Парни тоже пишут о любви

      На следующий день Нана плелась в школу, еле переставляя ноги. Впервые за долгое время она проспала — то ли из-за того, что привычный будильник на смартфоне не разбудил её, то ли из-за дурацкой домашней работы, которую она делала допоздна, дабы не схлопотать очередную двойку сегодня. Ещё и родители, будто специально, за ужином спросили её об успехах в школе. Кажется, они начинают догадываться…       Всю ночь накануне хлестал ливень, но к утру небо стало таким ярким и чистым, будто нарисованное. Капли дождя на асфальте мерцали, словно миллионы бриллиантов, и их наглый блеск беспощадно бил в полуприкрытые глаза Наны. На ветках желтеющих деревьев заливались пением птицы, и лишь их гомон спасал девушку от засыпания на ходу.       Но среди хора пернатых затесался человек.       — Нана! Нана! — кричал он.       Всполошенные прохожие на улице начали оборачиваться, но Нана ничему не удивлялась. Закрома её памяти сразу узнали этот голос, хоть сонная голова и соображала медленно.       «О Боже…», — тяжело вздохнула она и остановилась, дожидаясь. Юноша в школьной форме, размахивая руками, быстро нагонял её. Поравнявшись с Наной, он с ходу потрепал её по голове, окончательно сгубив её наспех сделанную прическу.       — Ай! Сатори, ну ты придурок! — возмутилась школьница и оттолкнула парня от себя.       — Ха-ха-ха! — залился хохотом тот, будто сделал самую смешную штуку в мире.       — Очень весело, блин, — буркнула Нана.       Она наградила его уничтожительным взглядом.       Сатори, Сатори — сколько всего в этом имени! Её первый друг, первый противник в борьбе подушками, первый, кого она записывала в список гостей на День рождения. Хранитель её детских секретов и книг, которые он брал почитать и постоянно забывал возвращать обратно. Мальчишка из соседнего дома, стыдно признаться, её первая наивная любовь, когда она ещё не ходила в школу, но уже воображала себя его женой…       «Фу, кринж!» — подумала Нана из настоящего, случайно вспомнив об этом.       Как часто случается, те, с кем мы были близки в детстве, с возрастом превращаются в совершенно чужих людей. Раньше они частенько ходили в школу вместе. Сейчас же при мысли об этом Нане становилось неловко — она даже не знала, о чём с ним говорить.       Парень, очевидно, почувствовал угрызения совести за своё неудачное приветствие.       — Ну-у-у, извини меня, — протянул он с наигранно-детской интонацией, которая лишь пуще разозлила Нану.       — Когда ты уже повзрослеешь? — шикнула на него девушка. — Годы идут, а ты такой же, как и в первом классе.       Сатори пристыженно опустил голову.       Здесь Нана покривила душой — перемены, случившиеся с ним, были заметны невооруженным глазом. Особенно это касалось его внешности. Девушка удивлялась, как благостно пубертат повлиял на её соседа — из пухлощекого мальчугана Сатори превратился в привлекательного молодого человека.       Он был среднего роста, с крепкими плечами и грудью, достойными профессионального пловца. В стройной фигуре не осталось ни намёка на детский жирок — должно быть, последние годы парень активно занимался спортом. Его светло-русые волосы были густыми и блестящими, словно он сошел с рекламы новомодного шампуня, а лучезарная улыбка в тридцать два зуба отлично дополняла этот образ. Черты его лица были лишены всякой жесткости и острых углов: мягкие, плавные, правильные линии носа и подбородка, пухлые губы, округлый разрез глаз. Когда он улыбался, а улыбался он почти всегда, на его щеках появлялись милейшие ямочки.       Но при всех удачных данных, Сатори был удивительно небрежен к своему внешнему виду. Когда-то красивая стрижка без должного ухода превратилась в нечто в стиле Бориса Джонсона. Воротник рубашки был хронически мятым, галстук отсутствовал, а пиджак — Сатори не утруждал себя застегивать его на пуговицы.       — А ты всё такая же бука, — беззлобно ответил ей парень. — Хотя я знаю, что на самом деле ты добрая, даже когда злишься, хе-хе.       Нана закатила глаза. Теперь он не отвяжется от неё до самых школьных ворот, и будет болтать, болтать, болтать.       — Как дела? — спросил Сатори, будто они общались только вчера.       На самом деле, Нана не помнила, когда они разговаривали в последний раз. Кажется, это было в прошлом учебном году. Или в позапрошлом…       — Э-эм… нормально, наверное, — ответила она и, поколебавшись, добавила: — А у тебя как дела?       — Отлично! — заявил парень. — На прошлых выходных мы играли против Лицея из Йокогамы. Ты смотрела матч? Мы сделали их, как сосунков.       Сатори аж засиял от гордости, а Нане понадобилось время, чтобы понять, о чём он говорит.       — Ты играешь в школьной футбольной команде, — догадалась Нана. -- Ух ты!       — Да. Уже год, — Сатори почесал затылок. — Похоже, мы с тобой очень давно не общались…       Грустная улыбка и расфокусированный взгляд, обращенный куда-то вовнутрь, в собственные мысли, были одной из тех перемен, что приключились с ним в процессе взросления. Эти мрачные эмоции, словно тень в солнечный день, находили на него внезапно, будто кто-то внутри его головы нажимал на спусковой крючок, но так же быстро и бесследно исчезали.       — Помнишь, как раньше мы всегда ходили в школу вместе? — вдруг спросил он.       — Конечно, помню, — ответила Нана. — Так было, пока ты не взял в привычку игнорировать будильник.       — Хе-хе! Я долго сплю, но зато я быстро собираюсь.       Девушка окинула взглядом его мятую одежду и лохматую прическу.       — Это видно…       — Но я рад, что сегодня ты всё-таки подождала меня… Как дела в школе?       — Да так… — начала, было, Нана, но вдруг передумала. — Всё хорошо.       Сатори недоверчиво усмехнулся и помотал головой.       — Ты мне не веришь?! — возмутилась школьница, её чрезмерно уязвлённый тон сразу выдал всю правду.       Он пожал плечами и, вдруг, разразился нравоучительной тирадой:       — Когда я заканчиваю свою полуночную катку и выглядываю в окно, то вижу, как ты возвращаешься домой. Со школьной сумкой и без куртки, хотя по вечерам уже прохладно. А когда утром я стучу в двери, чтобы пойти с тобой вместе в школу, твоя мама говорит, что ты уже ушла. Но когда я прихожу в школу, то Анджела и Харуки торчат в коридоре вдвоём.       — Поздравляю, Шерлок, — зевнула Нана, — дело раскрыто. А вообще, ты же смотришь все мои сториз в Инстаграме. Меня взяли в модельное агентство.       — Это очень круто! Ты молодец, — Сатори потрепал её по плечу, но увидев, как Нана нахмурилась, быстро убрал руку. — Кстати, недавно на школьном сайте обновили рейтинг учеников, и…       — Молчи, — резко оборвала его школьница.       Она ещё не видела обновленный рейтинг и, если честно, не хотела его видеть.       Парень продолжил тоном учителя:       — Можешь смеяться надо мной, но я за тебя переживаю.       Школьница издевательски фыркнула.       — С каких это пор ты стал моим семпаем? У тебя у самого ветер в голове. Не делай вид, будто ты ответственнее, чем я.       Сатори добродушно улыбнулся.       — Конечно, нет, ха-ха. Я просто хотел тебе помочь.       — Хочешь помочь — дай списать домашку.       — Э-эмм… Хе-хе-хе…       — Понятно. Ты сам её не делаешь, умник.       — Хе-хе-хе…       Парень неловко потупил взгляд. Между школьниками повисла пауза. Сатори будто хотел что-то сказать, но оттягивал момент. Девушка заметила его колебания. В ней затлел огонёк любопытства. Не то, чтобы ей было интересно общаться с Сатори; это лишь чувство ностальгии взяло вверх над скукой — так она думала. Его заброшенный внешний вид пробуждал в ней извечное девичье желание позаботиться: постирать, погладить, принарядить, расчесать. Она знала, что родители Сатори плохо о нём заботились, поэтому её друг всегда был самостоятельным не по годам. Когда они были детьми, мама Наны иногда наведывалась к соседям в гости. Главным образом, чтобы проверить, есть ли у маленького Сатори что покушать. Еда была — Сатори сам готовил её, сам мыл за собой посуду, сам убирался в доме.       Но может, он перестал справляться сам?       Вдруг Сатори нарушил молчание и прервал её размышления.       — У меня есть идея получше, — сказал он.       — Какая?       — Вступить в школьный клуб.       — Ох, блин… Ты же знаешь, я терпеть не могу эту самодеятельность, — заныла Нана.       — Так ты заработаешь дополнительные баллы. Я и сам так сделал.       — Ты вступил в школьный клуб? — удивилась девушка. — Вот уж от кого я совсем не ожидала!       — Хе-хе-хе… Не просто вступил, я его создал вместе с приятелем. Я вице-президент литературного клуба, — похвастался школьник.       Нана чуть не заржала, как лошадь. Более далекого от литературы человека, чем Сатори, сложно было представить. Нана подумала, что, скорее всего, её соседу просто пришлась по душе идея организовать новый клуб и стать там главным. Сложно было представить Сатори за чтением. Он был либо слишком непоседливым, чтобы спокойно сидеть на одном месте, либо слишком ленивым и засыпал на ходу.       — Не знала, что ты интересуешься литературой, Сатори.       Они подошли к воротам школы. Дети и подростки, все в одинаковой форме, толпились у входа в надежде успеть по своим классам до звонка. Но некоторые ученики стояли в тени большого дерева, расслабленно переговариваясь, совершенно безразличные к окружающей их суете, и к наказанию, которое обязательно последует за опозданием на урок. Среди них были Анжела, Харуки и Мидори.       Мидори помахала Нане рукой, но, увидев рядом с ней Сатори, коварно ухмыльнулась и что-то шепнула Анжеле. Та посмотрела на парочку выпученными от удивления глазами. Нана готова была сквозь землю провалиться от стыда.       — Нана, приходи и ты в наш клуб, — ничего не смущаясь предложил Сатори.       — Ни за что! — наотрез отказалась Нана. — Я ненавижу школьные клубы. А литературный клуб — это максимальное задротство!       Сатори недовольно надулся.       — Зря ты так говоришь. Я думаю, тебе понравится.       — Нет!       — Подумай. Я зайду за тобой после уроков, — заявил парень.       — Сатори, блин! Не смей меня позорить, — возмутилась Нана.       Но друг её детства уже загорелся этой идеей. То ли издеваясь, то ли будучи удивительно наивным — иногда мотивы Сатори было сложно понять — он закричал на весь школьный двор:       — Встретимся после уроков! Только не уходи домой без меня! Пока-пока! Ха-ха-ха!       Он, чуть ли не вприпрыжку, побежал к главному входу, махая ей рукой, словно утопающий — спасателю. Нане хотелось хлопнуть себя по лбу. Она слышала, как подло захихикали её подружки. Девчонки обступили её, словно хищники добычу.       — Ого! Кого-то ждёт веселуха после уроков! — заржала Мидори.       — Boy next door, — потешалась Анжела.       Харуки так хохотала, что не могла вставить и слова.       — Ну вы и сучки! — обиделась Нана. — Только об одном и думаете.       — Будто ты об этом не думаешь, — ухмыльнулась Мидори. — Строишь из себя монашку, а сама вкрашилась в соседа.       — У вас сегодня свиданка, да? — лукаво поинтересовалась Анжела.       Нана не знала, что им ответить. Наверное, пусть лучше они думают, что Сатори приглашает её на свидание, а не в пыльный литературный клуб…