Близнецы.

Три тысячи лет назад        — Стони!       Удар приходится по лицу.        — Стони, шлюха.       В грудь.        — Ты же стонала под ним, так давай, повтори.       В живот.       Я сплевываю кровь, горькую, тягучую, горячую. Ударяюсь головой об стенку, медленно сползая вниз. Кровать ломается цветными стеклами, люстра качается из стороны в сторону, теряя форму и свет. Пол трещит и расходится, заново собираясь. Перед глазами пляшут темные пятна, ладони кое-как находят опору, но я тотчас встречаю очередной удар и падаю, больно царапая висок. Белая рубашка вымокла от пота, жар бьет тело. На задворках сознания пляшут искры, неприятно стрекоча. Я все надеюсь, что окунусь в омут темноты и забвения, но Фельзеваль старательно бьет, не доводя до края.       Он грубо берет меня за щеки и плюет.        — Нравится тебе, да? Подстилка демонская.       Приоткрываю рот, заливаясь кашлем. Легкие горят.        — А Король знает об этом? Думаю, он будет в шоке от таких новостей. Его любимая дочурка спит с…       Он не успевает договорить, я из последних сил отталкиваю его магией к шкафу, поднимаюсь и бегу. Каменные коридоры превращаются для меня в непроходимые лабиринты. Что-то хватает меня за щиколки и тянет назад. Я отбиваюсь, но в последний момент теряю сознание.       Мелиодас… Помоги.

***

Наши дни Трактир «Шляпа кабана»       Похоже, я снова уснула.       Было мягко и уютно. Перьевая подушка, лоскутное одеяло и горящая восковая свеча на прикроватной тумбочке. Потянулась. Обнаружила пару повязок и пластырей на ногах — они перекрывали царапины после моей долгой спячки в лесу в закромах мха и веток. Поежилась. Не самое лучшее, что было в жизни. Посмотрела в окно — темно и глухо, Луна сокрыта под облаками. Скорее всего будет дождь. Попыталась поднятья и тут же свалилась под тяжестью головной боли. Заметила, что одета в розоватого цвета ночнушку, потрогала кружева. Приятно на ощуп.       Взглядом отыскала лежащие на стуле вещи — штаны, кофта и сандалии. В голове тут же созрел план молниеносного побега. Спуститься через окно на небольшую крышу, спрыгнуть и… А дальше придумаю. Но была маленькая проблемка — я кое-как стояла на ногах, не говоря о том, чтобы карабкаться, бежать и ползти. Ничего, справлюсь. И не из такой задницы выбиралась. Облокотившись об спинку кровати, по-тихоньку встала и подошла к стулу, расстегивая пуговицы на ночнушке.       Кости и мышцы заныли тянущей болью. Я прислушалась к звукам. Вроде… Тихо. Натянула светло-голубую кофту с длинным рукавом. Было бы время повертелась вокруг зеркала.        — Элизабет сказала, что тебе должно подойти. Так как она принцесса, думаю у нее хороший вкус. — почесывая затылок, сообщил Мелиодас, внезапно появившись из темноты.        — Твоя манера появляется из ниоткуда не изменилась. — рука ухватила канделябр.        — Я же сказал… Я тебя не трону. — спокойно заявил он, смотря как я сильнее впиваюсь пальцами в предмет.        — Да я лучше горло тупыми ножницами себе перережу, чем еще раз доверюсь тебе.        — Хочешь подраться?        — Если придется.       В глазах вспыхнула тьма.        — Габриэль… Я не хочу ранить тебя…        — Заткнись, предатель.       Я кинулась вперед, ожидая, что он появится сзади, поэтому удар пришелся прямо в цель — в лицо. Парень покачнулся, на щеке остался кровавый след от канделябра. Не медля, ринулась к окну, но Мелиодас поймал меня и бросил на кровать.       Вот тут то силы были не равны… Преимущество скорости и внезапности было глупо упущено. Моя физическая сила явно уступала ему, особенно в таком слабом и болезненном состоянии, как сейчас.        — А теперь мы можем спокойно поговорить?        — Я не собираюсь с тобой ни о чем разговаривать.       Он засунул руки в карманы штанов и вздохнул.        — Либо мы разговариваем по-хорошему, либо…        — Либо что, брат?       Приложила ладони ко рту, жалея о сказанном. Нет, нужно скорее убираться отсюда, еще немного и не выдержу. Заплачу. Повернулась и открыла окно — холодный ветер тронул щеки.        — Сестра… — застыла, — Тебе нужно отдохнуть.       Это страшный сон, кошмар, иллюзия.        — Ты убил меня, забыл? — кулаки сжались, — Пусть так и будет. Я мертва для тебя, Мелиодас.        — Но ты здесь… Рядом со мной. Живая.       Кровать скрипнула, чужие руки ласково обвились вокруг талии, а макушка устало опустилась в районе лопаток. Лихорадочно забились сердца. Попыталась вывернуться, но он не позволил, притягивая ближе.       Свет Луны. Закрыла глаза.        — Не отпустишь, да?        — И не подумаю.       Хоть я и не видела, но была уверена — изумрудные глаза взорвались пятнами тьмы. Утро       Тело ломило, но уже не так сильно.       Рядом никого не было. Я спустилась вниз. Трактир или проще говоря пивнушка: столики, стульчики, барная стойка. На дальней стене висели плакаты — подошла и оторвала один из листов с припиской «Гаутер». Нет, это был явно не тот Гаутер коего знала я. У этого не было лица, лишь огромные доспехи. Похож на голема. Усмехнулась. Может это он и есть? Посмотрела на другие листы. Бан, Диана, Мерлин, Эсканор, Кинг, Мелиодас… Семь Смертных Грехов.       Послышалось хрюканье.        — Тебе уже лучше? — цокая копытцами, поинтересовался Хоук, задирая пяточек.        — Да, намного. Кто такие эти Семь Смертных Грехов? — я махнула листовками в воздухе.        — Это рыцари — отступники, которых обвинили десять лет назад в убийстве сотни Святых Рыцарей. — ответил девичий голос, — Я и сэр Мелиодас путешествуем, чтобы собрать их вновь.       Элизабет вынырнула из-под барной стойки. Голубые глаза блеснули.        — Весьма странное решение, учитывая, что они принесли столько жертв.        — На самом деле истинное зло — Святые Рыцари. Они… Захватили Королевство Лионес, угнетая мирный народ. — девушка печально улыбнулась, — Ах, да, я же не представилась! Меня зовут Элизабет Лионес, я третья принцесса Королевства, рада знакомству.        — Королевство… Лионес?        — Ты че не знаешь такого? — в удивлении спросил Хоук.        — Человеческие Королевства мне мало известны, но я точно знаю, что эта земля принадлежала и служила оплотом Богинь.        — Эээ… Богини? Это кто?        — Существа неба и Верховного Божества. — я уже начинала нервничать, поэтому села и нахмурила брови. Они же не смеются надо мной?       Ребята отошли в сторону и зашептались.        — Слушай, может у нее горячка?        — Да вроде нет.        — Элизабет, но она несет какую-то хрень.        — Хоук, тише.       Не желая быть объектом обсуждения, я вышла из трактира на свежий воздух. Что же получается… Я спала так долго? Священная Война закончилась? Это было похоже на правду — земля цвела, небо сияло, ни намека на звуки сражений или бушующую природу. Сердца сжались в болезненном осознании. Не может быть… Стигма победила? Если так, то что стало с моим Кланом? И…Почему Мелиодас совершенно не изменился? Я схватилась за пульсирующие виски. Слишком много информации, нужно успокоится. Сделала медленный вдох и выдох. Нельзя терять контроль.       Закружилась голова. Я попятилась и чуть было не упала, но меня остановила рука Дианы. Ох, золотая женщина!        — Габриэль, тебе все еще плохо?        — Не знаю… Нет… Просто что-то нашло. Спасибо.        — Хихи, пожалуйста.        — Слушай… — начала я.        — Да?        — Ты знаешь что-нибудь о Священной Войне?        — Дайка подумать. Эта та, что была три тысячи лет назад? По-моему ее упоминала…       Я стояла и не ощущала себя, будто оказалась в невесомости за пределами гравитации и пространства. В ушах зазвенело. Голос великанши затих и затерялся. Меня словно ведром холодной воды окатило. Три… Три тысячи лет? В уголках глаз скопились слезы. Не может быть… А как же… Мой дом, моя семья, Зелдрис! Пальцы задрожали. Я почувствовала, как демонская метка расплывается на лбу, завиваясь спиралью.       Не видя ничего перед собой, побежала.       Ноги зацепились за корни дерева. Споткнувшись, покатилась вниз, ударяясь об камень. Брызнула кровь. Застонала. Боль отрезвила. Я провела рукой по лицу и ощутила слезы. Нужно… Успокоится. Взять себя в руки. Неподалеку услышала журчание водопада и стрекот насекомых. Сердца оставили бешенный ритм.        — За тобой не угонишься.       Мелиодас оказался рядом, помогая сесть. Почему-то его рубашка была расстегнута.       Вряд-ли это было хорошей идеей, но в один момент мои губы коснулись мужского лба. Реальность померкла. Теперь я могла увидеть все собственными глазами из воспоминаний брата. Много вспышек света и тьмы, огня, криков. Женский голос. Гнев отца. Убийства. Лязг меча. Я плыла по временной цепи, жадно впитывая остатки прошлого. Боль и озноб.       Пришла в себя, хлопая мокрыми от слез ресницами.       Мелиодас был зол. Очень зол.        — Больше так не делай.       Я не ответила. В моих мыслях горели картинки.       Элизабет и он.       Спальна.       Стоны.       Кажется, что-то внутри меня разбилось.       Семь раз…