Веритас

Время действительно странная вещь: бывает, оно медленно просачивается сквозь пальцы, словно шершавый песок, но стоит только забыться в чём-то, как скорость этих песочных часов возрастает в разы. Учебные дни похожи один на другой, но эта полувзрослая жизнь имеет своё очарование, что увлекает, разгоняя ход времени. В очередной раз, покинув своё общежитие, я неожиданно открыл для себя, что яркие осенние краски постепенно сходят на нет, серые проблески туч всё ярче выделяются в силуэтах деревьев, а высохшая листва под ногами только подкрепляет ощущение очевидного приближения зимы. Я, с недовольным от недосыпания лицом, забрался в нужный мне автобус, расстекся в, на удивление, свободном сиденье и погрузился в полусонные размышления. Вся эта уходящая осень подталкивала меня на подведение итогов с момента зачисления. Тут следует обратить внимание, что нужно разделить события на учебные и личные. В плане использования техник я не ощущаю в себе особых изменений. Автобус резко подскочил на кочке, вернув мои мысли и не дав уснуть. Да, мы многое узнали о происхождении магии, об фундаментальных основах и всему подобному, но с точки зрения силы, я так и остался на прежнем уровне. Думаю, я закрепил текущие навыки, но не более. Этому способствовали периодические дуэли, за что спасибо Петру Генриховичу. Скорее всего мне не хватает мотивации. Ведь я не являюсь главным героем какой-нибудь ширпотребной истории, где необходим радикальный level up для предотвращения катастрофы мирового уровня. Хотя в мирной жизни нет ничего плохого, меня она точно приводит к стагнации. Гордыня является грехом, но вдруг я настолько хорош, что просто не было достойного противника. Пифия, хоть владеет техникой высшей ступени, сражается на уровне ученика, прочитавшего учебник и старающегося построить изученное самостоятельно. Бой с Алланом был неплох, но в конечном счёте никто не проиграл, а значит он точно не сильнее меня, по моему мнению. Ужасные мысли, самоуверенность до добра не доводит, но вот бы встретится с адептом пространства… Автобус сделал резкий поворот, от чего все находящиеся в нём резко вцепились в поручни. Этот манёвр свидетельствовал о том что, половина пути до места учёбы осталась позади. С другой стороны в личной жизни всё складывается хорошо. Друзей в новом городе завёл. Мысленно поставил галочку в списке у себя голове. С девушкой, о характере которой я теперь смело могу сказать, что он был скверный, расстался. Добравшись до пункта назначения, я наконец-то смог вырваться из длительных размышлений. Вдохнув прохладный воздух, пропитанный утренней свежестью и автомобильными выхлопами, я отправился по ставшему уже обыденным маршруту. Этот день не выделялся среди прочих: математические выражения, история культуры и магии, разговоры о прошедших выходных в перерывах. Я шёл по длинному коридору из туалета, пока моё внимание не привлёк знакомый голос, разносящийся в повышенных, я бы даже сказал агрессивных тонах. Дальше по пути я встретил Антона, который… делал очевидную глупость. — Почему вы никак не признаете, что в этом нет ничего запрещённого. Я же объясняю… Спор со служащими ГМИ никогда не приводил ни к чему хорошему. Тем более Гансом Максимовичем, который был не последним человеком в университете. — Твои доводы убедительны, — устало проговорил он. — Но как инспектора и стража безопасности окружающих я не могу оставить твои исследования без контроля. Он небрежно потер глаза и обратил на меня внимание, натянув приветливую улыбку: — Доброго вам дня, Евгений. Больше не хулиганите? — Здравствуйте. А что тут происходит? — О, ты как раз вовремя, Женя. — В голосе Антона зародилась надежда. — Все дело в исследованиях, которыми я занимаюсь в клубе. Наконец получилась рабочий результат, как идиоты из ГМИ хотят закрыть всё, к чему я шёл. — Полегче с выражениями, пацан! Не забывайся! — Выплюнул оживившись инспектор. Думаю не будь они в стенах университета, Антон точно получил бы подзатыльник. Инспектор тем временем перевел взгляд на меня. — Твой приятель работает над методом принудительного усиления выходящих магических сил, основанных, как он утверждает на старых утерянных английских теориях. — Никакие они не утерянные. Мне передали копию дневника, найденного археологом. Лазучев, вроде бы его фамилия. — Жалобно пролепетал Антон. У меня возникло чувство, что эту фамилию я уже слышал, но связи с археологией там не было. — Так, а в чем проблема? — Мне оставалось только непонимающе потрясти головой. — Кто-то пострадал? — Нет, пока всё хорошо. — со вздохом ответил Штиловец. — Но инспекция не может закрыть глаза на исследования неизвестных и потенциально опасных работ. Хотя, ознакомившись с записями, мы не нашли чего-то конкретного. Поэтому мы не будем действовать. Пока. — Вот увидите, это произведёт революцию в применении магии. — Гордо задрал Антон, заручившись поддержкой невольного свидетеля. — Уже на предстоящем экзамене вы сможете лично оценить результат. Я знаю, что это не запрещено. — Кхм. Буду ждать с нетерпением, — усмехнулся инспектор, собираясь уходить, — но помни, мы внимательно следим за тобой. Устало перебирая ногами, его силуэт удалялся в коридоре. Я почувствовал на себе пристальный взгляд, который точно не сулил ничего хорошего… — Ты занят после занятий? — Ожидаемо спросил Антон. — Да. — отрезал я. Конечно, это была неправда. Но за прошедшее время мнение об Антоне закрепилось не самое хорошее: во всем прилежный и «приторный» характер вперемешку с необъяснимой одержимостью записками английских магов. — Не нужно никуда со мной ехать. — Снова заныл мой собеседник. — Я просто покажу тебе чего добился, чтобы хотя бы ты понял насколько это важно. — Не знаю, зачем тебе это, — раздражённо выплюнул я, — полагаю, что тебе просто хочется признания. Хорошо, я приду. Схожу туда и посмотрю что к чему. Во-первых, он отстанет от меня. Во-вторых, он должен показать всё свои достижения, чтобы покрасоваться. Оценю угрозу, и в крайнем случае сообщу Марку, чтобы тот передал информацию своему отцу. Он то быстро поставит горе исследователя на место. Довольный своими рассуждениями, я отправился заканчивать учебный день. — Ты не домой? — окликнул меня Марк. — У меня есть кое-какие дела, так что до завтра. Он вопросительно поднял бровь -Ну, как скажешь, — подавив едва различимое раздражение в голосе, Марк попрощался. — Увидимся. Не стоит брать его с собой, если что-то пойдёт не так, человеку без способностей будет нелегко. Это даже может стоить ему жизни. После всё ему расскажу. Оправдывая, свою скрытность, я добрался до назначенного места в одной из пустых комнатушек университета. — Ты правда пришёл? Я не займу много твоего времени. — Он напоминал мне верного пса, дождавшегося вечером своего хозяина. Антон выложил на стол листы, небрежно исписанные непонятными расчётами. Молодой исследователь начал свой рассказ: ещё в начале прошлого века людям было понятна связь магии со структурой человеческого тела. В то время жил человек по имени Алистер Кроули, который посвятил себя исследованию магии и составил эти самые записи. — Никогда о таком не слышал, — задумчиво выдал я. — Мало кто о нём знает, — с удовольствием ответил Антон на мой вопрос, — его посчитали свихнувшимся и отвергли его теорию. Но именно Кроули тогда закрепил в обществе очевидную мысль, что магия неразрывно связана с наукой. Техники можно изучать, классифицировать и конечно развивать. Было очевидно, что Антон очень сильно проникся записями этого Кроули. Его глаза блестели, а сам он жадно хватал ртом всё больше воздуха, опьяненный рассказом. Не знай я его и не имея скептического настроя, я бы мог легко проникнуться завлекающей речью этого оратора и стать ему союзником. Но этому не суждено было быть. Не могу сказать хорошо или плохо, что он никак не мог понять мою полную незаинтересованность. Однако, он продолжал говорить взахлёб: — Суть магии заключается в некоем взаимодействие крови и частицами благородного газа. Кроули была не ясна подноготная этого взаимодействия. Но. — Антон набрал ртом побольше воздуха. — он предположил, что при попадании в кровь примеси некоторых веществ эта самая реакция усилится. Если так обдумать сказанное им, то весь этот поток мысли можно было уместить в одно ёмкое слово — допинг. Мне пока не совсем ясно, что он имеет в виду, когда говорит про усиление способностей, но вмешательство из вне подходит под это определение. Не знаю насколько это этично, если учесть, что в спорте применение различных веществ было под запретом, а в редких случаях несло вред человеку. Да, он смог расшифровать какие-то старые записи, но все мои рассуждения это пустые софизмы, пока не будет представлен какой-то результат всего этого. Порой случается, подумаешь о чём-то, а потом жалеешь. Именно резкое чувство разочарования с примесью удивления зародилось у меня в груди и липко распространилось по всему телу. Это случилось, когда он выложил на столик странное кольцо, удлинённое по сравнению с тем, что первым приходит на ум и содержащим на своей поверхности линии трассировки печатных плат. — Что это? — Машинально выпалил я, несмотря на то, что ответ сразу всплыл у меня в голове. — Это разработанный нашим кружком артефакт, усиливающий магический потенциал. — Гордо задрал нос Антон. — Я назвал его «Множитель». Хочу, чтобы название в какой-то мере отражало его функцию, тем самым отдавало дань человеку, открывшему теорию, на которой он создан. Но произношение хотелось бы не на английском языке, вдруг его запатентуют. — Оно что-то делает с кровью? Это вообще не опасно для людей? — Теперь мне стала ясна обеспокоенность ГМИ по этому вопросу. Не факт, что устройство вообще работает. Но я волнуюсь, как бы Антон и другие члены «оккультного клуба» не поубивали друг друга, ставя эксперименты. — Это безопасно, уверяю. — Произнёс он с широкой улыбкой. — Пока что тесты проводились только вне человеческого тела. Я прогнал кровь, с внедрённым в нее особым составом через анализатор, как те, какими осматривали нас в начале учёбы. Хорошо, что ВУЗ получил дополнительное финансирование и смог позволить себе их… — Он потряс головой, возвращая мысли в нужное русло. — Результат показал пятикратное увеличение реакций. Я взял этот странный предмет со стола и повертел в руке. Кольцо было тяжёлым. По нему казалось, циркулировала непонятная жидкость. А на поверхности нём был маленький отсек, полагаю для загрузки особого состава, о котором говорил Антон. Я положил его обратно на стол, не рискнув просунуть палец. Чувство самосохранения давало тревожные сигналы, как когда пробираешься в заброшенный дом: вроде бы там нет ничего страшного, но что-то в глубине тебя съëживается и просит поскорее уйти. — Его нужно активировать, и несколько иголок проткнул кожу и пустят раствор внутрь. Никаких аномалий при взаимодействии с кровью найдено не было. — Объяснил Антон. — Так можно увеличить свою силу, не переходя на высшую ступень и не получая ограничения. Вот она — сила науки. — Это потрясающе, — повторил я за Марком, поднявшись и спину — Жду с нетерпением испытаний. — Ты сможешь сам увидеть всё своими глазами. Уже на экзаменационном турнире. — сказал мне на прощание исследователь. На обратном пути я невольно вспомнил об увиденном. Цепочка размышлений привела меня к одному из банальнейших сценариев: подобная технология могла быть полезной в каких-то моментах, но её всегда можно было использовать как оружие. Ведьма жестокость лёгким движением руки превращает любое благо в разрушение. Слабые личности, жаждущие силы. Всё очевидно. Но явно не мне заботиться об этом. Пусть те, кто должен займутся этим. Вечером, покончив с делами, я снова вспомнил о произошедшем сегодня. Мне захотелось рассказать кому-то об увиденном, так что я сразу набрал Марку. — Значит вот оно как. Потрясающе. — Наконец раздался голос Марка из динамика. — Тогда это объясняет, почему он ходит всё время с исколотыми руками. Интересно, он думал о том, что будет если нехороший человек воспользуется этим «множителем». Его мысли в конечном счёте, совпали с моими. Это ещё раз доказывает, что ничего хорошего от этих исследований не жди. — Хорошо, что у нас есть возможность легко доложить об этом в ГМИ.- Заигрывания совести не давали мне покоя, так что я решил, просить друга рассказать обо всем его отцу. — Не зацикливайся на этом, в любом случае это не наша проблема. Пусть инспекция поработает. — Выплюнул мой собеседник, с нотками издевательства в интонации. Порой, когда у Марка проскакивают приступы цинизма, возникает ощущение, что человека резко поменяли. — Я передам отцу. Можешь не переживать. Забивать голову ненужными мыслями и правда не стоило, поэтому я быстро уничтожил свой ужин и принялся за домашние задания.