Академия «LOONA»

Наконец-то, мир перестал вращаться и Суён, выпав из водоворота постоянно искажающегося пространства, приземлилась на твёрдую поверхность. Понадобилось всего несколько секунд, чтобы переместиться из тренировочного зала общежития в стены волшебной академии, но и это время показалось Ха невероятно долгим. Секунды каким-то магическим образом растянулись в бесконечность, и, когда девушка вновь оказалась в привычной ей обстановке, она не смогла даже устоять на ногах от перегрузки. Суён не выдержала давления и сразу же повалилась на пол. Грохот раздался такой силы, будто на деревянный паркет упала не хрупкая, ловкая гимнастка, а сто килограммовый мешок с цементом. Суён лежала на полу, держась за живот руками, и еле сдерживалась, чтобы не выблевать весь выпитый ранее кофе. Неожиданно, её тело стало жутко тяжелым и неуклюжим. Ха чувствовала каждый свой вдох, потому что даже это простое на первый взгляд действие давалось ей с трудом. В голове противно гудело, словно прямо около уха кто-то скреб пенопластом о стекло, а кишки в животе, точно завязавшись в тугой узел, угрожали эвакуировать всё, что в них хранилось. Даже для опытного акробата, который не боится свободного падения с огромной высоты, трансгрессия оказалась непростым испытанием. Когда в глазах перестало двоиться, а в ушах звенеть, Суён, не вставая, огляделась по сторонам. Она лежала посередине огромной комнаты, которая больше напоминала главный зал какого-то средневекового поместья. Атмосфера была как в старых фильмах об английских дворянах. Деревянный пол покрыт тёмными дорогими коврами ручной работы, на стенах масляные картины и канделябры с горящими свечами, в зал вели две огромные нараспашку распахнутые резные двери по два с половиной метра каждая, на столах и подоконниках лежали аккуратные кружевные салфетки; повсюду мрамор, дорогие ткани и позолота, а в центре комнаты расположился огромный каменный камин, в котором по-домашнему горел огонь. В комнате было тепло и тихо. Света от камина не хватало, чтобы осветить весь зал, поэтому огромное помещение было погружено в таинственный полумрак. Солнце уже выглянуло из-за горизонта, но ему всё ещё было трудно пробиться через плотные тёмные шторы, занавешивающие окна. Казалось, что хозяева академии как можно усерднее пытались спрятать то, что находится внутри здания от любопытных глаз соседей. Если таковые вообще имеются. Зал, в котором оказалась девушка, был наполнение приятным лёгким ароматом. Пахло чем-то знакомым, но Суён никак не могла понять чем. Какое-то странное сочетание полевых цветов и старых вещей. Возможно запах казался знакомым просто из-за того, что кто-то забыл букет в старом здании с застоявшимся воздухом. Так часто пахнут увядающие в вазе цветы, которые дарили артистам на воскресеных выступлениях. Но у Суён этот запах ассоциациировался с чем-то знакомым, с чем-то родным, но хорошо забытым. Запах ассоциировался с детством. Довольно странно, ведь Суён практически ничего не помнила из первых нескольких лет. Основные ее воспоминания приходились на детский дом и интернет, в которых Ха провела большую часть своей жизни. Пока девушка пыталась понять, где она могла уже чувствовать этот запах, до её слуха донесся слабый треск поленьев и щебетание уже проснувшихся лесных птиц, летающих за окнами. «Должно быть школа находилась недалеко от леса», подумала Суен, делая глубокий и медленный вдох. Пахло елью и пылью. Проанализировав своё состояние, Суён попыталась встать, но голова всё ещё была слишком тяжёлой и её притянуло обратно к полу. — Полежи немного, — неожиданно откуда-то сбоку раздался голос Ким Минджи. Девушка всё это время сидела в кресле в одном из тёмных углов холла и безмолвно наблюдала за реакцией Суён. Акробатка быстро отыскала директора взглядом, запрокинув голову. Ким как всегда выглядела превосходно. От трансгрессии на её голове не шелохнулся ни один волосок. «Значит такой вид передвижения для неё привычен? Интересно, смогу ли и я к нему привыкнуть?» — Первая трансгрессия всегда то ещё испытание для юных ведьм. — Сказала женщина, будто прочитав вопрос по глазам Суён. — Могли бы и предупредить, — простонала младшая, подавляя в себе очередной рвотный позыв и пытаясь нормализовать дыхание. — Я бы тогда не стала пить столько кофе. Ким Минджи лишь ухмыльнулась, смотря на лежащую на полу девушку сверху вниз. Во взгляде смешались превосходство, презрение и даже немного жалости, а вот выражение лица по-прежнему оставалось благородным, невероятно красивым и безэмоциональным. Суён от этого даже стало немного жутко. — Добро пожаловать, в частную школу для молодых ведьм. Как тебе обстановка? Не слишком старомодно? Суён приподнялась на локтях и ещё раз осмотрелась уже более сфокусированным взглядом. — Как в старыханглийскийх фильмах. Мрамор, канделябры, кружева, камин… Очень атмосферно. — Девушка заметила, что на высоком красивом потолке нет ни одной люлюстры. Его украшали лишь грациозные веточки оливкового дерева, вырезанные из потемневшего от времени мрамора. — Здесь нет электричества? — Нет. — Спокойно сказала Минджи, будто в этом тоже нет ничего необычного. — В моём доме все придерживаются старых порядков. Современные технологии мешают процессу обучения. — То есть интернета здесь тоже нет, — сказала Суён, рефлекторно потянувшись за телефоном в задний карман. К удивлению девушки, его там не оказалось. Ха только сейчас поняла, что оставила его в тренировочном зале на столе около аппаратуры. — Черт… — Телефон тебе не понадобится. — Сказала Минджи, заметив жест гимнастки и её расстроенную гримасу. — Здесь нет связи с внешним миром. — Кайф, — саркастически закатила глаза Суен, поднимаясь и разминая большую шею. — А как же узнавать новости? Или у вас тут что-то типо Северной Кореи? Свой маленький мир со своими правилами? На самом деле, новости девушку волновали меньше всего. Для неё гораздо важнее было поддерживать связь с Ёнджуном и менеджером Кимом. А то когда девушка вернётся с обучения, эта парочка растерзает её на кусочки. И не важно насколько сильной ведьмой станет Суён. Ей не избежать гнева простых смертных. — Время на территории академии течёт немного иначе, чем за её пределами. Здесь могут пройти года, а за забором лишь минуты. Чуть позже мы расскажем вам об этом. Пока не забивай голову не нужной информацией. — Минджи смотрела на занавешенное окно, будто могла видеть сквозь плотную ткань, и говорила это таким скучающим голосом, словно объясняла уже сотню раз одно и тоже. Суён, пошатываясь, встала на ноги. Её колени придательски дрожали. — Вижу тебе уже лучше, — улыбнулась верховная ведьма и элегантно встала с кресла. — В таком случае… После этих слов, будто по сигналу, в зал тихо вошла высокая худая девушка в белом длинном платье. Волосы у девушки были заплетены в широкие немного растрепавшиеся косы с вплетенными в них белыми лентами. — Госпожа, — Блондинка приветственно сложила руки на животе и присела в поклоне. — Всё прошло благополучно? — Да, — Минджи подошла к блондинке. Та что-то шепнула ведьме на ухо, после чего их взгляды на секунду задержались друг на друге. Они будто безмолвно общались друг с другом. Суён, пока наблюдала за парой, закашлялась из-за пыли, поднявшейся после её неудачной трансгрессии, чем привлекла к себе их внимание. — Юхён, дорогая, познакомься, это Ха Суён — номер десять. — Сказала Ким Минджи, указывая бледной рукой на акробатку и представляя её только что вошедшей даме в белом. — Номер десять? — Подумала Суён. — Что это значит? Блондинка сложила худые руки на животе и присела в поклоне, склоняя голову, как это делает прислуга в дорогих заведениях по прибытию важных гостей. Ким Минджи и Юхён выглядели как полные противоположности. Это было особенно заметно, когда они стояли рядом. Минджи выглядела строго и холодно, полностью одетая в чёрное. Её бледное, прекрасное лицо будто не выражало никаких эмоций, кроме еле уловимого призрения ко всему живому. Юхён же наоборот выглядела очень солнечно и дружелюбно. Несмотря на взрослый возраст, у неё было очень красивое детское лицо. Девушка была такой же бледной, как директор Ким, но лицо помощницы располагало к себе гораздо больше, чем лицо верховной ведьмы. Юхён мягко улыбалась, от чего на её щеках появились еле заметные ямочки, а в глазах приветливый блеск. Белое лёгкое платье делало её ещё больше похожей на «диснеевскую» принцессу. Суён захотелось улыбнуться в ответ, смотря на улыбку этой светлой дувушки. — Приятно познакомиться, — блондинка приветливо поджала губы. От неё веяло доброжелательностью и детской открытостью. Казалось, что такой светлый человек никогда не сможет причинить никому вреда. — Меня зовут Ким Юхён. — Очень приятно, — Суён вежливо поклонилась в ответ и из-за этого снова чуть не упала на пол. — Извините, голова ещё кружится. — Юхён — ответственная за общественный порядок в школе. Она будет следить за вашим воспитанием и поведением. — Пояснила Минджи, не обращая внимание на слова Ха. — А так же мис Ким является одной из ведущих преодавательниц. Так что, относись к ней уважительно. — Хорошо. Я поняла. — Суён встала ровно и сложила руки сзади в замок, как обычно акробаты делают на тренировках. Этот знак говорит о том, что спортсмен уважает стоящего перед ним человека и готов выполнять его поручения. — Суён, тебя очень хорошо воспитали, — сделала комплимент Юхён. — Сразу видно, что ты профессиональный спортсмен. У брюнетки на щеках появился лёгкий румянец. Она часто слышала комплименты в свой адрес и давно привыкла к ним. Но почему-то именно сейчас и именно от этой девушки ей было особенно приятно их слышать. — Юхён, — безэмоциональным голосом обратилась Ким Минджи к блондинке. — Проводи Ха Суён в комнату. Ей нужно отдохнуть. — Да, госпожа, — Юхён снова учтиво присела, придерживая белое платьице, доходящее почти до самого пола. — Суён, следуй за мной. Блондинка мягко улыбнулась и направилась к противоположному выходу из зала. Суён ещё раз не могла не заметить, насколько эта девушка лучезарна, легка и обаятельна. От Юхён веяло домашним теплом, и гимнастка поймала себя на мысли, что ей абсолютно не страшно идти за этой девушкой в незнакомое место. И даже больше того, Суён хочется обнять незнакомку, что в принципе явление редкое. Юхён была похожа на лучик света в кромешной темноте. И Суён, не долго думая, последовала за этим лучиком. Девушки направились к выходу из зала медленно, потому что тело Суён всё ещё плохо её слушалось. Юхён понимающе замедлила шаг, заметя как позади неё плшатывается брюнетка. Следуя за преподавателем по направлению к выходу из зала, Суён боковым зрением заметила, как в центре гостевой комнаты кто-то появился. Там, где буквально минуту назад стояла акробатка, из воздуха появилась очередная пара людей. Одна фигура была не оченьвысокой год роста, одетой в длинную чёрную мантию. Девушка с тёмным каре и грозным видом. В её руках был длинный посох из чёрного дерева со светящимся шаром на вершине, который оплетали чёрные-красные ветви. Стоило девушке ударить им об пол, как посох тут же превратился в небольшой чёрный цилиндр, который девушка убрала в карман чёрных одеяний. Второй появившийся человек был одет в рваную, испачканную кровью и грязью рубашку. Вещи висели на худой девушке, как на вешалке. Как только блондинка появилась в помещении, тут же камнем повалилась на пол. Но в отличии от Суён она не подавала никаких признаков жизнь. Ни шевеления, ни стонов, ни дыхания. Длинные светлые волосы скрыли её лицо от любопытных глаз Суён. — Госпожа, — краем уха услышала гимнастка. — Номер одиннадцать. Ким Чонын. — Всё прошло гладко? — Серьёзно спросила Минджи, смотря на лежащую девушку свехну вниз и оценивая взглядом её полуживое тело. — Были небольшие трудности с её отцом. — Сказала новоприбывшая. Её лицо, так же как и лицо Минджи не выражало никаких эмоций, но казалось гораздо суровее лица директора. — Но всё можно будет списать на несчастный случай. Ким Минджи резко перевела холодный взгляд на ведьму. — Юбин, я же просила без жертв! — В голосе директора послышались раздражённые металлические нотки. — Я спасла эту девчонку от насильника, Минджи! Так что не думаю, что твои упрёки уместны в данной ситуации. — Сказала та, чуть повысив голос. Ли Юбин — одна из немногих, кто не боялась высказывать Ким всю правду в лицо. — Этот маньяк пытал одиннадцатую долгие годы. Будь, уверена, он получил по заслугам. Низкий голос новоприбывшей, звучал так спокойно и умиротворенно, будто для неё навредить человеку не являлось чем-то особенным. — Ты же понимаешь… — После этого фразы стали невнятными. Суён, как ни старалась, не смогла разобрать ни слова. Видимо, они с Юхён отошли слишком далеко. Прежде, чем завернуть за угол и скрыться в тёмном коридоре, Суён ещё раз мельком посмотрела в сторону новоприбывших. Девушка, которую назвали одиннадцатым номером, не просто упала на пол от головокружения, как это сделала Суён. Ким Чонын лежала без сознания. Её босые, слабые ноги были скованы заржавевшей цепью, из-под которой виднелись чёрные синяки и шрамы. Девушка даже в полутьме выглядела очень бледой и исхудавшей. — Я — номер десять. Та девушка — номер одиннадцать. — Подумала Суён, следуя за Юхён по петляющим тёмным коридорам школы. — Вроде, Ким Минджи говорила, что учениц будет двеннадцать. Значит многие девушки уже в школе? Через пять минут они дошли до самого дальнего крыла академии, в котором распологалось что-то на подобии общежития. Пока девушки шли по коридорам к спальням, Суён заметила в открытых дверях небольшую библиотеку, дальше что-то напоминающее комнату отдыха, в одном из помещений стояло пианино. Повсюду висели картины и декоративные зеркала с потемневшими от времени стёклами. Атмосфера была похожа на сцену из сериала про сверхъестественные явления. Не хватало только призраков, неожиданно появляющихся из ниоткуда. — Это жилой корпус, — пояснила Юхен, заметя интерес во взгляде Суён. — Здесь вы будете жить и проводить свободное время. Всё необходимое для учёбы находится в «Южном» корпусе. Но об этом вы узнаете завтра утром. Девушки подошли к небольшой комнатке почти в самом конце корпуса, на двери красивым почерком было выведена цифра «три»: — Это твоя спальня, — Юхён тихо открыла дверь. В комнате стояло четыре кровати, на троих из которых уже спали ученицы. Вид спящих девушек немного насторожил Суён, потому что они лежали в неестественно идеальных позах. Руки и ноги «по швам», голова идеально ровно направлена в потолок. Дыхание у всех ровное и синхронное. Даже глаза под веками не двигались. Они были похожи на кукл… Или на трупы в морге… — Они под сонными чарами, — пояснила Юхен. — Некоторые юные ведьмы прибыли в очень нестабильном состоянии и могли навредить окружающим. Поэтому мы приняли решение усыпить всех до тех пор, пока не начнётся их обучение. — То есть они проснутся завтра? — Суён скептически обвела взглядом лежащих девушек. Было жутко. — Да. Завтра они проснутся и с ними будет всё в порядке. Они даже не вспомнят, сколько спали. Некоторые девочки прибыли ещё на той неделе. — На меня тоже придётся наложить эти чары? — Юхён положительно качнула головой. Суён насторожилась. — Но я ведь не опасна. Максимум, что я могу, это стать во сне невидимой. — Мне придётся тебя усыпить, даже если ты самая безопасносная ведьма в мире… — Юхен улыбнулась и сожалеюще пожала плечами. — Ну вот, опять это слово… Ведьмы. — Подумала Суён. — Видимо, мне придётся к нему привыкнуть. Юхён продолжала: — Я должна это сделать, даже если мне этого самой не хочется. Во-первых, это распоряжение директора Ким. Я не могу её ослушаться. А во-вторых, этот сон пойдёт тебе только на пользу. Он поможет быстро возобновить силы, и завтра утром ты будешь как новенькая. Юхён снова улыбнулась, жестом приглашая Суён пройти вглубь комнаты. — Может я все-таки постараюсь заснуть сама? — Недоверчиво переспросила брюнетка, заранее зная ответ. Голос внутри неё настойчиво твердил, что что-то в этом сне есть подозрительное. — Суён, ты умная девушка. Не заставляй меня повторять всё ещё раз. — Юхён, мягко надавив Суён на крепкие плечи, усадила её на свободную кровать. Руки у блондинки были мягкие, но жутко холодные. — Вы нас каждый вечер будете усыплять? — Суён не сводила с Юхён глаз. Какой бы приветливой та не казалась, Ким всё же была ведьмой. Внутренний голос брюнетки шептал ей «будь всегда настороже». — Мы будем вас усыплять до тех пор, пока вы не научитесь контролировать свои силы. Не волнуйся и просто ложись. Это не больно. — Я и не боюсь. — Суён послушно легла на спину, хотя ей всё ещё было не по себе от мысли, что на неё сейчас будут накладывать «чары». — Просто это все так непривычно. Суён легла на кровать прям в спортивной одежде, в которой трансгрессировала. Все девушки в комнате спали в одежде, в которой прибыли. Кто-то в платье и кожанке, кто-то в чудаковатой домашней одежде, кто-то в школьной форме. Суён легла. Юхён положила худые ладони на виски девушки и что-то зашептала. Но Суён прервала её: — Подождите! Можно один вопрос? — Суён рефлекторно коснулась своими руками рук Юхён. Та от неожиданности вздрогнула и еле сдержалась, чтобы их не отдернуть. — Конечно. — Спокойно сказала она. Суён на секунду запнулась, не зная, можно ли ей об этом спрашивать, но всё же решилась: — Когда мы выходили из зала на первом этаже, я видела, как сюда прибыла ещё одна девушка. Она выглядела очень слабой. — Юхён делала вид, что внимательно слушает, хотя она и так прекрасно понимала, о чем идёт речь. — Она тоже одна из учениц? — Да, — кротко ответила Юхён. — Как думаете, с ней всё будет хорошо? — В глазах Суён читалось неподдельное волнение. Юхён это умилило. — Не волнуйся насчёт этого. — Девушка улыбнулась, укладывая брюнетку обратно в кровать. — О ней позаботится наш школьный лекарь. Это звучало не очень убедительно, но что Суён оставалось, кроме как поверить на слово? — Хорошо. — Теперь тебе пора спать, а то мне уже нужно провожать остальных учениц. — Юхён положила руки на пульсирующие от волнения виски Суён. — Ты почувствуешь слабость. Не сопротивляйся ей. Просто расслабься. Как только Суён закрыла глаза, её окутала неимоверная тяжесть, и девушка тут же провалилась в глубокий сон. Её поза стала такой же, как у остальных учениц в комнате. Глаза закатились, дыхание выровнялось и стало синхронным. Юхён вздохнула, сложила руки на животе и бысто окинула взглядом всех спящих. Её глаза всё ещё блестели, улавливая редкие лучи утреннего солнца, пробивающегося сквозь тяжёлые шторы. Но на этот раз блеск был каким-то холодным. Безразличным… А на худом красивом лице не осталось ни намёка на дружелюбную «искреннюю» улыбку. Лицо Ким Юхен стало таким же безэмоциональным и холодным, как у Ким Минджи и Ли Юбин.