Загробный мир Эдема

Наверху, как и говорила Синди, точная копия нижнего этажа, но запах здесь сильно отличается — он куда лучше. Пахнет богатством, блеском и безопасностью — всем, чего запутанный разум Чимина когда-либо хотел. Таинственный запах возвращается снова, вновь безликий, он витает в холле, по которому Чимин идет за своим альфой, чей запах кажется грязным и неуместным в этом месте. Они сворачивают к двери без надписей, и Чимин почти падает на колени от того, как невероятно хорошо пахнет женщина по левую сторону стола. Её блондинистые кудри свободными спиралями свисают по её плечам и униформе. Чимин проходит дальше, садится на колени альфы и достает телефон, как и остальные омеги, но теперь он собирается слушать, о чем будет вестись собрание. Это встреча высокого ранга, ну ладно, низа высокого ранга, и в любом случае оговариваемые здесь проблемы вполне могут стоить его внимания. — Всем встать. Чимин продолжается смотреть в телефон, напоминая себе, что он должен найти следующего альфу. Лидер собрания пахнет травой, мятой и цитрусом — свежий и чистый запах перекрывает остальные, обозначая доминирование. Странный запах, хотя, он все же не принадлежит альфе. Хозяин запаха наконец попадает в периферию зрения Чимина — он загорелый и исключительно красивый. Он даже не выглядит суровым и чопорным, как остальные альфы в комнате, напротив, кажется очень расслабленным. Его дополнительный ряд медалей бликует на свету, когда он разворачивается к столу. Садится с громким выдохом, что, как Чимин быстро схватывает, не является нормой, и сутулится на сидении. Он ждет, пока все займут свои места, и начинает говорить гораздо более низким голосом, чем Чимин мог ожидать. — И так, как я понял, сегодня мы обсуждаем состояние производства к городе. Должны ли мы повысить производственную маржу* или нет? Предоставьте свои доклады, — лидер собрания садится обратно на своей кресло, выглядя скучающим и незаинтересованным. У него нет омеги, сидящей на его бедрах. Альфа Чимина начинает обсуждение первым: — Я считаю, что нам стоит. Хорошо известно, что Меко и Тархарис имеют более высокую статистику производства, чем у нас. Почему мы должны плестись в хвосте? Я думаю, что увлечение хотя бы на тридцать- Лидер неожиданно наклоняется вперед и поднимает руку: — Позволь мне остановить тебя прямо сейчас. Причина, почему Меко и Трахарис имеют высокую статистику, в том, что эти города вдвое больше нашего и всегда были таковыми. Следующий, — он указывает на альфу слева, прямо игнорируя все, чтобы предложил альфа Чимина. И Чимину тяжело сдерживаться, чтобы не засмеяться. — Сэр, если бы вы выслушали … — униженный альфа пытается еще раз. — М-м, извините меня, — взгляд лидера метает кинжалы, и Чимин чувствует, что вполне мог бы возбудиться, находясь так близко от линии огня доминирующего взгляда. — Я не просил повторить твое неверное мнение. Если ты хочешь нести чушь о состоянии нашей экономики, тогда иди в Кабинет и сам проводи эти гребаные встречи. Поверь, это не так сложно, но для таких, как ты, может быть. Чимин слегка приподнимает брови. Лидер находится в Кабинете. Как интригующе. Его альфа больше ничего не говорит до конца встречи, но все равно ничего стоящего не было обсуждено из-за поразительной способности лидера менять тему разговора и искажать информацию. Чимин следует за альфой из комнаты, осознавая, что запах лидера исчезает из его обонятельного поля. Он замечает женщину с собрания, стоящую в очереди в кафе. Она — лучше, чем ничего. — Альфа, я пойду скажу своей подруге, что меня не будет сегодня вечером, — произносит он, хлопая ресницами. — Как хочешь. Поторопись, — альфа грубо пихает его в сторону. Чимин представляет, как змея под его кожей откусывает этому альфе голову и кровь комично льется от отходящего назад тела. Женщина не реагирует, когда он становится рядом, но её глаза отслеживают его движение, когда Чимин наклоняется и смотрит на стеклянную витрину, заполненную панини и выпечкой разных видов. Неожиданно он вскидывает взгляд, оборачивается, разглядывая толпу с хмурым лицом, и тонкий скулящий звук раздается в горле, чтобы она могла услышать. Чимин учащает дыхание — глубокие, преувеличенные вдохи — чтобы стало похоже, что он паникует. Она ведется на это. — С тобой все в порядке, омега? — Мой… моего альфа нет. Я не знаю, куда он ушел, — он смотрит на неё большими, влажными глазами. — Я уверена, что он скоро вернется, — произносит она успокаивающе, но её глаза начинают темнеть. — Будешь ли ты моей альфой? Надеюсь, что ты не бросишь меня, как он, — альфы любят похвалу, ведь она позволяет им чувствовать себя лучше остальных. — Ох, — она явно удивляется, но только на секунду. — Хорошо, конечно, если ты не помечен. — её взгляд скользит по его шее, свободной от метки. — Ты голоден? Я могу купить тебе что-нибудь. — Правда? Спасибо, альфа, — он становится гораздо ближе к ней и снова смотрит на витрину, принюхиваясь. Смена власти ощущается почти мгновенно, как только он назвал её своей альфой. Она присаживаются, едят и даже разговаривают, но её замечания по поводу омег из рабочего класса не нравится Чимину. Но она лишь временное решение, которое даст Чимину еще один день, чтобы подобраться к лидеру собрания. Несколько часов спустя он сидит в розовом баре и Синди говорит ему кое-что интересное. — О, да, я знаю, о ком ты говоришь. Это Ким Тэхен. Он находится внизу Кабинета, но все равно выше любого в этом месте. Но почему ему сказали проводить встречу у ранга ниже? — она почесывает подбородок и обдумывает вопрос. — Ты уверена, что это он? — Чимин пьет свой мул (алкогольный напиток из водки, имбирного пива и лайма), лед слишком холодный для его рта. — Да, это не может быть кто-то другой. Он является связным между городами. Быть расслабленным и привлекательным буквально его работа. Но из того, что я слышала, и что ты уже сказал мне, он не очень рад вести встречи вне Кабинета и довольно ясно дает это понять. — Интересно, почему. — Он считает, что альфы низкого ранга тупые, и он не ошибается. Если он из Кабинета, то он является кладезью знаний об этом и других городах, о чем другие альфы не знают или дезинформированы, — Синди раскачивает свой напиток и смотрит, как жидкость переливается в чашке. — Ах, тогда это имеет смысл, — Чимин наблюдает, как крохотный, чересчур худой омега поднимается по лестнице к балкону, где выступает джазовая группа. Его длинное красное платье сверкает от света. — Собираешься пойти с ним? Чимин прищуривается: — Да. — Хорошо. Я узнала, что это было последним собранием моего альфы здесь, так что тебе нужен кто-нибудь, кто обеспечивал бы тебя, — Синди улыбается тепло, но её слова заставляют кровь Чимина стынуть в жилах. — Правда? — Да-а, но не делай такое печальное лицо. Альфа работает рядом с Эдемом, поэтому мы может приехать сюда в любое время. И если ты будешь с Тэхеном, то вы часто будете посещать Меко. Я не уверена, почему два города так тесно сотрудничают, но это факт, — Синди пожимает плечами и говорит бармену повторить. — Да, но у меня нет других друзей омег. Ты сказала, что это будет для меня проблемой, — взгляд Чимина смещается к столу, полному громких омег, что никак не могут заткнуться. — Не волнуйся, я познакомлю тебя с несколькими людьми. И дам тебе одежду и другие вещи. У меня все равно их слишком много. — Ты не должна, но спасибо. Я буду скучать по тебе, — что-то странное происходит на задней стороне горла Чимина, поэтому он решает перевести тему. — Окей, я знаю, что лучший способ подцепить альфу — это одеться, как шлюха. Есть у тебя что-то такое из одежды? — О, я думаю, у меня есть кое что на примете, что сработает на ура, — Синди подмигивает. — Отлично, — Чимин чокается с ней стаканами и выпивает залпом. Утром он ждет в гардеробной Синди, изучая её одежду в поисках чего-нибудь в меру неприличного. — Ах, ты уже здесь, — доносится легкий голос Синди, отвлекая Чимина от разглядывания пары розовых шпилек с кристаллами. — Ну-ка, дай мне посмотреть, — Синди отодвигает вешалки и наконец находит лакированные кожаные шорты с корсетной сеткой по бокам, они почти микроскопические на теле Чимина, едва прикрывают его задницу. А топ — это всего лишь полоска блестящей черной ткани, чтобы прикрыть его соски. Он немного шире, чем должен быть, ибо предназначался для одаренной бюстом девушки, а не плоского парня, но это даже и лучше. Чимину стыдно представить, насколько он обнажен — но это то, что нужно. Синди приводит в творческий беспорядок его стальные серые волосы и делает ему неряшливый макияж. — Все готово. Иди и возьми свое, тигр. Они целуются перед тем, как разойдутся в разные стороны в кафе. Чимин чувствует на себе множество взглядов, пока идет через толпу. Его альфа здесь и прямо сейчас ждет очередь за кофе. Он уверенно становится под её боком: — Доброе утро, альфа. — Доброе, омега, — её глаза расширяются, когда она смотрит на его тело. — Ох, вау, ты очень хорошо выглядишь сегодня. Возможно, мне стоит забрать тебя к себе после встречи. Чимин хихикает. — Спасибо, — он всматривается в стеклянную витрину также, как и накануне. — Ты снова голоден? — когда он кивает, она улыбается. — Бери, что хочешь. Мне все равно. Просто убедись, чтобы ты не потолстеешь. — Не волнуйся, альфа, я не потолстею, — Чимин пытается не хмуриться. — Хорошо. Я бы не смогла терпеть трахать тебя, если ты станешь толстым. Может, возьмешь только бублик? — она лениво достает черную кредитную карту и протягивает кассиру бете, который пахнет гораздо лучше, чем всё, с чем Чимин сталкивался за последнее время. — Тогда я хочу еще две сангрии (вино с добавлением фруктов), — Чимину захотелось ударить по стеклу витрины. Он представил, как приятно будет почувствовать, как изогнутое стекло разбивается под его сжатым кулаком. — Конечно-конечно, — альфа накрутила локон блондинистых волос себе на палец. — Ешь быстрее, у нас есть только несколько минут, — Чимин взял два своих напитка, а альфа его бублик — на нелепой крошечной тарелочке — и свой кофе. Они заняли столик и разговаривали о погоде, самой неестественно вежливой вещи, в которой Чимин когда-либо принимал участие. Он чувствует облегчение, когда заканчивает с бубликом, у которого имеется только вкус попутно выпитой сангрии. Альфы уже начали расходится по коридорам по обе стороны от кафе. Колени женщины альфы теплые и удобные для сидения, ему гораздо легче найти удобное положение и не выгибаться слишком сильно. Судя по всему, сидение на коленях было его выученным искусством. Его блондинка становится агрессивной, когда на нем были все взгляды и альф и… беты? Тэхен должен быть бетой: его запах слишком сладкий, чтобы быть альфьим, и слишком сильный, чтобы быть омежьим. Чимин выглядывает из-за края своего телефона на лидера собрания, который выглядит скучающим и более раздраженным, чем вчера. Острый взгляд Тэхена мгновенно перемещается на Чимина, и тот разыгрывает свою карту, закусывая губу и оценивая сгорбившуюся фигуру Тэхена. План сработал — Тэхен садится ровнее и запах становится еще сильнее, словно бета до этого не доминировал полностью. — Не думаю, что стоит что-то менять, ведь мы уже имеем адекватную производственную маржу. Повышение приведет к забастовкам на рабочих местах, и если мы опустимся ниже медианы, то наша экономика окажется под угрозой, — сказал один из альф с милой брюнеткой омегой на коленях. — Рабочие созданы для работы. Они уже привыкли к труду, и небольшое увеличение работы их не убьет. Они и так имеют слишком много свободного времени, — заметила альфа Чимина. Тэхен закатывает глаза и прислоняется лбом к столу: — Ты знаешь, что они тоже люди, да? — Извините, сэр, я не знаю, почему- Тэхен её перебивает. — Рабочий класс — это люди. Вероятно, ты не понимаешь этого. Твой коллега был прав: потенциальные забастовки от увеличения объема производства окажутся очень вредными для нашего города в целом. Не говоря уже о том, что повышение производства приведет к травмам и смертям, учитывая, что наш уровень производства уже находится на грани жестокости, и мы бы не хотели этим прославиться. Не забывайте историю Марин Карр. Конечно, ты не хочешь, чтобы твое имя относилось к чему-то подобному, верно? Чимин, будучи омегой из рабочего класса, знает историю Марин Карр, но сомневался, что кто-либо из этих альф мог знать тоже. Марин Карр был городом на дальнем западе, чьи лидеры, полные жадности, подняли производственную маржу на сто пятьдесят процентов, что привело к смерти почти каждого жителя. Произошел взрыв из-за слишком интенсивного использования машин — о кровавой бойне было известно повсюду. Была пара негативов в гражданском районе с напуганными лицами, что приехали в Эдем после случившегося. Чимину всегда они нравились: они были жесткими, упорными и не терпели никакой ерунды. Тэхен знает о Марин Карр и поддерживает рабочий класс — это неимоверно возбуждает. Чимин чувствует, как немного влаги начинает скапливался у его входа. Он знает, что Тэхен чувствует запах, поскольку его ноздри дергаются и он становится жестким, чего альфы вокруг, кажется, не замечают. Чимин продолжает играть с Тэхеном остаток собрания, ловя все более жаркий взгляд беты и в ответ дразняще раздвигая ноги. Возможно, Чимин слегка увлекся, но это не важно. Люди с властью обычно рабы своих желаний, и Тэхен не исключение. Довольно легко заставить его вести себя так, как этого хочет Чимин. Взгляд беты цепляется за его пухлые бедра и постоянно скользит вверх и вниз по его телу, неестественно сдвинувшись на стуле. Видимо, он уже возбудился. Кажется, что Кабинет — это всего лишь причудливое слово для обозначения слабаков. К концу встречи Чимин в восторге от результата. — Последний голос за отмену увеличения производственной маржи, — бормочет Тэхен, потирая лоб. — Все свободны. Чимин встает с остальными омегами, ожидая, когда Тэхен встанет и все они смогут уйти. Альфы должны сидеть, пока не уйдет лидер собрания, но это правило не распространяется на омег — странная привычка, которая казалась совершенно нелогичной. Тэхен резко указывает рукой в сторону двери. — Идите, — когда никто не шевелится, он испускает страдальческий вздох и показательно приподнимается с кресла: — Вы, блять, довольны теперь? Пошли. Вон. Альфа Чимина встает и идет к выходу со своим омегой, следующим за ней, как и должно, пока они не достигают дверного проема. Чимин прислоняется к стене внутри комнаты собраний. Он прячется за телефоном, пока все альфы не уйдут. — Твоя альфа ушла. Почему ты все еще здесь? — Могу сказать то же самое о вас, — Чимин смотрит на бету. — У меня назначено еще одно собрание, — отвечает он прямо, прищуривая глаза. — У меня тоже, — Чимин прячет свой телефон за пояс шорт и медленно приближается к столу. Он забирается на него и откидывается на ладони за спиной, как малыш на пляже. — Что ты-… — глаза Тэхена расширяются, когда Чимин опускает руку между своих ног. — Не знаю, бета. Что же я делаю? — Чимин почти назвал его альфой. — Хм, хорошо. Ты можешь подняться со мной в кафе высшего ранга и я передам кое-какие бумаги, — Тэхен останавливает на нем свой доминирующий взгляд. — Это ли то, что ты делаешь? Чимин хочет смеяться, но это будет не в тему при столь накалившейся ситуации. — Черт возьми, да, — он становится на колени, выше Тэхена благодаря высоте стола, и наклоняется в чужое личное пространство. Запах еще не изменился и Чимин думает, что упустил что-то важное, прежде чем подобраться в Кабинету, но затем воздух взрывается от феромонов из запаховой железы Тэхена. Чимин плавает в смеси мохито, сладкой травы и горьких цитрусовых, и его нос путешествует по всей длине шеи беты, находя выпуклость его запаховой железы, и прижимается к ней губами. Пальцы Тэхена скользят по щеке Чимина, нежно поворачивают его лицо, чтобы сжать их губы вместе. Почти. Между ними есть пространство, их дыхание смешивается и воздух перенасыщен их запахами. Чимин легко схватывает: омеги Кабинета должны самостоятельно инициировать физический интим, чтобы полностью соответствовать статусу своего альфы или беты. Интересно. Воздух ощутимо смещается, как только Чимин стирает этот крошечный промежуток. Запах Тэхена такой доминирующий и тяжелый, это крайне головокружительно, призывает Чимина скрестить руки вокруг шеи беты, чтобы держать себя в вертикальном положении. Целовать кого-то по своему желанию, а не потому, что он вынужден, странно для Чимина. Он целовал стольких людей, что может пересчитать их по пальцам одной руки, и ни один из них не был по обоюдному согласию. Так что, по сути, это первый поцелуй Чимина. Змея скользит вокруг его шеи и быстро разрушает любую нежность и сентиментальность, клыки создают границу между тем, о чем он думает, и тем, о чем он должен думать. Привязанность к Тэхену не была хорошей идеей, бета был лишь инструментом на пути к реальному призу, Чону. Чимин напоминает себе, как хорошо он будет себя чувствовать, когда увидит смерть Командира, увидит, как его кровь пачкает дорогой ковер, увидит, как свет исчезает из его глаз, почувствует, как его пульс прерывается и исчезает навсегда. Он стонет в поцелуй и отстраняется, все еще чувствуя вкус мохито на языке. — Я Тэхен, кстати, — говорил бета, осматривая лицо омеги. — Но ты уже это знает, да? — Хм? — Чимин не рад, что всплеск гормонов заполнил его организм, требуя продолжать прижиматься к Тэхену. — Думаешь, я не заметил, как ты прошел через трех разных людей за один короткий цикл собраний? — его слова насыщены… чем-то. — Первый был злым, а вторая не была лучше. Но ты другой, я могу сказать. Ты не будешь обижать меня, как другие, — Чимин наклоняет голову, утыкается носом под подбородок Тэхена, облизывая его горло. — Хорошо, ты прав. Как такая хорошенькая маленькая штучка, как ты, может быть с безродными альфами внизу? Пойдем, — Чимин едва не визжит, когда его с легкостью поднимают и сажают на мягкое бедро Тэхена. — Я возьму тебя в кафе наверху и куплю тебе ланч. Ты любишь печенье? Чимин хорошо обдумывает свой ответ. — Люблю, но тогда я стану толстым и ты не захочешь быть со мной. — Ты не станешь толстым от парочки, глупый. И я не хочу, чтобы ты был худым, как рельса. Это отталкивает, как по мне. У меня нет интереса видеть позвоночник омеги, спасибо, не нужно. И ты поймешь, что мое мнение по этому поводу точно не в меньшинстве среди Кабинета, — Тэхен бормочет что-то на уровне шелестящего дыхания, что-то вроде «я не гребаный подонок». — У тебя правда есть встреча сегодня? — спрашивает Чимин после момента тишины, когда его несут по коридору. — Да. Кабинет работает не так, как эти ссоры среднего звена здесь, внизу, — отвечает он с отвращением. — Просто короткий семинар, не совещание. Максимум на час. — Могу я взять с собой печенье? — Чимин делает вопрос наивным и глупым. — Не вижу причин сказать нет. Пока это не шуршащий пластик, все будет хорошо. Это должно быть твое время для печенья, потому что Кабинет проводит семинары каждый день, — Тэхен подкидывает его повыше, держит ближе, как только они приближаются к кафе. Чимин находит свою прошлую альфу на своей карте запахов, сидящую за переполненным столом и размышляя, куда он мог пойти. Продолжай задаваться вопросом, сука.