Пособие по воспитанию осиротевших заунитов

Вай ушла. Накричала. Ударила. Паудер больно, ей очень страшно, и она не знает, что ей делать. Она просто хотела помочь… она хотела помочь, наконец-то стать полезной для сестры! Хотела, чтобы она признала её. И чтобы Майло перестал на неё ругаться. Она же не знала, что так выйдет! Жаль только, что мертвым это не объяснишь – слушать не станут. Так она сидит в полном одиночестве, вокруг неё бушует пламя, прямо позади лежит тело отца, Вандера. Девочка плачет, кричит, она так не хочет, чтобы единственный человек, который у неё остался, покинул её. Но раз так… Тогда она будет одна. Сама разберётся со всем. Погружённая в свои мысли, оглушённая истерикой и шоком, она не услышала, как к ней кто-то медленно подошёл. Это был высокий и худой человек, одетый официально, слишком дорого для такого места, как Заун. При ходьбе он легко опирался на трость. Виктор шёл по этой части Зауна в поисках лавки, о которой говорил Джейс. Он собирался расспросить о том, где какой-то оборванец мог достать кристаллы, подобные хекстеку, чтобы напарникам не пришлось тратить так много денег. Когда Джейс назвал цену, за которую тот купил предыдущую партию, Виктор закатил глаза и сказал, что его натурально надули. «Как можно быть таким наивным, Джейс? Это же Заун, с таким, как ты, не будут общаться честно и открыто» - заявил учёный. Талис как-то странно стушевался, предложил ему самому сходить и поболтать с тем странным парнишкой. Благо, зная внешность человека из Нижнего города, можно легко его найти – если задавать правильные вопросы, рано или поздно выйдешь на знакомых искомой личности, а там и до самого человека недалеко. Вот только была одна проблема: Джейс понятия не имел, как ориентироваться за стенами Пилтовера. Лавку он нашел случайно (названия, конечно же, не запомнил, спасибо, Джейс, здесь же так мало магазинов с кучей всякого хлама), вышел из города в сопровождении того самого мальчишки, и только примерно мог назвать район, где достал кристаллы. В общем, молодой человек бродил по улицам, стараясь найти хоть какую-то зацепку (будь ты проклят, Джейс, проклят – районы Зауна немаленькие, вообще-то), как вдруг совсем недалеко услышал взрыв, а после и увидел голубое свечение. Виктору это определённо не нравилось, потому что он, кажется, знал, что именно стало причиной подобного цвета огня. Проклятье. Со всей возможной скоростью учёный двинулся в ту сторону. Как оказалось, горел какой-то заброшенный завод у пристани. Тем лучше, огонь не зайдет за рамки и его быстро потушат. Однако, он услышал крики, потом увидел стремительно удаляющийся оттуда силуэт. Крик остался один, но к нему прибавился ещё и отчаянный плач. Виктор поспешил туда и увидел ужасающую картину: маленькая девочка плакала, надрываясь, а позади неё лежало огромное изуродованное тело, мёртвое. Судя по всему, взрыв был не случайный и кто-то его точно устроил. Виктор решил, что лучше побыстрее доставить ребёнка в безопасное место, пока здесь не появился тот, кто в этой ситуации виновен. Приблизившись к плачущей девочке, он осторожно присел и, как будто не зная, стоит ли прерывать этот поток эмоций, заговорил: - Прости мне мою грубость, юная леди, но здесь, кажется, опасно. Может быть, мне проводить тебя домой? Где ты живёшь? У тебя есть семья? – он так тщательно подбирал слова, как будто находился на приёме совета, а не перед маленькой грязной девчонкой в подворотне. Совершенно неожиданно малышка остановила истерику, хотя слёзы все ещё не прекратились. Едва заметив очертания человека перед собой, она бросилась к нему, резко обнимая и валя на землю. Трость выпала из рук, а ошеломлённый Виктор не знал, что делать. Нога болит. - Она меня бросила. И с этого дня, - она всхлипнула. – у меня больше нет семьи. Я одна… Она снова зашлась в рыданиях, а Виктор осторожно положил руку ей на голову в попытке успокоить. - Хочешь, можешь пойти со мной? Здесь небезопасно, посидишь немного у меня, все уладится, найдем тебе место. Пошли, нам нужно успеть добраться до моста, пока его не закрыли. Виктор выбрался из объятий девчушки, подобрал трость и поднялся, тяжело на неё опираясь. Он взял уже ни в чём не уверенного ребёнка и спешно увёл её оттуда подальше. Вовремя, заворачивая за угол, Виктор увидел, как странная группа людей явно не с добрыми намерениями зашла ровно в то место, откуда они только что ушли. «Идиот. Ты что вообще с ней делать собираешься? Ты умеешь обращаться с детьми?» Виктор не умел. Но он отлично учится. - Как тебя зовут? – спросил мужчина, игнорируя голос разума. - П-паудер, - девочка успокоилась и теперь по-детски икала после слёз. Виктор протянул ей платок, чтобы она могла вытереть лицо от грязи. – Спасибо. - Пожалуйста, Паудер. Я Виктор, приятно с тобой познакомиться, - улыбнулся мужчина. Девочке нравился этот человек. Он был спокойный и аристократичный, как будто принц. И, как настоящий представитель голубых кровей, он вёл её в новый мир. Судя по дороге, они направлялись в Пилтовер. Паудер, несмотря на тяжёлые мысли, приободрилась – кажется, с ней всё будет хорошо, и совсем скоро она заживёт лучше прежнего. Вай бы не обрадовалась подобной ситуации. Насторожилась бы. Вай… её здесь нет, а значит, и решать она ничего не может. С этими мыслями она шагнула в новую жизнь. - Кстати, - снова заговорил Виктор. – ты случайно не видела на улицах темнокожего мальчишку с белыми волосами? Он продал моему другу кое-что очень важное и я хотел бы узнать, откуда оно здесь взялось. - О, вы про Коротышку? Он живёт в двух районах отсюда, это мой лучший друг. Могу показать вам дорогу, – хоть и была немного рассеяна, тем не менее она уже была готова вести кратчайшими путями, которые они с Майло (нетнетнет не вспоминай!) отыскали давным-давно, но взрослый только поднял уголки губ и покачал головой. - Не сегодня. Сейчас мы с моей ногой пройдем эти два района только через два дня. Я не могу позволить себе заставлять юную леди терпеть такого попутчика столь долго. Сейчас я отведу тебя к себе в дом, а там ты расскажешь, что с тобой случилось и как ты оказалась около того завода, ладно? – он старался говорить максимально мягко, чтобы не обидеть её, но кажется, что-то пошло не так. Девочка застыла. Он же ведёт её в Пилтовер. Он обо всём догадался? А вдруг он ведёт её к миротворцам? Нельзя никому доверять и ни за что никому ничего рассказывать. Нужно срочно бежать. Экко её прикроет. Нет, не то. Он и Экко тоже ищет, значит, запросто найдет. Она сбежит к шахтам! Там никого искать не будут. Или в бездну – туда он не спустится, людям с больными ногами там делать нечего. Думай, думай! Виктор заметил, что она вот-вот опять расплачется и совсем растерялся. Что же делать? Конечно же, ребёнок из Зауна не поверит простому прохожему, она и шла-то за ним скорее всего только потому, что была в ступоре. Теперь, когда она более-менее успокоилась, Виктор из доброго спасителя превратился в опасного чужака. Что же делать, что делать? Мужчина совсем не знал, как вести себя с детьми в истерике – сам он никогда таким не промышлял, с другими особо не общался. Как быть? Разве что… - Эй, эй, эй, всё хорошо. Я тебя не обижу, правда, – сквозь боль в ноге Виктор снова присел и поднял руки так, чтобы она могла видеть их. – если тебя это успокоит, мы с тобой одинаковые, поверь. Я тоже рос тут, в Зауне. Я тебе не враг. Смотри, – он судорожно огляделся в поисках хоть чего-нибудь, что могло бы ему помочь. И, похоже, нашёл. Они находились около одной из многочисленных свалок, и на этой было много металлических деталей. Видимо, где-то неподалёку есть мастерская. Выбрав пару наиболее подходящих, Виктор принялся за работу. Удачная привычка для изобретателя – всегда держать при себе небольшую отвёртку, мало ли, пригодится. Молодой человек на скорую руку смастерил подобие игрушечной собачки и протянул уже готовой было бежать Паудер. Та настороженно приняла «подарок» и оглядела его. Вроде бы, не опасно. Она постояла в раздумьях пару секунд, а позже неуверенно кивнула и протянула Виктору руку. - Если вы меня обманываете, я сбегу. И вы никогда меня не найдёте, — серьёзно глядя ему в глаза сказала она. Девочка хотела, чтобы он понял, что она не врёт, и что перед побегом она ему ещё и напакостит как-нибудь. Трость украдёт, например. Виктор облегчённо выдохнул. Он медленно поднялся и указал девочке дорогу. - Отсюда до моста рукой подать, а там возьмём экипаж. Хочешь покататься? Паудер кивнула уже более уверенно. Она вцепилась в его руку и не могла дождаться, когда сможет сесть в настоящий экипаж. Совсем как настоящая аристократка. Следующим утром она проснулась на диване маленькой квартирки. На столике рядом стоял поднос с какой-то едой, соком и запиской. Развернув её, Паудер начала разбирать строчки мелкого и до ужаса ровного почерка. «Я ушёл работать, скоро вернусь. Все, что найдешь на кухне, можно есть. Ничего больше не трогай, пожалуйста. Дверь я закрыл, ты уж извини.

Виктор.» Девочка опустила плечи и смяла клочок в руке. Она не привыкла видеть такие ровные буквы. Вандер в своих барных тетрадях писал размашисто, слова выскакивали за линии, читать их было просто. Клэггор старался к ручкам лишний раз не прикасаться, оттого чаще вёл счёт (цифры проще, по его словам) или читал ранее написанное кем-то ещё. Майло говорил, что он и без того самый умный, поэтому попытки Вандера быть учителем игнорировал и предпочитал изъясняться на бумаге исключительно печатными буквами. А Вай… почерк Вай был кривой, неуверенный, но она старалась. Вколачивала ручку в страницы, если не получалось что-то… Нет, нет, нет! Нельзя об этом думать, нельзя вспоминать! Образы вчерашнего вечера пронеслись перед глазами без разрешения, голоса погибших друзей обвинительно зашептали ей в уши. Перед ней стояла сестра. Она буравила её взглядом, испепеляла бушующей внутри них яростью. «Ты моё проклятье!» - прокричал образ ей прямо в лицо, и Паудер не выдержала. Снова зайдясь в истерике, била подушку, каталась по полу. Она же не хотела этого! Не зная, как успокоиться иначе, девочка начала стучать своими маленькими кулачками себе по голове в попытках заткнуть голоса. Нужно сделать глубокий вдох. Выдох. Ещё раз, и ещё. Голоса чуть стихли. Через какое-то время после этих нехитрых попыток привести себя в порядок у неё вроде даже получилось. Ненадолго стало тихо. Кошмар сменился новым образом: человек с тростью. Подозрительно добрый, дающий кататься на машинах Пилтовера и собирающий железные подарки из ничего. Паудер вспомнила вчерашний вечер: как они действительно взяли экипаж сразу после пересечения моста, как он привёл её в свой дом, напоил сладким чаем, а затем сразу отправил в ванную и спать. Девочка была так шокирована всем, что случилось за день, что совсем не спорила и не смотрела по сторонам. Теперь, когда времени на это было много, она решила осмотреться. К счастью, здесь не было почти ничего, что напоминало бы Паудер о прошлом – стены голые, шкафы забиты какими-то научными книгами, а на столах возвышались горы различных чертежей. Отсутствие хоть чего-то интересного расстраивало, и она уже была готова вернуться на диван, как вдруг заметила ящик с огромным количеством разнообразных деталей и инструментов. В потухших и покрасневших от недавних слёз глазах мелькнула искра. Виктор в это время сидел в лаборатории и пытался собрать в кучу мысли. Он перебрал все книги, рассказывающие о рунах хоть что-то, но так и не смог выявить закономерности в описываемых там принципах работы этих самых рун. У Джейса с этим тоже всё было глухо. - Кстати, я забрёл вчера в Заун, - вдруг сказал Виктор. Джейс повернул голову в его сторону. – И знаешь, что я узнал? Мальчишка, описанный тобой, живёт не просто не в том месте, которое ты назвал, но едва ли не на другом конце города. Твоё счастье, что я натолкнулся кое на кого, кто с твоим поставщиком, – Виктор сделал жест кавычек, один раз согнув пальцы. – знаком. Иначе я бы прибил тебя сегодня утром. Пройди я еще пару лишних кварталов, нога бы отвалилась прямо там. Знаешь, как в Зауне обстоят дела со срочными протезами? Ужасно, Джейс. Просто отвратительно. Их там нет. Всю эту тираду Джейс слушал очень внимательно, и его лицо менялось с каждым новым предложением. Сначала ему было интересно, потом он не понимал, как мог ошибиться, а потом принял выражение полной обречённости. Однако, поняв, что напарник не только не злится, но и иронизирует, Талис тут же расслабился. - А почему ты уверен, что тебе не соврали? – вдруг пришёл ему в голову вопрос. - Потому что мне очень удачно попался ребёнок, который не был в состоянии придумывать даже очевидную ложь. А ещё она его знает лично. Считай, мы сорвали джек-пот. Возможно, на этой неделе мне даже удастся уболтать их на скидку. - Серьёзно? Вот так просто? - Конечно нет. Ничего вот так просто, – не смог не передразнить его напарник. – в Зауне не делают. Мне придётся хорошо постараться, потому что, признаться, в детской психологии я не силён. - А зачем тебе детская психология? У парня был взрослый начальник, с ним не легче договориться? – Джейс поймал крайне выразительный взгляд. – Да что? - Да то. Его ещё нужно найти, это раз. Два, с опытными людьми сложнее торговаться. К тому же, девочка, о которой я говорил, сейчас у меня. Она пережила ужасную потерю вчера. Сейчас она в безопасности, а значит, есть шанс, что доверится мне и расскажет всё, что нужно. Талис очень сомневался в идее тащить посторонних оборванцев в свой дом, но решил тактично промолчать. Остаток дня молодые учёные провели в беспочвенных попытках найти связь в рунах, которые были задействованы в кабинете Хеймердингера несколько дней назад. Поломав головы и так и сяк, напарники решили оставить эту задачу до следующего раза. Некоторые книги Виктор забрал с собой, Джейс взял расчёты за два дня в надежде обнаружить в них несостыковки. Они вместе вышли из здания Академии, дошли до центральной площади и там благополучно распрощались. Дойдя до своего этажа, Виктор приложил ухо к двери, прислушиваясь. Вроде тихо. Он достал ключи, повернул их в скважине, открыл дверь, осторожно вошёл внутрь. В квартире и правда было подозрительно тихо. Молодой человек искренне не верил в то, что его просьба на бумажке могла повлиять на ребёнка, поэтому сразу заподозрил неладное. И ведь не ошибся. Стоило ему пройти в комнату, как он увидел кучу разбросанных по полу инструментов, деталей (это было нужно. И вон то. И это тоже. Что ж, придётся выкинуть) и девочку с голубыми волосами в самом центре этого хаоса. Она усердно что-то вкручивала во вчерашнюю собачку, отданную Виктором. Услышав тихое покашливание, ребёнок оторвался от своего дела. Уставилась своими большими глазами прямо на него. Потом внезапно поняла, что взрослый увидел то, как она нарушила запрет, и взгляд её забегал по сторонам, будто стараясь избежать наказания. - Я же просил ничего не трогать, - прозвучало как приговор. – Что это у тебя? Виктор, несмотря на усталость и игнорирование со стороны Паудер его просьб, не злился. Ему было интересно. Девочка взяла свободные детали, да, они были нужны, но пока никуда не втиснуты. К тому же, она направила деятельность на созидание. - Граната на ножках. Чтобы при недолёте противнику всё равно бы досталось. Оу. Что ж, ладно. - Но тогда если ты попадёшь, у тебя будет перелёт, и ничего противнику не будет, - Виктор попытался пошутить, но это, видимо, только расстроило временную подопечную. - Значит, и от этой толку никакого. Как и от всех остальных, – она заметно поникла и бросила поделку за спину. На минуту в комнате стало тихо. - А хочешь… - неуверенно начал молодой человек. - Я научу тебя делать вещи, которые будут работать? Паудер оживлённо закивала, а Виктор решил, что девочка останется у него дольше, чем он планировал.