает об этом, боялась возможного неодобрения, с которым они могли столкнуться. "Возможно", - тихо признал он. Их мать была куноичи ранга S по какой-то причине, и с ее стороны было бы довольно тривиально определить природу их нежных объятий и поцелуев. На самом деле он подозревал, что она знала об этом уже давно. "Но не волнуйся так сильно, разве мы все равно не планировали сказать ей в ближайшее время?" "Хм, если ты так говоришь". Она согласилась. Главное, о чем она беспокоилась, - это о том, что их отношения с матерью будут напряженными. Ее мать большую часть времени была ее лучшей подругой, и она будет ужасно скучать по ней, если вокруг них возникнет неловкость. Намикадзе Кушина выглядела совсем не так, как можно было бы предположить по ее возрасту, и вместо этого выглядела так, как будто ей было чуть за двадцать. Иногда их принимали за сестер, когда они вместе делали покупки, и иностранные торговцы видели сходство не только в их лицах, но и в возрасте. Вскоре топот ног эхом разнесся в вечерней тишине, и два официанта принесли свои блюда. Они не спеша расставляли тарелки на столе, завороженные чарующими взглядами Наруми. Наруто тихо зарычал, и двое поспешно убежали. Вид еды был довольно изысканным, и он знал, что повара, должно быть, приложили к ней много усилий, учитывая презентацию. Он предположил, что в использовании его имени была какая-то выгода, если это делало его сестру счастливой. Он посмотрел на нее, улыбаясь при виде голодного выражения на ее лице. Просмотрев ассортимент, он взял палочками кусок жареной свинины. "Наруми", - позвал он, привлекая ее внимание, когда он неуклонно подносил мясо ближе к ее рту. Она удивленно моргнула, но, увидев выжидательное выражение на его лице, открыла рот с " ах~". Он улыбнулся счастливому выражению и ее раскрасневшемуся лицу, когда взял для нее еще один кусочек. "Б-братик..." - прошептала она, когда он продолжал кормить ее. Ее щеки раскраснелись, а глаза бегали по сторонам. "Тебе неловко?" - спросил он со смехом и получил свой ответ, когда она покраснела еще сильнее. "Но ты не должен быть таким, я просто веду себя как хороший брат. Кормит свою прекрасную младшую сестренку..." Сказав это, он наклонился, чтобы слизнуть зернышко риса с уголка ее губ. "да... моя восхитительная младшая сестренка..." "Братик..." Ему пришлось воздержаться от того, чтобы снова поцеловать ее, но она усложняла ему задачу своим невинным выражением лица. К счастью, его прервало появление Аями, и он неохотно оторвался от надутых губ сестры. Он снова обратил свое внимание на вопросительный взгляд на своем лице. Она поклонилась, прежде чем ответить, указав на маленькую бутылочку и две чашки, которые держала в одной руке. "Бутылка лучшего вина Страны Огня для наших почетных гостей, комплименты от дома". С этими словами она поставила две чашки вместе с бутылкой саке на стол. Она не задержалась надолго и ушла, заметив пристальный взгляд Наруми. Наруто посмотрел на бутылку с небольшим удивлением. Казалось, что владельцы пытались подлизаться к ним, и думали, что бутылка очень дорогого саке поможет в этом отношении. В деревне шиноби никто не стал бы подвергать сомнению двух начинающих ниндзя, употребляющих немного алкоголя. "Немного саке, хм..." - пробормотал он, наливая чашку себе и сестре. Она с любопытством посмотрела на красную жидкость, ожидая от него ответа. "Ну, лучше не оскорблять дом, а?" Он одним движением проглотил жидкость и тут же пожалел об этом. Жжение, охватившее его горло, почти заставило его закашляться. Послевкусие было сильным, а вкус-слегка горьковатым. И все же, когда жидкость попала в его желудок, он почувствовал, как тепло разлилось по его телу. Это было приятно. Увидев обеспокоенный взгляд сестры, он решил кое-что попробовать. Схватив бутылку одной рукой, он прижал подбородок сестры к себе, сделал глубокий глоток из бутылки и поцеловал ее. "Ммф!" Ее приглушенный крик затих, когда он углубил их поцелуй, заставляя ее рот открыться, чтобы он мог дать ей немного обжигающего саке. Она застонала и задохнулась, когда ее заставили проглотить жидкость. Прервав поцелуй, он наблюдал, как она дрожит, когда жидкость стекает по ее животу. Он подумал, что перешел черту, когда она несколько мгновений не отвечала, но успокоился, когда она повернула свои полуприкрытые глаза к его собственным. "Еще..." ХХХ К тому времени, когда они вышли из ресторана, было уже совсем темно, но он не обращал внимания на то, что их окружало, и поспешил домой вместе со своей сестрой. Ее лицо покраснело, и она удобно сидела у него на спине, когда он запрыгнул на крышу, быстро подпрыгивая. Она крепче обняла его, и ему понравилось ощущение ее мягких грудей, которые прижимались к нему. Прибыв на территорию их клана, он запрыгнул внутрь и начал бороться с ключом, в то время как девушка на его спине теперь покусывала его за уши. "Ммм, Братик..." - простонала она прямо ему в уши. Оставив на мгновение дверь, он сделал еще два прыжка и оказался перед большим окном своей комнаты. Войдя через окно знакомым способом, он осторожно опустил сестру на их кровать. Ошеломленная девушка застонала от внезапного движения, прежде чем заскулить, она хотела его тепла. Он забрался к ней на кровать, расположившись прямо над ней, просто наблюдая, как ее грудь вздымается и опускается в такт дыханию. Она купалась в лунном свете, льющемся из окна, и он чувствовал, что она выглядит такой же красивой, как и всегда. Поцеловав ее в шею, он начал покрывать поцелуями ее тело, ослабляя бретельки платья, чтобы обнажить ее грудь перед ним. Он начал снимать с нее лифчик, когда заметил, что она закрыла глаза. Почувствовав, что он остановился, она открыла глаза и посмотрела на него. Пуговицы на его рубашке расстегнулись, и она провела руками по его груди. "Почему ты остановился?" Ее голос был мягким и тихим, но это было все, в чем он нуждался. Он слегка приподнял ее с кровати, помогая снять сарафан, открывая ему ее тело. Единственной оставшейся частью одежды были ее черные трусики, но это только подчеркивало ее привлекательность. Действительно, когда луна светила на нее, заставляя ее светиться в своем свете, она выглядела как богиня. Богиня, которая принадлежала только ему. Он наклонился, чтобы крепко поцеловать ее, и она застонала в ответ. Она обхватила его руками, когда он начал углублять свой поцелуй. Вскоре он прервался и начал спускаться вниз, оставляя поцелуи на ее шее и покусывая ее ключицы. Она стонала, задыхалась и обнажалась перед каждым его капризом. Ее брат знал ее тело как карту, и она едва сдерживала свой голос каждый раз, когда он сосредотачивался на особенно чувствительной области. Добравшись до ее грудей, он нежно прикусил одну, потирая другую свободной рукой. Она громко застонала, вцепившись руками в его волосы, но ее грудь все еще выпирала в знак одобрения. Она была восхитительна, как всегда, и он не торопился пробовать ее грудь на вкус. В конце концов, он начал спускаться к ее киске, где она раздвинула для него ноги. Теперь она была невероятно мокрой, о чем свидетельствовало то, насколько промокли ее трусики. Он быстро снял последнюю часть одежды, восхищаясь гладкостью ее ног, когда снимал трусики. А потом она обнажилась перед ним. Грудь вздымалась и опускалась, волосы беспорядочно разметались по кровати, и у неё были самые похотливые глаза, какие он только мог видеть. Он не просто думал, что она богиня, он знал, что это так. "Ты прекрасна, Наруми". - хрипло прошептал он, потирая руки о ее бедра. Она застонала, когда его руки приблизились к ее киске, но никогда не касались его напрямую. "Пожалуйста, Братик..." - заскулила она, ее руки потянулись вниз, чтобы попытаться облегчить часть ее потребности. Однако он сжал ее руки в своих, бросив на нее укоризненный взгляд. "А теперь, Наруми, позволь мне насладиться моим подарком". Он переместился между ее ног, и она нетерпеливо раздвинулась для него еще шире. Знакомый запах ее возбуждения был дразнящим, и он осторожно лизнул ее. Наруми громко застонала в знак одобрения, рефлекторно выгнув спину. Зная, что ей нужно, он вонзился в нее без дальнейших поддразниваний, наслаждаясь вкусом своей сестры на языке. Она дрожала и дергалась от его ласк, и ему пришлось крепко держать ее за ноги, чтобы она не сдавила его до смерти. Тем не менее, она почти болезненно вцепилась в его волосы и продолжала стонать от желания. Ее звуки удовольствия неуклонно сводили его с ума, и он убрал свой язык от ее влажного входа только для того, чтобы покрутить вокруг ее клитора. Это вызвало крик удовольствия у его сестры, и он со смаком вцепился в бугорок, прежде чем взять два пальца и начал вкачиваться в нее. Она приходила в отчаяние от удовольствия и продолжала стонать его имя. "Братик - АХа~ Наруто...Братик!" С последним криком она пришла в себя от его действий, и он начал пить ее жидкости. Она была так крепка, что даже ее хватку на его пальцах можно было счесть неудобной. Когда она пришла в себя после оргазма, он не дал ей много времени отдохнуть, прежде чем снова начал ее есть. Его язык облизал ее влажный вход, прежде чем проникнуть в ее чувствительные стенки. Она застонала от удовольствия и боли, когда ее обостренные нервы дразнили и подталкивали. Когда он был удовлетворен, он, наконец, отодвинулся от ее влажного входа и на мгновение откинулся на спинку стула. Она была прекрасна в своем посторгазмическом состоянии, просто раскрасневшаяся и уязвимая. Ее бледная кожа, казалось, светилась, и он на мгновение залюбовался ее видом. Он посмотрел ей в глаза, обнаружив тот же взгляд из-под полуприкрытых век, что и раньше, только на этот раз он был усилен потребностью. Она хотела его... может быть, даже больше, чем его самого. Он быстро сбросил остатки своей одежды, прежде чем снова лечь на нее. Ее обнаженная кожа чудесно ощущалась рядом с его собственной, и ему нравилось, как тепло она чувствовала себя рядом с ним. Он был тверд в тот момент, когда начал раздевать свою любовницу, и теперь его член был прижат к ее киске. Она ахнула, когда он двинул своим членом вокруг ее влажного входа, смачивая головку ее соками. "Братик". - прошептала она, задыхаясь, когда он оказался лицом к лицу с ней. Приблизившись, он захватил ее губы своими и скользнул языком внутрь. Она застонала, прижимаясь к нему, пробуя себя на его языке и губах. Кончик его члена покоился как раз перед ее входом, и она внезапно пошевелилась, пытаясь впустить его в себя. "Пожалуйста..." Она застонала ему в губы, отчаянно обхватив его руками и ногами. "Наполни меня, Братик... своим - мм!" Она замолчала, когда он вошел внутрь, ее стенки легко раздвинулись для него, учитывая, насколько она была влажной. Он застонал, когда кончил в свою сестру, она была невероятно тугой, и каждое подергивание движения посылало спазм удовольствия вверх. Она жадно вцепилась в него, как будто совсем не хотела, чтобы он покидал ее. Он мог бы остаться внутри нее навсегда, позволяя нежным движениям довести его до завершения. Но трение, возникшее между ее стенками, было слишком велико, чтобы игнорировать его, и он медленно отодвинулся, наслаждаясь тем фактом, что она захныкала от чувства потери. "Наруми..." - прорычал Он ей на ухо, прежде чем снова спрятаться в ножны, получив крик удовольствия, который был заглушен поцелуем. Она задыхалась и хныкала, когда он начал входить и выходить из ее тесных стен. Одной рукой он ласкал ее грудь, пока глубоко целовал, заглушая стоны удовольствия. Она действительно была создана для него, смутно отметил он в дымке удовольствия. Как еще он мог объяснить, как прекрасно он себя чувствовал, находясь внутри нее. То, как она реагировала на него, было так, словно она была создана для его удовольствия. Ей нравилось, как он использовал ее, независимо от того, было ли это нежно или нет, она никогда не откажет ему. "Как ты себя чувствуешь?" - хрипло спросил он. "Чтобы мой член был внутри тебя, Наруми?" Его сестра выгнула спину, сжимая его член, снова достигнув пика. Он глубоко поцеловал ее, заглушая их стоны, улучив момент, чтобы отвлечься ее ртом. Она сжимала его так крепко, что он тут же истратил бы свой груз, но он сдержался. Через несколько секунд она вернулась к реальности, глядя на него своими спальными глазами. Эти глаза, которые были отражением его собственных. Эти глаза, в которых для него была только одна эмоция. Любовь. "Братик... Пожалуйста, войди в меня". - прошептала она в ответ, снова и снова прижимаясь губами к его губам. "Пожалуйста... наполни меня". "Наруми!" Конечно, он не мог отказать своей сестре-близнецу и вернулся к тому, чтобы прижаться к ней. Он приближался к своему пику, ее стены были просто слишком тесными, чтобы он мог больше держаться. С громким криком он изо всех сил вжался в ее сжимающиеся стены. Она крепко прижала его к себе, когда он кончил, изливаясь в ее самые глубокие места. Она застонала, почувствовав его подергивающийся член и брызги спермы, забрызгавшие ее стены. На мгновение они остались связанными, отказываясь расставаться друг с другом. Но, наконец, он начал отстраняться от ее входа, и она захныкала от потери тепла. Она бы предпочла, чтобы он оставался внутри нее подольше, но не могла отрицать, что они оба очень устали. Лежа на спине, Наруто тяжело дышал, приходя в себя от мощного оргазма. Наруми медленно приподняла свое тело, чтобы она могла лечь на него сверху, счастливо прижимаясь к его телу. Он просто улыбнулся, прежде чем нежно поцеловать ее в макушку. Схватив одеяло и накинув его на их обнаженные тела, он начал погружаться в сон. "Я люблю тебя, Братик..." - пробормотала она ему в грудь. "Я тоже люблю тебя, Наруми..." - прошептал он в ответ, собственнически прижимая ее к себе. "Всегда".