Близнецы.

      Что-то эфемерное и необъяснимое.       Вроде живое, вроде мертвое. Меня метало из стороны в сторону, как тряпичную куклу, только в замедлении и одновременно ускорении. Здешние пространство было похоже на кислотное небо моего дома, однако в несколько раз темнее. Эти талисманы против демонов такие мерзкие! Как то раз о них рассказал мне Зелдрис, упоминая, что из них невозможно выбраться, но лишь низшим из нас. Ну, я вроде высшая, но что-то выхода, аля белого света не вижу.       Перевернулась.       Ой-ой! Кто-то извне яро трясет этот камушек. Там, наверное, брат не на шутку разозлился, никакой камне-рыцарь не поможет этой Веронике. Вот что за люди? Не разобравшись в ситуации, делают поспешные выводы, а потом сами от них же страдают. Хотя, такому недугу подвластны все Кланы. Задумалась. Может, оно и к лучшему, зато миру теперь точно ничего не будет угрожать, никакой силы Хаоса и разъяренной принцессы демонов. Вздохнула. Волосы то не зря светлеют, да и искажение реальности с резкими скачками иллюзий тоже весьма досаждают.       Оно просыпается.       С запозданием, конечно. Теперь я ощущаю это наверняка. И кто меня тянул читать то заклинание в Белиаруине? Оно разъедает сознание и уродует твое восприятие мира. Вдобавок, из-за связи с братом, это безумие передается нам обоим, что и произошло три тысячи лет назад. Он сошел с ума.       Как оказалось, убить меня мало.       Воспоминания болью прошлись по груди. Черные руки потянулись ко мне, забирая в омут, я поддалась. Все равно сил бороться нет, да и зачем? В любом случае это бы неминуемо наступило. Только теперь все гораздо страшнее… Больше не было предохранителя, способного меня остановить.       Кристалл пошел трещинами. В глаза ударил противный свет.       Тело вздрогнуло, изогнулось и встало.        — Ненавижу солнце. Люблю солнце…        — Эй, Мелиодас, что это с Габриэль? — Хоук затрясся.        — Сэр Мелиодас, у нее зрачки раздвоены!        — Леди Вероника, спрячьтесь за мной.        — Гриамор, я могу сама…       Легкие сдавило от смеха.        — Вы такие смешные!        — Элизабет, бери Хоука, найдите остальных и убирайтесь отсюда как можно дальше. — брат сжал кулаки. — Живо!       Они застыли в сомнении, еще раз взглянули на меня и побежали. Я распустила крылья, возвышаясь, голова непроизвольно склонилась.        — Ты сейчас слабее белки, тебе не справится со мной.        — Кгх… — он упал на колени, сжимая волосы.        — Чувствуешь, да? Прямо как тогда. Безумие, безумие, безумие. — смеюсь, — Хаос всех примет.        — Не… Не в этот раз.       Удар.        — Оу, кто-то за пару тысячелетий научился закрываться? — сплюнула кровь.       Но он молчал, замахиваясь вновь.       Метка демона зажглась на его лбу. Мой взгляд упал на бегущих в нашу сторону Диану с Гидеоном, раненного Кинга, Бана. Похоже, они справились со Святыми рыцарями. Похвально.        — Ты пошел не по тому пути, брат.       Послышалось рычание.        — Давай, покажи себя этому бренному миру! — я расставила руки, пританцовывая. — Давай, брат, покажи того, кем ты являешься на самом деле!       Мы сцепились.       Земля задрожала.        — Я вижу будущее, Мелиодас… Десять Заповедей возродятся и обрушат отцовский гнев на всю Британию. Адское пламя пожрет каждого.       Кровь сочилась из ран.        — Я и Семь Смертных Грехов этого не допустим.        — Не лги себе. В душе ты все такой же… Жестокий, бессердечный предводитель Клана.       Наши взгляды встретились.        — Нет. Ты ошибаешься.        — Посмотрим.       Я взлетела, прежде чем молот великанши коснулся земли.

***

Пару недель спустя       В горле пересохло.       Ледяные стены пещеры, острые камни, затхлый воздух. Хорошо бы еще вспомнить почему я здесь оказалась… Последнее, что приходит на ум — заточение в талисмане. Видимо, мои опасения подтвердились, либо мозг решил сыграть в амнезию и дереализацию. Надеюсь, все же второе. Колени хрустнули. Я попятилась от яркого света.       Нужно найти брата.       Связь барахлила, а то и вовсе пропадала. Значит, придется идти пешком. Только куда? Да и сколько времени прошло с тех пор? Вдруг очередное тысячелетие проспала! Горько усмехнулась. Шутки шутками, а что-то делать то надо. Взглянула на горизонт. Кажется, в паре миль отсюда какой-то полуразрушенный замок. Эх, бедные ноги. Магия на нуле да и спина побаливает.       Небо окрасилось в оранжевые цвета. Наступил вечер, пока изнывая от усталости, я дошла до белокаменных ворот. Задул холодный ветер. Поняла, что следует подыскать что-нибудь теплее, чем топик и штаны. Однако денег не было. Эх, терпим юная принцесса! А это Королевство не хило так потрепало: уничтожены дома, продовольственные лавки, башни. Люди сидели на деревянных балках, по-тихоньку все восстанавливая.        — Эй, Рейг, как думаешь, Лионес еще выдержит подобное?        — Ну… Если мы пережили нашествие мутировавших Святых Рыцарей, Хендриксона, то да… И даже больше.       Мужчины, скорее всего друзья, забивали гвозди в крышу, переговариваясь.       Чего? Неужели это то Королевство, которое должны были освободить Семь Смертных Грехов с принцессой? Мда, освободили так освободили. Я обняла себя за плечи. Осмотрелась. Послышался знакомый смех.        — Ни-ши-ши.        — Капитан, давай скорее вернемся в трактир. Хочется хорошенько отпраздновать!        — Вы идите, а мне нужно еще кое-что сделать.       Я спряталась за углом. Диана с Кингом прошли мимо, держась за руки. Она такая малышка, когда в форме человека! И это розовое платьице ей к лицу. Улыбнулась. На сердцах стало теплее. Кто-то схватил за плечо. Ох, это уже стало привычной рутиной!        — Эй!        — Чшшш. — ладонь Мелиодаса накрыла губы. — Откуда ты здесь?        — Проснулась в какой-то пещере. Ничего не помню. — честно ответила я, замечая как горячи его руки, — Объяснишь?        — Из-за кристалла ты…        — Ох, снова, да?        Он промолчал.        — Я не мог тебя найти. — зеленые глаза округлились, — Габриэль, твое тело…        — Пустяки. Заживет.       Почему-то его изучающий взгляд показался мне слишком интимным. Пальцы коснулись запекшейся раны. Вздрогнула.        — Не надо…        — Тебя нужно поскорее показать лекарю.        — Вовсе необязательно…        — Что-то не так. — мужское лицо нахмурилось, — Ты не регенерируешь.       Мелиодас придвинулся ближе, беря меня на руки.        — А ты потяжелела. Грудь выросла? — пошутил он.       Пару шишек вздулось на светлой макушке.       Да, в этом весь брат… Несмотря на то, что я могу уничтожить полмира, не перестает обо мне заботиться.       Люблю его.

***

      Небольшая каменная башня.       Тусклый фиолетовый свет просачивался сквозь узкие окошки. Мелиодас толкнул дверь, в нос ударил запах трав и лекарств. Котел, полочки, банки, лестница, книги. Комната походила на демонскую библиотеку. Женщина. Короткие волосы, откровенная одежда. Должно быть, маг. Она посмотрела на меня и лукаво улыбнулась.        — Габриэль? Я наслышана о тебе, носительница великой силы Хаоса. Мое имя Мерлин. — худые пальцы очертили татуировку свиньи на шее, — Грех Обжорства.        — Отец явно недооценил тебя тогда, волшебница Белиаруина.        — Детям все сходит с рук.       Брат заговорил.        — У нее не заживают раны. Можешь помочь?       Он посадил меня на стул, не отходя.        — Хм… — женщина закусила губу, — Я чувствую в ней две души. — Мерлин щелкнула пальцами. Из воздуха возник пузырек. — Кажется, твоя одержала властвующую позицию. Тело борется с силой, которая не принадлежит тебе. Если от нее не избавится, произойдет нечто очень плохое. — она протянула лекарство, — Примерно такое же я даю Гаутеру, только здесь концентрация веществ намного сильнее. Принимай каждые два часа. Это не решит проблему в корне, но отсрочит твое следующее безумие.        — Спасибо. — я приняла бутылек.        — Мелиодас, ты же понимаешь, что она угроза?       Он молчал.        — Если ты не справишься, Британия будет обречена на уничтожение, как и три тысячи лет назад. — Мерлин посмотрела на меня, — Я бы не очень этого хотела. В тот раз тебя смог одолеть лишь капитан, в этот раз все может быть гораздо хуже.       Брат усмехнулся.        — В тот раз не было Семи Смертных Грехов. Спасибо за помощь, Мерлин.

***

      В камине трещали дрова.       Я устало упала в кресло, прикрывая глаза. После горячей ванны ощущаешь себя совершенно иначе, будто сто килограммов грязи сошло. Пахло здесь кашемиром и полынью. Хороший дом. За окном проехала колесница. Топот копыт эхом зазвучал в воздухе. Вздохнула. В такие моменты понимаешь, что ценность комфорта и спокойствия выше всего. Ну… Почти. Еще я любила вдоволь покушать, поваляться с набитым животом под тенью дерева, обсуждая с Глоксинией этапы становления мира между Кланами, поспорить с братьями, побегать в поле с бабочками.       Стало грустно.        — Мелиодас, я скучаю… По ним.       Глава Семи Смертных Грехов лежал на диване, посапывая.        — После твоего предательства… Я встретила Короля Великанов. Представляешь? Его звали Долор. Он сражался вместе с Глоксинией на стороне Стигмы, но ко мне даже не притронулся. Лишь показал красивый вид с утеса и Луну. Думаю, ты с ним знаком, вроде в твоих воспоминаниях проскальзывал его устрашающий образ. — Задула свечу. — Я хочу, чтобы ты понимал… Я пошла на все это ради мира. Хотела, чтобы ты вернулся домой. Людошиэль и архангелы считают, что все демоны отродье зла. Это не так… Мы умеем любить, наслаждаться жизнью, радоваться мелочам. — Взяла подушку, обнимая. — Спустя время я осознала, что ты запутался. Вечные убийства, расприи, приказы отца. Ты решил, что демоны зло, хотя прекрасно понимал, что не все из нас. Но влияние Стигмы дало свои плоды. Плюс… Наша связь, Хаос. Все так закрутилось. Я жалею, что не справилась и теперь… Снова ставлю тебя перед выбором. Элизабет правда хорошая, к тому же принцесса, она достойна твоей любви. Да и… Подвергать опасности столько жизней ради…        — Ради тебя я готов на все. — Мелиодас посмотрел на меня. — Мне не важен никто, кроме тебя, Габриэль.       Язычки огня в камине взвились к верху.       Внизу живота потеплело.       Я испугалась внезапного желания, встала, пожелав спокойной ночи и ушла в другую комнату. У нас никогда не доходило до интимной близости. Максимум поцелуи… Да и… Все это вызывало во мне неприятные воспоминания о ночах с Фельзевалем. Он был груб и жесток со моим телом. Со мной.       Я сняла одежду, растягиваясь в кровати.       Сон из-за всплеска эмоций не приходил. Рука медленно спустилась между мягких ног, гладя чувствительное место. Я тихо застонала. Потом резко отпрянула и сжала подушку. Что за бред…       Скрип двери.       Рубашка Мелиодаса была расстегнута. Взгляд темный.       Свеча на полке потухла.