По этим камням ходят души

«Это место играет с нами», — повторил в который раз про себя Джейсон, когда тоннель привел его в очередную пустую пещеру с несколькими темными провалами-коридорами. Он двигался ровно в ту сторону, куда должен был попасть Ник, отделенный завалом, но вместо друга находил сплошные камни. Камни, камни, песок и еще раз камни. Рация опять отказывалась выдать хоть что-то приличнее белого шума, и приходилось идти вслепую, даже не зная, как там Ник и не придавило ли того обвалившейся землей. Гребаные реликты прошлого, — хотя, по всей видимости, и не такого далекого, — растяжки, понаставленные кем-то не только в храме, но и в природных тоннелях пещер. Этот кто-то явно не скупился — навалил взрывчатки будь здоров, намереваясь если не подорвать, так похоронить тварей под камнями. Не то чтобы лейтенант осуждал своих призрачных предшественников за желание по максимуму защититься от рыщущих повсюду тварей, но необходимость смотреть еще и под ноги, а не только вперед, отчетливо наседала, подтачивая натянутые нервы. Напряженный тишиной слух уловил ставший до страшного знакомым звук, заставивший замереть на месте, а потом заозираться в поисках угрозы. Мерзкий клекот отражался от каменных стен, рикошетя и не позволяя определить даже примерную сторону, где могла бы засесть тварь. Джейсон крепче сцепил зубы, гася зарождающуюся панику и глубоко дыша. Сердце затараторило под хлипкой для когтей преградой бронежилета, мозг говорил, нет, орал, что надо бежать, пока не поздно, но Колчек не знал — куда, чтобы самому не напороться на скалящуюся морду. Вдруг ко рту рывком прижалась холодная ладонь, и по затылку пробежали леденящие мурашки. Джейсон хотел было дернуться, чтобы вырваться из неожиданного захвата, но над ухом зашептал чужой голос: — Тише, тут неподалеку сидит демон. Это определенно был английский, и только поэтому Джейсон сразу же не заехал прижавшемуся к нему со спины мужику прикладом с разворота. — Нельзя шуметь. Они как летучие мыши ждут звука. Они слышат — они нападают. Хоть он и говорил на английском, но явно подбирал слова, а в речи проскакивал акцент. Иракец. Правда, осознание того, что где-то рядом находится уебище пострашнее какого-то вражеского солдата, — Джейсон видел краем глаза форменные рукава, — заставляло смириться с вынужденным… союзником, по-видимому. Иначе хуй ли тот сейчас распинался перед Колчеком, вываливая на него свои познания о тварях, не давая и слова вставить в ответ. Наконец, закончив со своим словоизлиянием, иракец отнял ладонь от лица Джейсона, и тот смог обернуться, чтобы увидеть своего «спасителя». Мужик и вправду оказался солдатом — потрепанная и местами заляпанная кровью желтовато-зеленая форма иракской армии с разгрузкой на ремнях, плавно-округлые, характерные для местных черты лица, короткая стрижка черных волос, черные широко раскрытые глаза, в ответ не отрывающиеся от американца. И ебаная, откуда-он-ее-сука-вытащил, арматурина с, кажется, запекшейся черной кровью на металле. Иракец сжимал железку в своих руках так крепко, будто та была его последней надеждой. Хотя, исходя из ситуации… Джейсон не видел при нем ни автомата, ни даже пистолета, так что, вполне вероятно, так оно и было. — Оно в той стороне, — указал мужик в один из краев пещеры, скрываемый массивными камнями. — Охуенно, — шикнул Колчек, проследив взглядом направление и стискивая в руках винтовку, после возвращаясь глазами к иракцу и с прищуром высматривая на чужом лице признаки того, что тот собирается что-то выкинуть. — Нужно его обойти, — чуть заметно покачал головой он в ответ на колкий взгляд американца. — А че сразу не захуярить? — указал дулом оружия на арматурину Джейсон. Судя по внешнему виду иракца да и тому, что тот стоял перед ним живым, Колчек рискнул предположить, что о «коле в сердце» мужик узнал сам, на практике. Иракец поморщился, то ли от чужой очевидной грубости, то ли от матерных слов, срывающихся с языка. — Я видел растерзанные трупы с искаженными в ужасе лицами, видел, как твари разрывали живого человека, пока тот кричал в агонии, — взгляд мужчины потемнел, хотя, казалось, в темноте пещер его глаза и без того были чернее углей. — Им не помогли автоматы и тебе не помогут. Пули не помогут против них, только замешкают. — Но у тебя-то есть что получше, — хмыкнул Колчек, не показывая видом, что его тронули слова иракца. — !فتى غبي — громким шепотом проговорил солдат, еле сдерживаясь, чтобы не перейти на крик. — Не рискуй понапрасну! Не недооценивай этих демонов! Джейсон весь подобрался, не понимая первой фразы, но зато видя вспыхивающие искры злости в черных глазах и прекрасно слыша последующие. Его отчитывали, будто мелкого пацана. И кто — какой-то вшивый иракец! Но, несмотря на это, Колчек не мог не признать частичную правоту вражеского солдата, также уже успев оценить кровожадность и боеспособность тварей. — Ладно, — процедил Джейсон сквозь зубы. — Обойдем. Мужчина покачал головой на агрессивность американца и направился по правую сторону пещеры. Джейсон, почти бесшумно фыркнув, пошел по левой. И вовсе не из блядского упрямства или чего там еще. Иракец мог выкинуть что угодно, а подставляться вместе с ним Колчек не планировал. Сердце колотилось как бешеное, отбивая ритм хлеще, чем во время побега от орды орущих тварей под руку с Ником. Близость иракского «демона» и необходимость сохранять тишину заставляли контролировать каждый шаг, куда проще было бы просто бежать, хоть и слыша нечеловеческие крики за спиной. Запоздало, — пока заносил ногу над выступом, пока подтягивался, стараясь вовсе не касаться винтовкой камней, — в голову пришла мысль о том, что иракец мог соврать о звуке, мышах и коле в сердце. Да вообще обо всем. А Джейсон, как придурок, повелся на слова и открытый взгляд, хотя в ответ и огрызался. Это откровение с самим собой заставило покрепче сжать челюсть и перехватить винтовку. До чего, блять, дошел. Доверять иракцу и ослаблять внимание к нему не стоило, даже при условии другого, более опасного противника. Каждый шаг приближал его к твари — та, склонившись над чем-то, мирно стрекотала, подергивая головой и не обращая пока никакого внимания на потенциальных жертв вблизи нее. Джейсон бросил взгляд на противоположный от себя край пещеры — там иракец бесшумно шел тенью, мягко перебираясь через высокие уступы, словно скользил по их поверхности. Это выглядело довольно… профессионально, будто тот далеко не первый и не десятый раз крался по камням, избегая малейшего шума. Джейсон прищурился, аккуратно переставляя ноги между разбросанными по земле мелкими камушками. Сколько времени этот иракец вообще здесь провел? Его одежда, кожа, даже железка были изгвазданы в грязи и крови, засохшей местами уже до черновато-бурой корки. Сам Джейсон со своей командой десантировался сюда несколько часов назад, и четверти суток, скорее всего, не прошло. Но он не слышал, чтобы в этой местности в последнее время проходили военные действия, из-за которых иракец, предположительно, мог бы попасть в пещеры. Так откуда здесь взяться иракскому солдату? Джейсон по как можно более широкой дуге обогнул тварь, на всякий случай не переставая целиться в ту из винтовки, хотя она не обращала на тихо перемещающегося человека ни малейшего внимания, все занятая чем-то у себя под ногами. Колчек увидел краем глаза, как сбоку к нему приближается иракец. И если бы не видел, так и не заметил бы — настолько бесшумно он двигался. Джейсон позволил себе сделать облегченный вздох, ощущая, как напряжение чуть отпускает плечи, хотя тварь до сих пор находилась чертовски близко. Откуда-то из глубин тоннеля послышался нечеловечески визгливый крик еще одного существа, и тварь, на миг замерев на месте, бросилась на привлекательный шум. Джейсон, уже не скрываясь, глубоко вздохнул, наконец опуская руки с винтовкой. На месте монстра посреди пещеры осталась лежать куча чего-то малопонятного, и Колчек рискнул подойти. Через несколько шагов в нос ударил тошнотворный запах, заставивший резко затормозить на месте. — يا الله, — возник сбоку иракец, приближаясь к тому, что осталось от некогда человеческих останков. Тело, состоящее из перемешанных в кашу со сгнившим мясом и внутренностями обрывков некогда грубой зеленой ткани и желтеющих кое-где осколков костей, принадлежало, предположительно, иракскому солдату, умершему, очевидно, далеко не мирной смертью. Черноволосый мужчина сделал еще несколько шагов вперед, будто не замечая удушливой вони и кошмарного месива. Джейсон, глядя на это, наоборот сделал пару шагов назад, борясь в желанием прикрыть рот и нос краем помотанного на шею платка. — ارقد بسلام يا أخي, — проронил над останками иракец, прежде чем отойти обратно к Джейсону. — Здесь наш враг — общий, — смотря прямо в глаза американца, почти сразу произнес мужчина. — Хочешь выжить — нужно объединиться. Джейсон, в принципе, не мог не согласиться с ним. Глядя на уверенный вид солдата, прямой взгляд и слишком уж привычно лежащую в руках арматурину, поневоле можно было начинать считать этого мужика местным знатоком тварей. Добывшим свои знания потом и кровью, не всегда, и даже зачастую далеко не своей: мертвый солдат до сих пор валялся смешанной кучей мяса где-то на периферии зрения. Джейсон старался туда не смотреть. Нет, Колчек не собирался подпускать иракца ближе разумного, но и убивать того на месте, когда тот не проявлял агрессии, тем более после своеобразного спасения, было бы как-то… пиздец неправильно. — Имя-то у тебя есть? — спросил Колчек, с корежащей сознание истиной понимая и принимая, что этот человек сейчас становился в первую очередь человеком, а не солдатом вражеской страны. — Салим Осман. Лейтенант, — выверенно медленно поднял он руку, перехватывая железку другой. — Армия Ирака, — прибавил он чуть погодя. — А то я не догадался, — издевательски хмыкнул Джейсон, долгие пару секунд прицеливаясь к раскрытой ладони. И в конце концов отвечая на рукопожатие, пристально глядя в глаза напротив. — Джейсон Колчек, первый лейтенант, — прибавил он с кривой усмешкой. На это очевидное ребячество Салим только тихо и обреченно вздохнул — спасибо, хоть глаза не закатил, в самом деле. И Джейсону показалось, что тот все же слегка улыбнулся. «…ейсон, слышишь меня?.. ием… Джейсон? Как слыши… прием!» — подала наконец признаки жизни рация. — Никки! — схватился за рацию Колчек, не сдерживая облегченную улыбку — живой, блять! — Слышишь меня? Прием! «Джейсон, это ты?! — более чисто отозвался голос. — Где ты?» — Иди вперед, я, кажется, тебя вижу, — Джейсон и правда заметил в одном из темных провалов пещеры белый свет электрического фонарика. — Так, ты не дергаешься, держишь руки над головой, и тогда… — обернувшись, обратился к Осману Джейсон. Чтобы сразу же нахмуриться, рефлекторно вцепившись в верную винтовку, и заозираться по сторонам. — Блядство, — на эмоциях прорычал Колчек, даже не представляя, в какой из тоннелей мог улизнуть иракец, с минуту назад стоявший чуть ли не под боком. Куда он, блять, вообще делся?! Пиздел что-то об общем враге и том, что им надо объединиться, и свинтил при первой же возможности. Стоило показаться на горизонте еще одному американскому солдату — и счел за лучшее уйти вглубь пещер на корм тварям. — Джейсон! — из темного прохода вынырнул Ник, тут же оказываясь около друга. — Ты как, порядок? — В норме, — коротко бросил Колчек, все еще вглядываясь в черноту тоннелей. — …Тут был иракец. — Иракец? — эхом переспросил Кей, прослеживая за взглядом лейтенанта. — Кто из наших пастухов? — Не, военный. — Откуда тут мог взяться военный? — нахмурился Ник и взглядом зацепился за тело посреди пещеры. — Если только… — Да блять, Ник, живой иракец! — огрызнулся Джейсон. — Эй, полегче! Я верю, — поспешил заверить его сержант. — Мало ли здесь входов и выходов, может, кто еще провалился. Да и пещеры… Ты как, не пострадал? Все же враг… — Сказал же — в норме, — шикнул Джейсон, натягивая козырек кепки ниже на глаза. — Он был не вооружен. Услышал тебя — и сдрапал в тоннели. — Значит, не жилец, — с тяжким вздохом заключил Ник, уже успевший оценить все прелести местной фауны. — Идем, нам надо возвращаться. Джейсон, пару секунд еще повтыкав на темные глазницы пещеры, со злостью дернул козырек кепки и зашагал вперед Ника, показывая путь, по которому пришел сюда и по которому можно было выбраться к храму. Если этот иракец так хочет — пускай подыхает. Уж кто, а Джейсон точно не собирается жалеть еще одного врага.