Академия «LOONA»

Интересно, почему днём время летит с неимоверной скоростью, а ночью будто замедляет свой ход? Как так получается, что стрелки часов, которые всегда идут в одинаковом темпе, с наступлением ночи становятся ленивыми и еле-еле переваливаются с боку на бок? Может они как и люди устают за тяжелый трудовой день и ночью хотят дать себе небольшую слабину? Передышку. Людей, которые не спят по ночам, не так уж и много. Вряд ли кто-нибудь заметит, если стрелки начнут идти немного медленнее. Ведь так? Или кто-то всё-таки заметит, что секунды растягиваются в минуты, а те гораздо медленнее собираются в часы? Хотя, даже если кто-то и заметит, то попросту ничего не сможет с этим сделать. Останется только смириться и со сжимающей тяжестью в груди ждать у окна рассвет, жадно всматриваясь в горизонт, в надежде как можно скорее увидеть первые солнечные лучи. На серых настенных часах стрелка лениво перевалилась за четыре часа утра. Она явно никуда не спешила и каждый новый миллиметр циферблата давался ей с невероятным усилием. Время тянулось, как резиновое. Ха Суён неотрывно наблюдала за тем, как длинная стрелка движется по кругу, проходя уже далеко не первый оборот. По правде говоря, девушка уже давно сбилась со счета и смутно представляла, сколько она уже сидит в таком наблюдательном положении. Стрелка часов будто пыталась ввести её в транс своим плавным и неторопливым движением. Вот только кто кого пытался загипнотизировать, уже совсем другой вопрос : либо стрелка Суён, чтобы та наконец уснула, либо Суён стрелку, чтобы она начала двигаться быстрее и эта отвратительная ночь поскорее закончилась. Девушка сидела на полу в пустом тренировочном зале, прислонившись к зеркалу спиной и допивая уже второй стакан сладкого американо. Её тело было физически истощено постоянными нервами, репетициями и выступлениями. Суён бы всё на свете отдала, чтобы просто вернуться в свою комнату, рухнуть на постель, укутаться в пуховое одеяло, даже несмотря на то, что сейчас для него ещё слишком жарко, и провалиться в глубокий, здоровый сон и всю ночь обниматься с любимым плюшевым пингвиненком. Её собственный пытливый ум не давал ей расслабиться и отдохнуть. Всё тело ломило, повреждённое запястье ныло сильнее, чем утром, глаза болели от недосыпа и кофеина, струившегося по венам девушки. Желудок давно понял, что урчать нет смысла, потому что кормить его никто не собирался. Максимум, чего он смог добиться, это пара стаканов сладкого кофе. Суён кусок не лез в горло. У девушки было слишком мало времени, чтобы всерьёз обдумать многие вещи и это не давало ей расслабиться. Сон, голод и усталость ушли на второй план, все мысли девушки были заняты её будущим, которое могло кардинально поменяться в самое ближайшее время. Как вообще так получилось, что Суён после тяжёлого рабочего дня сидит в пустом зале, упиваясь сладким кофе и считая минуты до рассвета? Она не в уютной постели, ни с друзьями в ресторане. Она ждёт рассвет в пустом зале один на один со своими мыслями. Неужели этот загадочный разговор с Ким Минджи так сильно на неё повлиял, что Суён теперь не могла найти себе места? И да, и нет. На самом деле, Суён самой давно хотелось узнать побольше о своих способностях, понять, кто она такая и есть ли на земле такие же как она, но девушка, несмотря на всю её природную решительность и бесстрашие, никак не решалась довести дело до конца. Ха сама ещё в школьном возрасте освоила несколько простых трюков с исчезновением и со временем научилась их контролировать. Этого ей было более чем достаточно в повседневной жизни. Большая часть силы Суён всё ещё была скрыта внутри нее, а девушка об этом ещё даже не подозревала. Она думала, что стать на какое-то время невидимой — это её предел. Когда Суён приходили в голову навязчивые идеи и ей хотелось узнать о своих способностях побольше, девушка лишь до крови сжимала ладони в кулаки, включала музыку и начинала тренироваться с удвоенной силой, чтобы освободить себя от бремени бесполезных раздумий. Как бы сильно девушка не пыталась сбежать от тяги к самопознанию, её собственное любопытство постоянно настигало её, с каждым разом лишь сильнее разжигая интерес. Ха было очень интересно разузнать о себе побольше, но её пугало то, что в конечном итоге она могла обнаружить в себе что-то нехорошее. Суён тысячу раз самостоятельно пыталась узнать тайну своего происхождения и каждый раз не завершала начатое, боясь, что всё написаное в интернете окажется правдой. Что Суён не что иное, как монстр, крадущий детей и убивающий красавиц ради вечной молодости. Будучи ребёнком Суён постоянно спрашивала о невидимости воспитателей в детском доме, в котором она жила практически с рождения, но добродушные женщины лишь списывали эти вопросы на детскую фантазию, ведь сами они никогда не видели исчезновения Суён. Ну или очень хорошо делали вид, что не замечали их, чтобы девочку наконец-то удочерили. Четыре раз Ха забирали из детского дома в надежде подарить девочке любящую семью и новый дом, но каждый раз всё заканчивалось одинаково. Суён возвращали через пару недель полу поседевшие опекуны и плели всякий бред о том, что девочка проклята и её нужно показать специалистам. Время шло, Суён взрослела, а проблема никуда не уходила. Наоборот, с каждым годом её способность крепчала и расширяла свой диапазон. Суён сама могла контролировать свои исчезновения. Постепенно девушка научилась исчезать только перед конкретными людьми. Так что двое в комнате могли видеть её, а остальные десять нет. И наоборот. Этот навык пригодился девушке, когда она хотела скрыться от всех, кроме какого-нибудь конкретного человека. В основном, Суён пряталась от менеджера Кана, когда была не в настроении, и почти всегда оставалась видимой для лучшего друга Ёнджуна. Некоторые дети в детском доме, ставшие случайными свидетелями магии Суён, боялись девочку и не разговаривали с ней, некоторые потешались над Ха, язвительно называя ведьмой. По началу девочка расстраивалась, но потом перестала обращать на это внимание, поняв, что скорее всего насмешки и подколы никогда не закончатся. Со временем человек может привыкнуть абсолютно ко всему, что с ним происходит. С появлением в жизни Суён интернета, она узнала о себе много нового. В частности то, что раньше таких необычных девушек как она выслеживали целыми поселениями и сжигали прилюдно на огромных кострах. Конечно, Суён понимала, что если сейчас о ней узнают окружающие, то ни на каком костре её жечь не будут. На дворе двадцать первый век всё-таки. А вот упечь в психбольницу её запросто могли, или отдать какому-нибудь чокнутому профессору на опыты. Это больше похоже на правду. Суен как раз в детстве смотрела ужастик о седом ученом, который с начала сшивал трупы по частям, а потом оживлял их током. Суён бы не хотелось однажды оказаться подопотной какого-нибудь старика с медицинским образованием и какой-нибудь замудренной докторской степенью. В тот период её ещё детская фантазия сделала своё дело и Суён стало страшно показывать свои способности на людях. Из-за этого её и так небольшой круг общения сузился до самого максимума. До самой Суён… И до её любимого плюшевого пингвиненка, которого она присвоила себе в детском доме и никогда больше с ним не расставалась. Даже в двадцатилетнем возрасте Ха спала с ним в обнимку каждую ночь. В детстве Суён испугалась своей особенности и с тех пор больше не пыталась узнать о ней. Она спрятала её от самой себя и от посторонних глаз. Девушка закрылась в психоэмоциональной клетке, и несмотря на то, что в сложившейся ситуации она была пленницей, Суён чувствовала себя в безопасности. В её маленьком мире работало правило : чем меньше знаешь, тем крепче спишь. Для того, чтобы принять все свои недостатки и превратить их в достоинства, девушке понадобилось больше семи лет ежедневных тренировок. Суён целыми днями проводила в тренировочном зале отрабатывая акробатические элементы, а ночью, когда остальные гимнасты расходились отдыхать по комнатам, девушка оттачивала навыки исчезновения. Менеджер Кан узнал о Суён по каким-то своим источникам, у этого мужчины везде есть «свои люди», о которых все постоянно слышали, но которых никто никогда не видел. Кан Сонджэ долгое время вёл переговоры с директором детского дома и, в конечном итоге, буквально «выкупил» двенадцатилетнюю Суён. По документам он стал её официальным опекуном, но по факту мужчина даже после семи лет совместной работы оставался ей абсолютно чужим человеком. Менеджер Кан поселил её в общежитие акробатов, пристроил в ближайшую школу, предоставил место для тренеровок и помог вставить её номер в шоу программу, но это совсем не значит, что мужчина стал для Суён кем-то, с кем девушка бы чувствувала себя комфортно. Менеджер Кан больше похож на её работодателя, нежели на опекуна. Все говорили мужчине, что взять сироту из детского дома — очень благородный поступок, на который решится не каждый человек. Менеджеру Кану комплименты очень льстили и он временами даже сам верил в то, что он совершает благородный поступок. Но как только мужчина вспоминал, что он никогда бы не взял опеку над Суён, если бы до его ушей однажды не дошли слухи о чудесах, которые вытворяет эта девчонка, и если бы не деньги, которые зарабатывало шоу благодаря её способности, напыщенность менеджера бы немного утихала. Хотя лицо осталось бы таким же самодовольным, горделивым и немного раскрасневшимся. По правда говоря, когда ещё обсуждался вопрос об «удочерении» Суён, менеджером Каном двигала только жажда наживы. Он, как многие молодые и неопытные люди, хотел, ничего не делая, заработать лёгких денег. В то время шоу «BlockBerry» претерпевало тяжёлое финансовое положение и нужно было искать любые решения проблемы. Одним из таких решений оказалась Ха Суён, которая уже через несколько лет непрерывных тренировок и всегда удачных выступлений буквально спасла шоу от банкротства и подарила ему невероятную популярность. С первого взгляда, обе стороны в этой ситуации должны оказаться в плюсе: менеджер Кан не потерял работу и получает неплохие деньги за курирование Суён, сама девушка не ютится в одной комнате с пятью сиротами в детском доме, а живёт вполне неплохой жизнью. Казалось бы, всё в жизни Суён должно было наладиться с приходом в неё менеджера Кана: у неё появился дом, она получает образование, устроили на интересную работа, со временем появился лучший друг Ёнджун, с которым они вместе тренируются, выступают на сцене и летают под самым куполом. Их осыпают овациями, дарят много любви и внимания. Суён молода, красива и популярна. Что ещё человеку нужно для счастья? Может, наконец выпустить себя из психологической ловушки и принять себя такой какая ты есть? Перестать прятаться от самой себя, отпустить всё не нужные мысли и просто наслаждаться повседневными мелочами?.. Да, это определённо то, что сейчас было жизненно необходимо Суён. Девушка слишком устала долгие годы сдерживать всё в себе и не иметь возможности с кем-то поделиться своими переживаниями. Скорее всего, именно поэтому она и не могла перестать думать об утреннем визите Ким Минджи. Незнакомка задела давнюю и слишком больную тему. Пока Суён сидела на полу в тренировочном зале и сотый раз уже всё обдумывала, она еще не понимала, что всё её сомнения были продиктованы подсознательным желанием разобраться в себе. Ей казалось, что ею управляет банальное любопытство, но на самом деле, всё было гораздо сложнее. Суен уже больше часа сидела в зале и сверлила пустым взглядом настенные часы. Последние пол часа всё её внимание занимала только одна мысль: неужели в мире правда есть такие же люди как она? Этот вопрос мучал Суён уже долгие годы и вот у неё наконец-то появился шанс узнать на него ответ. Девушка, делая очередной глоток сладкого кофе, пыталась представить себе «азиатскую версию Хогвартса». На ум ей приходили ученицы в странных чёрных мантиях до пола, деревянные волшебные палочки, огромные чугунные котлы, в которых на маленьком огне бурлила тёмная жидкость, которую потом разольют по маленьким флакончикам и уберут в шкафчик с остальными зельями. Суён представлялись тёмные коридоры Хогвартса, огромные заснеженные поля, волшебные леса и летающие над головой совы. Конечно, всё это звучало нереалистично, многие картины, всплывающие в воображении Ха, вспоминались ей из фильмов о Гарри Поттере. Но почему-то именно эта выдумка в паре с утренними рассказами Минджи так приглянулась Суён. До рассвета оставалось чуть меньше получаса и у Суён ещё был шанс кардинально изменить всю свою дальнейшую жизнь. Правда, девушка понятия не имела, как ей это сделать. Всё это время Ким Минджи появлялась сама и в самые неподходящие моменты. Даже если бы Суён после долгих раздумий была готова последовать за ведьмой, девушки всё равно не смогла бы взять инициативу на себя просто потому, что она не знала каким образом можно было связаться с женщиной. Директор не оставила ни номера телефона, ни адреса школы, ничего, с помощью чего с ней можно было бы наладить связь, а в интернете про академию «Луна» Суён не нашла ни слова. Говорят, что людям присуще иногда полагаться на судьбу. Обычно так поступают, когда самостоятельно не могут принять решение или когда оно настолько сложное, что проще пустить всё на самотёк, а потом подстроиться под сложившиеся обстоятельства. Видимо, в конкретной ситуации Суён ничего не остаётся, как просто сидеть и ждать, когда судьба возьмёт всё в свои руки. Девушка ненавидела так делать, потому что терпеть не могла чувство неопределённости. Но другого выхода, кроме как сидеть как верная собачка на полу и ждать какого-нибудь знака от Ким Минджи, Суён не видела. Через пару минут на экране телефона высветилось уведомление. Её любимый американский певец выпустил клип и новую песню. Суён, недолго думая, нажала на уведомление и включила видео. Её телефон автоматически подключился по блютузу к колонкам, которые стояли по углам комнаты, и вся танцевальная комната наполнилась музыкой. Через минуту прослушивания девушка уже знала, что будет напевать заедающую песню следующие несколько дней. На зло измученному телу Суён кофеин сделал своё дело и девушка, несмотря на сильную усталость, начала подтанцовывать, сама этого незаметя. Уже через минуту девушка танцевала перед зеркалами так, будто и не устала вовсе. Суён всегда говорила, что музыка и кофеин по отдельности творят чудеса, а если их соединить, то получится дуэт опаснее ядерной бомбы. Движения Суён были чёткими и очень красивыми. Её тело отлично выполняло свою работу даже тогда, когда энергетические ресурсы были на пределе. На последних секундах песни Суён танцевала спиной к зеркалу, после чего девушка сделала резкий разворот и, выпрямившись во весь рост, застыла перед зеркалом, как во время финальной стойки её последней хореографии. В этот момент, когда Суён осознала, что видит в отражении, её сердце чуть в пятки не ушло от испуга. Девушка вскрикнула от неожиданности и упала на пол, не отрывая взгляд от зеркала. В отражении за ней оценивающе наблюдала тёмная фигура Ким Минджи. — Нельзя так пугать! — Крикнула Суён, опуская взволнованный взгляд в пол и хватаясь рукой за сердце. Казалось, что оно вот-вот пробьёт грудную клетку. Суён обернулась, но в танцевальном зале никого кроме неё не было. Ким Минджи была по ту сторону зеркала. — Я не думала, что ты настолько пугливая, — чуть надменно сказала ведьма, смотря на сидящую растерянную девушку сверху вниз. — Я не пугливая, — огрызнулась Суён, не поднимая глаз. Она снова ощущала на себе тяжёлый взгляд Ким Минджи. — Такими фокусами кого угодно можно до могилы довести. Минджи усмехнулась: — Чтож, тогда мне придётся потратить немного сил и личного времени, чтобы воскресить умершего бедолагу. Ведьма, одетая в тот же наряд, что и утром, элегантно приподняла платье и, переступив через зеркальный порог, оказалась в зале для тренировок один на один с Суён. С её появлением воздух будто стал более разряженным, дышать стало в разы тяжелее. Или так показалось Суён из-за излишней нервозности? Суён, пошатываясь, поднялась на ноги и оказалась с Минджи лицом к лицу. Как только их взгляды встретились, гимнастка снова почувствовала покалывание в пальцах, как тогда в автобусе. Взглянув вниз, девушка заметила, что они снова начали потихоньку исчезать. — Это снова ваших рук дело? — Суён подняла руки, чтобы ведьма их отчётливо видела. Кончики пальцев были полупрозрачные. — Я здесь не причём, — на лице Минджи не шелохнулся ни один мускул. Оно было очень красивое и уверенное, словно лицо хрупкой фарфоровой куклы. — Тогда почему, как только вы появились в моей жизни, способности перестали меня слушаться? Я сегодня чуть не завалила примьеру из-за вас! — Суён закинула на плечо полотенце, которым обычно пользовалась во время тренировок, и оборонительно скрестила руки на груди. — Ха Суён, с каких пор ты обвиняешь в своих неудачах других людей? — Ведьма игриво сверкнула глазами, но её лицо почти мгновенно приобрело серьёзный вид. — А с каких пор эти «другие люди» сначала наводят на тебя порчу прямо во время выступления, чтобы у тебя заболело сердце, а потом по среди ночи выходят из зеркал и пугают тебя до полусмерти? — Твои пальцы исчезают не из-за меня, а из-за страха, который ты испытываешь при моём виде. — Холодно отчеканила ведьма, пронзая девушку темным немигающим взглядом и по-учительски убирая руки за спину. Суён даже на мгновение потеряла дар речи от такой прямолинейности. Ким Минджи попала в самую точку, девушку правда пронзал паричечкий страх, как только в поле зрения появлялась ведьма. Но эта непонятно откуда взявшаяся боязнь шла рука об руку с сильнейшим любопытством. — Зачем вы пришли? — Наконец выдавила из себя Суён. — Ты и так прекрасно знаешь, зачем я здесь. Если бы не знала, то тебя самой здесь бы не было. До рассвета осталось двадцать минут, — Минджи как бы невзначай посмотрела на настенные часы, за которыми ранее так пристально следила Суён. — Я пришла узнать, не поменяла ли ты своё решение. Суён встала с пола и поравнялась с женщиной. — Я ведь уже сказала утром, что не хочу присоединяться к вашей волшебной свите. — В этот раз голос девушки звучал совсем по-другому. Утром её интонация была уверенной и немного скептической, а сейчас в голосе звучала обречённость и мольба. Суён внутренне будто умоляла: «Пожалуйста, уговорите меня пойти с вами, ведь мои собственные гордость и упрямство не позволяют мне согласиться». Это чистая правда. Собственная гордость гимнастки не позволяла ей признать тот факт, что Ким Минджи, несмотря на неожиданный визит, её все-таки заинтересовала. К счастью для самой Суён ведьма знала, какие эмоции сейчас испытывала девушка. Старшая читала её, как открытую книгу, поэтому вела себя так спокойно и самоуверенно. Тем более, что результат их ночной дискуссии Минджи уже давно известен. Ким Минджи — ведьма, обладающая способностью контролировать время. «Кто контролирует пространство и время, тот может полноправно называть себя властелином жизни» — Не сопротивляйся своим желаниям, Ха Суён. — Спокойной сказала ведьма, делая шаг навстречу, когда молчание начало предательски затягиваться. — К чему всё это? Мы ведь обе прекрасно знаем, что ты давно уже хочешь узнать, кто ты есть на самом деле. Так почему, когда тебе предоставляется долгожданная возможность, ты от неё отказываешься? — Всё это выглядит слишком странно. — Честно сказала Суён. — Ты живёшь двадцать лет с осознанием того, что ты не такой как все, каждый день получая пощёчины от жизни. А потом, ни с того ни с сего, к тебе из зеркала выходит незнакомый человек, который бескорыстно обещает помочь! Да я такого даже в дорамах не видела. Как по вашему я должна реагировать? Пока Суён говорила, Минджи достала маленькое зеркальце в чёрной старинной оправе из сумки и начала поправлять и без того идеально лежащие волосы. Суён наблюдала за каждым её действием с настороженностью. — Ты права. — Сказала Ким, убирая странный предмет обратно. Только после того, как зеркальце вновь оказалось в сумочке, Ха заметила, что У Минджи нет отражения. Что в зеркале акробатка стоит одна пореди пустого зала. — Жизнь ведьм полна неожиданностей. — Возможно, но при чем здесь я? — Как же Суён не хотела слышать ответ на этот вопрос. — Ты до сих пор не считаешь себя ведьмой? — Во взгляде Минджи читалась добродушная насмешка, которой обычно взрослые награждают несмышленых в чём-то ненароком провинившихся детей. Суён отрицательно покачала головой: — Я не считаю себя ведьмой. Мне всегда больше нравилось слово «особенная», ну… или «странная». — Чтож, особенная ты наша, — Минджи решила больше не тянуть разговор и перейти прямиком к делу. От неё сразу повеяло уверенностью и напористостью. Сумасшедшая энергетика. — Все же тебе придётся ещё раз хорошенько подумать, чтобы потом не кусать локти от сожаления. Советую поторопить, времени на это у тебя не много. Обе синхронно посмотрели на часы. Если верить графику в интернете, то до рассвета оставалось десять минут. — Ваше предложение — это кот в мешке. — Сказала Суён, оперевшись на брусья для растяжки и не выпуская Минджи из виду. — Вы предлагаете оставить привычную жизнь, в которой меня всё устраивает, и пойти с вами в загадочную «элитную школу для девушек», о которой, кстати, нет ни одного слова в интернете! Я проверяла. Как я могу согласиться на абсолютную неизвестность? Вы не рассказали мне ни куда я отправлюсь, ни сколько я там буду учиться, не сказали смогу ли я совмещать учёбу и работу в труппе и это ещё далеко не полный список вопросов, ответы на которые я хотела бы получить. Сами бы вы на такое согласились? — Я бы хотя бы попробовала, а не придумывала тысячи причин, которые могли оправдать моё нежелание действовать. Суён второй раз за вечер потеряла дар речи. Эти слова могли бы быть адресованы кому угодно, но точно не Ха. Она с раннего детства бралась ответственность за всё, до чего докасалась, и никто никогда не смел упрекать её в том, что она боялась или не хотела действовать. Суён наоборот была одной из тех, кто проявлял инициативу во многих сферах жизни. В повисшей тишине обе девушки услышали, как к общежитию приехала машина с шумной компанией. Это вернулись домой менеджер Кан и гимнасты. Громче всех было слышно конечно-же Ёнджуна, которого тщетно пытался угомонить полупротрезвевший Субин. — Суён! — Кричал Ёнджун хриплым голосом под окнами жилого корпуса. — Хён принёс тебе лапшу! — Молчи, дуралей! — Осек его менеджер Кан, после чего раздался хлопок. Ёнджуну прилетел звучный подзатыльник. — Ночь на дворе! Спит твоя Суён. — Если ночь, тогда почему небо светлое? — Усмехнулся Субин, высоко задирая голову и ловя свободной рукой съехавшие очки. Парни оперались друг на друга. — Светлое небо? — Повторила Суён слова друга и посмотрела в окно. На горизонте аллела яркая светлая полоса, небо вот-вот зажжется восходным пламенем. — Вот и твои друзья вернулись. — Сказала Минджи, увидя обеспокоенный взгляд младшей, и указала на время. — Как раз за пять минут до рассвета. Суён устало вздохнула и потёрла виски. Она не знала, что ей делать. Мысли окончательно спутались, а Ким Минджи её ещё и подгоняет. — Вероятно, я сошла с ума, — подумала Суён, мысленно порицая себя. Но все же спросила — Мисс Ким, что мне делать? Я совсем запуталась. — Это не я должна решать, а ты, Суён. Я лишь делаю тебе предложение. Ты вправе как согласиться, так и отказаться. — Взгляд Минджи за секунду поменялся. В нём очень быстро блеснуло что-то хитрое и одновременно такое располагающее. — Если ты не можешь решиться, предлагаю заключить сделку. От этих слов по коже Суён побежали мурашки. Заключить сделку с ведьмой? Это уже что-то за гранью её понимания. — Ты пойдёшь со мной в академию, познакомишься с преподавателями и остальными ученицами. — Продолжала рассказывать Минджи. — Если тебе не понравится учиться и ты захочешь вернуться к своей привычной жизни, то одна из моих помощниц вернёт тебя в это же место в это же время. Она, как и я, обладает способностью перемещаться во времени. Так что никто даже не заметит, что тебя долго не было. — Звучит заманчиво, но сделка с ведьмой — сомнительное дело. В кино это никогда ни чем хорошим не заканчивается. — Суён не сводила взгляд с Минджи. — Как хорошо, что мы не в кино. — Усмехнулась та. — Не люблю современный кинематограф. Слишком много фантазий и приувеличений… Девушка сделала многозначительную паузу: — Если боишься заключать со мной сделку, тогда пойдём просто так. — Ведьма взяла в руку серебрянный кулон ловца снов, который висел у неё на шее, и показала его Суён. — Знаешь, что это? Это амулет, который помогает ведьме контролировать её силу. После окончания обучения каждая ведьма получает такой. Клятва, произнесённая ведьмой над амулетом, не может быть нарушена, иначе её магия свяжет ей же руки. Так вот… Минджи посмотрела прямо в глаза Суён, крепко сжимая кулон в руке, на которой красовалось кольцо из комплекта. — Я, Ким Минджи, верховная ведьма «ловца снов», клянусь, что верну Ха Суён из волшебной академии «Луна» в это же место и в это же время, если она того захочет. — Кулон начал излучать еле заметное холодное сияние. — Если же Суён захочет остаться с нами подольше и закончить обучение до конца, я не буду этому препятствовать и приму её в своем доме, как важного гостя. — Глаза директрисы начали светиться серебром в такт кулону. Ким Минджи протянула ухоженную руку в сторону Суён: — Клятва произнесена и уже не может быть нарушена. Тебе лишь остается коснуться моей руки и мы тут же окажемся в школе магии. Суён застыла перед протягиваемой рукой. Всё сказанное звучало именно так, как девушка хотела услышать, но где доказательства того, что всё будет выполнено именно так. В голове Ха метался только один вопрос: что ей делать? В повисшей тишине тиканье часов стало невыносимо громким. Утекающие секунды булыжниками ложились на широкие плечи Суён, затрудняя и без того сложное решение. На алеющем небе появились первые солнечные проблески. — Не знаю, — паникуя, прошептала Суён, закладывая руки за затекшую шею. Ей нужно было сделать всего одно движение, чтобы заключить сделку с Минджи, но это движение могло изменить всю её дальнейшую жизнь, и девушка просто терялась. — Эй, Суён~а, — из коридора донёсся крик пьяного Ёнджуна и шум от чего-то падающего на пол. Видимо это споткнувшийся об кабель Субин .— Суён~а, ты где? Я принёс тебе поесть! — Черт, Джун, как ты не во время, — вздохнула девушка и потерла переносицу. Тик-так… Тик-так… Суён~а, ты где? Тик-так… Тик-так… Я принёс поесть… Тик-так… Тик… Суёёён?! Времени совсем не осталось. И Суён, окрыленная безрассудством, согласилась. — Ладно… Но если я захочу, вы вернете меня обратно! Суён сделала глубокий вдох и коснулась аккуратной бледной руки ведьмы, на удивление оказавшейся мягкой и тёплой. Ким Минджи толи неуклюже, то ли лукаво улыбнулась одной стороной губы. Перед глазами гимнастки сверкнул яркий свет и земля ушла из-под ног. Её будто засосало в воздушную воронку. Через секунду зал уже был пуст. Ни Ким Минджи, ни Ха Суён в нём уже не было… Почти сразу же после исчезновения дверь зала распахнулась и в неё ввалились Ёнджун с Субином. В руках у них были полупустые бутылки из-под соджу и полные пакеты с едой. — Я же говорил, что её здесь нет, — сказал Субин. — Но я слышал Суён! — Ёнджун оглядел зал и ткнул пальцем в сторону стола. — Вон её телефон. Говорю же, она здесь была! На столе, стоящем в углу комнаты, лежали телефон и любимая кепка Суён, которую та почти никогда не оставляла. — Пошли спать, она сама нас найдет, — Субин начал утаскивать старшего в их комнату. — Отстань, — Джун выдернул руку и, чуть не потеряв равновесие, побрёл к стене. — Я буду ждать её здесь, — сказал парень, завалившись на маты. — Как хочешь, — Субин, понимая, что уговаривать пьяного Ёнджуна бесполезно, просто оставил его в покое и пошёл в их комнату один. Стоило Ёнджуну коснуться мягкой поверхности матов, как он сразу же заснул, совсем позабыв о Ха Суён.