Заражённый

В подземном помещении было темно, пахло сыростью и какими-то отходами. Эйден несколько минут назад разобрался с дерьмоедами в виде жителей Базара, чтобы его пустили в метро. Чёртовы отбросы, он не планировал им помогать, а в итоге рисковал своей шкурой каждый ёбаный день из-за их разборок. Гораздо лучше было скитаться по свету, будучи пилигримом, нежели жить в относительной безопасности, грея на своей груди клубок змей. Хакон подошёл сразу, как только освободился, и он был благодарен ему за помощь. Он спас его от верной смерти и продолжал помогать. Хоть Эйден был далеко не наивен, он сначала подозревал Хакона в каких-то корыстных мотивах против него, но на самом деле мужчине просто нужна была помощь от опытного путешественника по опасным местам страны. Что ж, услуга за услугу, вполне справедливо. — У тебя были отношения? — Хакон шёл рядом, подсвечивая тёмный коридор метро фонарём, стараясь не наступить в склизкие лужи крови заражённых. В носу свербело от витающей в воздухе пыли, а биомаркер изредка пищал, извещая владельца о том, что заражение прогрессирует и ему следует выйти на свет. Коллдуэл отмахивался от писка, прикидывая примерное время, что он сможет продержаться без света и ультрафиолетовой лампы. Время у него ещё было. — Как-то не до отношений было, когда началась вся эта хуйня с вирусом. А потом не стал задумываться о них, потому что одному бродить по свету гораздо проще. А у тебя? — Эйден посмотрел на спутника. В тоннеле метро шаги отдавались гулким эхом, ботинки оставляли отпечатки на слоях грязи и крови, а по периметру тут и там поблескивали кристаллы, невесть каким образом образовавшиеся здесь. Хакон пожевал губу, щуря глаза, приглядываясь во тьму. До выхода было еще далеко. Он бывал здесь ещё до вируса и знал это место, как свои пять пальцев. — Было много попыток, — он усмехнулся, — каждый раз думал, что она «та самая», но потом понимал, что ошибся. С тех пор больше не пытаюсь завести отношения, чтобы не разочаровать. — Благородно, — Эйден в тон ему усмехнулся, продолжая вышагивать за своим спутником, который ориентировался здесь лучше него. — Стой, ты чувствуешь это? — Парень остановился, принюхиваясь. В помещении запахло химикатами, которые быстро распространялись по воздуху, отравляя лёгкие. — Чёрт, вентиляторы… они перестали работать, — Хакон сплюнул горькую слюну, прикидывая план действий, — найди источник питания, а я проверю, нет ли механических повреждений. Живо! Эйден подорвался, натягивая на нос шейный платок, чтобы укрыться от ядовитых паров. Химикаты распространялись по помещению с невероятно скоростью, и через время ему было уже сложно передвигаться. Ноги не слушались, а голова была тяжёлая и будто набитая ватой. Парень нашёл источник питания, но дернув за рычаг, ничего не произошло. — Хакон, я нашёл питание. Всё равно не работает, — Эйден вызвал мужчину по рации, пытаясь сфокусировать взгляд на щитке. Биомаркер уже светился красным и беспрестанно пищал, надоедая парню. Хакон грязно выругался, ненадолго замолчал и выдал следующее: — У меня есть одна идея, но тебе она не понравится. — Эйден в недоумении нахмурил брови, не понимая, что имеет в виду мужчина. — Мне придётся выключить электричество, чтобы перенаправить питание. — А почему мне не понравится? — Хакон что-то невнятно ответил, из-за плохой связи в помещении, и парень дал ему добро. Через несколько секунд свет полностью потух, окуная Эйдена в беспроглядную тьму. Грудная клетка его начала вздыматься, а дыхание стало тяжелее. Вирус, развивающийся в нём, любил темноту, и сейчас поглощал разум парня, пытаясь взять над ним верх. Он пытался держать под контролем свои эмоции и глубоко дышал, но делал этим только хуже. Ядовитые пары распространялись по воздуху очень быстро, стремясь довести парня до отключки. Он побежал по туннелям в шахту заброшенного лифта и начал карабкаться наверх, услышав сигнал Хакона по рации. Из глубин метро послышались отдалённые крики заражённых, проникающих в метро. Их нечленораздельное мычание разносилось по всему помещению и усиливалось эхом, создавая жуткую атмосферу. Эйден не любил оставаться с заражёнными в одном тесном помещении. Тем более сейчас, когда ему и самому до полного заражения оставались считанные минуты. Парень немного ускорился, на ходу поправляя съехавшие бинты и пробрался к одной из веток, где его уже поджидал Хакон. Вентиляторы заработали и воздух постепенно начал очищаться, а сознание прояснялось. Они продолжили бежать дальше, чтобы не столкнуться с крикунами. Свет от фонарика прорезал кромешную тьму и внезапно дверь со скрежет отделила парней друг от друга. Они зашли на территорию ВГМ. — Чёрт, я не могу открыть, — Хакон подёргал ручку двери, но та не поддавалась. — Откуда здесь вообще это заграждение, — Эйден с силой пнул дверь, ударяя кулаком в стену. Он слишком много прошёл, чтобы сейчас так нелепо застрять. — В начале эпидемии ВГМ поставили здесь бронированные двери и судя по всему, здесь где-то есть их кабинет или диспетчерская. — Мужчина спокойно смотрел на своего собеседника через небольшое окно, разговаривая с тем по рации. — Хакон, ёбаный рот, какого хера вообще, — Эйден заходил кругами, все ещё негодующий своим положением и прогрессивностью заражения. Плюс ко всему, крикуны были уже рядом. Их мерзкие тела с хлюпом перемещались по туннелям и что-то гортанно выли. — Давай мне свой ключ ВГМ, я найду диспетчерскую и открою нас, — Хакон протянул руку в маленькое окно, выжидающе смотря на Эйдена. Тот колебался, что-то прикидывая в голове. Его сощуренные глаза смотрели на мужчину с толикой подозрения. Его друг, который пожертвовал собой ради передачи этого ключа ему сказал, чтобы тот ни в коем случае не давал его никому. Просьба Хакона настораживала. Можно ли ему доверять? Это был первый вопрос, пришедший пилигриму в голову. — Я думаю, есть другие способы открыть все двери. Хакон поджал сухие губы в линию и устало сказал: — Двери можно открыть только этим ключом. Давай же. Мне можно доверять, — Эйден поколебался ещё несколько секунд и все же протянул мужчине прямоугольный ключ с чипом вместо привычных резцов. — Ладно… держи. Мужчина благодарно кивнул и пообещал тут же вернуться, а также оставаться на связи. Пилигрим устало сполз по стене откидывая голову на хромированную поверхность рядом стоящего вагона метро. Он прикрыл веки и стал ждать, надеясь, что заражённые не найдут его. В кармане куртки, с химзащитным слоем, лежал ингалятор. Эйден достал его и повертел в руках, прикладывая ко рту. Становилось намного легче, сопротивляемость к вирусу повысилась и теперь его не так сильно лихорадило. Спустя пару вдохов, он вновь убрал его в куртку. Митенки из плотной кожи хорошо обрамляли руки и защищали их от мозолей. В берцах его были спрятаны ножи, как единственное оружие, что можно было таскать с собой и сохранять удобство. Металлические рукоятки их приятно холодили кожу и напоминали о себе, придавая уверенности. Парень нутром чувствовал какую-то приближающуюся опасность и дело было даже не в заражённых, которые гулким эхом разносили свои вопли по станции. Что-то неуловимое и едва приметное, будто шестое чувство подсказывало парню о каких-то изменениях, которые он не может уловить, хотя те, буквально витают в воздухе. Минуты тянулись бесконечно долго, и Эйден изредка поглядывал на наручные часы, счищая с них слой грязи и собственной крови. Хакона всё ещё не было. — Хакон, ты нашёл диспетчерскую? — прохрипел в рацию парень, все еще прижавшись затылком к двери. Ответом ему служила тишина. — Хакон! Ты меня слышишь? Но на той стороне все еще висело молчание. Эйден со злостью отпихнул рацию и устало потер глаза руками, немного сдвигая защитную маску с лица. Его напрягало долгое отсутствие парня и исчезновение ключа, за который буквально отдали жизнь, поэтому он поднялся и начал с силой пытаться потянуть дверь на себя, но та не поддавалась. Он содрал кожу с подушечек, и теперь они неприятно саднили и пульсировали, импульсами отдаваясь в мозг. Ни связи, ни ключа, ни Хакона. Лучше и придумать нельзя! — Хакон, твою мать, ответь! — рявкнул юноша в рацию, но снова ничего не произошло. Он будто разговаривал сам с собой, а мужчины и вовсе не существует. К пилигриму даже закралась мысль, что Хакон просто сбежал с ключом, и с каждой минутой эта мысль казалась ему все более реальной. Нельзя никому доверять, только не сейчас. Парень слабо рыкнул, как вдруг дверь с противным скрежетом отворилась и в проеме стояли двое мужчин, явно настроенных враждебно. — А я тебе говорил, что где этот придурок Хакон, там и его дружок, — ренегат злобно усмехнулся, пихая в бок своего товарища. Эйден молниеносным движением достал из берцев ножи, немного крутя ими в воздухе. Возможно, Хакон не такой предатель. Возможно, его перехватили эти подонки.

***

Эйден еле справился с этими головорезами, и тряпкой, попавшейся ему под руку, счищал кровь с лезвий ножа. Ему удалось их вырубить, при этом они его задели и теперь парень немного хромал, а перед глазами бегали черные точки. Он прошел вглубь еле освещенного коридора и за одним из сооружений увидел связанного Хакона, с кровавым пятном на животе и лице. Его голова безжизненно свисала на грудь, но то, что тот был жив выдавало его беспокойное дыхание. Эйден осторожно подошел к мужчине и убрал слипшуюся челку со лба, немного зачесывая её назад, большим пальцем вытер кровь с губы и виска. Ножом он разрезал веревки, связывающие его, оторвал кусок ткани со своей футболки и пережал кровоточащую рану на животе. — Хакон, — пилигрим потрепал мужчину по щекам, пытаясь привести его в сознание. Тот постепенно открыл глаза, смотря помутненным взглядом на парня, пытаясь сфокусироваться, — вставай, нам нужно идти. Эйден опустился на колени, держа мужчину за подбородок и подавая руку, помогал встать. Эйден обыскал карманы Хакона и не нашёл там своего ключа. — Блять… — Эйден прижал руку к лицу, тяжело выдыхая. — Эйден… прости, — Хакон подошел со спины, немного обхватывая руками плечи парня и поглаживая их, — я защищал его, как мог. Пилигрим нервно заходил по помещению, громко шлёпая по лужам крови и поднимал голову вверх, закрывая глаза. Он ругался себе под нос, пытаясь выплеснуть скопившееся отчаяние и агрессию. Он припадочно начал бить руками по вагону, создавая ужасный гул и оставлял небольшие вмятины в корпусе вагона. — Эй-эй, успокойся, — Хакон развернул парня к себе, потряхивая его за плечи, а потом впился поцелуем ему в губы. Тот скривил лицо, как будто съел целый лимон, пытаясь руками отпихнуть мужчину от себя, но тот настойчиво держал его руки и затем вовсе прижал его к этому самому вагону. Эйден все еще пытался брыкаться, но немного успокоившись, он расслабленно откинул голову на вагон и начал отвечать на поцелуй. Дыхание его выровнялось, а в голове теперь не было ни единой мысли. Губы у Хакона были сухие, потрескавшиеся и с еще не засохшей кровью, которая била в нос металлическим запахом. Мужчина морщился при движении, из-за режущей боли в животе, но крепко держал подбородок парня и через мгновение отстранился от него, немного стыдливо смотря вниз. Эйден пару секунд стоял молча с открытым ртом и трогал пальцами губы, все еще не понимая, что произошло. — Что это было? — Просипел парень, смачивая вмиг пересохшие губы и вновь пряча юркий язык за зубами. — Думаю, ты бы отнесся с осуждением, скажи я тебе, что помогаю, потому что ты мне понравился. Я прав? — Хакон невесело усмехнулся, пряча губы за защитной маской и опираясь плечом на вагон. — Так, я хотя бы не ломал себе голову, что ты просто хочешь грохнуть меня исподтишка, — Эйден всплеснул руками, — знаешь, сейчас не та ситуация, чтобы думать, что кто-то будет тебя осуждать. Если хочешь чего-то — говори прямо. Эйден был серьезен. Он проницательно смотрел на мужчину, а затем протянул руку к его предплечью, слегка поглаживая его. — Нужно держаться вместе, нужно идти. Парень поманил мужчину за собой, резко разворачиваясь и двигаясь к следующему туннелю. Он не хотел показывать Хакону, что в уголках его глаз скопилась влага, которую он резким движением стер рукавом, мгновенно собираясь с духом. — И кто же мы друг другу? — Хакон продолжал стоять на месте, прожигая спину Колдуэлла взглядом. — Давай для начала выживем, — Эйден обернулся на мужчину, устало положив голову набок, и вновь продолжил идти.