Вечность горьких объятий

***

- Эмильен, - голос донесся с другого конца дивана. - Да? Это был очередной вечер кино. Сегодня на очереди была какая-то фантастика. Очень интересная, между прочим. Оба смотрели на происходящее в фильме взахлёб, в какие-то моменты полностью забывая о настоящем мире и переживая за события в экране. Но, похоже, кто-то всё же отвлекся. - Помнишь челлендж, где я тебе говорил "да" в Дубае? Цепляющий взгляд скользнул по укрытому пледом телу, что сидело так близко, но одновременно так далеко. Эмиль кивнул. Дима молча отвернулся обратно к телевизору, будто собираясь с духом и через пару секунд выдал: - Ты тогда притворялся? Иманов в недоумении нахмурился и повернул голову на всё так же пялющего в экран Диму. - Что? - Что слышал, Эмильен. - голубые глаза всё-таки встретились с ничего непонимающими карими - Ты тогда притворялся? Делая паузы между словами, Дима отметил важность этого вопроса. Эмиль не знал, что и ответить. На момент снятия того ролика, они были не в самых лучших отношениях. Дима был грубым и беспощадным, а Эмиль запуганным и трусливым. Вы бы знали как сложно отыгрывать "лучших друзей" в такой ситуации. Один раз, они чуть не разгромили дорогущий номер в отеле, но повезло, что оба быстро поняли, где они находятся и почему. Как бы ему тогда не было с ним плохо, Иманов и правда радовался, в какие-то моменты ну уж очень заметно пользуясь своим положением, за что потом отхватил. Он замечал, как странно на него поглядывает Масленников, когда он искренне улыбался и говорил "спасибо", но тогда Эмиль не обращал на это внимания. Да и как можно было не улыбаться в такой ситуации? Улыбка так и лезла на лицо, а в момент невероятного счастья, он даже подумывал обнять Диму, но так и не сделал этого. - Погоди.. Ты про что вообще? В смысле притворялся? - он даже не понял, что Дима имеет ввиду. Полное непонимание ситуации заставляло чувствовать себя таким беспомощным. Масленников твёрдым взглядом просто дырку прожигал в теле - настолько он был неприятным. - Ты улыбался. Эмиль ждал продолжения слов, но не получив его, возмутился еще больше. - И что? Дима, я не понимаю! Дмитрий резко встал, подходя к перепуганному парню. - Ты улыбался, блять! Ещё так.. Знаешь.. Будто реально приятно. - он наклонился, опираясь руками о спинку дивана и буквально нависая над Эмилем, который был озадачен и напуган одновременно. - Ты ненавидел меня, желал мне смерти, но.. - он замолк, будто сдерживаясь, чтобы не закричать еще громче - ты, сука, улыбался, смотря на меня своими счастливыми ёбаными глазками. Он тыкнул на Эмиля указательным пальцем, тот аж дёрнулся назад, Дима на это его действие покачал головой. - Я тебя не понимаю! - мужчина отпрянул, разворачиваясь к Иманову спиной и берясь руками за голову, дёргая волосы и тут же опуская руки по швам, а голова его опустилась вниз. Эмиль сильно волновался. Он просто не понимал, что происходит с Димой, не понимал, что за.. истерика.. Истерика! Прошлое видео, их ситуация в отношениях, работа. Дима просто не выдерживает. Такое происходило и раньше, но тогда Эмиль не мог отличить истерику от обычного желания поиздеваться. Он медленно встал с дивана, приближаясь к Масленникову. От него слышалось тяжелое дыхание, хриплое такое. Эмиль сейчас будто в каком-то дешёвом ужастике, где комнату освещает только телевизор, а в его друга вселился демон и он очень странно себя ведёт. - Дим.. Рука опустилась на чужое плечо, но тут же отпрянула, когда Дмитрий развернулся и схватил за плечи уже его. - Так легко, будто без всяких препятствий начал лезть ко мне, обниматься, прочая хуйня. Будто всего, что было до того разговора, просто напросто не было! Будто всё было светло и радужно! Я не знаю, как на это реагировать, я не знаю, что делать! Почему ты такой непонятный, Эмиль?! - Эмиль? Единственное, что пришло в голову, сразу же вышло из его рта. Эмиль не смог быстро взять себя в руки и не паниковать, видя такого психованного сейчас Масленникова, но зато он успел понять, какую чушь сморозил. Лицо Димы скорчилось в гримасе непонимания и разочарования. - Тебя, блять, только это сейчас волнует?! Эмиль начал глубоко дышать, лишь бы унять это тупое сердце, что так быстро сейчас билось. Дима еще что-то кричал, столько эмоций на его лице Иманов никогда не видел. Он не слышал его слова, будто оглушили, а где-то вдалеке, громко и четко бьётся его истерзанное сердце. Так хотелось вернуться в ту ночь, ночь бесконечного покоя.. - Дим.. Когда все заботы перестали для него существовать. - Дима.. Когда было так приятно ощущать его тепло под боком. Когда.. - Дима, блять! Мужчина замолчал, с неким удивлением смотря на теперь уже злого Эмиля, который, заметив такую реакцию, сразу ею воспользовался. - Давай ты сейчас успокоишься и мы нормально поговорим, ладно? Я сделаю тебе чай, мы спокойно все обсудим.. - Эмиль, я еще..- Пока Масленников снова вёл монолог, постепенно повышая тон, Эмиль почувствовал, как внутри разжигается ярость и совсем скоро она вышла наружу. - Закрой свой рот! Сел блять на диван, иначе я нахуй свалю с этой квартиры и будешь тут один сидеть беситься! Об этом Эмиль еще очень много раз пожалеет. Нет, ему не влетело. Дима лишь смотрел на него несколько мучительных секунд, таким взглядом разочарованным, будто из его глаз сейчас толстыми каплями польются слёзы. Он отпустил его, отошел и по "просьбе" уселся на диван. И только после этих действий, Эмиль опомнился, смотря на Диму растерянным взглядом. В голове складывались кусочки пазла. - Дим, я.. Дмитрий показал указательным пальцем вверх, намекая замолчать, а взгляд его был уставлен в пол. Убедившись, что парень пока не заговорит, он опустил руку и закрыл глаза, видимо, желая побыть в тишине. Эмиль это понял и с тяжелым грузом вины поплёлся на кухню. Скоро забурлил электрический чайник, а на столешнице стояла кружка, из которой торчала нитка от пакетика чая, а на дне было две чайные ложки сахара. Иманов сидел за столом и сделав из рук подушку, положил на них голову. В такой же позе он когда-то спал на уроках. Внутри его сжигал стыд и понимание неправильности своих действий. Он должен был быть спокойным, зачем он накричал? Сорвался и сделал все ещё хуже, как когда-то делал и сам Масленников. Чайник цокнул, сообщая о том, что вода закипела. Эмиль лениво встал и залил воды в кружку. Он стоял на месте и пялился на кипяток, пар от которого шёл прямо ему в лицо и так приятно согревал. Он сильно задумался. Повернул голову и взглянул на свою руку, осмотрел её, подвигал пальцами. Поднимая взгляд на вверх он несколько раз моргнул, снова опустил голову и посмотрел на свои ноги. Чувство дереализации не отпускало его до того момента, как рука случайно не коснулась горячей стенки кружки. Он тут же дёрнулся, шипя от боли. - Черт.. Схватив кружку за ручку, Эмиль выключил свет на кухне и медленно прошел по залу, подходя к дивану и ставя чай на журнальный столик. Он взглянул на Диму. Было непонятно, спит он или нет. Просто сидел с закрытыми глазами, голова была немного опущена вбок, а руки сложены на груди. Эмиль взял плед, которым был укутан буквально минут пятнадцать назад и осторожно накрыл им плечи Димы. Тогда он и заметил, как веки резко поднялись, а голубые глаза внимательно изучали всё, что сейчас делает Эмиль. Иманов сел рядом, поймав зрительный контакт с Димой. Он заметил блеск на уголках глаз и внутри у него всё обрушилось. - Д-дим, ты.. Не успевая дослушать, мужчина кивает, протирая красные глаза пальцами. Его взгляд упал на кружку чая. В свете от телевизора горячий пар, исходящий от кипятка, выглядел особенно красиво. Эмиль чувствовал себя отвратительно. Вроде сейчас он должен наоборот радоваться. Отомстил, так сказать, теперь страдает его обидчик. Но.. Эмиль не такой человек, который будет радоваться, если кого-то обидел, даже если заслуженно. Эмиль очень добрый, домашний такой, он ненавидел чувство стыда. - Дим, я не хотел, - в носу больно защипало - оно всё само пошло. Я бы ни в коем случае не стал на тебя кричать, даже е.. е-если.. С каждым словом ему становилось всё сложнее говорить, голос то и дело дрожал, не давая нормально проговаривать слова. Он закусил губу, чувствуя, как по щекам обжигающим огнём катятся слёзы. - Прости меня, Дим, мне.. Мне так стыдно. - прерываясь на всхлипы, Эмиль откровенно плакал, опуская взгляд вниз. Эта нервотрёпка довела обоих. Дима приподнялся, подставляя согнутый указательный палец под чужой подбородок и поднимая зарёванное лицо. Смотря на эти страдания, он не чувствовал того, что так обожал чувствовать, чего так отчаянно добивался, получая противное удовольствие. Сейчас его терзали сожаление и дикая печаль, при виде этой боли в его любимых глазах. Дмитрий приблизился, задерживаясь своими губами на чужом лбу и нехотя отстраняясь. Эмиль лишь уткнулся лицом ему в грудь, не прекращая плакать и чувствуя ладони на своей спине, что осторожно поглаживали его. Как в ту ночь. Они лишь поменялись ролями. Эмиль снова утопал в своих любимых объятиях, но не мог сказать, спокойно ему или тревожно. Сейчас, он ничего не может. Лишь как ребёнок вжиматься в любимого человека, прячась в его руках от всех проблем, прекрасно зная, что этот самый человек и является его проблемой.