Виз, Визард, wizard

Часть 2 — Ну что, друзья мои, — Посланник Знания оглядел свою крошечную армию. — Определим дальнейшую стратегию и тактику? Что мы имеем на сегодняшний день? — Мы пока вне зоны чувствительности врагов, — ответил Кирилл. — Но через несколько часов это закончится, враги поймут, как до нас дотянуться, и мы станем уязвимы, — добавил Виз. — Обратная сторона уязвимости — наша чувствительность. Мы также будем знать, что происходит в Москве, сколько людей и визитеров нам противостоит, каков расклад сил. А расклад поменяется за текущую ночь непременно. Что еще? — Что еще? — переспросил Кирилл. — Что еще? — эхом повторил его двойник. — Еще у нас есть скрытые резервы, которые мы обязаны срочно задействовать. Мальчишки переглянулись и с интересом уставились на профессора. — Ваши скрытые резервы — это умение сводить и разводить случайности, выстраивать их в длинные цепочки незначительных и не связанных логикой событий, получая желаемый результат. — А ваши? — спросил Виз. Прототип кивнул, подтверждая вопрос. — А мои скрытые, вернее, порядком подзабытые, возможности — это волшебство. — Как это? — у Кирилла брови полезли на лоб и округлились глаза. Глаза Виза округлились меньше, но не настолько, чтобы не выдать удивление и восторг. — Могу поведать вам, друзья мои, одну занимательную историю. *** В один из визитов моим прототипом оказался маг. Да-да, самый настоящий маг, с бородой по пояс, в колпаке с золотыми звездами, в одеждах, в каких сейчас ходят только дамы преклонных лет, — Визард тоненько хихикнул. — Что-то вроде длинного льняного платья и поверх платья теплый халат, отороченный беличьим мехом. Потрясающе интересный был персонаж: чернокнижник, алхимик и лекарь. Он считал, что только знания, образование и наука выведут народ к свету, дадут толчок к прогрессу. Мы провели с ним множество часов в интереснейших беседах и философских спорах. Это было чудесно, познавательно и незабываемо! Правда, недолго. Мой чародей вступил в борьбу с Властью и проиграл. Ну и по традиции тех лет закончил свои дни на костре. Я еще какое-то время прятался в его зачарованном замке, хотел закончить его книгу, но пришлось выйти к людям. — Почему? — спросил Кирилл. — По самой банальной причине — в замке закончилась еда. Увы. Волшебник может наколдовать пирог, например, из сена, только проку от него будет ровно столько же, сколько от сена, да и на вкус будет трава травой. К сожалению, как гласит закон трансфигурации Гампа, нельзя из ничего сделать еду. — А что было потом? — Кирилл после знакомства с визитерами, казалось, уже перестал удивляться чудесам, но в реальности волшебства все еще сомневался. — Потом меня ловили, — продолжил рассказ Визард. — Я убегал, прятался, снова пускался в бега. В меня стреляли из луков и арбалетов, в конце концов поймали и долго держали в железной клетке. Властитель тех земель, уже убивший своего двойника-визитёра, долго уговаривал меня править миром вместе с ним. Он считал, что знания должны принадлежать только сильным мира сего, никогда не покидая стен дворцов, замков и богатых домов. Но когда понял, что у меня другой взгляд на эту проблему и у него ничего не выйдет, то поступил как и все правители тех времен — послал меня на плаху. Старик закашлялся и отхлебнул чай из стакана в подстаканнике. — В тот раз всё закончилось неважно, но знания не пропадают совсем, они хранятся в слоях Вселенной… — В информационном поле Земли или ноосфере, так писал академик Вернадский! — воскликнул Кирилл. — Я читал в энциклопедии, там… Профессор приподнял ладонь, прерывая поток слов: — Сейчас не время вести философские беседы, дружок, — сказал он. — Хотя эта тема является очень интересной и значимой, но я всего лишь хотел сказать, что остаток ночи нам нужно провести в некоторых размышлениях. Я бы хотел вспомнить кое-какие заклинания. Вам, молодой человек, — старик кивнул Кириллу, — нужно пофантазировать. А вы, коллега, — обратился он к Визу, — будете сплетать реальность и вымысел в единую нить. — Пофантазировать? О чем? — мальчик вопросительно посмотрел на попутчиков. — Если я всё правильно понял, тебе нужно придумать место, где мы сможем пожить какое-то время. — Виз переглянулся с профессором и, увидев подтверждающий кивок, продолжил: — Вообрази, как там все устроено, какая там еда, как выглядят дома, люди и звери. Короче, придумай мир, в котором нас не найдут. — А сейчас ложимся спать, ибо у нас в запасе осталось всего несколько часов, — ласково, как и положено любящему дедушке, сказал Аркадий Львович. — Завтра, если наш план сработает, мы окажемся в незнакомом, но прекрасном месте. — Или не окажемся, — прошептал Виз и, склонившись с верхней полки, обратился к своему близнецу: — Эй, фантазер, ну-ка быстро, не думая, назови мне любое число. — Девять и три четверти, — сразу ответил Кирилл. Двойник хотел было возразить, что это еще за «три четверти», кто сейчас пользуется такими числами? Но промолчал, потому что понял: прототип уже включил воображение, в его голове идет работа над будущим, над их возможной победой, а там — кто знает? — может, и над судьбой всего человечества.