Близнецы.

Три тысячи лет назад Небесные скалы       Чувство тревоги било по вискам, пока пальцы нервно сжимали пучки травы. Коричневое платье, белый платок и корзинка с грибами — неплохая маскировка под обычную жительницу человеческой деревушки. Хотя, может, и плохая. Сейчас меня волновало это меньше всего или волновало слишком… Ой, нет, не так… Точнее сказать беспокоило или щекотало под ложечкой. Я набрала в легкие по больше воздуха. Нужно успокоиться и взять себя в руки. Тихонько подкравшись, наклонилась и выглянула за точенную рефленную колонну.       Лучи солнца падали на ветвленные белые крылья, худой силуэт и серебристые волосы. Голубые как ясь глаза тупо смотрели в пол, а руки непроизвольно сжимались в кулаки. Она сидела на каменной ступени в тихом ожидании, явно взволнованная и взвинченная. В небе блеснула чернота, земля дрогнула и мои сердца забились подобно барабанной дроби. Я пересилила подступившую тошноту и продолжила наблюдать, покусывая губы.        — Я пришел, как и обещал.        — Да… Спасибо, что решил довериться мне.        — Я здесь лишь из-за собственных целей, Богиня, не думай, что я доверяю тебе.        — Хорошо. — голос ее натянулся до писклявых, молящих нот, — Мною движет желание спасти невинных и закончить кровопролитную войну между кланами… Я пойду на все ради этого. — серьезным тоном добавила она.       Долгое молчание.        — Мелиодас.        — А?        — Зови меня Мелиодас. — повторил он, — Как тебя зовут?        — Э-элизабет. — женские щеки пошли алыми пятнами.        — Я встану на вашу сторону, Элизабет, дабы искупить грех своего народа, однако… Если задумаете предать меня, пощады не ждите — убью.       Девушка боязливо заерзала на месте, улыбнулась, собравшись с мыслями и взглянула на демона без страха и сомнения.        — Я даю тебе слово, что мы сделаем все ради спасения Британии.        — Разумеется, либо твои крылья будут вырваны, а сама ты падешь от моего меча. — лязг металла, — До встречи, Богиня Элизабет.       Не смогла она издать хоть звук, Мелиодас взмыл в небо, оставляя после себя лишь послевкусие страха и вибрирующую ауру угрозы.       Я скатилась вниз к земле — ноги почему-то не держали. Ранее меня тревожило, что брат может почувствовать мое присутствие через нашу связь, однако на данный момент все мои мысли сводились к одной точке невозврата…Мелиодас хочет пойти против Воли отца, Короля Демонов.

***

      Рыхлая почва и стойкий запах крови. Огонь змеями охватывал вулканические арки, всюду слышались крики демонов, дома бурлили кислотой и серой, словно их отравили ядом. Я бросила взгляд на замок — черный дым комками выходил из окон и крыш, будто пороховая бочка, грозящая в любую секунду взорваться кусками камня. Кашель рвал горло, легкие сводило от гари и дыма. Силы уходили на поддержание барьера, чтобы спрятать некоторых существ, а сама я кое-как держалась на ногах — взрыв застал меня врасплох, оставив рану в области бедра, даже при регенерации, энергии затрачивалось много, поэтому решила, что пока что главной прерогативой будет защита и помощь остальным, а не бой и нападение — Зелдрис и элитные войны справятся и без… Неудавшейся принцессы.       К глазам подступили слезы. Это было так быстро, так страшно и беспощадно. Как он мог? Разве спасение заключается в уничтожении собственного народа? Ох… Все началось со снов, я видела нечеткие картинки и тающие мысли, непонятные символы и тихие голоса. А потом… Я узнала о его предательстве и сговоре со Стигмой. Его чувства и мысли были искажены, воспоминания беспорядочны и хаотичны… Наша связь прерывалась, а то и вовсе исчезала, и я не понимала почему. Суматоха, страх и жгучая душу правда.       Он убил Зено и Аранака, пошел против отца!        — Живо бегите к скалистому берегу, там безопасно. Скорее, скорее! — подгоняла я.       Мой дом… Разрушен. Народ в панике. Жертвы… Их не сосчитать.        — Давай, аккуратно…       Внутренне я взывала к брату, стараясь проникнуть в его сознание, узнать хоть что-то, однако стена, крепкая, словно из гранита и стали, отделяла нас друг от друга, откидывала меня, возвращая к реальности. Сконцентрировавшись, расширила защитный барьер, укрывая некоторые дома и строения, пока демоны сквозь небольшой проем бежали, плача и крича. Рядом упал огненный шар — меня отбросило на пару метров, но вовремя сгруппировавшись, я устояла на ногах, сводя руки в подобие креста. Увидев, что большинство уже за пределами линии опасности, я побежала к замку, обволакивая темной материей рану на бедре.       Зелдрис лежал на земле без сознания: веки подрагивали, руки раскинуты в стороны. Опустившись рядом, призвала магию, маневрируя пальцами и нашептывая заклинание. Фиолетовое облако обняло тело брата и растворилось, заживляя полученные увечья, оставляя лишь воспоминания о кровавых следах.        — Г-габриэль… Почему… Почему… — очнувшись, заговорил он, цепляясь взглядом за меня.        — Это уже не имеет значение. Мелиодас предал нас. — я удивилась с каким отвращением и злобой сказала это. Костяшки пальцев побелели. — Отдохни.       Внезапно ко мне пришла мысль — она электрическим током пронзила голову и закралась под кожу.       Замок. Башня. Меч.       Стража яро сопротивлялась и противилась силе Мелиодаса, однако командир Десяти Заповедей беспощадно расчищал коридор, убивая — брызги крови окропляли стены. Его рука чуть было не коснулась чешуйчатой рукояти орудия, но я вовремя оказалась рядом, чтобы оттолкнуть и увести как можно дальше.       Мы парили в воздухе, не в силах напасть. Я заговорила первой.        — Пожалуйста, остановись. — ладонь дрогнула, чтобы дотянуться.       Он посмотрел на меня полным отчаяния и боли взглядом, по щекам поползли капли слез.        — Я не отступлюсь, сестра.        — Мелиодас ты же обещал, что мы всегда будем вместе, гадкий лжец! — эмоции взорвались ураганом. — Чертов предатель, ты мне больше не брат, ты мне никто! — крик сорвался с губ, волна энергии ударила копьем по пространству, отнимая последние силы.       Слабость в теле и резкое падение вниз.        — Габриэль!       Он протягивал ко мне руки, а я не понимала почему родные глаза вдруг стали мне чужими и далекими. Утес камнепада       У меня никогда не было друзей среди великанов. Я считала, что они призирают и ненавидят демонов, также как и остальные кланы. Тем более их нечасто встретишь — не любят внимание и гласность. Живут племенами, охотятся и выполняют грязную работу людей, участвуя в битвах. Часто умирают будучи детьми. Они сравнимы с дикой стаей волков, необузданной и сильной, с приливом воды и бурей. Дети камней, земли, металла. Уж не думала, что встречу хотя-бы одного из них.        — Так как ты говоришь… Тебя зовут Долор?        — Да. А ты принцесса Демонов?        — Может быть, хихи.       В костре затрещали ветки, искры огня взвились к звездному небу.       С того дня прошло больше месяца. Мелиодас примкнул к Стигме, намериваясь изничтожить демонов, командиром заповедей стал Зелдрис, гонимый желаем отомстить брату, а я… Я утопала в коконе печали и слез. До сих сложно поверить, что его больше нет со мной. Связь колебаниями звенела внутри, но я настойчиво отвергала ее каждый раз, лишь бы не видеть родные черты лица. Хотелось разрушить все связи и воспоминания связанные с ним, но почему-то в сердцах билась эфемерная надежда на что-то лучшее. Сентиментально.        — На тебе печать магии очень знакомой мне феи… Ты друг Глоксинии?       Великан как то скуксился и кашлянул.        — Приятели… Ммм… По оружию, сражаемся вместе. — выпалил он.        — Понятно.       В душе завыли кошки, а их коготки царапнули грудную клетку.       Помню… Я бежала без остановки. Мне так хотелось увидеть эти волшебные крылья и малиновые волосы! Эту дурацкую улыбочку… Ха, жизнь умеет удивлять. Всегда спокойный и миролюбивый Король фей внезапно встал на сторону Богинь, помогая Мелиодасу, дочери Божества и архангелам убивать демонов. Разве он не был мудр и умен как я считала? Разве он не понимал, что зло не в демонах, а в совершенно ином? Глупая, глупая Габриэль. От того, что они уничтожают мой клан, война менее кровопролитнее не станет. Может, все это дурман и сон, внезапно поработивший половину мира? Или скорее проклятие. Глоксиния… Я скучаю по его шуткам и танцам. Вот бы вернуться назад, где мы кружили и пели под звуки флейты.        — О чем задумалась? — большие глаза с волнением обратились ко мне.        — Я скучаю по прошлому, где я была счастлива с любимыми мне людьми. Война… Когда же она закончится? Хочу, чтобы все было как раньше. — я поджала колени к подбородку, мешая ветки палкой.        — Все мы хотим туда, где было лучше по нашему мнению. Но кто знает… Может, будущее дарует нам еще большее счастье? — огромная ладонь подхватила меня и повела к концу утеса, где свет Луны падал на одиноко стоящее дерево.        — Ты решил показать мне красоты природы? — по-доброму усмехнулась.        — Я — Король Великанов, мне часто приходится метаться между сердцем и разумом. Это место… Отрезвляет от плохих дум.        — К-король?!        — Чш, давай просто насладимся видом. — он приложил палец к синим губам.       На мгновение мне показалось, что в его взгляде я увидела знакомые отражения, но отмела эти мысли и погрузилась в гладь и тишину ночи.       Где-то глубоко в душе я почувствовала чужой прилив печали и тоски.

***

       — Сношаешься с великаном?        — У него была серьезная рана, я помогла ему.       Тронный зал пустовал. Свечи задуты, повсюду пыль и паутина. Я нагнулась и взяла в руки маленького пушистого паучка, скромно сидевшего в углу. Желтые глазки быстро-быстро моргали и бегали из стороны в сторону.        — Ты как ребенок… Пора уже взрослеть, Габриэль.        — А ты ведешь себя как отец. Аж тошнит от этой напущенной королевской гримасы.       Зелдрис дернул меня за локоть, я развернулась на пятках и ухватилась за ткань бордовой одежды.        — Ты все еще думаешь, что он вернется, сестра? — грубо спросил он, сжимая предплечье.        — Мне больно…        — Прости. — брат стушевался и отошел, понурив взгляд, — Прости, что иногда веду себя так. Просто хочу тебя защитить.        — Все хорошо.       Паучок переполз на окно и исчез. Я подошла к Зелдрису и обняла его, целуя в темную макушку.        — Поужинаем вместе? Я приготовлю мясной пирог и картошку.        — Конечно.       Через пару часов Зелдрис и элитные войны вновь покинули царство, отправляясь на поле боя против Стигмы. Меня тут же сковал страх и тревога, это было противоестественно, словно Каин и Авель в схватке за жизнь. Брат на брата с мечом и силой. Но что я могла сделать? Ослушаться отца — предать клан. Думаю, одного предателя вполне хватит.       Хмыкнула.       Подушечки пальцев очерчивали трещины каменных стен, нос впитывал запах влажности и холода. Погрузившись в размышления, я и не заметила как из-за угла показался темный силуэт, оборотом затащивший меня в комнату. Упав на кровать, разозлилась и была готова вспылить, но тут же затихла и выдохнула.        — Фельзеваль, что за цирк ты устраиваешь?        — Жена моя, разве так встречают мужа?        — Мне противно твое общество. Если ты думаешь, что такими методами ты что-то исправишь, то огорчу… Нет.        — Ну… Ты меня расстраиваешь. — длинные пальцы не спеша расстегивали пуговицы костюма, а на губах появлялась злорадная улыбка, — Сегодня Полнолуние, говорят лучшее время для…секса.       Я замерла.        — Только посмей до меня докоснуться.        — Я уже, любимая.       Он потянул меня за ноги и разорвал платье, переворачивая на живот.        — Поганая сволочь! — вырывалась я, готовая испепелить его щелчком пальцев, а потом ко мне пришла внезапная апатия и покой. Я расслабилась и перестала сопротивляться.       Зачем? Брак всего лишь фикция, ни о какой любви первоначально и не было сказано, холодный расчет. Королю нужны наследники… Я обязана подчиняться. Закрыв глаза, старалась не думать о блуждающем горячем языке между ног, ладонях, изучающих мое тело, тонких губах, покрывающими спину поцелуями. Он брал меня жестко, надрывно и грубо. Струйки крови потекли по внутренней стороне бедра. Сжав простынь, я молилась о том, чтобы все это закончилось.       За окном сверкнула молния.       На мгновение я позволила внутренним барьерам упасть, восстанавливая тонкую нить связи, ощущая стихийный гнев и боль Мелиодаса.       Он кричал… как и я. Белиаруин       Отец рассказывал мне о его величайшей глупости довериться маленькой колдунье из города мудрецов. Кажется… Ее звали Мерлин. У нее была особенная сила с рождения, которой он захотел владеть. Неудивительно. Это в его стиле — властвовать и подчинять. Так или иначе она его обманула, обрекая свой народ на его всепоглощающий гнев. К счастью, Король Демонов кое-где просчитался — не она единственная могла управлять временем.       Залечивая раны, я обращалась к силам Тьмы, а не Света подобно Богиням или Феям. Разница была в том, что заживляя и восстанавливая, я черпала энергию из себя самой, а не из какого-то магического источника. Фокусировала время в одной точке и возвращала к предыдущей форме, впитывая материю извне. Конечно, у всего были последствия… Чем чаще я прибегала к этому, тем быстрее моя душа тончилась и блекла, если угодно умирала.       Прочитывая старинные свитки в лабиринтах замка, я обучалась древним письменам и заклинаниям. Однажды на глаза мне попалась очень забитая и грязная книжонка — обложка в лохмотьях, корешок порван, листы выпадают. Оттуда я узнала, что можно призвать силы Хаоса, напитав ими тело и сознание. Видимо… Пришло время проверить теорию практикой.       Земля, ночь и заклинание.       Колени заныли, руки сложились в подобие молитвы, а губы зашептали давно забытые историей слова. Der tio omen sai pio urti khaal liope ameno gasde rai forloo ahshe potugo spirivale ameno fijio khai       Я задохнулась и упала, изворачиваясь в разные стороны. Тело забило в конвульсиях. Сердца стукнулись о ребра. Поднялся ветер. А потом все резко стихло… Я провела пальцами по прядкам волос и с удивлением заметила, что теперь они были чернее врановых крыльев, а глаза больше не излучали изумрудный свет.

***

      Гнев.       Неведомая сила подхватила мое тело. Мир взорвался темными пятнами. Пульсация рябью прошлась по земле и небу, волнами откидывая врагов. Руки непроизвольно выгнулись, изо рта донесся болезненных вздох — корни деревьев мгновенно проросли, играя, подобно кнутам.       Богини, истерзанные и раненные, лежали без сознания на земле, архангелы, напуганные происходящим, не решались вступить в бой — они парили, дрожа в напряженном ожидании и неведении.       Рука взвилась вверх, все ахнули и застыли в немом крике. Мое внимание привлекли волосы… Яркие, лимонные, мягкие. У меня были такие же… Когда-то. Щелчок пальцев. Удар.        — Помоги… — не узнаю свой голос, слишком охрипший и опустошенный, — Помоги…       Безумие.       Мелиодас подхватывает меня под колени, направляет меч в мою сторону, мягкие губы касаются груди, лезвие медленно проникает под кости, я стону, кричу, мне хорошо, мне больно…        — Мерзость.       Он смотрит на меня сверху вниз, кровь каплями стекает на лицо, я улыбаюсь.       Брат падает на колени, зарываясь пальцами в волосы, надрывно выкрикивая мое имя.