Бабочки в животе

      Первенство России… Это самый главный старт для юниоров, вышедших еще вчера с новисов. Не чемпионат мира — на него ещё отобраться надо, а именно первенство — старт, на котором ты должен выложиться по максимуму. Старт, на котором ты должен показать всё, к чему готовился этот сезон. Никто не ждёт от первого юниорского сезона каких-либо высоких достижений.       Но здесь в первую очередь надо доказать. Доказать себе. Доказать, что ты вообще достоин здесь быть.       Для тех, у кого это первенство уже не первое в их жизни, оно не перестаёт быть важным стартом. Для тех, у кого это первенство не первое в жизни, и когда на прошлом по великой случайности они взошли на пьедестал, главная цель доказать, что они этого достойны не меньше остальных.       Но их объединяет одно — а вдруг не получится?       В глазах Ариши Еся видит то же, что видела у себя в прошлом году. Илья по одному взгляду на Есю понимает, что волнуется она не меньше — если даже не больше — чем тогда. И даже в Артёме, который всегда позиционировал себя как похуиста на соревнованиях, сейчас виднеется волнение, которое он старательно скрывает в себе.       Они сейчас всей четверкой сидят в номере Еси, и музыка, кажется, на весь отель раздаётся басами. Но пока никто не приходит к ним и не просит сделать потише — все в порядке нормы.       — Артём, подай, пожалуйста, консилер, — стараясь перекричать музыку, с умилительным личиком просит Арина, пальчиком указывая на косметичку на столе. С причёсками покончено, остался только макияж. Макияж и мальчики, которых, как говорит Еся, нужно хотя бы в человеческий вид привести. Артём явно не понимает, о чем его попросили — глаза округляет, будто ему сказали человека убить, а не из косметички что-то достать. Но оно и понятно — он уже давно живёт только с папой, откуда ему знать? — Такой маленький бежевый тюбик.       Артём ещё с минуту, кажется, смотрит на Аришу как на умалишённую. Она серьезно попросила его, а не Илью, который в этом явно чуть больше, чем ничего, как он, понимает? Ему возразить очень хочется — он уже даже рот открывает, чтобы что-то сказать — только вот большие, просящие глазки Ариши не дают ему это сделать. Он вообще старается сдерживать себя при ней — она маленькая, её только защищать надо. И никогда он даже голос на неё не повышал, и делал всё, что она просила. Как и сейчас.       Ещё где-то минуту он в косметичке пальцами всё перебирает — столько разных цветных баночек, что глаз просто разбегается. Это девочки способны различать миллион пятьсот различных цветов, а мальчики, как считает Артём, даже основные семь могут с трудом отличить. И вообще, какая разница, как цвет называется, если он просто красивый?       В конечном итоге он достаёт что-то похожее на то, что ему описала Ариша, но только по одному её смешку уже понимает, что вытащил что-то не то.       — Тём, это тональник, — сквозь смех всё-таки выдавливает из себя Арина. — Но ты был очень близок.       — Тогда сама ищи, — серьезно отвечает он ей и косметичку на кровать, где Ариша с Есей сидят, переворачивает, рассыпая по всей кровати содержимое. — Мне кажется, ты меня попросила об этом только ради того, чтоб поржать.       Как же чертовски он прав, думает Еся, когда они с Аришей переглядываются, а по лицам заметно, что они еле смех сдерживают. И даже Илья, который всё это время как-то отстранённо сидел в углу комнаты, лишь изредка вступая в диалог, слыша своё имя, и периодами подпевающий знакомым мелодиям из колонки, смех свой сдержать не может, когда со стороны на всю эту ситуацию смотрит. Артём под нос себе шепчет что-то очень похожее на «стервы», и средний палец Илье показывает, на что тот ему воздушный поцелуй посылает.       В их компании всегда так. Даже если кажется, что они друг друга недолюбливают — это кажется. Они с детства вместе, росли вместе, учились всему вместе. Как они могут друг друга недолюбливать? Только если на льду, на соревнованиях — но эти соревнования первые, когда они пересекаются. И даже сейчас они стараются поддерживать тёплые и дружеские отношения. Не дают соперничеству победить в этой войне.       В конечном итоге соревнования закончатся, а видеть эти лица придётся всю оставшуюся жизнь.       И когда все уже готовы, когда девочки, как выразились мальчики, похожи на богинь, а мальчики, как со смехом выразились девочки, «на человеков», когда общая фотка в зеркале в номере с подписью «готовы покорять сердечки» летит в инстаграм Еси, откуда потом разлетается и по их инстаграмам и по различным пабликам, они уверены, что никакие соревнования не разрушат их дружбу.       Даже, может быть, олимпийские игры.