Он меня найдёт…

      Мирон, если честно, уже боялся заходить в тикток. Один раз так зашёл, ТАК ЗАШЁЛ… как вспоминает, закурить сразу хочется. Слава КПСС снял недвусмысленно, абсолютно точно шипперское видео о себе и Мироне, в котором загибал пальцы, отвечая на вопросы теста «Абьюзер твой партнёр или нет?». Мирон не был к такому готов… Он уже сто раз пожалел, что зарегистрировался, лучше бы не начинал там улыбаться вообще — меньше поводов для седых волос. Хотя, конечно, волос у него и так не особо много, но всё же. Фанатам ещё простительно — каждый дрочит, как хочет, как говорится, — но этот-то, прости господи, что и зачем творит?       Ещё до того как завёл свой, Мирон от общих знакомых знал, что Гнойный давно ведёт тикток, куда выкладывает очень странные кринжовые вещи. Ничего удивительного, конечно, это же Гнойный, все ему любую его нелепую выходку всегда прощают почему-то — постирония, метаирония, все дела. Мирон не был исключением и тоже «прощал», хотя правильнее даже будет сказать — игнорировал. По крайней мере старался. Ну не хотелось ему, чтобы его вообще каким-либо образом ассоциировали с этим имбецилом за пределами Исторической Хуйни. Этот несуразный парень казался ему слишком большим раздолбаем, ему такие рядом с собой не нужны, и какое-либо, кроме показушно-пренебрежительного, отношение к бывшему оппоненту могло в итоге сыграть против самого Мирона.       Слава ему то под твитом, то в директ в инсте что напишет. А стоило Мирону свой первый и пока последний тикток выложить, так тот сразу и под ним «нагадил» в комментариях: «Актив, как у пятиклассницы». Потом спамил, мол, разреши дуэты, заебал, столько теряешь. Потом ещё начал написывать, что найдёт его и лично заставит снять с ним тикток. Мирон, конечно, игнорировал — читал сообщения, но не отвечал. Что он там «терял»? Свой интернет-позор? Спасибо, этого ему как раз сейчас не хватало! Более того, насчёт того самого действительно стрёмного сообщения «Оксимирошкинс, я найду тебя, и мы снимем тикточек», объективно звучащего, как сообщение от сталкера, Мирон вообще был стопроцентно уверен, что Гнойный лишь стебётся над ним, просто вышел в этом деле на новый уровень.

***

      Мирон действительно очень хитровыебанный жид и весь план релизов и своих действий после них да-авны-ым-давно-о по пунктикам расписал. Выпустил «КТО УБИЛ МАРКА?» и ещё до релиза «Красоты и уродства» по-быренькому умотал в тёплую страну, где тихо-мирно отдыхал, набираясь сил после работы над новым материалом и перед первыми спустя столько лет столичными концертами. И хотя нигде — вообще нигде! — не афишировал этого, всё равно здесь он не чувствовал себя в безопасности на сто процентов. Из-за Гнойного. Он всё продолжал ему написывать, последние несколько раз — такое: «Мирошкииинс :))) уже на пути к тебе)) сказал же, что достану». Почему Мирон просто не взял и не заблокировал его — тоже хороший вопрос, но Мирону казалось, что лучше знать, что замышляет враг, чем быть спокойным в сладком неведении. И вот от таких сообщений ему с каждым разом всё больше становилось как-то не по себе, хотя он никому (себе в том числе) в этом не признавался.       Последние несколько дней в его желудке всё больше и больше закреплялось странное и всё-таки не особо-то обоснованное предчувствие того, что вот-вот что-то случится. Наверное, это уже своего рода паранойя, ибо умом он понимал, что объективных причин по-настоящему опасаться чего-либо не было.       — Он найдёт меня… — вдруг выдал Мирон и тут же в ужасе затаил дыхание, понимая, что случайно озвучил свои мысли.       — Ты реально думаешь, он настолько, — девушка красноречиво покрутила у виска, — что потратит время и деньги на то, чтобы…       Вдруг с улицы, в небольшом отдалении, послышался крик:       — МИРОН ЯНЫЧ, НЕ ОТВЕРТИШЬСЯ!       У Мирона сердце в пятки ушло, он стал белый, как полотно, и не мог пошевельнуться. Естественно, он знал (даже не догадывался, а именно знал), чей это голос. Девушка, взглянув на него, замеревшего, спокойно встала с кресла и подошла к перилам балкона, пытаясь разглядеть источник вопля.       — Я СТАКАН, ТЫ СТОПКА-А-А! — продолжал вопить голос.       Мирона бросило в жар. Без сомнений. Теперь сто процентов.       — Какой-то долговязый придурок с банданой на башке. Вон там слева, — она повернулась к Мирону, призывая того встать посмотреть.       — Да я могу даже не смотреть, и так понятно, — обречённо сказал он, но всё-таки встал и подошёл к перилам.       — Видишь, под пальмами?       — Я же говорил…       — Оу…       Слава, стоя под пальмой, растянув рот в хитрой улыбке, которую Мирон мог различить даже с такого расстояния, вдруг вздёрнул голову наверх, проходясь взглядом по фасаду отеля, на балконе которого были Мирон и девушка. Причём Мирон не смог определить, Гнойный заметил их или нет? Мирон понадеялся, что у того проблемы со зрением и он, даже если и увидел кого, не узнал его.       — Я ВСЁ РАВНО СНИМУ С ТОБОЙ ТИКТО-О-ОК!       Мирон тревожно порывисто вздохнул, отошёл от перил, осел на пол у стены, закрыв лицо руками и уткнувшись в колени, и устало простонал:       — Господи, за что мне всё это?!