You will forever be mine

Изабелла стояла на мостике, всматриваясь вдаль. Она никак не могла привыкнуть к этой тишине и покою и кажется, что сейчас вот-вот все рухнет. Неожиданно на ее плечи ложится тёплый махровый плед, а сильные руки приобнимают. — Деймон повёз Елену в Нью-Йорк. — Неудивительно. Именно там он провел свои бесчувственные десятилетия, — она улыбнулась воспоминаниям о Лекси и тех прошедших годах. — Сегодня с ней нянчиться он, не мы. Стефан усмехнулся, вспоминая вчерашний сумасшедший день: соревнования по черлидингу, где Елена пила кровь молодых девушек, а позже вечеринку в доме вампиров, где брат с сестрой хорошо провели время. Наверное, это было не так плохо. После хорошего свежего завтрака Сальваторе направились домой, ловя попутку в нескольких километрах от дома. Деймон не оставил им машины, что уж говорить про то, как он уехал и даже не предупредил. Они обсуждали зачем Деймон повёз двойника в Нью-Йорк, а Изи рассказывала, что, возможно, брат ищет записи Уилла, парня, с которым они тусовались в 70-х годах, ведь он делал фальшивые документы, и Кэтрин, по всей видимости с ним связана. Они как вернулись домой и тут же принялись за уборку, ведь дом стал похож больше на какой-то мусорный склад. Отвратительно и ужасно. Люди — свиньи. Не умеют убирать за собой. Изабелла собирала мусор в гостиной в огромный наполовину наполненный мешок, как ей попался пластиковый стаканчик с виски. На запах он был не очень и чересчур дешёвым, но девушка сделала глоток. Гадость. — Отчаянные времена, я так понимаю? — послышался знакомый голос сзади. Обернувшись, брюнетка увидела расслабленного Клауса, тот внимательно наблюдал за каждым движением и казалось, что сейчас он готов обнять ее. — Что ты тут делаешь? — Для начала не осуждаю тебя. Если хочешь напиться, могу порекомендовать что-то поприличнее. Но лишь назло первородному Изабелла допила виски из стакана и, скомкав, швырнула его ему в ноги. — Разве ты не должен быть с Хейли и защищать её или ты хочешь разрушить ещё чьи-то надежды и мечты? — Ты хочешь, чтобы я перестал защищать её и не сдержал свое слово? — спросил Ник, подходя впритык к разозленной Сальваторе. — Нет. Не хочу. Делай, как считаешь нужным. И если сейчас ты не против, то я продолжу убиваться. Так что уходи. Она злилась на него и даже сама не знала почему. Неужели, Изабелла серьёзно ревнует его к Хейли? В ней же нет ничего особенного. Обычная волчица. Ничем не примечательная. — Вообще-то это я попросил его прийти, — ответил появившийся из ниоткуда Стефан. — Нам нужна его помощь. Я думаю, Сайлас в Мистик-Фоллс… — Из нескольких больниц пропала кровь. А что Елена? Разве вампиры, которые отключают чувства не злоупотребляют человеческой кровью? — восторженно спросил Клаус, наливая себе алкоголь в чистейший стакан, а после перевел взгляд на Стефана. — Или ты был исключением? — Это не Елена. — Давай представим на минуту что это Сайлас. Я пытаюсь понять, как это касается меня. Первородный расположился полулежа на диване. Он был максимально расслаблен и даже не пытался понять, о чем ему говорят. Ну да. А зачем? Изабеллу такое поведения парня начинало потихоньку раздражать, но она всячески пыталась держать себя в руках и не свернуть ему шею. — Сайлас хочет умереть и воссоединиться со своей истинной любовью. Но он сверхъестественное. Приняв лекарство и умерев, он застрянет по ту сторону, — объяснил Стеф. — Прямо Ромео и Джульетта, — Ник усмехнулся, смотря прямо в глаза той, кто сидела в нескольких метрах от него рядом с братом и молчала. — Но если он уничтожит потусторонний мир, он сможет принять лекарство, умереть и воссоединиться с ней. Но после этого каждое умершее сверхъестественное существо вернётся в наш мир. — А значит… — начала Изи. — Каждый оборотень. Каждая ведьма. Каждый вампир. Интересно скольких из них убил лично ты? Теперь касается? — съагрилась вампирша, скатываясь на кресло. Обстановка в доме не была напряжённой, но и до спокойной далеко. Спокойно тут себя чувствовал только Клаус, но он везде чувствует себя спокойно. Как будто, ничего не происходит. Так будто именно он здесь хозяин, владелец, король, Бог. — Мой интерес проснулся. Как нам его остановить? — Бонни сказала, что Сайласу нужно совершить три жертвоприношения, чтобы сделать заклинание. Перед смертью профессора Шейна он убедил Пастера взорвать совет. Потом он заставил тебя убить твоих гибридов. Теперь ему нужно последнее жертвоприношение. И если он здесь. Этим он и занимается. Мы должны найти его!

***

— Что вообще мы ищем? — спросила Изабелла, когда все трое зашли в пустую и тёмную комнату Шейна. В ней было все разбросано: никакого порядка. Интересно, это сделал сам Шейн или Сайлас в его теле? — Если Шейн действительно работал с Сайласом, то он помогал спланировать следующий шаг. — Где в его злодейском списке украсть кровь? Устроить третье жертвоприношение? Забрать вещи из химчистки? — от собственной шутки Сальваторе-младшая улыбнулась, её это чересчур забавляло. Эти попытки что-то найти в комнате Шейна настораживали. Если что-то и было, то давно уже нет. Шейн наверняка все вынес, зная на что идёт. Это просто бессмысленная трата времени. Вспоминая, кто был Шейн, девушку передернуло. Шейн не просто осведомлен о магии, он специалист по сверхъестественному. Он предлагает помочь Бонни с восстановлением её магии. Профессор начал учить её экспрессии. Также Шейн увлеченно всем рассказывает о древнем ведьмаке Сайласе, который в последствии оказался реальностью. Как оказалось, Сайлас похоронен в пещерах, найти его можно только с помощью магии, которую так усердно использует Бонни. Это погубило жену Шейна, Кейтлин, а также их сына Сэма. Шейн верил, что Сайлас поможет ему вернуть их. Как оказалось, для этого он взорвал совет. Клаус, сам того не зная, помог ему со вторым жертвоприношением, убив всех своих гибридов. И сейчас грядёт что-то не менее ужасное. Шейн помог всем найти Сайласа, что было для него целью всей жизни в последние годы. Из-за этого он и умер. — Кстати, мы, злодеи, обычно используем приспешников, чтобы забрать вещи из химчистки или типа того, — саркастично ответил Клаус, открывая и просматривая ящики в столе профессора. — Напомни, — Изи повернулась к брату. — Зачем он нам нужен? — Мы не знаем на что способен Сайлас. Если нам придётся встретиться лицом к лицу, то первородный гибрид, которого нельзя убить, может пригодится. — К тому же мы со Стефаном хорошо сработались. По крайней мере в двадцатые. — Ну учитывая, что я отключал эмоции… — Поэтому, ты был веселее. Как и Деймон сейчас резвиться в Нью-Йорке в компании безэмоциональной Елены. — Мой брат знает, что делает. — Уверен? Не стоит недооценивать соблазн тьмы, Стефан. Даже самые чистые сердца погрязают в ней. Все равно, я уверен, все будет хорошо. После слов Клауса Изабелла застыла на месте, замерев. В этих слов она буквально увидела себя. Будто, он говорит не о Деймоне и Елене, а о совершенно других людях и это пугало. Эта неизвестность пугала не только её. Но быстро вернувшись в этот мир, она спустилась глаза в книгу, где заметила знакомые надписи и названия. — Кажется, я кое-что нашла… — вампирша схватила книгу и понесла ее в сторону стола, за которым сидел Майклсон. — Символические фигуры в тёмном искусстве. Помните, Бонни говорила про треугольники экспрессии? Смотрите… — девушка обвела пальцев по контуру треугольника, изображенного на рисунке. — В некоторых школах магии такие как экспрессия, человеческие жертвы могут быть использованы как источник силы. Два сверхъестественное жертвоприношения могут соединять мистическую энергию, создавая треугольник экспрессии… Стефан и Клаус переглянулись. Это не предвещало ничего хорошего. — Люди, — девушка указывает на точку в самой вершине треугольника. — Совет погибает в пожаре. Демоны, — палец перемещается в нижнюю левую точку. — Неудача Клауса с гибридами. — Я бы не стал назвал это неудачей, — высокомерно ответил гибрид, смотря прямо Сальваторе в глаза. — Что третье? — О нет…

***

Изи и Клаус остались одни, Стефан направился на поиски Бонни, ведь именно ведьмы — последнее жертвоприношение. Но, к сожалению, брата долго не было, поэтому тяжело поднявшись с дивана, Сальваторе-младшая решила вычислить, где будет жертвоприношение. Для этого она достала карту, ручку и линейку. Никлаус поднялся за ней. — Было два жертвоприношения. Ферма Пастера Янга. Здесь, — она поставила точку на карте. Вампирша хорошо знала это место, ведь именно она помогала Лиз Форбс разбираться в пожаре на ферме. — Старый погреб Локвудов, где ты по злобе зарезал двенадцать своих гибридов, — на карте появилась ещё одна точка, соединив их, получилась тонкая линия. — Как говорится в книге, треугольник экспрессии равносторонний, — соединив точки и достроив треугольник, вышла не самая идеальная картина. — Значит, здесь. — Кое-кто прогуливал уроки геометрии. Да школу в целом. Клаус забрал ручку и линейку, достраивая еще одну вариацию треугольника, только в другую сторону. — Есть два места, где возможно третье жертвоприношение. — Ты просто не дал мне закончить, — они улыбнулись, как в комнату вошёл настороженный Стефан. — Привет. Ты нашёл Бонни? — Нет. Но я говорил с её отцом. Кажется, я нашёл Сайласа.

***

Они шли по лесу в сторону возможного места, где могло быть жертвоприношение. Изабелла все болтала и пыталась понять хотя бы в какую сторону они движутся. — Я просто хочу понять, где мы! — Когда мы разделились, у тебя была возможность пойти со Стефаном, — спокойно ответил гибрид, идя вперёд и даже не смотря в сторону идущей где-то позади вампирши. — Да. И оставить жизнь Бонни в твоих руках? Чёрта с два. Ты хотя бы умеешь читать карту?.. — съязвила девушка. — Да. И знаешь, кто научил меня? Мой друг — Магеллан. — Ух ты. У тебя был друг, — удивилась девушка. Клаус не похож на того, у кого были когда-то друзья. Какой адекватный человек будет вообще общаться с ним? — Его тоже поглотила твоя тьма? Клаус шёл где-то впереди, а Изи аккуратно шла вслед. Она делала максимально аккуратные шаги, не очень хочется быть убитой тут каким-нибудь Сайласом или сумасшедшими ведьмами. — Вообще-то я говорил о Деймоне и Елене, когда сказал это. Но походу это задело тебя за живое! — Потому что это неправда. Потому что у тьмы нет соблазна. Никлаус тут же остановился и быстро развернулся, уставившись на брюнетку. — Серьёзно? То есть ты никогда не испытывала влечение к тому, кто способен совершать ужасные поступки и по какой-то причине заботится только о тебе? — Испытывала. Но лишь однажды. Когда думала, что это того стоит. Но оказывается, некоторых нельзя изменить. Те, кто совершает ужасные поступки, навсегда останутся такими. Слова прошлись ударом по ушам Никлауса, но сняв все эмоции с лица, он огляделся и сказал: — Мы на месте. И судя по отсутствию ведьм это неправильное место. Одновременно закатив глаза, они на вампирской скорости побежали в сторону противоположной точки. Конечно, в силу своего возврата Клаус оказался на месте немного раньше и застал стоящего Стефана, который усердно что-то бубнил себе под нос. — Они связаны, Бонни убьет их. — Если они не убьют её, — раздражённо процедил Майклсон, наблюдая в сторону круга ведьма, в центре которого находились Бонни и какая-то ведьма, читающая сложное неразборчивое заклинание. — Клаус, мы должны спасти ее! — крикнула Изабелла. — Как? — гибрид обернулся к ней и увидел расстроенное лицо девушки, что сильно ударило его. — Единственный способ остановить ведьм — это убить их. Тогда Сайлас получит то, что хочет! — Духи, возьмите её душу! Освободите от тьмы! Кинжал поднимается вверх над грудью Бонни. Вот-вот и её убьют. Сальваторе больше не могла смотреть на это и, в миг оказавшись возле ведьмы, убила, свернув темноволосой шею. Она рухнула на землю, а за ней посыпались тела всех тех одиннадцати ведьмы, стоящих в кругу. — Нет! — крик Клауса прошёлся эхом по лесу, от чего все птицы разлетелись по разным сторонам.

***

— Вот и все… Двенадцать могил для двенадцати ведьм. Будто ничего не было. Только это было… Голос Клауса звучал твёрдо, но в нем было столько сожаления и возможно даже страха, что хотелось выть. Гибрид представлял, что может случится, если все так, как говорится в книге. Если Сайлас все-таки уничтожит завесу. Тогда им всем конец. Обиженные души придут мстить: мать, отец, Кол, Финн и множество других людей, которых они убили. Множество тех, чьи семьи они разрушили и кого погубили. — И теперь у Сайласа есть все, чтобы открыть ворота ада на Земле, — из уст Клауса данное высказывание звучало как упрёк. Но ведь Изи лишь спасла девушку… она не могла думать о последствиях в тот момент. Жизнь Бонни в тот момент была важнее, чего бы это не стоило. Сальваторе не могла оставить Елену ещё и без лучшей подруги, пусть та и без чувств, но включив их, она поймёт как это больно. Бонни — хороший человек и подруга. Именно, поэтому, несмотря на запреты и убеждения, вампирша спасла её. — Ты бы оставил Бонни умирать! — Только не говори, что не сильна в арифметике. Но один все-таки меньше, чем двенадцать! — Да. Но этот один — Бонни. Она помогала нам, и мы должны были отплатить ей тем же. — Говори себе все, что угодно, чтобы спокойно спать ночью! Изабелла посмотрела на него с таким сожалением, такой болью, что от собственной жалости к себе ей стало противно. Противно, что она оправдывается перед ним. Перед ним… жестоким убийцей, который убивает налево-направо и не думает о последствиях своих решений и хотелок. — Я убила двенадцать человек… — повторила она. — Эй… эй, — он прясанул её за плечи, вглядываясь в грустный взгляд. — Иди сюда, — мужчина притянул её к себе, а Сальваторе обессилено уткнулась ему в грудь, охватывая сильное тело мужчины руками, а он в свою очередь обнимает девушку в ответ, понимая, как сейчас ей тяжело.