Часть 11
13 февраля 2022 г., 14:27
***
Весь день Попов провел в своей комнате, не выбираясь даже на общую кухню. Последнее, что сейчас хотел Арсений — это видеться с квартирной хозяйкой и выслушивать очередные пошлые шуточки. Поэтому парень, не выбираясь из-под одеяла, до самого вечера просидел за сериалами от Нетфликс, не особо, в прочем, следя за событиями на экране. Когда давление стен стало практически невыносимым, Попов, накинув чёрную рубашку выскользнул в вечерний Санкт-Петербург. Исследуя район, Арсений однажды наткнулся на удивительное место, сразу же ставшее для него любимым. И этот закат парень хотел встретить именно там. Солнце, такое редкое для вечно хмурого города на Неве, клонилось к закату. Арсений, держа в руках стаканчик с кофе, блуждал взглядом по питерским крышам, а из наушников доносилась надрывная попсовая песня. «Мы курим, вдыхая с этой смертью Те горькие минуты, те жалкие причины нашей лжи. Но…» Горько усмехнувшись, Арсений достал пачку сигарет и, вынув одну, медленно закурил, выпуская в небо дым. Интересно, как там сейчас Шастун?***
Антон провёл выходные, напиваясь до сонного состояния. На счастье, ему снились какие-то бредовые отрывки, связанные с миром волшебства, так что подсознание решило не издеваться надо хозяином и сжалилось над ним, освободив от терзаний по имени Арсений. Но вечером, перед рабочим днём, Антон наслаждался тёплым концом дня, курив в окно. Странные мысли пришли в его голову и, достав смартфон, он забил в гугл запрос «Арсений Попов». Пролистав пару сайтов, где говорилось о начинающем артисте, он наткнулся на Инстаграм коллеги. Полистав его профиль, внимание остановилось на одном фото, в которое Антон долго вглядывался, делая затяжки, а именно смотрел он в его глаза, будто надеялся найти в их глубине ответы на все вопросы.***
На работу Арсений ехал, пребывая в состоянии тревожности. Он не знал, с чем столкнётся, когда войдёт в гримерку, и неизвестность пугала Попова сильнее, чем кастинг на Импровизацию или поступление в театральный. Все выходные Арсений старательно замазывал засос всевозможными мазями, и потому сейчас на шее парней виднелось лишь желтоватое пятно. В гримерке, кроме Попова, был только Серёга, и это позволило Арсению хоть немного расслабиться. Сев в кресло, он прикрыл глаза, настраиваясь на рабочий лад. Сергей прохаживался по гримерке, нацепив наушники, что-то едва слышно подпевал и пританцовывал, щелкая в такт музыке пальцами. Эту какофонию звуков нарушил скрип открывающейся двери. — Всем здорова, ну что, зажжем сегодня? — Бодрый и улыбающийся Антон влетел в гримерку и скинул сумку с плеча. Сегодня он решил выложиться на все сто и делать вид, будто ничего и не случилось. Почти что одновременно с Димой к парням зашел ведущий. — Друзья, мы снова с вами меняемся, так сказать, партнерами, публика требует, чтобы карлики были с карликами, а долговязые, ну вы поняли. Так что все возвращаем на свои места и готовимся взрывать сегодняшний вечер! После шоу — собрание, всем быть. — Изобразив грозность глазами, Павел улыбнулся чему-то своему в голове и вышел за дверь. С губ Арсения чуть не сорвался вздох облегчения, когда он увидел Шастуна в привычном расположении духа. А новость о смене партнёров по импровизации зажгла ещё больший огонёк в глазах Попова, и на сцену парень выходил с искренней улыбкой. — Это я, привет, всем привет! — Помахав зрителям, он занял свое место и принялся ждать остальных парней. Когда актёры заняли свои места, Павел с улыбкой, полной предвкушения, повернулся к залу. — И наша первая импровизация — «Предметы». Коротко расскажу о правилах. Пока Воля объяснял все нюансы этой сценки, парни разделились на пары и стали изучать то, с чем им предстояло отыгрывать роли. — Ну и как это применить? — Сергей озадаченно почесал затылок, рассматривая округлую штуку в своих руках. Арсений же почти не уделил своему предмету внимание. Его взгляд был устремлен на Шастуна, а на губах играла улыбка. Антон крепче перехватил ткань, примотанную к какой-то палочке, придумав ей применение, он протянул Арсения за собой на сцену. — А это — Тутанхамон, величайшая мумия всех времён. — И Шастун принялся обматывать коллегу этой самой тканью. Раздался бодрый гудок, оповестив, что их сценка принята, и они вернулись на место. Затем выходили парни, снова Антон, и так по кругу, пока ведущий не остановил эту вакханалию. — Замечательно, друзья, молодцы. А теперь импровизация… — Хитрый взгляд Павла блуждал по залу, держа людей в интриге. — Ваши любимые «Шокеры», на которые приглашаются ваши любимые долговязые и неуклюжие мальчишки. Нацепите на них наручники! — Скомандовал Воля, хитро ухмыляясь и доставая пульты. Антон старался держать дистанцию с Арсением и практически не разговаривал помимо рабочих моментов. Встав с ним в декорациях в виде операционной, он принялся рассматривать инвентарь. — Итак, хирург и медсестра готовятся к операции. Импровизация «Шокеры», поехали! Покажите нам букву! — Ведущий посмотрел на экран, встроенный в пол и довольно кивнул головой. В этот раз Антон сразу же принялся изображать из себя доктора, так что роль медсестры автоматически легла на плечи Арсения. — Оленька, передайТе мне, пожалуйсТа, дезинфекТор. — Антон протянул руку к Арсению, которую тут же пронзил долгий разряд тока. Скривившись, он припал на одно колено и злобно посмотрел на ведущего, погрозив пальцем. — ВоТ, Владимир Николаевич. — Взяв бутылек с прозрачной жидкостью, Попов сделал шаг к Шастуну. Воля словно выжидал подходящий момент и потому нажал кнопку тогда, когда Арсений был совсем близко к Антону. Дернувшись, Попов нажал на дозатор, и склизкая жидкость забрызгала штанину Шастуна. — Какая я неуклюжая! — Схватив со стола тампон, Арсений опустился на одно колено и принялся оттирать пятна. — И воТ ТуТ ещё одно. Удар был такой силы, что Попов, дернувшись, ударился лбом о тазовую кость Шастуна. Осознав всю нелепость своего положения, Арсений закусил губу, надеясь, что он не покраснеет, как школьница перед первым поцелуем. Но залу понравился такой расклад, и неловкость Попова они встретили бурными овациями. — Это буква Т! — Тыча пальцем в ведущего, эмоционально кричал Антон под бурные овации зрителей. Протянув руку парню на полу, Шастун помог тому подняться на ноги. — Все верно, поменяйте нам букву. — Павел вновь посмотрел на экран и кивнул. — Продолжайте. — Ради Бога, дорогая, ведите себя прилично при пациенте. Хотя, он будет в отключке и Мы в праве делать все, что вздуМается! — Антон положил руку на талию Арсения, и в этот момент по его рукам пробежался ток, отчего он только крепче прижал к себе коллегу и прижался головой к плечу, укусив того за кожу от боли. Закусив губу, Попов зажмурился, чуть не ругнувшись. Но вместо этого он кокетливо улыбнулся и кончиками пальцев пробежал по плечу Шастуна. — ВладиМир Николаевич, а Вы шалун! — Разряд тока заставил Арсения вцепиться в предплечье Антона и вновь зажмурится. — Если Мы сейчас не вернёМся к пациенту, боюсь, он может больше не проснуться. — Попов хотел отстраниться от Шастуна, но разряд тока вновь кинул его в объятия парня. Выдохнув, Антон все же отстранится от поддерживающего плеча и что-то смекнул. Хитро прохихикав, он подошёл к столу. — Что же требуется? — Неотрывно смотря на Волю, Антон принялся брать предметы со стола. — Скальпель. Спирт. Ножницы и нити. Игла, а ещё бинт, точнее Мар…ля. — Разряд прошёлся по рукам артиста и он подкинул пачку марли вверх. — Это буква М! — Улыбка на лице Антона была вновь весёлой и беззаботной. «Какой же ты, сука, красивый.» Арсений невольно засмотрелся на лучистое лицо Шастуна, и сердце парня пропустило удар. От Попова не скрылось, что Антон все ещё старался лишний раз не встречаться с ним взглядом, но сейчас для него было куда важнее то, что в глазах Шастуна больше не было отголосков душевной боли. — Арс, что-то ты какой-то недогадливый. Может, тебе тока прибавить? — Крутнув датчик, Воля нажал кнопку и тело Попова пронзило сотнями иголок. Зашипев, он задел инструменты, и они с грохотом посыпались на пол, а сам парень чуть не упал, но вовремя схватился за столешницу. — Мы знаем букву, погнали. И смотри у меня, Арсюшка. — Погрозив пальцем, Павел лукаво улыбнулся и крепче сжал пульты, готовый в любой момент нажать на кнопку. — Начнём, Оленька! — Скальпель. — Найдя чудом оставшийся на столе инструмент, Арсений протянул его Антону, заняв место справа от парня. — ЗажИм? — Очередной разряд, который Арсений принял более стойко: актёр лишь всплеснул руками, но инструмент не выронил. Сочувствующе смотря на коллегу, Антон подошёл ближе и принял из его рук инструмент. — А теперь будьте добры Иголку с нИтью. — Ток заставил Антона прыгать на месте. — Ай, ай, ай! — Тряся руками, Шастун кружился около стола. И снова уперев недовольный взгляд в ведущего, он поправил колпак на голове. — Оленька, прошу тебя, швы, пожалуйста, налож… — Догадка пронзила мозг артиста и он усмехнулся. — Сделайте пару швов, Оленька. — Заведя руки за спину и сцепив их там в замок, Антон подошёл сзади к Арсению и смотрел через плечо за тем, как тот изображает операцию. Близость Арсения вызывала жар по шее, отчего Шастун шумно сглотнул, едва не прикрыв глаза, и тайно втянул запах парфюма Арсения в свои лёгкие. — Почему-то мне кажется, что это буква И, Владимир Николаевич. — Чуть повернув голову, Попов улыбнулся одними уголками губ. — Верно! Молодец, Арсюшка. Все, стоп, хватит! — Павильон наполнился мелодичным звоном, и зал взорвался аплодисментами, провожая актеров из декораций. — Это было шоу Импровизация на ТНТ! А теперь прощаемся как в индийских фильмах! — И Воля пустился в странный танец, вскинув руки, согнутые в локтях. Остальные парни подхватили настрой ведущего и, танцуя, скрылись за кулисами. — Парни, я горжусь вами! — Собрав всех в гримерке, Павел с хитрой улыбкой посмотрел на каждого их присутствующих. — Наш первый выпуск был выпущен в эфир и… — Сделав театральную паузу, Воля кашлянул, играя на нервах парней. — Он порвал все рейтинги! — Вскинув руки, Павел радостно заулюлюкал, а через мгновение к нему присоединились и остальные. Коллектив не верил своим ушам. Осознание серьёзности ситуации пришло к ним только тогда, когда Паша показал статистику на экране планшета. — Ну, это дело нужно отметить! — Предложил Сергей, и его идею поддержали остальные. Завалившись в бар, парни решили выбрать что-то покрепче, чем пиво. Поэтому на столе у них стояла уже вторая бутылка коньяка, которая заметно пустела на глазах. Арсений лишь делал вид, что пьёт вместе с остальными, но большую часть рюмок он пропускал, ведь после последней попойки и жесткого отходняка повтора не хотелось. Зато Антон только успевал брать рюмку за рюмкой, либо он был так рад новостям, либо был опытен в этом деле, никто не знал. Первый ушёл самый горе-заводила Серёжа, а следом за ним пошёл домой Дмитрий. Антон же оставался с Арсением, ведь у них стояла ещё недопитая бутылка. — Ну-ка, Арсюш, посмотри, что там ещё пишут. — Набивая рот тарталетками, Шастун кивнул в сторону смартфона Арсения. В душе Попов ликовал, сидя так близко к Антону, что их плечи периодически соприкасались. Радостное событие и алкоголь окончательно стёрли все недопонимание между парнями, и Шастун вновь стал вести себя с Арсением, как раньше. Взяв свой смартфон, Попов присвистнул. — Кажется, слава уже нас настигла. Сотня новых подписчиков в инсте и несколько десятков комментариев. — Пролистав ленту, Арсений остановился на одном из заинтересовавших его постов. — Вот, смотри. — Протянув телефон Антону, Попов как бы невзначай коснулся его руки кончиками пальцев. Сощурив пьяные глаза, Шастун попытался вчитаться в текст. — «А особенно мне понравился тандем Попова и Шастуна. Вместе они отыгрывают, как боги». Нет, ты видел, Арс? Оказывается, мы боги. — Усмехнувшись, Антон закинул руку на плечо Попова, машинально принявшись играть с воротником рубашки парня. Расстояние между ним и Шастуном было так мало, а влечение так высоко, что Арсений, повернув голову, принялся пристально смотреть на Антона. Словно почувствовав на себе взгляд парня, Шастун обернулся, продолжая глупо улыбаться. — Как же ты прекрасен… — Прошептав это на выдохе, Попов прижался губами к губам Антона, и зажмурился, ожидая как минимум апокалипсиса. Совершенно не думая ни о чем, кроме как о мягких губах Арсения, Антон вжался в них напористым поцелуем, позволяя языку скользнуть по нижней губе парня. Тепло в животе, а может и в самом сердце, разлилось и взорвалось словно сверхновая звезда. Обхватив лицо Попова, Шастун как можно сильнее и крепче, ближе прижимал его к себе, целуя жадно и одновременно трепетно, будто не мог надышаться этим моментом. И в эту секунду ему было плевать, что они находятся в баре, где сонная официантка мыла стаканы на кухне, что за спиной, в углу сидел одинокий мужчина, готовый вот-вот рухнуть опьяненным телом на стол и уснуть. Важно лишь было сейчас одно, что губы Арсения так по-родному правильно целуют его губы. — Ты даже представить себе не можешь, какой ты потрясающий, Шаст. — Прервавшись лишь на мгновение, Попов вновь приник к губам Антона. Коснувшись щеки Шастуна кончиками пальцев, Арсений запустил руку в волосы парня, наслаждаясь каждой секундой в объятиях того, к кому так рвалось его сердце. Теперь Попов понимал, что пропал уже тогда, когда Антон пожелал ему удачи на кастинге. А теперь он и вовсе тонул в этом омуте нежности и страсти. Нащупав руку, Шастуна, лежащую на кожаном сидении, Арсений переплел пальцы, желая ощущать парня каждой клеточкой своего тела. Голова шла кругом, но Попов был счастлив, от того, что это чувство возникло у него вовсе не от алкоголя. Оставаясь практически трезвым, Арсений старался запомнить каждое мгновение и мечтал лишь об одном: чтобы этот вечер не заканчивался. Наслаждаясь касаниями губ Арсения, Шастун чувствовал как с каждой секундой пьянеет все сильнее и сильнее. Нехотя оторвавшись от горячих губ, он облокотился лбом о плечо Попова, сонно и расслабленно обняв того за талию. Со стороны можно было подумать, что ему плохо, но Антон лишь прятал широкую глупую улыбку в ткани одежды Попова. — Все, парни, мы закрываемся. — Официантка, повесив полотенце на плечо, указала настенные часы. — И этого с собой захватите, пожалуйста. — Скривив лицо, она указала на спящего в углу мужчину. — Я вызову такси. — Склонившись к Шастуну, Арсений лёгко коснулся волос парня, даже не пытаясь скрыть нежность в голосе. По невнятному бормотанию Попов понял, что Антон согласен с его идеей, и потому в несколько кликов заказал машину ко входу в бар. Ночной Санкт-Петербург был погружен в блаженную тишину, а небо уже не было таким иссиня-черным, как ещё несколько дней назад. Приближалась пора белых ночей, и Арсений мечтательно вздохнул, представляя, как они с Шастуном встречают рассвет, целуясь на одной из крыш. — Удачи вам, пацаны. — Пьянчуга, вышедший следом за парнями, махнул рукой в их сторону и, шатаясь зашагал прочь. Усмехнувшись, Попов устремил все внимание на Антона, который стоял на ногах, кажется, только благодаря Арсению. А ведь Арс даже и не заметил, насколько Шастун был пьян. Усадив Антона на правое заднее сидение, Попов сел позади водителя, и старенький Форд неспешно покатил по спящим улицам. Шастун смотрел в окно, все ещё улыбаясь, как мальчишка, а его левая рука, максимально расслабленная, лежала на сиденье. Взглянув в зеркало заднего вида, Арсений отметил скучающий взгляд водителя, устремленный лишь на дорогу, и это придало Попову уверенности. Медленно опустив правую руку на сиденье, он скользнул по мягкой обивке и, нащупав руку Антона, крепко сжал ладонь парня, переплетая пальцы. Шастун, оторвав взгляд от окна, повернулся к Арсению и, вновь улыбнувшись, погладил большим пальцем ребро ладони Попова. Такси уносило парней в самый отдалённый от центра район, но Арсению было все равно, в каком направлении двигаться. В его руке лежала рука Антона, и это было сейчас важнее всего. Сонное сознание Антона едва не пропустило свой дом. Выпитый алкоголь, позднее время и спокойная обстановка, в которой мягкая рука Арсения сжимала его руку, морила парня сильнее любого снотворного. Увидев знакомые дворы, он разлепил глаза и заплетающимся языком проговорил. — Остановите здесь. — Такой же сонный водитель лениво припарковался у первого попавшегося подъезда. И даже не обращая на него никакого внимания, Антон повернулся к Арсению, и, взяв того за затылок, притянул к себе и накрыл губы парня своими, оставляя на них уверенный поцелуй. Слова были сейчас излишни, поэтому, оторвавшись, Шастун вылез из машины, нечаянно громко хлопнул, и побрел в сторону своего подъезда. На губах ещё оставалось чувство касания губ Попова, их вкус, и это чувство, стягивающее живот в узел. Поднявшись в квартиру, Антон рухнул в кровать, даже не раздеваясь, и отключился в ту же секунду.
