You will forever be mine

Утром после нападения на Тайлера, Изабелла и Стефан направились к Бонни в попытках хоть немного разузнать о тайных знаках на деревянных пулях, раненных Локвуда. — Бонни! Бонни! Я знаю, что ты здесь. Я слышу твоё дыхание… Стефан все ещё пытался достучаться до ведьмы, но она никак не реагировала. Может, что-то случилось? Все знали, что после применения тёмной магией, ей было плохо. — Бонни, пожалуйста, это важно. — проговорила вампирша, потеряв всяческую надежду на помощь ведьмы. Но неожиданно на дверью послышали шаги. Беннет открыла дверь. Её глаза были красные от слёз, а лицо до жути бледное, что показывало, что она даже ничего не ест. — Привет. Ты в порядке? — спросила Изабелла, попытавшись зайти в дом, но ее оттолкнуло немного назад. Их не пригласили. — Мы можем войти? — ведьма лишь мимолетно кивнула, и Стефан, сразу войдя, обнял ее, на что та просто расплакалась у него на плече. — Моя бабушка, как будто умирала снова и снова. И все потому, что я не послушалась и воспользовалась тёмной магией, — вампирша сидела вместе с Бонни на диване, приобняв её за плечи. — Это мир мёртвых. Он ненадежен. Может ведьмы просто играют с тобой, пытаются проучить? — У них получилось. Сегодня утром я пыталась прочитать простое заклинание, чтобы развеяться. Но все повторилось заново, как будто я пережила это снова и снова. Простите… я прячусь тут от всех… избегаю всех и специально динамлю Джими. Вы пришли, потому что что-то нужно? — Да. Но это может подождать, — сразу без раздумий ответила брюнетка, вставая и кивая брату в сторону выхода. — Перестань. Все в порядке. Ты никогда не приходишь просто так. Если что-то случилось, скажите мне, — она смотрела на Сальваторе-младшую с большой надеждой. Та села обратно. — Ладно, — Стефан сел по другую сторону ведьмы, разворачивая бежевый небольшой лоскуток ткани, в которую были обернуты пули. — Жжёт, когда дотрагиваешься, может вымочены в вербене, но это надпись… ты когда-нибудь видела что-то подобное? — Нет. Это не слова заклинаний, если ты об этом. Где ты их взял? — Кажется, в городе новый охотник на вампиров. — Совсем не вовремя… — проговорила раскисшая Бонни, уставившись на Сальваторе. Но тут до Изабеллы дошло. — Я уже видела это… Изи сообщила брату, что как только узнает что-то, обязательно расскажет. И весь день она провела в компании литературы и различных книг, но пока ничего не нашла и решила как-то развлечься в компании элитного бурбона, тишины и покоя. Она оказалась слишком перегружена, чтобы продолжать искать ответы на вопросы. — Изабелла… — проговорил Мэтт, уже доставая стакан и бурбон. Он был чем-то дико расстроен и вероятно это было связано с первородной блондинкой, которая только недавно покинула Мистик-Гриль. — Мне как обычно. Тяжёлый день. — Могу помочь расслабиться. От знакомого голоса за спиной девушка закатила глаза. Вот кого-кого, а Клауса она видеть никак не хотела. Только этого счастья сейчас не хватало. Зачем он подошёл? — Отвали. Она все ещё была зла на гибрида из-за Кэролайн и из-за того, что тот не сообщил о том, что жив. Это сразу дало понять значимость девушки в глазах Клауса. Точнее, отсутствие этой значимости. — Ты можешь быть мне полезным, — додумалась Сальваторе, прося у Мэтта ручку и черкая знак на салфетке. Он получился небрежным, но точно таким же как и на пулях, принадлежащих охотнику. А Никлаус внимательно наблюдал за ней, стоя за спиной. — Видел что-то подобное? Взглянув на рисунок, лицо Клауса изменило все краски. — Я уже видела этот знак на инструменах охотников. Что он значит? — Идём. Иногда Сальваторе сама себя не понимала. Сначала готова проклинать этого жестокого убийцу, ненавидет, а потом сама идёт за ним. В чем смысл? Для чего? Через полчаса она уже лежала на диване в гостиной Майклсона. — Клаус! Зачем ты меня сюда притащил? Я бы лучше провела день в компании охотника, чем с тобой. — Считай, что ты совместила приятное с полезным, — в соседней комнате в кандалах висел Конор, охотник на вампиров, пытающийся всех убить. — Чем обязан визитом? — неожиданно произнес первородный, поворачиваясь корпусом к выходу. Но завидев там брата, Изабелла вставила наушники в уши и не горела желанием слушать дискуссию. Будет что-то важное, Майклсон даст знать. Шли минуты, часы. Но Изабелла все так же лежала и смотрела в потолок, попивая виски. — Ты задолбал. Я ухожу. — Стоять! — приказал гибрид, вставая перед вампиршей. — Я зря потратила это время. Девушка была зла. Её эмоции зашкаливали. Она все ещё злилась на Клауса из-за Кэролайн. Почувствовала, как на глазах выступают вены, а из десен — клыки, готовые впиться в кого-нибудь, кто первый войдёт в эту комнату. — Позови Кэролайн, раз тебе скучно. А у меня нет времени разбираться с тобой! — Не нужно было тебя спасать тогда. Надо было оставить тебя умирать. — Да. Лучше бы ты дал мне умереть! — согласилась Изабелла. В глазах Клауса что-то мелькнуло, от чего он предпочел поспешно избавиться и снова посмотрел зло. Кто знает, на сколько хватит его терпения. Возможно, даже через две минуты он убьет ее и глазом не моргнув. А ведь действительно, что ему стоит? Ему же все равно на всех вокруг себя.

***

— Я бы расцеловал совет за сожжение всей вербены в городе, они настолько упростили мне жизнь, — Клаус ухмыльнулся сестре, прожигавшей его взглядом. — Ребекка, дорогая, ешь свои овощи. — Я не буду есть, пока ты не извинишься. — За что конкретно? — Майклсон вопросительно вскинул бровь. — Столько всего было. — Ты сломал мне шею. Неудивительно. — Ты выбросила кровь Елены, и я не могу создавать гибридов, — продолжил Клаус. — Ты со мной не считаешься. — Старшие братья всегда так поступают. Изабелла взглянула на Стефана хитрым взглядом, и он сразу все понял. Они усмехнулись. Не все старшие братья так поступают. Не все не считаются со своей семьёй. — Я могу назвать миллион людей, с которыми мы бы предпочли поужинать. Первородные не умеют оставливаться. Гибрид окинул взглядом Сальваторе, затем его сестру, а потом, сцепив руки в замок, уставился на недовольную жизнью Ребекку. — Ладно-ладно. Прости меня. Я часто забываю, какая ты чувствительная. Простишь? — Я об этом подумаю, — сарказмично ответила вампирша. — Вот и отлично. Может расскажешь про охотника Ребекки? — Точно. Александр. Хороший парень… Не считая очевидного, он искал ночных чудовищ, поэтому нам было комфортно с ним, с нашими кольцами дневного света… Изабелла внимательно слушала и наблюдала за Клаусом. Видимо, девушка многое пропустила, пока лежала в наушниках и рассматривала картины. — Так вот в чем дело? Оружие? — Не просто оружие, — уточнила Бекка. — Ребекка, дорогая, не забегай вперёд. — Как оружие может быть ответом на все мои молитвы? Первородные сцепились взглядами, а затем одновременно перевели их на Стефана. — Давайте пропустим прелюдию и перейдём к делу, — предложила новообращенная вампирша, доедая салат с овощами. — Не так быстро, любовь моя. Чтобы найти оружие надо решить задачу, которая исчезла. — Какую задачу? — спросил Стефан, у которого явно отшибло все мозги. — Татуировка… — догадалась брюнетка, смотря на Клауса широко распахнутыми глазами. — Что это? — Карта. Ведущая к сокровищам. — Много пользы от татуировки, которую нельзя увидеть. Данная ситуация уже начинала многих раздражать, а сама первородная не выдерживала такого напора брата. — Мы не видим, но кое-кто видит, — Клаус оглянулся и приказал девушке, у которой из шеи капала кровь, и она еле стояла на ногах у двери. — Скажи гибридам привести его, дорогая. — Охотник так пытался добраться до сути своей татуировки, что проговорился, что только один человек может ее увидеть. В комнате появился гибрид, держащий… Джереми Гилберта. Стефан тут же вскочил со стула и быстро кинулся к брату Елены, но Клаус опередил его, закрывая Джереми собой. В комнате стояло дикое напряжение, и лишь Изабелла была спокойна. Она понимала, что лучший способ нормально закончить ужин: сидеть смирно и ничего не предпринимать. — Я бы не стал этого делать. К счастью, Джереми не плохой художник. — Я не буду тебе помогать. Гибрид, стоящий рядом с парнем вплотную и крепко держа его, схватил за руку и кинул что-то Клаусу. Кольцо Джона… — Будешь, — уверенно произнес гибрид.

***

— Расскажи про его татуировку, — попросил Стефан. — Поклонник моей сестры не хотел ничего рассказывать. Ребекка же, наоборот, очень хотела это узнать, не так ли? Ухажер моей сестры решил устроить пижамную вечеринку. Он с братьями убил всех нас во сне. Элайджу, Кола, Фина… И меня. — Откуда мне было знать? — Выпьем! — Клаус резко поднял вверх бокал шампанского, от чего Изабеллв дернулась, испугавшись его действий. — За неумение моей сестры выбирать мужчин. — Я не одна девушка в этой комнате, которая совершенно не умеет выбирать мужчин, — хмыкнула Ребекка, пытаясь вывести Клауса на эмоции. Но было поздно. Он и так злился. — Я думал, клинок на тебя не подействует из-за твоей природы оборотня. — Не подействовал… — Изи, ты сказала, что уже видела знаки с пуль. Где? — спросил заинтересованный Стефан, уставившись на обескураженную сестру. — Да. Несколько лет назад у меня был роман, — трое вампиров ошарашенно взглянули на девушку, пока она делала вид, будто не заметила этот жест. — Ты ничего не говорила об этом, — уточнил брат. — Это неважно уже. Он охотник на вампиров, как я позже поняла. Это было в Бостоне. Мы познакомились в баре, какой-то период времени встречались. — Кто он? — спросила Бекка. — Один из пяти. Я сбежала от него, как только увидела оружие. Ничего интересного. Челюсть Клауса сжалась до треска, но он не подавал виду, что его заботит данная история. Братство Пяти — это сообщество охотников на вампиров, созданное ведьмой в 1110 году нашей эры с целью убить вампиров. Распознать охотников Братства можно по большой татуировке на руке, которая растёт с каждым убийством вампира. В 1114 году Братство столкнулась с семьёй древних вампиров, от которых семья Древних узнала о избавления от вампиризма. Ребекка влюбилась в одного из охотников Братства, Александа. Ночью того же года охотники закололи всех древних с помощью кинжала в пепле белого дуба, за исключением Клауса, являющегося Древним гибридом. Это разбудило Никлауса, и он убил всех охотников. Краткий экскурс. — Давай, Ребекка, скажи им, куда ведёт татуировка по словам охотника. Что за оружие, которое может положить конец вампирам как виду? — Лекарство. Он сказал лекарство. В комнате повисла ужасная тишина. Первым не выдержал Клаус, который встал со стула и направился в другую комнату за бутылкой с алкоголем. Стефан, вскочив, направился за ним. — От вампиризма нет лекарства! — Я говорю тебе правду, Стефан! — Хорошо, но почему тогда вы не искали его? Клаус налил в стакан бурбон и медленно ответил: — Потому что когда жизненные силы охотников иссякли, метки пропали с их тел. Карта пропала, а братство пятерых исчезло. За девятьсот лет об охотниках ни слова, пока не появился наш друг. — Когда будет карта, что мы будем делать? — спросила Бекка, подходя ближе к брату. — Мы ничего. Тебе нельзя верить. Ты растреплешь этот секрет любому парню, который скажет, что ты красива. Мне тебя жалко, правда. Она продолжает отдавать свое сердце первому встречному, которому понравится. Можно подумать, она вынесла урок из бесконечной череды разочарований и обмана. Изабелла стояла в стороне, наблюдая за забавной ссорой первородных. Они не выглядели как тысячелетние вампиры, скорее как пятилетние дети, не поделившие игрушку. — Не вынесла! — закричала блондинка. — Вместо этого я осталась с тобой, позволив забрать последние капли счастья в моей жизни. По крайней мере я относилась к тебе лучше, чем Фин. Клаус не вынул из него клинок, потому что устал от его упреков. — Нет. Финн был размазней. Ему было интересней лежать в гробу. — Ты хочешь лекарства для Елены. Даже не для драгоценной Изабеллы. Ведь она так маялась быть вампиром или не быть. Но став им, её чувства обострились, что очень хорошо для тебя. Ты можешь быть с ней вечно! А Елена тебе нужна, чтобы снова создавать гибридов. Поэтому ты привлек Стефана. Знал, что он поможет, даже несмотря на то, что ненавидит тебя. Можешь подавиться своим лекарством! Бекка вышла из дома гордой походкой и со слезами на глазах. — Надеюсь, ты получил, что хотел, — пробубнил Стефан. — Она никогда не скажет мне, что я хочу узнать. А тебе скажет, — с хитрой улыбкой ответила Ник, насмехаясь. — Что я должен узнать? — Карта бесполезна без инструмента для расшифровки. — Меч… — Она знает, где он. И ты заставишь ее сказать. У тебя есть шанс спасти Елену от того, что уничтожает её. Можешь назвать это сделкой с дьяволом! — договорил гибрид и, ставя стакан на стол, направился в другую комнату, пока Стефан пытался переварить все сказанное. Он не мог поверить в то, что Елену все-таки можно спасти. Лекарство существует. А значит, что есть шанс всех вылечить.