Вечность горьких объятий

Самолет медленно и осторожно опускался на помеченную и по краям освещенную взлетно-посадочную полосу. Пассажиров оповестили о удачной посадке и то, что через пару минут, можно отстегиваться и покидать самолет. Мужчина, сидящий возле иллюминатора, прожигал внимательным взглядом всю улицу, что мог увидеть через это маленькое окошко. Будто кого-то выискивал, как хищник, ищущий взглядом свою добычу. Но он знал, что встретит его не здесь, а уже в самом здании аэропорта. Он знал, что у него был поставлен будильник ровно на час ночи, из-за которого он подорвался и начал впопыхах собираться, лишь бы не опоздать и успеть к трем часам в аэропорт. Чтобы встретить его, хотя совсем не хотел. Подобные мысли вытаскивали на улыбку, мягкую и добрую, хотя только один человек знал, что за ней скрывается. Мужчина спустился по пару минут назад подъехавшему к самолету трапу, вздыхая и смотря на небо. Темное и густое, застеленное толстыми тучами. Неужели, будет дождь? Он широко улыбался, а его глаза искрились счастьем, когда взгляд был установлен на фронтальную камеру телефона какой-то пятнадцати летней девушки, но как только они разошлись, лицо окутало твердое спокойствие. За свои семь с лишним лет карьеры он уже научился менять эмоции в нужные моменты. Только один человек мог отличить подделку. На улице стоял прохладный июнь, окутывающий ветерок бодрил, но тут же пропал, как только мужчина оказался в здании. Довольно быстро получив свой багаж, он прошел до места, в котором было поменьше людей и встретил его. Заспанный и уставший, прическа была в кошмарном состоянии, серые штаны и черная толстовка с цветным принтом смотрелись на маленьком теле очень глупо, на плечах висел полупустой портфель. Почувствовав на себе чей-то взгляд, парниша стал в непонятках осматриваться и встретился с его взглядом. Расстояние между ними было метров десять, постоянно проходили люди и оба теряли друг друга из виду, но тут же находили обратно. Никто не двигался и не проявлял желание поскорее подбежать и закрепиться в крепких объятиях, после такой долгой разлуки размером в две недели. Мужчина отпустил ручку чемодана, тот послушно встал рядом на своих колесиках. Он не слишком широко расставил руки в стороны. Парень напротив все понял. Он тяжело и будто с судорогой вздохнул, ноги нехотя поплелись вперед, сокращая расстояние. Оказавшись совсем рядом, не поднимая глаз, маленькие руки обвили сильное и крепкое тело, слабо прижимаясь и пряча свое лицо в белом свитшоте, что так приятно пах мужскими дорогими духами. На его спину легли большие и сильные руки, обнимающие с фальшивой, но искренней для их обладателя любовью. Тело снизу вздрогнуло, плечи ненадолго бросились вверх, чтобы потом спокойно опуститься. - Неужели ты совсем не скучал? - бархатный и низкий голос прозвучал прямо над ухом. Приятный и пробирающий до костей. - Скучал. - хриплый и усталый голосок, заглушенный тем же свитшотом, не звучал столь уверенно, чтобы можно было поверить. - Не ври мне, Эмильен. - бархатность никуда не ушла, к ней прибавилась нотка строгости, такая слабая и жалкая, но пугающая до смерти. - Извини, может, ты мне не веришь, но.. Я скучал. - пальцы на чужой спине немного дрогнули и сжали свитшот. Он действительно соскучился. Правда непонятно по чему. Все дни проведенные с ним никогда не были наполнены счастьем, даже обычным спокойствием, ему было страшно улыбаться, страшно говорить и смотреть на него. За все он мог получить и не слабо. Он стал как их собачка Цири, послушная и верная, но, наверное, даже этой корги было позволено больше, чем ему. Как только Дмитрий улетел в другую страну снимать очередной страшный ролик для своего популярного канала на YouTube, съемки которого, как обычно, могли стать самыми последними в его жизни, Эмиль думал, что вот оно: спокойствие и счастье. Он сможет делать что угодно, без страха получить по лицу, без страха получить еще одну самую ужасную ночь в коллекцию. Он радовался наверное первую неделю, но с началом второй ему стало его.. Не хватать? Он не скучал по крикам и ссорам, не скучал по оскорблениям и унижениям, не скучал по рукоприкладству, до сих пор оставившее на нем свои гадкие следы. Он скучал по самому Диме. Сколько раз обижался, позволял себе тихо выплакаться, ненавидел, молился о смерти, даже непонятно чьей, но он любил его. Наверное, именно это он в себе и ненавидел. Этот человек подарил ему то, о чем и мечтать никто не может, но этот же человек и воспользовался им, давя на самое больное, каждый раз говоря, что без него, Эмиль был бы никем. Отчасти это было правдой, что только сильней задевало. Эмиль не до конца понял, когда успел влюбиться, когда успел стать обманутым и чувствовать себя запертым в его объятиях. Но сейчас, он чувствовал себя по-другому. Все дольше находясь в его руках, он понимал, что ему приятно. Ему нравится ощущать горячие и сильные руки на своей спине, ему нравится прижиматься к крепкому телу, излучающему одно тепло. - Дим.. - Эмиль говорил тихо, боялся, что его следующие слова может кто то услышать. - Да, Эмильен? - Дима всегда обращался к нему полным именем, по неизвестной самому Эмилю причине. Ему больше нравилось слышать ласковое "Эмилька", когда они оба были под прицелом камер. - Я знаю, что дома все снова станет как раньше и, - он запнулся, чувствуя ком в горле - ты снова сможешь меня ударить, но.. Дмитрий не перебивал и терпеливо ждал. Он поднял руку и провел ею по кудрявым, чистым, хоть и растрепанным волосам, закручивая кудряшки себе на палец. Младший содрогнулся в мурашках, только почувствовав прикосновение. - Но сейчас.. Я очень рад, что ты вернулся и.. Мне приятно обниматься с тобой. Эмиль поджал сухие губы и попытался сильнее спрятаться в груди старшего. Весь не самый насыщенный диалог, он слышал его сердцебиение и после произнесенных им слов, он услышал как темп нарастал. Не сильно, не так заметно, но для Димы эти слова явно что-то значили, они задели то, что никто не мог задеть так долго. Услышав сверху сдавленный вздох, от него отстранились, беря ручку чемодана. - Дома поговорим. - осмотрев парня уставшим взглядом, мужчина развернулся и направился к выходу, доставая телефон и называя адрес аэропорта. Эмиль послушно пошел за ним, идя рядом и молча сверля пол сонным взглядом.