Спиральная любовь

В воздухе витало большое волнение, когда все в классе болтали и разговаривали друг с другом, каждый из них ожидал своей очереди. Сегодня был день, которого ждали многие студенты академии, хотя некоторые, по понятным причинам, боялись его. Именно этот день определил, сможешь ли ты в конце концов окончить школу или нет. Для некоторых из них они были особенно обеспокоены, не уверенные, смогут ли они сдать экзамен и стать генином. Однако для Наруто Намикадзе все это было шуткой. Он точно знал, на что они собирались его проверить, они показали это в течение года, сосредоточившись в основном на нескольких техниках. Для него было очевидно, что экзамен будет включать в себя три техники ниндзюцу, которые инструкторы подчеркивали весь год. Этим приемам они с сестрой научились почти сразу, как только научились ходить. Он находил всю систему довольно жалкой, но, с другой стороны, процент неудач успешных выпускников академии для генина был уже достаточно низким. Было очевидно, что этот тест предназначался для тех, у кого не было опыта шиноби; гражданское население было относительно неиспользованным ресурсом. Если бы они сделали тесты слишком сложными, то большинство из них никогда бы не прошли, и почему-то они думали, что "потенциал" будет потерян. Наруто подумал, что это было довольно глупо, так как он легко мог сказать, у кого был потенциал добиться успеха среди его класса. Если не считать двух или трех аномалий, у гражданских студентов не было никаких шансов на успех. Он догадался, что Коноха хотела привлечь потенциальных ниндзя в массовом порядке, чтобы увеличить их силы. Это было в какой-то степени понятно, учитывая, что война и атака Кьюби сделали с их численностью. В этот день он был в довольно приятном настроении. После всех этих лет фальшивых улыбок и фальшивых разговоров, теперь он мог оставить все это позади. Его не пришлось бы заставлять разговаривать со своими поклонниками под видом общения, и теперь он мог позволить себе гораздо больше находиться вне поля зрения общественности. Конечно, публика не стала бы слишком много думать, если бы наследники Намикадзе были заняты тренировками. В конце концов, многие ожидали, что они пойдут далеко, возможно, дальше того, чего достигли их родители. "Наруто", - раздался взволнованный голос слева от него. Он перевел взгляд с окна на взволнованную блондинку, которая стояла рядом с ним. К сожалению, это была не та блондинка, которую он хотел видеть. "Да, Ино?" - снисходительно спросил он с улыбкой на лице. "Как ты думаешь, как дела у Наруми?" - спросила Ино с ослепительной улыбкой, счастливая, что ее влюбленность разговаривает с ней сегодня. Обычно он старался держаться в стороне во время занятий, и только Наруми могла заставить его присоединиться к их разговорам. "Она пройдет с успехом", - ответил он, мысленно закатывая глаза. "Испытание не такое уж трудное, Ино". Она прикусила нижнюю губу. "Я знаю, наверное, я просто беспокоюсь о своей очереди. Наруми определенно легко пройдет". Голубоглазая блондинка наклонилась ближе. "Кстати, Наруто, что ты будешь делать позже? Ты знаешь, если ты свободен... Тогда, может быть..." Наруто пропустил мимо ушей остальные ее слова, когда почувствовал, что его взгляд прикован к довольно значительным активам, которые давили на его руки. Ино была довольно одаренной для своего возраста, и она определенно не боялась показать это. Ее фиолетовая рубашка была низко вырезана, предоставляя ему довольно приятный вид на ее декольте из-за его угла. Тот факт, что она закатала концы юбки, демонстрируя красивые длинные ноги, не остался для него незамеченным. Ино была довольно симпатичной девушкой, решил он, и он был бы не прочь потакать девушку в некоторых ее фантазиях. Конечно, если бы только он мог сделать это без того, чтобы его дорогая младшая сестра не убила бедную девочку. Внезапно концентрированная вспышка убийственного намерения охватила этих двоих, заставив Ино прекратить свою бессвязную речь и заметно вздрогнуть. Наруто, с другой стороны, просто улыбнулся, увидев красивую фигуру своей младшей сестры в дверном проеме, ее прищуренные глаза были сосредоточены на Ино. "Я ... твоя сестра злится на меня?" Голос Ино дрожал, она была напугана намерением убить. "Ахах, это может быть моя вина..." - пробормотал Наруто, похлопывая Ино по спине, проходя мимо нее к двери. "Что касается моих дальнейших планов, поговори о них с Наруми", - небрежно отмахнулся он, игнорируя вздохи своего "фанклуба", когда проходил мимо. Его сестра была невероятно милой, когда злилась. Она надула свои сочные красные губки и откинула назад выбившуюся прядь волос, когда он приблизился к ней. Ее гнев длился недолго, когда он подошел к ней, нежно обхватил ее щеку рукой. "Теперь моя очередь, Наруми?" - спросил он, рассеянно поглаживая ее по щеке. "Мммм... да", - простонала Наруми от его прикосновения и рефлекторно закрыла глаза. Ее глаза распахнулись, когда он убрал руку. "Держи мое сиденье в тепле... И не пугай Ино слишком сильно. Хорошо?" Он нежно погладил ее по волосам, проходя мимо нее, и усмехнулся, услышав, как она сердито фыркнула. Его сестра была просто очаровательна. ХХХ Тест был полной шуткой, и ему пришлось как-то воздержаться от того, чтобы перестараться с баншином. Даже сдерживаясь, он все равно произвел на несколько буншинов больше, чем требовалось, казалось, его контролю все еще требовалось больше работы. Тем не менее, не прошло и пяти минут, как ему выдали новую повязку, которая означала, что он совершенно новый генин Конохи. Он предполагал, что большинство студентов были бы полны гордости и радости при виде этого куска металла, но он с насмешкой обернул кусок ткани вокруг своей левой руки. Он мало гордился этой деревней. Вернувшись внутрь, он убедился, что на его лице была сплошная радость, так как многие из его "друзей" зааплодировали при виде металла. Он с улыбкой принял поздравления и устало вернулся на свое место рядом со своей младшей сестрой. Она одарила его яркой улыбкой, когда он наконец сел, и ему пришлось сдержаться, чтобы не рассмеяться при виде побледневшего лица Ино, даже когда она сама поздравила его. "С возвращением, братик", - сказала Наруми с улыбкой, беря его левую руку в свою. У нее была своя повязка на голове на том же месте, что и у него, и ему пришлось нахмуриться, поскольку она довольно сильно контрастировала с ее белым сарафаном. "Ммм, возможно, нам придется перекрасить эту штуку", - сказал он ей, рассеянно проводя рукой по ее гладким плечам. Она покраснела, когда его руки задержались, чтобы погладить ее обнаженный вырез. "А-а, ну, я думаю, что буду носить его только на официальных миссиях... моя одежда шиноби должна быть в порядке с этим". Наруто согласился с ней, не понаслышке зная, как она выглядит в своем облегающем наряде шиноби. Он подозревал, что она специально купила комплект, который делал ее настолько сексуальной, насколько это возможно, только для него. Она знала, как сильно влияет на него ее форма, и хотела, чтобы он смотрел на нее даже в пылу битвы. Маленькая похотливая шалунья. Она почти пискнула, когда его рука опустилась ниже, танцуя на краях ее сарафана и лаская нежную кожу ее бедер. Несмотря на то, что класс продолжал наполняться возбужденной болтовней студентов, два близнеца Намикадзе находились в своем собственном мире. Однако только Наруми, казалось, беспокоилась о других вокруг них, и она была рада, что Ино в данный момент была в некотором оцепенении. Сакура и несколько других девушек пытались поговорить с Ино, которая тупо смотрела на них. Это было бы забавное зрелище, если бы не отвлекающая рука ее брата, которая определенно направлялась в место, которое лучше всего оставить нетронутым на публике. Ей пришлось подавить желание гортанно застонать, когда его пальцы коснулись ее киски. Она посмотрела на него из-под полуприкрытых век с удовольствием, хотя одними губами просила его остановиться. Если он сделает еще один шаг, она может потерять контроль над собой. Однако в этих сияющих лазурных глазах, которые смотрели на нее в ответ, она нашла только вожделение и желание. Как она могла в чем-то отказать своему драгоценному брату, когда он так смотрел на нее? К счастью для нее, она была несколько спасена, когда Ино наконец вышла из оцепенения и начала пытаться вовлечь близнецов в разговор. С неохотой Наруто, наконец, убрал свои исследующие руки, хотя и оставил их задерживаться на ее бедре. А пока они будут играть роль открытых и общительных близнецов. Им не пришлось бы делать это долго. ХХХ Наруми пожалела, что ее брат не был здесь, даже когда она тепло улыбнулась официантке и повела группу "друзей" к столику по их собственному выбору. Группа состояла из Ино, Сакуры, ее самой и нескольких других гражданских девушек, имена которых она едва помнила. Хотя все они получили повязки на голову, она сомневалась, что они будут носить их долго. Не с тем количеством фантазий, которые они фантазировали о ее брате. Не то чтобы она была из тех, кто болтает... В конце концов, ее брат всегда был у нее на уме. "Не, Наруми, где ты взяла это платье? Это просто очаровательно". -спросила девушка с фиолетовыми волосами, которую, как она смутно помнила, звали Ами, с удивительным выражением лица. "Разве это не так девочки?" Они все кивнули, все они видели, насколько хорошо это облегало ее фигуру, а также оборки, которые добавляли определенное очарование. "Я согласна, ты должна рассказать нам, откуда ты это взяла, Наруми", - добавил Ино. Она улыбнулась, заметив ревность в их глазах. Так и должно быть, поскольку такого шелковисто-гладкого материала нельзя было найти в Стране Огня, его приходилось импортировать в другое место, например, в Суну. "Это подарок от Наруто", - радостно объяснила она. Они ахнули и завизжали от радости. "Вау, твой брат такой милый!" - воскликнула Сакура, и другие девушки тоже кивнули. "Должно быть, это было дорого". "Ах... Хотела бы я, чтобы мой брат был таким же заботливым..." Одна из девушек вздохнула, задержав взгляд на платье. "Это был подарок на выпускной?" - с любопытством спросила Ино, увидев, как Наруми отнеслась к подарку. Она знала, что Наруми была достаточно модной, учитывая, насколько хорошо она вписывалась в любой дизайн, но, казалось, она относилась к этому платью с особой осторожностью. Конечно нет. Ее драгоценный брат всегда время от времени осыпал ее подарками, ему не нужен был повод, чтобы баловать ее, по крайней мере, так он сказал. Лично Наруми думала, что ему просто нужен предлог, чтобы купить ей скудные наряды, а не то, чтобы она когда-нибудь жаловалась. Его подарки всегда были такими милыми, и ее сердце всегда трепетало, когда он дарил ей один из них. "Да, это было на выпуск из академии", - радостно ответила она. Это, казалось, успокоило девочек, и они начали сокрушаться о том, что у них не было никого столь же заботливого, как Наруто. Эта линия обсуждения, казалось, открылась, и девушки начали радостно говорить об объекте своих желаний. Они говорили о том, что он был бы идеальным парнем, и о том, каким джентльменом он был, с тем, как он заботился о Наруми и его матери, с тех нескольких раз, когда они видели семью на публике. "О, если бы они только знали", - подумала Наруми со скрытым смешком. Ее брат, конечно, хорошо заботился о ней, и она почувствовала укол одиночества, когда ей напомнили о том, что он ушел домой. В то время как он был в безопасности под предлогом необходимости сделать что-то важное для своей матери, она не могла так легко отмахнуться от своих "друзей". В конце концов, все они были девочками, и она чувствовала, что ей нужно поддерживать свой имидж-по крайней мере, для Ино. Другие девушки, вероятно, не сделали бы этого, и неизбежно разрыв между ниндзя и мирными жителями стал бы надежным предлогом для того, чтобы дистанцироваться. "Какая девушка нравится твоему брату, Наруми?" - с интересом спросила Сакура, сразу же привлекая внимание других девушек. "А... какого рода?" - неловко передразнила Наруми, не зная, как ответить. "Да, как ты знаешь, какие девушки ему нравятся общительные типы, тихие типы... длинноволосые или коротковолосые, что-то в этом роде." "Что нравится моему брату, ха..." - с легким огорчением подумала Наруми. Она знала, что брат любит ее и что он смотрит на нее только глазами по сравнению с другими девушками, которых он встречал. Но она не знала, что он на самом деле предпочитает. Она изменила себя, чтобы наилучшим образом удовлетворить его потребности и желания, но он не заставлял ее выполнять его приказы. Он был доволен любым стилем, который она выбирала, до тех пор, пока она была счастлива. Он сказал ей, что она прекрасна во всем, даже когда на ней не было ничего, кроме его рубашки. "Мой брат... предпочитает длинноволосых девушек,-тихо ответила Наруми, задумавшись, даже когда девушки внезапно вступили в дискуссию, одна из них внезапно закричала, как ее короткие волосы удерживают ее сзади. Это было единственное, что она знала наверняка, Наруто любил длинные волосы, и ей нравилось думать, что ее собственные были его любимыми... но она знала лучше. Был кто-то еще, кто больше всего привлекал внимание Наруто в этом отношении. ХХХ Она нашла своего брата довольно пристально изучающим свиток в своей комнате. Он не поднял глаз, когда она вошла в комнату, и не поднял, когда она обвила руками его шею. Она прижалась к нему, вдыхая знакомый запах своего самого дорогого человека. Ему пришлось улыбнуться, и он поднял одну руку, чтобы погладить ее собственную. "С возвращением, Наруми", - мягко поприветствовал он, целуя тыльную сторону одной руки. Она вздохнула ему в шею, наслаждаясь его присутствием. "Братик..." - прошептала она, слегка сжимая его. Он посмотрел на нее с беспокойством. "что не так?" "Ничего..." - пробормотала она, все еще прижимаясь к нему. "Я просто так сильно скучала по тебе". Ему пришлось усмехнуться на это, и, наконец, отложил свой свиток, чтобы наклониться в ее объятия. "Ты слишком милая... Наруми." Он взял ее за подбородок, наклонил ее лицо к своему и завладел ее губами своими. Это был нежный поцелуй, но он только разжег в ней страсть, и она застонала, прижимаясь к нему. Прервав поцелуй после долгого мгновения, он пристально посмотрел ей в глаза. "Я тоже скучал по тебе, красавица". Он схватил ее за руку и развернул так, чтобы она оказалась перед ним. Не говоря больше ни слова, она оседлала его колени, счастливо прижимая его ближе к себе. Ее собственное сердце бешено колотилось, когда она смотрела в его собственные глаза. Она прижалась лбом к его лбу, наслаждаясь ощущением рук брата, ласкающих ее талию и бедра. То, как он заставлял ее чувствовать себя, было почти неестественно, но в ближайшее время она не будет жаловаться. Не тогда, когда одно его присутствие вызывало такие невероятные чувства. Она наклонилась, чтобы поцеловать его в шею, и нежно уткнулась носом ему в грудь. "Братик..." Теперь она терлась о него, заставляя его слегка застонать от ощущения между его ног. "Я люблю тебя..." Его руки привычно скользнули по ее бедрам, забираясь под сарафан, чтобы танцевать по ее шелковистой гладкой коже. Ему было отказано ранее в классе, но, конечно, ничто не могло помешать ему опустошить свою дорогую сестру. Их матери не будет дома еще несколько часов, и они смогут побыть наедине друг с другом. "Ты ведешь себя немного агрессивнее, чем обычно", - размышлял он, целуя ее в макушку, в то время как его пальцы теребили кончики ее трусиков. Черные шелковые кружева, как обычно. "Я - Ах! Я... ничего не могу с этим поделать, - громко простонала она, слегка выгибая спину, когда одна из его рук скользнула в ее трусики и начала ласкать ее киску. Она уже была насквозь мокрой, и он почувствовал, как она задрожала, когда он погрузил в нее один палец. "Ммм, Братик... Да... ах!" "Такая жадная..." Он улыбнулся, даже когда добавил еще один палец, она сопротивлялась его руке, почти пытаясь оседлать его. "Но это нормально, мы не смогли поиграть сегодня утром, а?" Она разочарованно застонала, когда его чудесные руки замедлили свой темп, дразня ее медленными, нежными ласками. Она была так близко. "П-пожалуйста... Братик..." Он смотрел на нее с чистым вожделением, и она встретила его взгляд своими полуприкрытыми глазами. Она так сильно хотела его, хотела быть наполненной им, хотела быть опустошенной, пока не получит свою награду; его семя пролилось в ее лоно. Некоторые, возможно, сочли бы эти сильные чувства, которые она испытывала к своему брату, странными, если бы не очевидный запретный характер их отношений. Но она ничего не могла с собой поделать, пребывание с братом заставляло ее чувствовать себя полноценной, и действительно, в мире не было ничего, что она любила бы больше, чем делать его счастливым и удовлетворенным. "Моя дорогая младшая сестренка..." - пробормотал он, глубоко целуя ее, заставляя ее язык подчиниться и заставляя ее гортанно стонать. Она все еще терлась о его руку, несмотря на то, что они просто касались ее влагалища. "Как я мог тебе в чем-то отказать?" - прошептал он, прервав их поцелуй. Теперь она задыхалась, почти на грани освобождения, но все же не протестовала, когда его рука отодвинулась от ее трусиков, чтобы двинуться вниз. Она терпеливо ждала, хотя все еще терлась о него, когда он помог ей снять с нее оборчатый сарафан. Его подняли и быстро бросили на пол, оставив ее только в подходящем бюстгальтере с черной шнуровкой и трусиках. Она не сделала ни малейшего движения, чтобы скрыть свою фигуру, скорее, она почти гордо выпятила грудь при виде желания в глазах своего брата. Его руки продолжали блуждать по ее безупречному телу, и он с легким смешком заметил влажное место, где она терлась о него. Область вокруг его промежности теперь была полностью мокрой. "Озорная маленькая лисичка", - пробормотал он, отвлекая ее несколькими поцелуями на обнаженную кожу. Она застонала, прижимаясь к нему, крепко прижимая его к себе, даже когда он медленно поднялся со стула, на котором развалился, ее ноги обвились вокруг его талии, все еще тщетно потираясь об него. Его ловкие руки быстро сняли с нее лифчики, и он присоединился к ее сарафану на полу. Ее красивые холмики были выставлены напоказ, и она невольно задрожала, ее бугорки были такими же твердыми, как и всегда, от возбуждения, и она ахнула, когда он поиграл с одним чувствительным бугорком, даже когда начал двигать их к кровати. Он добрался до кровати как раз в тот момент, когда она начала терять терпение, его рубашка была отброшена в сторону, и он почти снял штаны, прежде чем она резко дернулась в его объятиях, заставив его потерять равновесие. Он мягко упал на кровать, его сестра каким-то образом все еще оставалась на его талии. Она все еще терлась о него. "Братик", - прошептала она, проводя руками по его груди, прежде чем медленно выпрямиться, чтобы полностью сесть на него. Она представляла собой настоящее зрелище, одетая только в промокшие черные трусики. Ее груди двигались в такт ее тяжелому дыханию, и когда она посмотрела на него своими похотливыми глазами, он почувствовал, что у него перехватило дыхание. "Определенно, сегодня более агрессивно", - сказал он с легкой улыбкой, позволяя своей сестре побаловать себя на нем. Его руки продолжали танцевать вдоль ее обнаженной кожи, лежа на талии, чтобы поддержать ее. Она потянулась за спину и достаточно легко нашла его член, он был твердым как камень почти сразу, как только они легли на кровать. Ее гладкие руки танцевали по всей длине, прежде чем нежно обхватить основание. Он слегка застонал, когда она потерлась об него, обхватывая его своими гладкими ладонями и шелковыми трусиками. "Братик... позволь мне позаботиться о тебе, - хрипло прошептала она, все еще глядя глубоко в его лазурные глаза. Он больше ничего не хотел, чтобы перевернуться и подмять ее под себя, чтобы полностью опустошить ее. Но то, как медленно и нежно она терлась о него, казалось невероятным, и кто он такой, чтобы отказывать в снисхождении своей дорогой младшей сестре. Особенно когда это было так хорошо. "Наруми", - простонал он, слегка приподнимаясь из своего шаткого положения под ней. Она тоже стонала и, казалось, была близка к оргазму, судя по тому, как ее трясло. "Анг...мм... Братик... - она тяжело дышала, прежде чем, наконец, отпустила его член, заставив его разочарованно застонать. Вскоре это сменилось предвкушением, когда его сестра немного подвинулась, так что теперь она покоилась прямо на вершине его члена. Единственное, что отделяло его от ее чудесного тепла, - это тонкий, влажный материал ее трусиков. Даже тогда это доставляло удовольствие волнами, когда она терлась прямо о макушку его члена. Она нависла над ним, медленно собираясь с силами, несмотря на то, что явно была на грани завершения. "Я люблю тебя... Братик", - прошептала она, встретившись с ним взглядом, который можно было описать только как абсолютное желание. Она потянулась вниз одной рукой, отодвигая ткань трусиков, открывая свою мокрую киску, а затем опустилась сама. Они оба громко застонали от удовольствия, и ему пришлось почти сразу же поддержать ее за талию, когда она потеряла контроль над собой. Ее стенки так крепко сжимали его, и только из-за того, насколько она была влажной, он мог даже поместиться внутри нее. Когда он полностью вошел в нее, она, наконец, кончила. "Братииик!" - закричала она, наконец-то получив освобождение. Ее стенки восхитительно сомкнулись вокруг него, когда она кончила, и, несмотря на то, что она даже не двигалась, ему пришлось заставить себя не кончать прямо здесь и сейчас. Он зашипел от боли и удовольствия, когда она, чтобы успокоиться, схватила его за грудь, ее ногти кровоточили от силы ее хватки. У нее закружилась голова от количества удовольствия, охватившего ее, и, хотя она только что получила разрядку, удовольствие на самом деле никогда не покидало ее. Пульсирующая длина внутри нее продолжала пульсировать и пульсировать, посылая электрические разряды удовольствия каждый раз, когда она двигалась. Он чувствовал себя так хорошо внутри нее, что она не могла не пошевелиться почти сразу же, как пришла в себя, мягко покачиваясь рядом с ним. "Наруми...", - простонал ее брат, по большей части все еще сдерживаясь. То, как он обхватил ее за талию, было почти болезненным от интенсивности. "Ха... Братик", - Она начала двигаться, сначала осторожно из-за того, насколько чувствительной она себя чувствовала, но постепенно она начала двигаться вверх и вниз, каждый раз погружая их в туман безумного удовольствия. "Внутри меня... так полно..." Он двигался вверх в такт ее покачивающимся движениям, заставляя ее задыхаться, когда он каждый раз погружался по самую рукоять, целуя головой вход в ее лоно. Может быть, дело было в том, что прошло много времени с момента его последнего освобождения, или в том, что его сестра сидела на нем верхом; позиция, в которой она редко предлагала быть, но удовольствие было намного выше, чем обычно. Когда он лежал там, наблюдая за прекрасной фигурой своей младшей сестры, сидящей на нем верхом, ему пришлось подавить желание немедленно кончить, она просто чувствовала себя слишком хорошо. С тем, как легкий слой пота покрывал ее тело, только подчеркиваемый солнечным светом, льющимся из окон, и тем, как ее удивительно полные груди подпрыгивали при каждом толчке, она была просто богиней в его глазах. Богиня, которая принадлежала ему. Он приближался к завершению, и она тоже это чувствовала, он двигался все сильнее и сильнее. Она почувствовала, как приближается ее собственный оргазм, и ахнула, когда он потянулся вниз, чтобы слегка поласкать ее клитор. В тот момент, когда он это сделал, она дернулась и должна была сдержаться, чтобы не закричать, хотя он все равно почувствовал это, когда ее стены сжали его почти до боли. Тем не менее, их совокупление не прекратилось, хотя темп немного замедлился. "Братик..." - позвала она его, и он застонал в ответ. "Ты знаешь... это... ммф... т-что я... сделаю... все... что угодно ... -Она пристально посмотрела в его собственные полуприкрытые глаза, протянув руки, чтобы удержать одну из его собственных, ни в малейшей степени не замедляя темпа. "Все, что угодно... для тебя... моц дорогой... Братик!" Она сжалась. Сильно. Он застонал, когда сжатие ее сочных стенок стало слишком сильным, и одним последним толчком он погрузился по самую рукоять и отпустил свой контроль. Она выкрикнула его имя в тумане удовольствия, чувствуя, как его жгучее горячее семя наполняет ее лоно. Это чувство показалось ей удивительным, даже в нынешнем положении, и она почувствовала, как ее кульминация растянулась, когда его длина запульсировала внутри нее. Не было ничего более полного удовлетворения, чем когда она была полностью заполнена им. Через несколько долгих мгновений он выдохся, и она, наконец, рухнула на него, устроившись у него на груди. "Братик..." - сонно пробормотала она, вдыхая его глубокий аромат, который был окрашен мускусным ароматом их совокупления. Когда она почувствовала, как его руки защитно обхватили ее, она счастливо вздохнула и еще крепче прижалась к нему. Это было то, чего она хотела весь день "Наруми", - прошептал он в ее спутанные волосы, нежно приглаживая ее длинные гладкие локоны. Его член дернулся внутри нее, и он почувствовал, что мог бы продолжать насиловать свою дорогую сестру, но почему-то почувствовал усталость. Осторожно он выскользнул из ее бархатистых глубин, услышав стон разочарования от своей сестры. Он невольно улыбнулся, ей хотелось продолжать, хотя она была совершенно измотана. Может быть, в его сестре было что-то не так, ее любовь к нему явно не была тем, что можно назвать нормальным в любом смысле этого слова. И все же ему было все равно... пока она была счастлива и в его объятиях, он ничего не изменит. Его сестра принадлежала ему так же, как он принадлежал ей. "Моя..." - прошептал он еще раз с закрытыми глазами, крепче обнимая ее. Наруми сонно пробормотал его имя, счастливо вздыхая, когда он завернул их в несколько одеял. ХХХ Кушина вернулась домой в тихий дом и подумала бы, что ее детей нет дома, если бы не предательская табличка на их обуви у входа. Все огни были выключены, несмотря на вечернее сияние, окрашивающее дом в оранжевое сияние. Она вздохнула, снимая сандалии после долгого дня. Было весело ходить по магазинам с Микото, но она забыла, какой "девчачьей" может быть ее подруга. Сидеть в магазине кимоно большую часть дня было не очень весело, хотя вкусная еда в этом ресторане отчасти компенсировала это. "Я дома~" - крикнула она, рассеянно открывая свет в гостиной. Она огляделась и не увидела никого из своих детей ни на диване, ни в саду за домом. Она как раз собиралась подняться по лестнице, когда ее чувства сообщили ей о том, что к ней подходит знакомый человек. "Мама?" - спросила Наруми, а затем улыбнулась, увидев ее. "С возвращением". "Наруми", - радостно поприветствовала она, наблюдая за фигурой своей дочери. Наруми выглядела... странно, она была одета в единственную футболку, которая определенно не подходила ей, и она узнала одного из Наруто. Ее гладкие светлые локоны были в беспорядке, и они беспорядочно падали ей на лицо. Ее дочь, казалось, только что проснулась. "Ты что, спала?" "Да... Я вздремнул с Братом." Блондинка зевнула, переводя усталый взгляд на сумки, которые ее мать все еще держала в руках. "Ты ходила по магазинам с тетей Микото?" "Ммм", - подтвердила Кушина, все еще странно глядя на нее. Ее разум снова делал выводы... и он сосредоточился на том, что, вероятно, сделали ее дочь и сын, пока они были одни. Она не могла сдержать румянца, который все еще заливал ее лицо. Мы можем продолжить этот разговор позже... когда ты будешь готова. "Уууу~ ты должна показать мне, что ты купила, тетя всегда покупает самые лучшие вещи!" Наруми радостно подскочила к ней, заглянула в сумки и подняла шум, заметив новые кимоно, которые Микото заставила Кушину купить. "Это шелк?" - спросила я. "Ах... ты можешь просмотреть их позже, что ты там вообще делала?" Кушина попыталась уйти от темы своих покупок, не желая, чтобы ее дочь узнала, что именно ее заставили купить. Было бы довольно неловко показывать новое нижнее белье, которое каким-то образом оказалось в ее сумках после того, как они вышли из магазина. Микото иногда могла быть довольно коварной. "ой! Я набирала ванну... Я была вся в поту". Наруми почему-то не смотрела ей в глаза и, казалось, теребила концы длинной рубашки, которая была на ней. "А, хочешь присоединиться ко мне, мам?" - спросила она с улыбкой. Кушина, которая весь день ходила по жаре в своем цветастом кимоно, нашла идею ванны довольно идеальной. "Хорошо", - согласилась она с улыбкой. Прошло много времени с тех пор, как они купались вместе, но это не было чем-то необычным, Кушине это скорее нравилось, так как она могла проводить время со своей дочерью, обсуждая все, что приходило в голову. Наруми была такой же, довольной связью, и они часто часами разговаривали, причесывая друг друга. Их ванна была огромной, она была достаточно большой, чтобы легко вместить группу людей, и, вероятно, больше походила на сауну, чем на обычную ванну. Это была большая комната с красивой мраморной отделкой, украшенная бамбуком и декоративными ширмами татами. В центре находилась подземная "ванна", хотя она, безусловно, была достаточно большой, чтобы быть бассейном. Вода подавалась с помощью очень сложной системы герметизации, которую Кушина изобрела сама, и вода всегда была идеальной температуры. Наруми сняла рубашку и осторожно положила ее на один из экранов татами, прежде чем снять трусики. Осторожно опустившись в бассейн, она громко вздохнула от удовольствия, теплая вода творила с ней чудеса. По краям бассейна были ступеньки, которые заменяли сиденья, и она сидела, греясь в тепле, ожидая свою мать. У рыжеволосой было значительно больше одежды, чем у Наруми, и она не торопилась развязывать ремни, которые удерживали ее кимоно, прилипшее к телу. Закончив, она присоединилась к дочери в воде и тоже удовлетворенно вздохнула. Вода невероятно успокаивала ее ноющие суставы. Сначала их следовало ополоснуть, но уплотнения позаботились о большей части грязи и загрязнений, постоянно поддерживая циркуляцию чистой теплой воды. "Итак..." - начала Кушина после нескольких минут расслабленного отдыха. "Я предполагаю, что вы двое сдали экзамен?" Наруми надулась. "Конечно, мам, как ты могла когда-либо сомневаться в нас?" "Хе-хе, ты никогда не знаешь, Наруми, может быть, Наруто мог испортить илущорных клонов или что-то в этом роде..." Она замолчала, когда ее дочь посмотрела на нее с недоверием. Она хихикнула, и вскоре они обе смеялись, как школьницы. Прошло так много времени с тех пор, как они в последний раз были вместе. "Но поздравляю, Наруми", - добавила Кушина после того, как они закончили. "Мы должны что-то отпраздновать". Наруми слабо улыбнулась ей. Их мать все еще в значительной степени не осознавала, насколько мало они заботились о Конохе в целом. Хотя она была уверена, что если бы знала, то ей все равно было бы все равно. Их мать заботилась о них больше всего на свете. "Братик купил мне платье". Она улыбнулась, вспомнив, как он удивил ее рано утром. "ой? Ты должна показать это мне позже, - улыбнулась в ответ ее мать. "Я серьезно задаюсь вопросом, как твой брат может позволить себе все это... он, конечно, не просит у меня денег, - пробормотала она с раздражением в конце. "Мм, он мне тоже не говорит", - задумчиво произнесла она. У нее было довольно хорошее представление о том, откуда он получал доход. Не то чтобы это было секретом, насколько хорошо он владел техникой запечатывания. Он даже превзошел их мать в некоторых аспектах. Это был невероятный подвиг, учитывая, насколько опытной была их мать. На мгновение они задержались в уютной тишине, наслаждаясь теплом ванны, а также сопутствующим паром. "Не так ли, мам?" Тишину нарушила Наруми. "Хм?" - признала ее мать, все еще расслабленно закрыв глаза. "У тебя есть какие-нибудь идеи, кто будет нашим сэнсэем?" - с любопытством спросила она. Ее раздражало, что она понятия не имела, кого они назначат учить их, хотя ее брат, казалось, ничуть не волновался. Она просто хотела кого-то, кто не стал бы слишком вмешиваться в их жизнь, и определенно не того, кто был бы поклонником их семьи. "..."Кушина промолчала, хотя Наруми видела, как у нее чуть дрогнула губа. "...Мама?" Ее глаза слегка сузились. "Ахаха..." - она нервно засмеялась. "Хм... Тебе просто нужно будет это выяснить?" "Моу..." Она недовольно надула губы, но не стала настаивать на большем. Ее мать была ужасной лгуньей для них двоих, и она была уверена, что сможет выяснить это, если задаст правильные вопросы, но это было не в ее характере. Она никогда бы не сделала того, что доставляло неудобства ее семье. Они долго нежились в ванне, обмениваясь светскими разговорами и радостно обсуждая достоинства боевого кимоно по сравнению с боевым костюмом. Именно тогда, когда у нее немного кружилась голова от сидения в парах, она наконец решилась выйти. "Ах, позволь мне вымыть тебе голову, Наруми-тян". Ее мать тоже вышла, и они вдвоем направились в другой конец комнаты. Там стояло несколько зеркал в полный рост, а перед ними стояла пара деревянных табуретов. На маленьком стеклянном столике лежали все необходимые средства по уходу за волосами. Наруми чопорно села и откинула мокрые волосы за спину. Хотя она была полностью обнажена, она не чувствовала необходимости прикрываться. Не было необходимости скромничать перед матерью, которая была ее лучшей подругой с тех пор, как она себя помнила. И все же, когда ее мать села позади нее и начала мыть шампунем ее длинные волосы, она почувствовала, как в ней зашевелились чужие эмоции. Ревность. Женщина позади нее, несомненно, была более пышной, чем она. Намикадзе Кушина была невероятно красивой женщиной, и некоторые даже считали ее самой красивой женщиной в Конохе. Это было понятно, учитывая, какой женственной казалась ее мать на первый взгляд, с ее лицом в форме сердца и живыми глазами. Ее волосы... водопад сочных рыжих волос всегда привлекал к ней людей. Они были такими длинными, что доходили ей до колен, и все же никто не мог сказать, что они не были умопомрачительно прекрасны. Ей было интересно, кого Наруто назвал бы более красивым... ее или ее мать. Эта мысль заставила ее почувствовать себя неловко, несмотря на то, насколько глупо она это понимала. Ее брат так сильно любил ее, этого должно было быть достаточно. "Наруми?" - внезапно прошептала ее мать, и Наруми поняла, что она отключилась. "Ах, да?" Она вдруг поняла, что ее мать смотрит на нее через отражение в зеркале и следит за направлением взгляда... она поняла, что ее мать уставилась на красный засос у основания ее шеи. Она вдруг покраснела, пытаясь прикрыть это руками, но мать уже заметила. "О, Наруми..." В голосе ее матери послышался какой-то оттенок. "Все в порядке". Она продолжала намыливать волосы шампунем, стараясь не пропустить ни пятнышка, зная, как хорошо ей нравится держать волосы гладкими. "Ты знаешь, как сильно я люблю тебя... тебя и твоего брата". Наруми почувствовала, как ее сердце сжалось при этих словах. "Каасан?" "И пока вы оба счастливы..." - Кушина улыбнулась ей через отражение в зеркале. "Тогда я буду поддерживать тебя всю дорогу". Облегчение наполнило ее при этих словах, и она почувствовала ликование. Хотя она никогда не верила, что ее мать будет смотреть свысока на ее отношения с братом, сомнение всегда было там, оставалось. Было чудесно чувствовать поддержку еще одного человека, которому она доверяла. "А теперь, чтобы ополоснуться!" Это было все предупреждение, которое она получила, прежде чем мать облила ее ведром воды. "Кяаа!" "Ахаха~" У нее была несчастная гримаса на губах, когда ее мать закончила ополаскивать ее несколькими ведрами воды, которые каким-то образом мгновенно наполнились. Вскоре она закончила и обернула волосы полотенцем, чтобы помочь им высохнуть. Теперь она сидела там, где сидела ее мать, теперь роли поменялись местами. У ее матери были красивые волосы. Когда она провела руками по его невероятно длинным прядям, ей показалось, что она знает, что в них нравится ее брату. Это было то, что выделяло ее мать, и Наруто всегда любил их, даже когда они были маленькими, всегда хотел поиграть с ними и прикоснуться к ним. Он даже закатил истерику, когда их мать однажды заявила, что ей нужна стрижка. После этого она больше никогда не поднимала эту тему. Она вспомнила, как в детстве тоже была влюблена в волосы своей матери. Это было для нее самым светлым событием, и она хотела, чтобы ее волосы были такими же красивыми, как у ее матерей. В каком-то смысле это было так, ее светлые волосы, безусловно, были достаточно яркими и яркими... но этот яркий оттенок красного был потерян для нее. Хотя ее брат сказал, что ему нравятся ее волосы, она не могла не испытывать ревности. Ее руки закончили намыливать длинные красные пряди, и она начала процесс их смывания. Она сделала это с помощью насадки для душа, которая торчала из стен, и потратила время, чтобы смыть все мыло. Это действительно был утомительный процесс-ухаживать за такой длинной шевелюрой, но ее мать никогда не жаловалась. Зачем ей это? Когда глаза Наруто загорались каждый раз, когда он видел ее, и его руки всегда имели тенденцию блуждать по ее волосам. "Не... Мам?" - тихо позвала она, закончив полоскание, прежде чем схватить полотенце. Сушка волос заняла бы еще больше времени, но, к счастью, ей нужно было только намочить достаточно воды, чтобы она не капала. Полностью высушить волосы всегда можно было с помощью дзюцу, если бы она захотела. "Хм?" Кушина удовлетворенно закрыла глаза, пока ее дочь сушила волосы. Было приятно расслабиться после душа, так как обычно она тратила довольно много времени на то, чтобы привести в порядок волосы. Она была тогда не готова, когда дочь вдруг обняла ее сзади. "Н-Наруми?" Дочь крепко обняла ее, и она почувствовала, как от неожиданности ее лицо заливает румянец. В конце концов, они оба были голыми. "Я могу поделиться... ты знаешь, - прошептала Наруми сзади, отчего у Кушины по спине пробежала дрожь. "Ч-что?" Ее брат, вероятно, не знал, что она точно знала, что произошло во время "разговора", который он имел с их матерью. Было нетрудно собрать воедино то, что произошло, по тому, как их мать вела себя после этого как заикающаяся. Через несколько дней ей стало лучше, но румянец на ее лице был почти так же очевиден. "Братик", - подтвердила она, и Кушина почувствовала, как замерла. "Ты тоже хочешь его..." Кушина была смущена, не только из-за того, как недоверчиво это звучало, ее влекло к ее сыну из всех людей, но и потому, что этот человек принадлежал Наруми. Но она не могла этого отрицать, какая-то часть ее хотела сына... отчаянно. С тех пор как он вырос, она постоянно думала о нем, потому что для нее он был центром ее сердца, совсем не так, как ее дочь. Она с трудом могла объяснить, почему ее сердце так сильно колотилось всякий раз, когда он обнимал ее или целовал в щеку. "Я..." она не знала, что сказать. "Ты тоже заслуживаешь любви... Мам". С этим прощальным заявлением Наруми отпустила ее и начала одеваться. Даже когда она закончила и вышла из комнаты, Кушина все еще сидела совершенно неподвижно. Она осталась одна, ее сердце бешено колотилось в груди, а в голове крутились разные мысли.