Мой невыносимый босс

На том конце провода что-то затрещало, запищало, а потом послышался грубый шершавый голос: — Мисс Бернелл? — Слушаю. — Мистер Локид в полиции. — Чего? — я качнулась на стуле и едва не упала, чудом удержавшись. — Знайте такого? — Знаю, — растерянно пробормотала я и тут же услышала на заднем плане голос босса. Тот, явно выпивши, что-то кричал. Потом раздалась громкая бессвязная брань, удар и какой-то по-детски жалобный плачь. — Я сейчас приеду. Больше не медля ни секунды, наспех одевшись и причесавшись, я побежала на помощь. Такси, как обычно бывает в важные моменты, задерживалось. Измеряя шагами площадку возле отеля, я то и дело глядела по сторонам. В кармане нашлась упаковка сигарет и зажигалка. Я покрутила никотиновые трубочки в руках и уже хотела закурить, но в последний момент остановилась, вспоминая, каких усилий мне стоило бросить. Я зло смяла картонный прямоугольник и швырнула его в мусорку. Машина, наконец, подъехала и, резко затормозив, обрызгала мои бежевые хлопковые брюки из лужи. В любой другой ситуации я бы устроила скандал, но сейчас меня мало волновала испорченная одежда и извинения таксиста. В голове был лишь Локид.

***

В участке меня встретил совсем молодой парнишка, пересчитывавший купюры. Увидев меня, он быстро спрятал деньги в карман и дружелюбно улыбнулся: — Лайа Бернелл? Я кивнула. — Пройдёмте за мной. Ноэ сидел на деревянной скамье, оперевшись о прутья решетки, и что-то зауныло напевал. Вместо дорого пиджака, который красовался на нем с утра, на плечах висел рваный грязный свитер. Я испытывала странную смесь противоречивых чувств. С одной стороны, мне было до боли жалко босса, с другой,  я на него очень сильно злилась и была готова придушить. Снова. Уже в который раз за год. — Ваш? — Ага, мой, — пробормотала я, — а что с ним.? — Буянил. Подрался с бомжом. Тот у него одежду спер, — хихикнул полицейский. — как только деньги оставил… — он, поняв, что сболтнул лишнего, неловко почесал затылок, — ну вы это, забирайте его. Блондин, не догадываясь о моем присутствии, завел бессмертную классику:

«Сижу за решеткой в темнице сырой.

Вскормленный в неволе орел молодой…»

Громыхнул тяжелый замок, и только после этого Локид поднял голову: — О, Лайечка! — радостно завопил он, цепляясь за меня и чуть не сбивая с ног, — любовь моя… Пришла за любимым начальником, да? У-у-у, дай-ка я тебя чмокну. Мужчина, забавно сощурившись и сложив губы уточкой, потянулся к щеке, но вместо этого едва не клюнулся в стену. Парень в форме с сочувствием глянул на меня, но ничего не сказал, лишь помог дотащить тело босса до выхода и вызвал машину.

***

— Этот… Николас… — шатаясь, пробормотал Ноэ, — хрен зеленый… сваз… свакз… сказва… — он в отчаянии плюнул на асфальт, тяжело вздохнул, собираясь, — сказал, что богатые… эти… ну… — послышалось грязное ругательство, а затем Локид отчеканил по слогам, — э-го-ис-ты. Нет, ну ты понимаешь… Я ему пиджак, а он, — мужчина махнул рукой, перебирая ногами куда-то в сторону. Пришлось приложить немало усилий, чтобы устоять, — он драться… Дальше уже трудно было разобрать лепет босса. Да и это меня мало заботило. Куда важнее было дотащить здоровенную тушу до номера.

***

Пыхтя, словно закипевший чайник, я ввалилась в его люкс. На ресепшене на нас смотрели с подозрением и нескрываемым раздражением, но молча. Деньги, которые Локид отдал за номер, намертво заткнули персоналу рот. Я свалила начальника на кровать и только теперь выдохнула. Принюхалась. От свитера несло помоями. Пришлось снимать его и укрывать босса одеялом. Сил не было. Комната кружилась, ноги подкашивались. «Сесть, Лайа. Нужно сесть. На пару минут, а потом к себе» Я плюхнулась рядом. Веки налились свинцом. Лишь на секунду прикрыв глаза, я заснула.

***

Было приятно. По телу от макушки разливалось тепло, и спускались мурашки. Нос щекотал приятный пряный аромат. Я, неожиданно для себя мурлыкнула и тут же, испугавшись, распахнула глаза и чуть не вскрикнула от увиденного. Ноэ аккуратно гладил меня по волосам, иногда путаясь в них и слегка дергая. Я чуть повернула голову, все еще притворяясь спящей. Локид смотрел на меня и улыбался. Но не так, как прежде. Не было в этой улыбке ни коварства, ни превосходства, ни гордости. Скорее она была задумчивой или, быть может, даже грустной. Момент пропитался какой-то особой магией, рушить которую ой, как не хотелось. Заметив дрожь ресниц, Ноэ улыбнулся шире, приподнимаясь на локтях. Одеяло сползло, открывая пресс. — Прошу прощения, мистер Локид… — забормотала я, вскакивая. Он перебил меня. Аккуратно сжал запястье, потом спустился ниже. Расправив ладонь, прикоснулся к ней губами. Такой жест был весьма… Неожиданным. Скорее я думала, что он потянет меня на себя и начнет снова приставать. И откуда в нем только взялось это рыцарство.? Я опешила и оттого попыталась вырвать руку, но не вышло. Он крепко держал меня. — Спасибо, что не бросила  вчера, просипел он, откашливаясь. Его глаза как-то нездорово белестнули. Я инстинктивно коснулась  лба. Горячий. Несколько часов в холодной камере дали о себе знать. — У вас температура. Мужчина что-то хотел сказать, но я его остановила, обратив внимание на синяки под глазами, бледную кожу и неестественный румянец на щеках. Кажется, ему было очень, очень плохо. Билеты на обратную дорогу пришлось откладывать. Последовали дни, схожие как две капли воды. Локид храбрился, пытаясь показаться здоровым, но сам едва держался на ногах. А я… Я просто не могла его оставить. Когда тот забывался беспокойным сном, приходилось дорабатывать его проекты, а после отчитываться.

***

За окном давно горели звезды, когда я, обессиленно облокотилась на спинку стула. Комнату освещал тусклый теплый свет ночника. Ноэ было лучше. Сбитое простудой дыхание выровнилось, волосы больше не блестели от выступившего пота, и только бледность кожи выдавало его болезнь. Я встала и на цыпочках побрела к выходу, когда теплые мужские пальцы схватили меня за ткань брюк и потянули вниз. — Лайа, пожалуйста, — Локид закашлял, — останься. — Но… Мистер Локид, я… — Я хочу провести эту ночь с тобой, — на потрескавшихся губах проскочило подобие привычной ухмылки, — приставать не буду, обещаю. Я, сама не ожидая от себя такой реакции, кивнула. Кровать скрипнула, чуть продавливаясь подо мной. Уже засыпая, я почувствовала, как Ноэ осторожно переплел наши пальцы. Так прошли ещё три дня. Каждый вечер я оставалась в его номере, и каждый вечер он держал слово. Не приставал, не лез с поцелуями, а лишь сжимал руку. Когда настал день отлета, мне было несказанно грустно. Я так привыкла к его компании, что теперь просто не могу представить свой вечер в одиночестве. К тому же, то, что я хочу ему сказать, точно изменит его отношение ко мне. Но только в какую сторону? Я смотрела в окно на бегущие струйки воды. Тело била мелкая дрожь. Не от холода, вовсе нет. Я боялась. Боялась произнести это вслух, боялась его реакции, боялась… «… потерять его» Забегавшись с болезнью Ноэ, с конкурсом, я совсем забыло об одной вещи. — Ты чего, Лайа? — мужчина подошел сзади, положив ладони мне на плечи, — выглядишь хреново. Не оборачиваясь, пересохшими губами и севшим от волнения голосом я прошептала: — У меня задержка. Фраза повисла в воздухе. Локид молчал. Внутри все сжалось в комок и рухнуло к пяткам, когда он, наконец, заговорил.