BellTrap

      Раннее утро. Весна. Как раз та самая погода, которым сильно нравится, многие люди ждут такой погоды после суровой зимы. Поэтому люди, выходя из своих тëплых домов, чувствуют наконец-то свежий и достаточно тëплый воздух.       На данный момент сейчас Спрингтрап сам сидел у приоткрытого окна, попивая свой кофе и глубоко вдыхая тот самый свежий воздух. Настроения у этого жëлтого кролика было настолько много, что его нельзя будет куда-то деть и на что-то истратить. Интересно — а его настроение будет точно надолго? И, интересно, на сколько же долго? На день, два, неделю, месяц, а может, на год? Хотя про месяц с годами это уже перебор.       Но всë равно в любом случае Спрингтрап готов работать с раннего утра с таким вот хорошим настроением. И ему такое настроение ничто и никто не посмеет испортить. Я надеюсь…       Вскоре, начали просыпаться и остальные аниматроники, в том числе, и Белла, хотя на еë месте каждый из аниматроников спал бы до обеда, ведь лисица-то не работает. — Спрингтрап, какие дела на этот раз будут у нас? — поинтересовался сонный Бонни, которому было и так не очень из-за того, что знает, какие «хорошие» дела им даст Огнев. — Вы будете отдыхать, — с выдохом произнëс кролик, но всë равно его настроение никуда не ушло, смотря по его чисто-изумрудным глазам, которые ярко сверкали и в них хорошо отражалось выходящее из-за горизонта солнце. — Ну Спрингтрап! Нам ведь будет всегда скучно, — сказала Чика, сложив свои руки на груди. — Вы можете делать что угодно, у вас ведь выходной. Радуйтесь! — воскликнул он и повернулся к аниматроникам, радостно засияв своей чистой улыбкой. — Ага… Мы порадовались в прошлый раз, — пробурчала Чика и чуть отвернулась, смотря куда-то далеко в стену. — Я весь день готовила от скуки и пришлось всë выкинуть, потому что вся еда даже и трëх дней не протянула, ведь к ней никто не притронулся! Ну, кроме тебя, конечно же.       На это аниматроник лишь тихо хмыкнул, допил свой кофе и встал со своего места, подошëл к Белле, поцеловав в лоб, отчего та мило продолжала морщить свой миленький носик. — Спрингтрап, я надеюсь, что у тебя дел будет не так уж и много, верно? — спросила лисица, чуть приулыбнувшись. — А у тебя есть какие-то планы? — вопросом на вопрос ответил он, на что получил положительный кивок от своей жены. — Ну… Я постараюсь сделать свои дела как можно быстрей, только за это ты должна будешь… — шутливо улыбнулся. — Купить слона. — Что? — не поняла Белла, когда еë улыбка тут же спала и на глазах образовалось большое недопонимание. — Все спрашивают «Что?», а ты купи слона, — Спрингтрап отошëл от Беллы и шутливо захихикал. — Не понимаю на что ты намекашь… — Все говорят «Не понимаю на что ты намекашь», а ты купи слона, — не унимался тот. — Спрингтрап, ну это реально не смешно! — обидчиво произнесла Мангл, уже начиная чувствовать как еë достали шутки кролика с самого утра. — Все говорят «Спрингтрап, ну это реально не смешно», а ты купи слона! — аниматроник с улыбкой посмотрел на красную от злости Мангл, которая, кажется, уже готова взорваться от такого… — О господи! — произнесла Белла, закрыла свою лисью морду руками и еë прорвало на смех. — Все говорят «О господи», а затем смеются, а ты купи… — взглянув на жену, которая заливалась алой краской от смеха, Спрингтрап тоже решил не упустить шанса немного посмеяться, еле пытаясь сказать своë предложение. — Купи… Ха. Ку… Ахахах! Господи, да что я… Эхех!       Все присутствовавшие аниматроники смотрели на супругов как на идиотов, не понимая о чëм они. Ну, или у них не такое уж и хорошее чувство юмора как у Спрингтрапа и Беллы.       Не знаю, чем бы это кончилось, если бы в зал из своей комнаты не зашëл Фредбер и не понял бы причину столь своего странного будильника. — Спрингтрап, — прекрасно зная своего друга в очередной раз «схватила» смешинка, то Фредбер постарается быть осторожнее с ним, потому что если уж шутки и монут быть хорошими, то это не значит, что они могут быть хорошими для других. Любая фраза в адрес Спрингтрапа может быть использована против говорившего, сильно исказив еë. Поняли? Нет? Тогда читайте дальше и вы поймëте. — Раз уж ты решил дать мне временный выходной, то в таком случае ты сейчас должен сидеть в своëм кабинете и заполнять отчëты, так что… Ладно? — Прохладно, друг мой, — Спрингтрап мимо своего друга с серьëзной мордой, но когда он оказался за его спиной, еле постарался сдержать свой смех и вышел в коридор. Кролик в очередной раз исказил слово медведя и тот, не сразу, но понял это тогда, когда Огнев уже покинул зал, уйдя в свой кабинет по коридору. — Чëрт, я опять повëлся, — сказал недовольно Фредбер, лениво закатив глаза. — Что это было? — спросила Белла, подойдя к другу своего супруга. — Сейчас я чувствую только какой-то… плохой день, что ли… Когда я стояла со Спрингтрапом рядом, то я чувствовала лишь только радость да счастье, а сейчас… Что-то не то… — Такое бывает у Спрингтрапа, — с печальным выдохом произнëс Фредбер, продолжая смотреть на дверь, ведущую в коридор. — Он в такое время может шутить над кем угодно и его счастье понимают только близкие, например как ты. А вот друзья, такие как я и не только, нет. Поэтому с ним нужно быть очень осторожным, потому что, в последствии, он, в точности как атомная бомба, может взорваться и после этого его уже не остановить. Любые слова, летящие в его адрес, он может исказить настолько, что это может быть до боли обидно кому-то, — посмотрев на белую лисицу, которая старалась подавить в себе весь гнев из-за Спрингтрапа, то Фредбер тут же добавил: — Например, как Мангл. — И что нам с этим делать? — решила спросить Мангл, когда услышала своë имя, подойдя к медведю с лисицей. — Я не смогу так долго терпеть его «хорошие» шуточки. — Это длится всего день, это от нас не зависит, — спокойно ответил он, сложив руки на груди. — И тогда всë будет как прежде? — спросила Чика, решив тоже вклиниться в беседу. — Он вновь будет серьëзным, строгим и… Злым? — на еë лице было сильное беспокойство. — А ты какого больше Спрингтрапа хочешь — тупого кролика с тупым юмором или серьëзного, строгого и ответственного кролика, который, если что скажет шутку, сразу кричит?! — спросила с гневом Мангл свою подругу, но благо, что та ещë не порвала. Сдержалась… — Н-не знаю… — неуверенно начала она, бегая своими розовыми глазками в разные стороны. — Я бы и такого, и такого босса хотела, но всë в меру чтоб было. — А Спрингтрап у нас не знает меры, — ответил ещë спокойней Фредбер и добавил: — Так что дождитесь, девочки. С этим ничего нельзя поделать.

***

      Наступает вечер. Спрингтрап как не выходил из своего кабинета в зал к своим друзьям, так и не выходит, всë ещë трудясь над отчëтами. К нему заходила Белла, но не просто так, не отвлекать от дела, не «поговорить по душам», а носила к нему еду, чтобы еë муж за своим рабочим столом, из которого он не вылезает, не мучался от голода.       Но чем ближе солнце клонилось к горизонту, то тем больше Спрингтрап не позволял Белле заходить к себе в кабинет, а то и вовсе закрывался, чтобы его не трогали лишний раз. Белла подразумевала, что он затечл какой-то сюрприз для неë, поэтому и не впускает, так что лисица была спокойна до конца дня…

***

      Вскоре, Спрингтрап вернулся, но… Он был почему-то сам не свой: уставшие и в то же время тусклые глаза, ноги еле несли высокое тело аниматроника, кролик часто и внимательно вглядывался в своих друзей, не известно даже для чего… Такое поведение и вид своего супруга легко заметила Белла, которая обошлась сначала лëгким удивлением, а после, сильным беспокойством, поняв, что ему сейчас далеко не до сюрпризов. — Спрингтрап, что с тобой? Ты выглядишь не очень… — заметила Белла, подойдя к кролику, который держался за косяк двери в проходе. Сам он стоял как мог, легонько лишь покачиваясь, будто бы он сейчас упадëт. — Голова… — тихо начал он, прикрыв свои тяжëлые веки от усталости. Но увы, он так ничего и не может сказать, начав пошатываться уже сильнее. — Что голова? Болит? — всë также продолжала волноваться Белла, расспрашивая кролика. — Кружится, — поправил он еë, открыл с силой свои глаза, посмотрев в глаза жены, после, закатил их.       Тут его ноги прекатили «существовать», отпустив тело кролика и тот начал падать. Что бы произошло, если бы его кто-то не придержал и дал упасть? Конечно же Спрингтрап упал бы, неизвестно что ещë расшиб себе… Но Белла, Белла… Она как два крыла, которые дают ещë шанс ходить многим, если это полностью безвыходная ситуация…       Но каждому ангелу всë же требуется помощь, например, как сейчас… Не каждый ангел способен справляться со своими трудностями. — Кто-нибудь, помогите мне уже! — воскликнула лисица, придерживая двухметрового кролика. Если честно, держать такого было не очень удобно. Это уже не говоря про шкафы, которые вовсе длиною в три метра у Спрингтрапа в кабинете.       Сам Спрингтрап ещë был в сознании, но лишь только на какое-то время. Аниматроник, конечно, хотел открыть свои глаза и воскликнуть «Вот я! Я живой! Со мной всë хорошо!». Но… Глаза и почти полное отсутствие мыслить, лишали его сказать такие слова. Его охватило не только отсутствие мыслить, его охватил тяжëлый сон, как будто бы кома, которая не хочет отпускать того или иного человека, аниматроника, животного… Не важно! Важно то, что организм Спрингтрапа борется на данный момент и с реальностью, и со сном, который уже больше половины начинал усыплять его разум, не давая ни шагу вступить в реальность.       Когда же аниматроники дотащили Спрингтрапа до его комнаты с Беллой, то кролик неожиданно для себя смог почувствовать спиной кровать, а потом сдаться и провалиться в глубокий сон…

Три часа спустя

— Я не могу поверить в это… С ним точно всë хорошо? — спрашивал уж сильно знакомый голос, который услышал Спрингтрап, начав медленно открывать глаза, а потом и вовсе еле слышать.       В голове жутко звенело, в глазах туман, во рту адская сухость. Хотелось пить. Но даже если хотя бы постараться хоть немного приподнять голову, то получи ещë больше голову, которая сильно кружится, с болью в подарок! В итоге Спрингтрап положил свою голову обратно на подушку, зажмурил глаза и застонал. Нет, не от того, что голова закружилась, а от наступающей боли в его висках.       Стало тут же невыносимо жарко, хотелось открыть окно. Но что может сделать аниматроник, который резко заболел неизвестно чем? Конечно же ничего, кроме как, конечно, позвать кого-то. Но он решил всë же не звать, а обождать какое-то время, думая, что это ему поможет. Но от этого становилось лишь хуже и настолько, что можно было уже с уверенностью в гроб ложиться.       Вдруг открылась дверь и в комнату вошли. Спрингтрап устремил взгляд в незнакомку, а потом и вовсе не был удивлëн приходом названных гостей. Ну, или же незванной гостьи. Это была крольчиха белого окраса и с чëрными глазами, где оттуда бегали две белые точки, с беспокойством осматривая больного, то бишь, Спрингтрапа. Глаза этой, уже не молодой крольчиха, были влажными от слëз, которые только она недавно пустила.       И сейчас эта незнакомая крольчиха бегала своими волнующими глазами в поисках причины того, от чего Спрингтрап посмел своему организму залечь на дно. — Мама… — тяжело начал он, прикрыв свои изумрудные глаза, хотел продолжить, но его перебили. — Спрингтрап, как ты?! — без единого приветствия или улыбки неожиданно сорвалась крольчиха на крик, сделав почти уверенных два шага навстречу своему сыну. — Ну вы хотя бы могли поздороваться со своим сыном сначала, — сказала осторожно Белла, стоя за спиной белой крольчихи. Она решилась всë же такое сказать, хоть даже немного побаивалась. Да, Белла побаивалась мать Спрингтрапа, потому что знала — она у него боевая… — Да мне некогда здороваться с ним, милая, понимаешь? — на удивление, незнакомка обратилась к лисице как можно спокойней, хотя было хорошо слышно как та волнуется, судя по еë дрожащему голосочку. — Мам, со мной всë хорошо, не переживай, — сказал устало Спрингтрап. Он только хотел добавить своей матери кое-что, но его опять-таки перебили, а перебили уже не его слова, а мысли. — Ага, я вижу как у тебя всë «хорошо», — сказала серьёзно она, подойдя к кровати Спрингтрапа, и села возле него.       Сказать свою фразу серьёзно она хотела, только вот… Еë голос в конце предательски дрогнул, а еë милая, белая мордочка по-прежнему выражала сильное беспокойство, хотя она свои чëрные, как уголь, брови старалась придвинуть к переносице, делая свою милую мордашку намного строже. Но еë эмоции сильно подводили и она быстро забывала об этом, становясь будто бы снова бедной и беспомощной матерью, жалея своего сына. — Рая Огнева, вам действительно не стоит так волноваться. С вашим сыном всë прекрасно… — хотел ответить Фредбер, стоя справа от Беллы и лисица грубо его пихнула в бок, от чего тот скорчил свою гримасу от не сильной боли. Поняв, к чему Белла его ведëт, то медведь как можно скорей поправился. — Э-э-э… Будет? Да! С вашим сыном всë будет прекрасно! Мы за этим проследим. — Знаю я вашу слежку за моим сыном! — возмутилась Рая, а потом повернулась к Спрингтрапу. — Опять весь день убил на свои отчëты?       Спрингтрап виновато повернул свою голову вправо, к окну. Кролик прекрасно знал свою мать — если уж она узнает о том, что что-то с еë «сыночком» случилось, то она уже ни от чего никуда не уйдëт, лишь бы он поправился и встал на ноги.       Рая заметила как кролик отвернулся, поэтому она поняла сразу — это и есть та самая причина очередного обморока. — А я тебе разве не говорила, чтобы ты делал хотя бы перерывы между своими делами? Не говорила. — Мам, перестань, — как можно мягче произнëс Спрингтрап. Кажется, что его разум стал вновь возвращаться к нему. — Что перестань? — удивилась мать и ещë сильнее возмутилась. — Чуть что, так сразу «Мам, перестань», — слова сына крольчиха исказила и повысила голос. — Я не повышал на тебя голос вообще-то, — Спрингтрап сдвинул брови к переносице и повернулся к матери.       Пока два взрослых по себе аниматроника разговаривали, то Фредбер воспользовался моментом — он схватил руку Беллы и оттащил от двери. Лисица хотела что-то сказать ему, но заметив серьёзный взгляд, быстро поняла по какой причине он еë оттащил. — Я же говорил тебе, что переубедить Раю не получиться! — сказал Фредбер, когда же он немного отошëл с лисицей. — Но ты же знаком с ней ещë при детстве, верно? Попытайся еë ещë раз переубедить. — Да я тебе говорю как есть! Еë переубеждать абсолютно бесполезно! — вспылил медведь, перейдя уже на громкий шëпот. — Ладно, ладно. Не возмущайся, — всë также спокойно ответила Белла, сложив руки на груди и вздохнула. — И надолго она будет здесь? — До тех пор пока Спрингтрап на ноги не встанет, — спокойно ответил и Фредбер, сложив свои руки на груди как и Белла. — Чëрт, — недовольно цокнув, она опустила руки, посмотрела на дверь своей комнаты, а потом на Фредбера, и ответила: — Значит, будем действовать быстро. — И не надо мне тут говорить про то, что ты немного отдохнëшь, а потом будешь снова прекрасно себя чувствовать! Если я сказала, что постельный режим и отдых, значит — постельный режим и отдых! Ты меня понял? — Эх… Да, мама, — устало сказал Спрингтрап и прикрыл свои глаза. — И я не упущу тебя из виду, как твоего отца. Не хватало ещë одного горя, чтобы и ты умер.       У Спрингтрапа дрожь пробежала по его спине и он открыл глаза, с волнением смотря на мать. Рая напомнила о его отце, у которого тоже голова кружилась и тот падал в частые обмороки, а также он часто жаловался на боли в голове. Джордж — так звали отца Спрингтрапа — совсем ничего не ел из-за слабости и часто спал, чтобы не чувствовать боль, а как просыпался, опять начиналось всë по новой. И это продолжалось до тех пор, пока силы не покинули его. — Да я, вроде, пока живой, не переживай, — сказал с улыбкой Спрингтрап, когда смог выбраться из своих воспоминаний. — Вроде. Хе, — недовольно пробурчала Рая, закатив свои глаза. Крольчиха только собиралась встать, как тут же еë позвал Спрингтрап. — Мам, купи слона, — аниматроник для себя тихо хихикнул, ожидая реакции от Огневой. — Да иди ты, Спрингтрап. Совсем не смешно. — Все говорят «Да иди ты, Спри…» Э… — дверь захлопнулась и улыбка кролика вмиг сменилась на недовольную гримасу. — Э-эх… Никто не понимает моих шуток…       Немного помаячив, поëрзав туда-сюда на кровати, Спрингтрап вспомнил, что у него есть телефон, а где телефон, то там и нужные документы. Так что, достав свой гаджет, Спрингтрап решил некоторые недоделанные документы обязательно доделать, а может, что-то и изменить. — А, Спрингтрап, а… — зайдя снова в комнату, Рая заметила у сына телефон. Недовольно вздохнув, крольчиха подошла к нему и выхватила гаджет. — Но… — хотел что-то сказать аниматроник, как увидел строгий взгляд сероглазой. — Мама?! — Я ведь сказала — постельный режим и отдых! Что в этом непонятного?! — Мам, но моя работа не стои́т… — Я всë сказала! — продолжала стоять на своëм белая крольчиха, после вышла из комнаты, захлопнув дверью.       Спрингтрапу это не понравилось и он недовольно себе пробубнил: — Говорит, что нужен отдых, а сама дверьми хлопает. У себя бы дома так хлопала. Двери-то деньги стоят между прочим.       Тем временем Белла с Фредбером зашли в комнату, когда они заметили, что Рая вышла. Заметив свою жену с другом, кролик недовольно закатил свои изумрудные глаза. — Ну что, теперь и вы начнëте портить меня? — Нет, Спрингтрап, мы по делу, — сказал Фредбер и посмотрел на рядом стоящую лисицу, которая уже начала говорить. — Дело в том, что мы просто хотим узнать кое-что. — Интересно и что же? — без всяких эмоций, но со слабым интересом он взглянул на Беллу. — У меня один вопрос: что с тобой было? — А к чему это такие подробности? — усмехнулся кролик. — Мне просто нужно знать. — Мы ведь хотим, чтобы ты поскорее поправился, — добавил Фредбер, поддержав идею лисицы. Та лишь положительно кивнула.       Выслушав каждого внимательно, Огнев громко хмыкнул, из-за чего и вызвал недопонимание у двоих. — Кажется, я знаю, почему вы так забеспокоились обо мне. Вы хотите избавиться от моей любимой матери? — Н-нет, я… — А откуда… — начал шокированный Фредбер, перебив Беллу, и он с ней переглянулся. — Хе. Ладно. Со словом «избавиться» я переборщил. Значит, скажу я по-другому, — немного подумав, кролик продолжил. — Вы хотите, чтобы нога моей мамы не ступала сюда, а для этого вам требуется моë полностью хорошее самочувствие, так?       Белла немного поглядывала по сторонам, но потом и вовсе сдалась, просто опустив свою голову вниз, свесив свои лисьи ушки. Фредбер с самого начала диалога подразумевал, что Спрингтрап как раз и будет так себя вести — ведь диалог со своей матерью не удался, а с другом и женой пойдëт всë тем более не по плану. — Спрингтрап, я знаю, что ты любишь свою маму и рад еë встрече, но… — начала Белла, как еë тут же прервал нарастающий хохот. — Я? Люблю?! Ха, Белла! Я не то, чтобы рад еë столь неожиданному приезду, но она со своими правилами в моëм доме сильно бесит. Так что… Я с вами заодно. Что нужно делать?

***

      Прошло три дня, прежде чем Спрингтрап смог подняться на ноги. Нет, ему и правда было лучше после того, как он упал в обморок. Огнев специально решил взбесить Беллу, что ему ещë не до конца лучше стало. А что это я вам тут рассказываю? Вы и сами сможете прочесть ниже — что вы на меня время тратите?       Итак, время близилось к вечеру. Фредбер везде закрыл окна жалюзи и выключил свет. Медведь решил зайти в комнату своего друга и проведать как он. Второй день, как-никак, «выживает» в своей комнате со своей женой.       Приоткрыв немного дверь, серогоазый увидел лежащего кролика на кровати, а рядом с ним лежит лисица. — Ну что ж. Я думаю, что завтра тебе станет легче? — спросила Белла, слегка подняв голову на супруга. — Ну думаю, что ничего не должно помешать моему выздоровлению, — ответил он, чуть улыбнулся и поцеловал еë в нос. — Всë, спи. Завтра я должен встать…       Дальше жëлтый медведь не стал слушать их беседу, а вместо этого он прикрыл дверь и ушëл к себе спать.

На следующий день

— Ребята, я вста…       Только что вышедший из своей комнаты Спрингтрап, но сделав ни шага, снова падает, да ещë и закатывает глаза так, словно ему неожиданно стало плохо.       Стоявшая у плиты Белла, которая находилась рядом с дверью мужа, вовремя среагировала на это и бросилась вновь придерживать его. А остальные, то стоявшие около окна, то сидевшие за столом, побежали помогать. — Быстрее, быстрее, пока Рая не заметила, что еë сын опять упал в обморок! — крикнула в спешке лисица, стараясь стащить мужа в «обморочном состоянии» обратно в комнату. — Белла, я думаю, что уже слишком поздно, — высказался Бонни, смотря куда-то в противоположную сторону от комнаты Спрингтрапа.       Белла, обернувшись, сильно пожалела о своих словах: в проходе стояла белая крольчиха Рая, у которой было два пакета с продуктами. Почему «было»? Потому что Рая выронила их из своих рук и, закрыв свою морду ими, заплакала. — Блин… Не успели, — свесив лисьи ушки, сказала с грустью Белла, переглянувшись с Фредбером, который тоже придерживал друга «без сознания». «Чëрт, мама! Как же я о ней не подумал? — начал мысленно себя винить в этом Спрингтрап. — А хотя… На следующий день обещаю, что точно встану. Так что это карма, моя любимая Белла!».