Близнецы.

Три тысячи лет назад.       Древнее и прогнившее, однако цветущее, пускающее жизнь место. Воздух, пропитанный ядом и смолой, тягучий, маслянистый, тяжелый. Дома похожие на коралловые рифы, дребезжащие и клокочущие, стекающие воском, поднимающиеся паром. Земля, пахнущая смертью. Все было мертво и одновременно живо, словно вечно кровоточащая рана, шипящая белой пеной от заразы. Родина демонов и мерзких созданий ночи. Преисподняя, Ад.       Я парила в кислотном небе, залитым сиреневыми облаками, направляясь в замок Короля. Распущенные волосы щекотали щеки и глаза, колющие касания заставляли жмуриться, отчего лицо приобрело смешной и непринужденный вид. Эфирные крылья дрогнули, я резко пустилась вниз, ловя порывы ветра, увертываясь от мимо пролетающих существ. В основном это были прыгающие от любого действия одноглазки с хвостами и маленькие зверьки, чем-то напоминающие бобров, только с зубчатыми красными рогами. Усмехнувшись, перевернулась в пространстве и приземлилась на каменный балкон, пошедший трещинами. Почесав затылок и нервно улыбнувшись, прошла в свою комнату, бухаясь на мягкую кровать.       Сердца бились в неугасаемой тревоге предстоящих событий. Хоть и не подавая виду, но нервничала я сильно и с потом в ладонях, гоняя мысля туда-сюда, как мячик. Смяв подушку в руках, глубокого вздохнула и посмотрела на качающуюся люстру, с кривыми свечами и пляшущим огнем. Глаза застекленели и застыли, сознание возвратилось к новостям прошлой недели, когда Зелдрис, сквозь пару строк, сообщил мне о свадьбе с Фельзевалем, подбадривающее хлопая по плечу. Тогда, напуганная и обескураженная, я побежала прямиком к отцу, готовясь обсыпать его вопросами и возражениями, но Король был непреклонен в своем решении отдать дочь за высшего демона, солдата и приближенного.       Как бы банально это не звучало, но я была еще очень молода для замужества, и уж тем более для рождения наследников! Желания и мечты разбились в один миг, не имеющими более никакого смысла, ведь воля отца — моя воля. Иначе быть не может, иначе я позор клана, чего допустить нельзя, хотя бы ради собственной гордости и крови. Поджав ноги под себя, обреченно вздохнула, понимая, что выхода нет. Будучи принцессой, я обязана подчиняться Королю и служить народу. Это будет правильным. Ведь, так?       Стук в дверь.       Вздрогнув, свела брови домиком и накрылась одеялом, делая вид, что ничего не услышала. Внезапно глаза покрыла черная пленка, оттесняя любые мысли. Картинки хлынули в голову, как быстротекущая лента фильма. Ухватившись за одно из них, я нырнула и утонула, как если бы неумеющий плавать тонул в глубине озера. Взгляду открылось поле битвы. Повсюду мертвые и еле живые тела, кровь, сломанное оружие. Сверкнул меч — огромный, специально сделанный для убийств. Для убийств Богинь. Толчок, звук и крик. Бархатный голос, отдающий приказ и мрачная улыбка, играющая на лице демона. Дымка рассеялась, я вернулась к мягкой постели и стуку в дверь.        — Хватит барабанить, иначе в тебя полетит подушка.        — Я просто пытаюсь быть вежливым. — серьезный и командный тон.       Зелдрис снял оружие и посмотрел на меня.        — Я готов выполнить любой твой приказ, лишь бы увидеть на твоем лице улыбку, сестра.        — Братец Зел такой милый. — засмеялась.        — Н-ничего не милый… — мужское лицо залилось румянцем.        — Лаааадно, только слушай внимательно! Пора ведь готовиться к свадьбе, так что вот тебе задание…       Как бы то ни было, я не собиралась поддаваться мрачным чувствам и лежать днями напролет в слезах. Это лишь этап, который нужно пройти с достоинством принцессы демонов, даже если ради этого придется засунуть личные переживания и эмоции внутрь. Так будет правильно.       Ткань лилась по столу и кроилась по мановению руки. Я любила шить вручную, подобно людям, это имело успокаивающее и расслабляющее воздействие. Поручив Зелдрису найти ветки яблони во внешнем мире для диадемы, одиноко сидела в темной комнате замка, вышивая будущее платье, но мыслями витая в другом месте, отчего иногда прокалывая иголкой пальцы. Помимо личных проблем и переживаний кое-что оставалось неизменным — Война Кланов. Ох, как же это тяготило душу, ведь в первую очередь мои родные братья сражались каждый день, рискуя жизнями. Демоны и Богини ненавидели друг-друга, разжигая эту ненависть и в других народах Британии. Такая глупость! Равновесие. Чаши не могут быть все время на одной стороне. Никто не задумывается о последствиях, лишь о мнимой власти и господстве. Я закусила губу, поддевая нитку иголкой.       Завязала узел и перекинула ткань на другую сторону. Я скучала по старшему брату, глазами которого недавно видела картину поля боя, вызвавшее очередную порцию сожаления и печали. Мы были связаны. Иногда это выражалось в видениях настоящего как сегодня, иногда в умении чувствовать эмоции друг друга на расстоянии, иногда в присутствии во снах. И бесило то, что контролю это не поддавалось, точнее я не умела и не знала как контролировать. И, конечно, об этом мы молчали, ведь думали, что со временем связь пропадет. Достав из вязанной корзины цветок, приложила его к ткани, размышляя пришить или оставить для фаты. Временами Мелиодас становился жестоким и расчетливым, убивающим каждого кто встанет на пути Клана, хоть это и было его военным долгом, все же я боялась такого состояния. Но как только появлялась возможность увидеться, я бежала ему навстречу, забываясь и теряясь в братских объятиях. Я любила Мелиодаса любым и была готова на все ради него, как и он для меня.       Мне казалось иногда странным, что волнения и беспокойства сразу же проходят при виде брата, исчезала любая толика грусти или раздражения, все концентрировалось на родном взгляде глаз и доброй, такой редкой улыбке. Связь, которая была между нами поддерживала в трудные минуты и напоминала о том, что мы всегда вместе, несмотря на расстояние и преграды. Приступила к пошиву рукавов. Я не была слабой, отнюдь — одной из сильнейших в Клане. Однако воевать и убивать не могла, не была способна, не хотела. Это противоречило моей внутренней природе и принципам по которым я жила — мир и равновесие. Часто меня поддевал этим Зелдрис, говоря, что из меня вышла бы прекрасная фея или человек. Я не спорила, ведь это было и в правду так.       Устало опустившись на спинку стула, потянулась в стороны и решила, что стоит развеяться и отвлечься, тем более половина работы была сделана, а остальное можно закончить позже. Удивительно, но прошло более шести часов и во внешнем мире наступила ночь. Сзади послышались шаги и в комнату вошел недовольный, слегка помотанный Зелдрис.        — Вот. — он угрюмо вздохнул и положил на стол яблоневые ветки. — Мне пришлось сразиться с трусогрибом из-за них.        — Ты же его не убил?!        — Это он меня чуть не задавил! — воскликнул черноволосый, — Я его пнул.        — Гриб и пнуть! — укоризненно произнесла, хмурясь.        — Сама бы тогда и доставала эти ветки! — лоб парня столкнулся с женским, — Скажи спасибо, что я вообще их нашел!        — А тебя никто и не просил помогать, сам согласился! — прошипела я, надувая щеки. — Спасибо.        — Всегда пожалуйста, сестра. — губы парня соединились в улыбку.        — Ты устал, отдохни. Я хочу слетать за бузиной, как только вернусь испеку тебе пирог, идет как награда? — ухмыльнувшись предложила я.        — За твой пирог сердца отдам. Будь только осторожна.        — Обязательно, братик.       Яблочки щек покраснели и лицо обычно серьезного демона осветила яркая улыбка. Лес Короля фей.       Когда-то давно, наверное, лет десять или одиннадцать назад, маленькая я решила совершить грандиозный побег из дома. Конечно, это было глупо и безрассудно, но в свое оправдание скажу, что будучи ребенком, я редко задумывалась о таких понятиях как «безопасность» и «инстинкт самосохранения», оно и неудивительно. Дело было в том, что в мои сны приходила фея… Или фей. Мальчишеские глаза с добротой смотрели на меня, а руки уводили в пляску под звуки флейты. Мы веселились, пели, танцевали. А потом он рассказал мне где живет и, что я обязательно должна посетить его лес. Ну и… Я сбежала. Ох, сколько было шума! Братья долго причитали и ругали за столь необдуманный поступок.        — О чем задумалась? — Король парил в звездном небе, сложив руки у груди.        — Да так… Вспомнила о своем побеге к тебе. — пальцы сорвали пару темных ягод.        — Ну ведь твои ожидания оправдались? — он показушно встряхнул головой, выполняя кувырок.        — А как же! — я взяла корзинку в руки, — Глоксиния, Король фей. — театрально поклонилась.       Парень закатил глаза и магией заставил прорости корни, об которые я споткнулась, впечатавшись носом в землю. Вот же… Феюга парящая! Отряхнув платье, цокнула языком и схватила парня за ухо, таща беднягу к другому кусту.        — Мое ухо! Мое ухо! Больно, больно, больно!       На самом деле у клана Демонов большие проблемы с коммуникацией и мирным сосуществованием с другими народами ввиду жестокости многих элитных войнов, которые убивают и приносят смерть в войне, да и в обычное время, демоны часто делают плохие вещи, вызывая страх и панику. Видимо, такова наша природа или же ноша. Честно говоря, это меня сильно огорчает, поэтому чаще всего я притворяюсь человеком, пряча метку клана. Ведь так будет лучше… Для остальных. И безопаснее.        — Слушай, подруга, твоя аура переполнена волнением, не хочешь рассказать в чем дело? — волшебные глаза обеспокоенно прошлись по моему лицу, — Мы ведь лучшие друзья, разве стоит таить секреты?       Да, он прав. Нельзя.        — Ох… — вздохнула, — Отец решил свести меня с мужчиной без моего согласия. Свадьба через пять дней.       Король спустился на землю и взял меня за руки, сжимая.        — Габриэль, я могу чем-нибудь помочь?        — Ничего страшного, так будет правильно. В Священной войне от меня никакого толку, так хоть рожу наследников… Сделаю все ради народа. Звучит ужасно, знаю. — я высвободилась и поспешила уйти от темы разговора. — Ммм, слушай, давай прогуляемся до древа, а то устала, спина скоро отвалится собирать эти ягоды!       Глоксиния понимающе кивнул. Я позволила эфирным крыльям распуститься и мы взлетели в ночное небо. Замок.       Воркуя над пирогом, ко мне в память врезались осколки воспоминаний Мелиодаса, принося некоторую боль, поэтому я старалась делать все медленнее и осторожнее, чтобы ненароком не «выйти из реальности», навредив себе. Добавив начинку из ягод бузины, поставила форму в печь. Убрав фартук в шкафчик, хотела выйти в коридор замка, как вдруг путь мне перегородил будущий жених.        — Фельзеваль.        — Принцесса Габриэль, рад нашей встрече. — он мерзко облизнул губы и поцеловал мою руку.       Темно-зеленые волосы до плеч, черные глаза и доспехи. Ох, внешняя красота идет вразрез с внутренней. Душа его явно гнилая и болотная. Почему отец не видит того, что я? Не нужно было быть провидцем, чтобы разглядеть за показушностью и великолепием, черноту и смоль. Я нервно улыбнулась, убирая руку.        — Эмм… Мне пора, нужно сделать кое-какие дела… — не успела договорить, как его ладонь прикоснулась к талии. — Отпусти. — моя вежливость испарилась, заменяясь грубым тоном.        — Поговаривают, что твоя сила превосходит силу даже командира Десяти Заповедей… Только почему же его сестренка сидит тихонько в башне да пироги печет? — лукавый взгляд и ухмылка.        — Хочешь проверить меня? — сила зажглась в крови, — Попробуй. — на лбу завилась спираль клана.        — Ты такая… Сексуальная, когда злишься, повезло мне. — он рассмеялся и отпустил меня, — Жду не дождусь, когда ты станешь моей, принцесса.        — Гад ползучий. Человеческая деревня.       Мне было мерзко, что до меня докоснулся этот мерзавец и лжец. Он ведь явно что-то задумал! А вдруг его план заключается в том, чтобы подобраться через меня к… К кому? Королю? Ох, кажется, я схожу с ума. Но шестое чувство подсказывало, что что-то здесь нечисто и явно повлечет за собой какие-то беды. Да и… То, как Фельзеваль со мной разговаривал вряд-ли можно было назвать любовью и уважением, скорее насмешкой и упреком. В любом случае решение приняли за меня и противиться этому я не имела права. Я должна выйти за него… Черт, как же бесит.       Сзади эхом разнесся знакомый голос, по телу полилось родное тепло.        — Церковь? Не лучшее место для демона, Габриэль.        — А по-моему здесь мило. — я села на холодную ступеньку, рассматривая мозаичное окно. Стеклышки переливались в свете лунной ночи.       Мелиодас сел рядом со мной. Я перевела взгляд на него.       Никогда не могла понять какого цвета у нас с ним глаза… Изумрудные? Малахитовые? Нефритовые? Наверное… Все сразу. И это было завораживающе. Словно все драгоценные камни соединялись в наших глубокий глазах. Медовые волосы, мягкие и пушистые. Только у меня они были длиннее и кончики я частенько окрашивала в охру.        — Он… Сделал тебе больно?        — Лишь морально, да и то на троечку, я кремень, ты же знаешь.        — Габриэль…        — Брат, не сейчас. Смотри как красиво. — прервала его я, указывая пальцем на летающих светлячков в воздухе. Они пикировали и создавали узоры, оставляя золотистые искры.        — И правда… Прекрасно. — он коснулся моей руки и сплел наши пальцы вместе. Его грубый облик исчез, черты лица стали мягче и уголки губ поползли вверх. — Знаешь, я…        — М?        — Я хочу, чтобы ты знала, что для меня нет ничего дороже на свете, чем ты, Габриэль.       Резко все звуки смолкли и наступила звенящая тишина. Вряд-ли я понимала, что делаю, но уже в следующую секунду мои губы касались его, нежно целуя. В этом не было ни страсти, ни похоти, ни желания… Лишь только светлое намерение любви.       Где-то вдалеке проснулись голоса птиц, но для нас это уже не имело значения.