Последний полет
15 августа 2022 г., 18:41
У Чимина почти не осталось памятных мест. Да их и так было всего ничего, но даже эту малость, благодаря которой он оставался на плаву, у него отобрали.
Из мастерской его уволили. А все из-за того, что его близкие знакомые как-то за алкоголем спросили, как у него идут дела на работе. На что он пожалился, что работает в поте лица, а платят копейки. И эти знакомые, в тайне, навестили его работодателя и потребовали платить ему значительно больше.
В результате, этот работодатель его уволил, заодно избавляясь от человека, с которым стало опасно водиться. Судя по его хитрому довольному лицу, он давно об этом думал, и вот ему предоставили достаточно вескую причину. Кому под крылом нужен парень, у которого за спиной чуть ли не все байкеры города.
Поле, которое он часто навещал после ухода Юнги и искал там успокоение, вспоминая как они здесь же проводили редкие дни романтики и наслаждались тишиной, созданной только для них двоих.
Его кто-то, видимо, купил и начал засаживать кукурузой, которую кстати, Мин никогда не любил. Поэтому теперь, смотря на их поле, сердце только делало болезненный кульбит и сжималось.
Вот, это и были все их личные и любимые места.
В итоге, из неизменных воспоминаний у него осталась только Дукати и та самая трасса на окраине, по которой Мин съездил в последний раз.
Чимин долго убивался по поводу того, что он не мог найти спокойствия, как в своей жизни, так и в душе. Ему стало некуда приходить, кроме своего гаража. А идти к когда-то лучшим друзьям, после большой, но мелочной ссоры, он не хотел. Чисто из вредности и обиды.
Да и в гараже дела обстояли не настолько хорошо.
Приходя туда, он видел лишь Дукати, которая стояла на одном месте, и чахла на его глазах от того, что ей не пользуются.
Бросили здесь стоять как самый дорогой и ценный артефакт, без возможности делать свое дело. У сердца Юнги была жажда по скорости. Эта Леди стоит, вся такая красивая, одинокая, никому не показывается, никуда не ездит.
Бросая на нее даже беглый взгляд, каждый скажет: «По старому хозяину скучает».
— Может, я слишком предвзято отношусь к тебе, Крутышка? — парень вздохнул, расположившись возле нее на полу и поглаживая рукой сидение. — Или я просто схожу с ума?
С точки зрения Чимина, оба варианта имеют место быть.
Но одно он знает точно, ему стало тяжело на нее смотреть. Вот так, сидя рядом, он чувствовал свою вину перед Дукати и перед Юнги. Он сейчас, наверное, злился бы на него за то, что он не дает его Железной Леди чувства свободы, свежего воздуха и ветра навстречку, запаха пыли, что забивает легкие и многих других ощущений, которые давали этим двоим смысл жить.
А пока что, все это время, Чимин лишь отбирал этот смысл.
Но, стоит признаться, парень тоже по всему этому скучал. Помнил, как гнал на своей Ямахе. Он был с ней везде, и на трассах, и на бездорожье; ездил и по своей, и по встречной полосе; и осторожно, и испытывал свою судьбу.
Парень был тогда слишком юн, вспыльчив и неусидчив. Влезал почти во все драки. Стоило только кому-то сказать ему что-то колкое, так он сразу же бросался на того с кулаками, после чего их каждый раз разнимали его неизменные лучшие друзья.
И в своем итоге, он заплатил за это огромную цену. Именно из-за него Дорогая Ямаха не сохранилась до сегодняшних дней.
Его пригласили на «мелочь-дуэль», в которой каждый участник защищал свою гордость и репутацию. Ну, как же этот глупый молодой мальчишка мог отказаться?
В том заезде шла ожесточенная борьба между ним и парнем, который ему не уступал. Они слишком сильно разгонялись, ставя свои байки на максимум их возможностей, подвергаясь большой опасности.
И когда скорость Ямахи перевалила за свой край, то не выдержала.. и взорвалась.
Чимину повезло тогда. Наверное, именно в тот момент использовал всю свою удачу. Он чудом выжил.
Только вдумайтесь в эту фразу: он жив, просто по тому, что ему очень по-вез-ло...
После этого он похоронил свою Ямаху, участие в гонках и любовь к скорости. Стал опасаться, что тогда он использовал всю удачу за свою жизнь и больше не хотел рисковать. Резко повзрослел.
С того случая, парень никогда не садился на байки, устроился работать в скромную мастерскую. Остепенившись и проработав там несколько лет, Чимин неожиданно познакомился с Юнги.
***
С каждым днем, он приходил в гараж все реже. А в голове все чаще крутились угрызения совести и мысль проветрить Дукати. В какой-то момент, он устал бегать от самого себя, смотреть на совсем ослабшую Леди, и кусать губы, чувствуя вину перед своим парнем. Он же клялся, что сохранит Дукати как можно дольше, а в итоге сам же ее медленно гробит, мучая. И Чимин довольно быстрыми шагами идет по направлению в гараж. Когда он только достает ключи, то уже представляет в каком положении и в какой части гаража стоит Дукати. Но одновременно, парень с трепетом и особым волнением думает о ней, представляет, как заведет мотор, резкими открытиями газа прогреет двигатель, как включит первую передачу, а потом вторую, третью… Входя в гараж и оставляя дверь открытой, Чимин убеждается, что в оживлении Дукати он просто обязан постараться. На сегодня как раз у байкеров планировался крупненький заезд. — Что, Крутышка? Соскучилась? — Чимин присел на корточки перед Леди и впервые поцеловал ее в фару. — Прости меня. Я дал клятву и уже ее нарушаю. Дашь мне еще шанс? Парень подошел к ней с левой стороны, перекинул свою правую ногу и мягко сел на ее кожаное сидение, но уже не пытался вести себя с ней как с хрустальной вазой. Она же легендарный байк! Железная Леди Мин Юнги! А Мин не особо жаловал нежности, видимо, так же как и его сердце. Он вставил ключ в замок зажигания, завел, почувствовал всем телом долго сдерживаемый рев Крутышки. Парень сделал несколько рывков газом, как бы отвечая, что он тоже этого давно желал. — Если на трассе ты пострадаешь и я оставлю на тебе хоть царапинку, то совесть сожрет меня целиком. — пустил парень нервный смешок. Сцепление, щелчок первой передачи. Отпуская сцепление, Чимин уже представлял в уме, как промежуточные диски в корзине сцепления хватаются за фрикционные, как одна сила приводит другую в движение, как пружины сжимают две поверхности, разбрасывая во все стороны масло. А шестеренки приводят в движение главный вал, и малая звезда передает силу на колесо. — Ну что, Железная Леди? Поехали! — слегка опьяненный ожиданием, Чимин дал газу и начал движение с чуть безумной улыбкой на лице, как когда-то в первый раз езды с Ямахой. Когда он двигался по городу – в голове было пусто. С одной стороны пусто, а с другой идут мысли. Парень думал о ситуации на дороге и о байке. О том, как ворчит движок, как отвечают на нажатие рычага тормоза, уверенно ли держат в поворотах покрышки.. Да, немного тяжело стягивать рычаг, но в остальном все идеально. Но даже так, Чимин уже начал ощущать нрав Крутышки. И он просто позволил вырваться ее характеру, отпустил с цепи. Это вызвало невероятно огромный и полный спектр чувств. Это так, вновь, привязывало к себе, приносило то самое ощущение свободы и полета. А все остальное – лишь суета. Все остальное сейчас не имеет значения. И в голове осталось только одно: — Наконец-то... — прошептал сам себе Чимин.***
От всей души насладившись свободой, сделав глоток после долгой жажды, он решил ехать на заезд туда, где последний раз делал прокат Юнги. Это темная сторона на северной окраине города, которая просыпается не совсем каждую ночь. На крупные заезды все тщательно и заранее подготавливается, начиная приглашением главных и всем знакомых байкеров, заканчивая солидными запасами алкоголя и открытия старого бара неподалеку. А на мелкие заезды, которые чаще всего зовутся «тет-а-тет» или «мелочь», приезжает кто хочет перетереть друг с другом или просто сделать дружеский прокат, как говорится, для души. И вот, за управлением Чимина Дукати, а в телефоне очередное приглашение на заезд. Он на каждое такое сообщение отвечал категоричным отказом, но каждый раз ему слали новое, не обращая внимания на прошлые ответы. Что очень раздражало. Но все просто, люди хотят зрелищ, увидеть «своих» и, конечно же, узреть старых и новых легенд района. В данный раз это приглашение было лишь на руку. Чтож, глубочайшая им благодарность за упорство.***
Видя и помня байк, который принадлежал легенде этих мест и трасс, байкеры громко поддержали Чимина. Кто-то стоял в стороне и искренне аплодировал, а кто-то, кто был ближе знаком с Юнги, да и с Чимином тоже, подходил и сжимал его плече, вздыхая и бросая взгляд на Дукати. Кто-то выжимал рев из мотора своих байков, кто-то открывал бутылку пива и, поднимая ее над головой, пару раз сочувственно кивал в его сторону головой и залпом опустошал стеклянный сосуд, выказывая уважение. Чимина накрывает волной эйфории и воспоминаний от того, что одежда каждого находящегося здесь байкера пропитана запахом масла, выхлопных газов и дорожной пыли. Он всегда любил этот запах, ведь он всегда и надолго осаживался на куртках, футболках и кожанке Юнги. В итоге, когда он будет занимать место для старта в гонках, его и Леди поставят на первое место, а все остальные выстроятся той же линией, но позади Чимина. И даже те парни, которые сейчас, без Юнги, занимали первые места, без всяких вопросов и возмущений освобождали парню его почетное место. Грид-герл, отсчитывая в голове цифры, наконец махнула рукой. Байки заревели, как дикие звери, все участники гонок по срывались с места, а атмосфера накалялась. Чимин почти сразу оказался первым. Но ему было все равно, выиграет он или проиграет, приедет первым или пятым. Но все же старался вырываться, не хотелось позорить репутацию Дукати и держать ее на среднячке. «Пусть все будет так, как должно». — Подумал в голове Чимин и уверенно кивнул сам себе. Адреналин расходится по венам, от мотора передается заряд энергии, разливающийся по телу. Вот, они по прямой приближались к крутому повороту вдалике, к тому самому, на котором не стало Юнги. Байк летит и Чимин, ни о чем не думая, лишь прибавляет газу. Замечает, что если не сворачивать и удерживать прямое направление, то впереди обрыв, образовавшийся из-за своего старого возраста, но при последнем посещении этой трассы парень его не видел, значит, еще совсем свежий. Близится время для сбавки скорости, чтобы плавно вписаться в поворот. Парень уже жмет на рычаг тормоза, переключает передачу, но от этого Леди не едет медленней. Он почувствовал дикий и щекочащий внутренности страх, начал тысячу раз нервно жать на этот проклятый рычаг, напрасно пытался затормозить, развернув почти горизонтально переднее колесо и наваливаясь телом вперед, но ничего не получалось. На его лице и в душе отразилось полное понимание, принятие неизбежности и спокойствие. Да, Чимин уже ранее и достаточно давно рассматривал печальный исход событий, и когда в первый раз сюда приехал, и даже когда сегодня только садился на Крутышку. Он ожидал, что что-то может пойти не так, и видимо, предчувствовал свой конец. И вправду, удача за всю его жизнь была давно истрачена. Попытаться спрыгнуть с байка, спастись, и неизвестно насколько сильные травмы от Дукати получат остальные участники, если конечно этот заезд вообще не превратится в кровавое месиво. А задумавшись о повороте, сразу откинул эту идею, он просто перевернется и его раздавит. И конечно же он не хочет спасаться, если его залогом жизни будет расквашеная Леди, от которой останется лишь название, и ее будет уже не собрать даже руками самых опытных мастеров. Выход один, и только вместе с Леди. — Ну что, Крутышка, кажется, вот и подходит наш полет к концу! — сквозь ветер кричит Чимин сердцу, пока участники позади него лишь непонятливо переглядывались между собой. В их глазах это выглядело как кратковременная потеря управления. — Чтож, у меня нет никаких сожалений. Правда есть трое людей, которые будут по мне тосковать. Но я лишь надеюсь, что их здесь сейчас нет. Не хотелось бы чтобы они это видели. Простите, ребят. Все, что происходит сейчас, я не считаю своим падением или позором. Видимо, так надо. — напоследок высказывается парень, сворачивая к середине дороги. И, выжимая ручку газа до скорости, которую посчитал находящейся около 180, мчался вперед, на встречу ветру и на долгожданную встречу с Юнги, сидя верхом на его сердце. Что может быть лучше? Вылетая за оставшийся край дороги, уже в полете, Чимин отпускает ручку газа и левую ручку руля, сжимая Крутышку лишь ногами, чтобы не вылететь из сидения. Он поднимает руки к небу, словно птица, и искренне смеется. Вот он - его недолгий полет. — Спасибо за все, Сердце! — в последний раз в своей жизни счастливо кричит Чимин. И он даже не догадывается, что где-то вдалеке, на финише, раздался оглушительный и надрывный крик трех когда-то лучших друзей Чимина. А один из них сорвался с места, слепо надеясь добежать и спасти. Но Чимин уже не видел, не слышал и никогда не узнает. .
