Во всем виноваты "Шокеры".

      Сердце Попова забилось чаще, когда он услышал свое имя в связке с именем Шастуна. Помедлив у кресла, парень вышел на сцену, лишь мельком взглянув на своего коллегу. Пока Воля объяснял правила импровизации, Арсений старался не обращать внимание на смешки остальных участников и ехидные комментарии Сергея об очередном гействе на сцене.       — Ситуация следующая: девушка. — Заметив, что Попов указывает на Антона, Павел кивнул, сохраняя абсолютную невозмутимость. — Все верно, Арсений, ты — красавец мужчина. Антон, ты, как женщина, хочешь пойти заняться стрип-пластикой. А твой парень тебя всячески отговаривает.       На секунду Попову показалось, что в глазах Воли зажегся хитрый огонек, но мужчина быстро повернулся к зрителям.       — Импровизация «Меняй». Поехали!       Антон изобразил жест, будто откинул в сторону волосы, вживаясь в роль женщины. Подойдя к Арсению, он положил ладони на его плечи и принялся массировать.       — Дорогой. — Протянув по-женски и сделав голос звонче, Шастун массировал кожу коллеги. — Я тут подумала, что в нашу жизнь было бы неплохо внести разнообразия.       — Меняй! — Павел увлечённо наблюдал за поворотами на сцене.       — Я подумала, что мне как-то скучно…       — Меняй!       — Я решила тебя порадовать и записалась на стрип-пластику! — Шастун выпалил на одном дыхании, даже остановив свои движения руками.       — Куда?! — Арсений, изображая грозного мужчину, понизил голос и строго посмотрел на свою «жену».       — Буду танцевать красиво у шеста. — Довольная и гордая улыбка расплылась по лицу Антона, руки вновь начали гладить напряжённые плечи, которые расслаблялись с каждой пройденной минутой.       — Меняй!       — Я буду извиваться перед тобой как змея в брачный период.       — Меняй! — Воля смеялся, но хотел услышать что-то более интересное от Антона.       — Я буду вся такая красивая, облитая маслом, изображать для тебя секс, кружась на шесте! — Публика рассмеялась, представляя, как бы Антон выглядел в такой ситуации.              Арсений чуть не поперхнулся, услышав слова Шастуна. Руки парня все еще скользили по плечам Попова, что напрочь выбивало любые мысли из головы. Несколько раз пальцы Антона коснулись оголенной шеи парня, и от соприкосновения разгоряченной кожи с холодным металлом колец Арсения пробило дрожью.       — Дорогая, ты итак очень сексуально двигаешься. Может, лучше разнообразим нашу жизнь поездкой в отпуск?       — Меняй!       — Покупкой собаки.       — Меняй!       — Совместным занятием танцами.       — А вот это уже интересно, оставляем. — Расплывшись в довольной улыбке, Воля кивнул парням, прикрыв глаза.       — И правда, зачем тебе какие-то тренеры, когда у тебя есть я? — Скинув руки «жены» с плеч, Арсений ослабил невидимый галстук и, проведя ладонью от линии пояса, вскинул руку вверх, сексуально глядя на Антона.       Мысленно парень благодарил всех богов, что никто не слышит бешеный стук сердца в его груди. Не зная, куда заведет их эта импровизация, Попов продолжал играть свою роль, хотя с каждой минутой бороться с дрожью было все сложнее.       — Ты хочешь заниматься со мной? — Антон радостно подпрыгнул и хлопнул в ладоши.       — Меняй!       — Ты запишешь нас на секцию!       — Меняй.       — Ты станешь для меня шестом, дорогой!       — Замечательно, продолжаем! — Воле все больше нравился разворот действий на сцене, но его глаза по-сатанистски сверкали.       Как девушка, Шастун кинулся на шею Арсения, сжав того в объятиях. — Ну же, не стой столбом. А, нет-нет, стой шестом! — Антон принялся кружиться и осматривать Попова со всех сторон. — Ну же, погляди что я нашла в интернете.       — Меняй.       — Посмотри, чему я научилась! — Шастун грациозно начал изгибаться перед Арсением, словно змея, будто ненароком проводил горячими ладонями по телу, а в особенные моменты, будто исполняя танец тверк, задевал ягодицами о пах Арсения.       Из зала и со стороны коллег доносились восхищенные посвистывания и аплодисменты. Антон же самодовольно ждал ответную реакцию благоверного «мужа» на его действия, напевая мелодию и пританцовывая.       — Лена, ну кто же так танцует! — Арсений понимал, что если эта вакханалия не закончится прямо сейчас, то он больше не сможет держать себя в руках и представлять на месте Шастуна свою семидесятилетнюю учительницу по химии с отвратительной сиреневой шевелюрой и обвисшей грудью.       Отстранившись от Антона, он поймал недовольный взгляд «жены» и обворожительно улыбнулся.       — Смотри, как нужно. — Положив руку на плечо Шастуна, Попов поставил одну ногу на носок и чуть прогнулся в спине.       — Меняй!       Судорожно соображая, Арсений повернулся спиной и, скользнув по боку Антона, сел на корточки, широко раздвинув ноги.       — Меняй!       Дальше все было как в тумане. Взяв Шастуна за руку, Попов резко прижался к парню, и их переплетенные ладони оказались зажатыми на уровне груди между двух тел. Взгляд Арсения устремился на Антона, а дыхание стало частым и прерывистым.       Голубые глаза напротив заставили Антона забыться во времени, но пока он тонул в этих наивных и отчего-то грустных глазах, прошло буквально секунды две. Сглотнув, он убрал рассеянность с лица и снова натянул улыбку и захлопал глазками. Передернув плечами, чтобы прогнать жар, возникший меж лопаток, Антон крепче сжал руку Арсения.       — Что ж ты, дорогой, мы же не вальс будем учить.       — Меняй!       — Мы же не танго будем репетировать.       — Меняй!       Голова Антона отказывалась плыть мыслями по течению шуток.       — Мы же собирались танцевать русские народные танцы, милый! — И, почему-то, выйдя из роли женщины, Антон присел на корточки, вскинул ногами, щёлкнул пальцем по щеке и свистнул, словно хлопец.       Публика засмеялась этому действию, что вызвало облегчение в душе Антона.       — Все, парни, стоп-стоп! — Зааплодировав, Воля нажал на кнопку. — Можете присесть отдохнуть, но не засиживайтесь, ведь дальше нас ждёт замечательная импровизация под названием «Красная комната»! — Снова глаза ведущего хитро блеснули, одарив парней издевательским взглядом. Зрители довольно улюлюкали, представляя, что же будет твориться в этой комнате. — Правила этой импровизации просты. Красная комната сделана декорацией на полу, а наблюдать мы будем за действиями в ней по камере, прикреплённой под потолком. Парни будут в лежачем положении импровизировать данную мной ситуацию. — Павел перебрал карточки, словно тасовал колоду карт, и лишь ему одному было известно то, что в них написано.       За то время, что команда участвовала в импровизациях с участием гостя программы, Мигеля, Арсений смог немного успокоить разбушевавшиеся мысли. Он не понимал природы своих чувств, но лишь при одном взгляде на Шастуна его сердце начинало заходиться в бешеном ритме.       «Это просто долгое отсутствие секса, Арс. С тобой все нормально. Антон твой коллега, а между коллегами не может быть ничего, кроме дружбы».       — И в красную комнату отправляются Арсений Попов, Антон Шастун и Дмитрий Позов!       Арсений чуть не прослушал свое имя, и потому поднялся с пуфика с излишней торопливостью.       — Что, Арс, уже не терпится начать? — В лукавых глазах Воли сверкнули искорки. — Итак, Антон — ты неверная жена. Арсений, ты — любовник. Дима, а ты муж, который вернулся в самый неподходящий момент. Импровизация «Красная комната». Поехали!       «Блять», — прикрыв глаза, Арсений широко улыбнулся и лег на пол, погружаясь в омут темных лучистых глаз.       — Паш, а можно в следующий раз я буду феминисткой или транссексуалом? — Антону снова выпала роль девушки, что ему не особо понравилось, но деваться было некуда. И он надеялся что в его сарказме ведущий не увидит грубости.       — Как пожелаешь, Антош. — Злобно прохихикал Воля и махнул головой. — Тебя любовник заждался, в другом месте будешь языком чесать. — Публика выпала со смеху, довольно аплодируя.       Наигранно надув губы и ссутулившись, Антон опустился на красный ковёр. Передвигаться по нему в одежде было практически невозможно, но Шастун упорно подполз шагами к любовнику.       — Ах, ну я вся горю, вся горю. — Томно хихикая, Шастун вновь положил руки на плечи Арсения и принялся поглаживать тело от шеи вниз к груди.       — Ох, Мариночка, а муж точно в командировке? — Понизив голос до хриплого баса, Попов неловко повернулся к Антону.       — До воскресенья он в Омске. — Похлопав ресничками, Антон словно зашагал пальцами по груди Арсения, двигаясь к краю футболки. — И нам никто не помешает.       — Я извиняюсь. — Все это время Дима старательно пытался дойти до героев любовников. Достигнув своей цели, он упер руки в бока и грозно посмотрел сначала на «жену», а потом на ее пассию. — Ну и как это понимать?       — Что ж, трубы я починил. А теперь, пожалуй, пойду. — Отвернувшись от Антона, Арсений уперся взглядом в Диму и потряс невидимым чемоданчиком.       — Стоп! А теперь представьте, что вы — артисты цирка Дю Солей. Продолжаем.       — Алле оп! — Развернувшись на ковре, Антон положил руки на плечи Арсения, сделав вид, будто он выполняет поддержку.       — Ну я тебе сейчас покажу, Мариночка! — Грозно засучив рукава, Дима изобразил, будто взялся за что-то. Показывая, что он раскачивается на невидимых канатах, мужчина приблизился к коллегам, и словно обвязал канатом шею Арсения-любовника, принялся душить.       — Милый, ты все не так понял, это же наш трубочист Колька, ну ты что, забыл? — Паникуя, Антон начал бить ладошками Дмитрия по рукам, в то время как Арсений изображал удушье.       — И какие же трубы он чистил, твои? — Даже в комнате актеры услышали волну смеха из зала, и Арсений за спиной Антона сдерживал смешки, прикрываясь кашлем.       — Теперь продолжайте так, будто вы студенты Хогвартса, поехали!       — Или быть может вы тут заклинания учили, Хагрид вас раздери! Я подаю на развод, Мариночка, и сову я заберу с собой! — Топнув ногой, мужчина гордо и обозленно отвернулся.       — Да вы все не так поняли… — Посмотрев на Антона, Попов сделал жест рукой.       — Олег.       — Вы все не так поняли, Олег. Мы просто играли в квиддич. — Запрыгнув на невидимую метлу, Арсений поднялся вверх и вытянул руку перед собой. — Вижу снитч, Марина!       — Какой квиддич, Колька, Вы в своем уме? — Задохнувшись от возмущения, Дима вновь повернулся к Антону и Арсению. — Да Авады Кедавры на вас двоих нет!       — А теперь представьте, что вы — герои вселенной Звездных воин. Начали!       Спрыгнув с метлы, Арсений достал невидимый световой меч и прикрыл рот и нос рукой.       — Люк, я твой отец! — Голос вышел глухо и был так похож на оригинал, что зал разразился овациями.       Отхвативший от Димы подзатыльник, Арсений попятился назад.       — Ты хоть определись, трубочист ты, Гарри Поттер или мой отец! А она тогда кто, магистр Йода? — Махнув рукой в сторону Антона.       — Бывало не права когда-то я становилась, сердце тебе мое отдано лишь! — Приложив ладони к груди, Антон послал поцелуй Дмитрию, хотя взгляд его был в упор направлен на Арсения.       — Все, ребята, стоп, вы молодцы. Можете возвращаться! — По команде Воли парни поднялись наконец-то на ноги и разминали спины.       Довольные они вернулись в зал.       — А сейчас, дорогие зрители, вы увидите одну из моих любимых импровизаций — «Шокеры»! — Ведущий достал несколько браслетов и пульты к ним.       В этот момент Антон поймал взгляд Арсений и улыбнулся уголком губ, вспоминая репетицию.              На счастье итак слишком впечатленного за выпуск Попова в шокерах участвовали Дима и Серега. Арсений испытал облегчение, поскольку близость с Антоном напрочь лишала его всех мыслей, а этого парень допустить никак не мог. Но к облегчению примешалось и чувство разочарования, которое Попов пытался гнать от себя прочь всеми способами. Пока парни пытались угадать букву, получали удары током и при этом искрометно шутили, взгляд Арсения то и дело скользил к Антону и обратно. Наблюдая за коллегой, его искренним смехом, радостными хлопками и тем, как проявляются морщинки в уголках глаз, Попов ловил себя на мысли, что сидит с глупой улыбкой и спешно переводил взгляд на Диму и Серегу.       — Все, стоп, я не хочу больше никого мучать! — Зал зааплодировал, а Воля нажал на кнопку, наполняя студию гудками.       — Это была Импровизация на канале тнт! А теперь попрощаемся как секретные агенты! — И Павел, сложив ладони пистолетом, стал искать мишень среди зрителей.       Арсений, собравшись, сделал вид, что разговаривает с кем-то через наушник, а Серега, прижавшись спиной к стене, заскользил в сторону кулис. Антон, перекатившись по полу, вполз в закулисье и уже там встал на ноги и отряхнул штаны, а за ним следом заполз Дима.