Это не любовь

- Эй, Стейси, хочешь пойти на игру? Мы вышли из кабинета истории. Я ещё раз взглянул на лист со своей оценкой за проверочную, смял его и бросил в урну в конце коридора. - Мне казалось, ты решил вычеркнуть все, что связано с командой. - Да, так и было. - Тогда что изменилось? Я пока и сам не мог дать ответ на этот вопрос. По той же причине, по которой ни разу не решился поздороваться с Эйбом в коридоре. - Что-то, - лучше ответа я не придумал, но Стейси все поняла. Она не сказала ни "да", ни "нет", но даже если бы мне пришлось идти одному, я сделал бы это. Потому что с чего-то нужно было начинать. В пятницу мы засели в столовой в ожидании начала матча. Казалось, будто нас откинуло в прошлое. Мне это не нравилось. Воспоминания о долгой изнуряющей борьбе с самим собой вызвали тревогу, и я раз за разом напоминал себе, что больше не обязан этим заниматься. На какое-то время становилось легче, но потом тревога снова возвращалась. - Ты точно этого хочешь? - Стейси не произносила вслух, но в её голосе слышалось желание отговорить меня или что-то типа этого. - Ты волнуешься за меня или за себя? - я решил не ходить вокруг да около. - Почему ты перестала посещать игры? Стейси вздохнула и поджала губы. Я решил, что с новым парнем у неё просто не оставалось на это времени, но теперь засомневался. - Стейси, что происходит? В памяти вспыхнули школьный туалет и Тревис. Но я больше не боялся. Вернее, не боялся за себя. Однако Стейси - совсем другое дело. Мне было страшно даже представить, что с ней случится нечто подобное. Школу наполняли гормонально неустойчивые альфы и омеги, еще не научившиеся ладить с собственным организмом. Омеги, вроде меня. Но даже если омега является чертовым рекордсменом по самоконтролю, это никаким образом не гарантирует неприкосновенность. Взмыленные, возбужденные альфы, будь то игроки или болельщики, - каждый из них становится потенциальной опасностью. Теперь я это понимал. Черт, Эйб был прав: как мне удавалось держаться целых долбаных два года? - Боже, - Стейси нервно рассмеялась, - не смотри на меня так. Ничего не происходит. Просто я впечатлительная, вот и всё. - Что это значит? - я старался расслабиться, но получалось так себе. Стоило провалиться в воспоминания, и меня накрыло. И все-таки мне требовалось ещё время. Но я не намеревался отступать. Шаг вперёд и два назад - всю свою жизнь я действовал так, сам того не понимая. Возвращаться к прежней схеме было просто-напросто тошно и стыдно. - Я уже спрашивал, но спрошу ещё раз: если что-то случится, ты же расскажешь мне? Стейси подняла руку, словно собиралась положить её на библию. - Клянусь. Я внимательно проследил за реакциями её тела, и, кажется, все действительно было в порядке. Все-таки я надеялся, что смогу понять, когда что-то пойдёт не так. Но лучше бы этого никогда не происходило. Около пяти мы заняли места на трибунах. Народ активно наводнял стадион. Я сел ближе к боковому проходу, заранее просчитывая пути к отступлению, хотя отлично понимал, что ничего не случится. Кажется, Стейси тоже нервничала. Возможно ли, что рано или поздно все омеги начинают чувствовать себя так, будто находятся в потенциальной опасности? Это и означает быть омегой? Я решил переключиться на музыку и поле, где болельщицы исполняли элементы поддержки и развлекали народ. Я знал имена каждой, хотя с большей частью даже не разговаривал ни разу. Всё члены команды знали, как зовут девочек из группы поддержки. Я старался вспомнить каждое имя, и это действительно помогло отвлечься. Когда команды начали выходить на поле, я снова напрягся. Даже несмотря на то, что этот засранец Тревис больше не играл и, скорее всего, больше не будет играть. Я слышал, что его травма оказалась довольно серьёзной. Недостаточной, чтобы мешать обычной жизни, но в спорт Тревису дорога закрылась. Был ли я говнюком, если эти новости доставляли мне удовлетворение? Совершенно точно – нет. Парни уже начали разминку, но Эйб так и не появился на поле. Я все ожидал, что он вот-вот выйдет, но когда раздался гудок, ознаменовавший начало игры, все мои ожидания рухнули. - Почему не вся команда на поле? - я наклонился к уху Стейси, чтобы не кричать. - Почему не вся? - она тоже наклонилась ко мне. - Эйба нет, - было чертовски странно вот так вот запросто упоминать его имя. - Ты не знал? Он больше не играет. - Как это? - Вот так. Стейси пожала плечами и снова уставилась на поле. Эйб больше не играет - это даже звучало как-то неправильно. Будто я попал в параллельную реальность. У этого парня были отличные показатели. Он мог многого достичь в спорте. Нужно быть полным идиотом, что упустить такую возможность. Я вспомнил наш разговор в ванной, когда Эйб спрашивал, не скучаю ли я по игре. - Как давно он не играет? Стейси закатила глаза, пытаясь посчитать. - Месяца два или даже больше. Вот идиот! Злость с все большей силой накатывала на меня. Почему он не сказал, когда мы разговаривали об этом? Разве это не было странным? К чему все эти уклончивые реплики? Зачем Эйб предложил потренироваться вместе, если уже не играл? Пазл в моей голове не складывался. Я наблюдал за парнями на поле, и мне даже пришла мысль поговорить с кем-то из них в перерыве или после игры, но к концу матча я передумал. Разочарованный, я плелся за Стейси по парковке, когда краем глаза заметил Эйба, стоявшего возле своей машины и разговаривавшего с Бриком, который еще даже переодеться не успел. Я не видел лица Брика, но по жестикуляции догадался, что он что-то уверенно втирал Эйбу. - Эй, Дакота, долго ещё ждать? - Стейси уже добралась до машины и обнаружила, что кое-кого потеряла. Не думаю, что она заметила Эйба, иначе не стала бы так орать. - Сейчас! - раздражённо отозвался я, встречаясь глазами с Эйбом. Если бы Стейси не позвала меня, то, возможно, я набрался бы решимости подойти, но теперь магия была разрушена. Я улыбнулся одними уголками губ, но не был уверен, что действительно сделал это. Возможно, я просто подумал о том, чтобы улыбнуться Эйбу. Я чувствовал себя глупо, будто нарушал правила своей же игры. Только идиот или полный псих сначала отталкивает, а потом ищет пути сблизиться. На месте Эйба я послал бы меня куда подальше. Я определённо этого заслуживал. Даже если у меня были свои причины. Я откинулся на спинку сидения машины Стейси и закрыл глаза. Когда Эйб начал нравиться мне? Нравился ли он мне на самом деле? Почему все вдруг стало ещё сложнее? Разве теперь, когда я ослабил контроль, мой путь не должен был хоть немного проясниться? Мысли сжирали меня изнутри. Я срочно нуждался в расслаблении. - Хочу выпить, - я наблюдал за Стейси через отражение в боковом окне. - Я на мели, - в её голосе слышалось явное сожаление. Раньше у нас не вставал вопрос о том, кто платит за выпивку. Когда родители твоего друга владеют баром, такой проблемы не возникает априори. - Как думаешь, - я повернулся к Стейси, - чем сейчас занят Остин? Стейси сбавила скорость и настороженно покосилась в мою сторону. - Я могла бы позвонить и узнать. - Было бы круто. Проследив за моей реакцией через зеркало заднего вида, Стейси остановила машину. - С чего вдруг такие перемены? Она уперлась локтем в спинку своего сидения, а вторую руку оставила на руле. - Мне просто очень хочется выпить, - сказал я, будто это могло объяснить все. Не то, чтобы я надеялся, что Стейси схавает такое дешёвое объяснение. Но лучше и правдивее я все равно не выдал бы. Видимо, это было написано на моем лице. Стейси слишком хорошо меня знала. - Что-то случилось? В том-то и дело, что ничего. Мне срочно требовалось заглушить досадное разочарование, и ничего лучше я не придумал. - Слушай, если хочешь, я сам позвоню, - я достал телефон и открыл книгу контактов. - Ладно, неважно, - Остин находился в недавних вызовах в телефоне Стейси, и то, на что у меня ушло много времени, у нее получилось намного быстрее. Их разговор был коротким. Минут через тридцать мы оказались на знакомом подъезде возле заднего входа в бар. Стейси набрала Остина ещё раз, и он впустил нас почти сразу. Он не отводил от меня взволнованного взгляда. Неудивительно. С тех пор, как мы виделись в последний раз, я довольно сильно изменился. Даже доктор Джеймс отметила мой нездоровый вид. Я боялся, что рано или поздно она попросит меня сдать кровь или мочу на анализ. Но я уже находился в процессе придумывания решения. Мы расселись на диване из кожзама. Несмотря на то, сколько времени мы проводили на нем раньше, сейчас он казался лишь смутным воспоминанием из далёкого прошлого. - Что будете пить? - Остин смотрел на меня, будто обращался ко мне, а не ко всем нам. - Виски, - ответила Стейси, но Остин остался стоять, ожидая моего ответа. - Тоже виски, - я пожал плечами. Достав из мини-бара три широких бокала для виски, он бросил в них кубики льда и наполнил их свежеоткупоренным Джеком Денниэлзом. Передав нам бокалы, Остин прислонился к барной стойке. Казалось, что он на что-то злится, но, думаю, дело было совсем не в злости. Его взгляд волком выдавал мыслительную деятельность. Остин пытался сосредоточиться. - Представляешь, Дакота сам предложил поехать сюда, - проинформировала его Стейси. - Правда? - без особого интереса спросил он. У меня не получалось разгадать реакцию Остина, будто нас отбросило в период нашего знакомства. Тогда он казался мне взрослым и загадочным. Сейчас я не считал его таким уж загадочным, но его мысли все ещё оставались скрыты от меня. Сомневаться не приходилось только в одном: я все еще нравится ему. Нравился ли он мне? Этот вопрос был слишком сложным, чтобы я смог дать на него быстрый ответ. Однозначно, Остин что-то значил для меня, но я не испытывал того волнения, что ожидал испытать, снова встретившись с ним. И даже воспоминания о сексе не будоражили моё сознание. Вероятно, секс не зависел напрямую от чувств. И даже если я действительно думал, что Остин нравился мне, это вполне могло оказаться заблуждением. В той же степени, как и то, что я чувствовал сейчас. Тревога где-то глубоко внутри снова шевельнулась. Допив свой бокал, я передал его Остину, который подлил мне ещё виски. У Стейси снова завибрировал телефон. Это началось ещё в машине, но в активную фазу перешло, когда мы оказались в баре. Отправив очередное сообщение, Стейси шумно вздохнула и убрала телефон. - Что? - она перевела взгляд с меня на Остина и обратно. - Так у тебя есть парень или что? - нам давно следовало поговорить об этом. Вероятно, я лез не в свое дело, но переживал за свою подругу я сильнее, чем боялся нарушить личные границы. В конце концов, мы находились именно в таких отношениях, при которых я если не имел право, то хотя бы претендовал на это самое право переступить черту. - Парень? - губы Стейси дрогнули, будто она не могла решить, как реагировать. - С чего ты взял? Я покосился туда, куда она убрала телефон, и выгнул бровь. - У меня определенно нет парня, - Стейси отгородилась от меня. Мы с Остином переглянусь, и по его выражению лица я понял, что он тоже заметил странное поведение Стейси. Вероятно, он видел даже больше меня, ведь все то время, что меня не было, именно Остин находился рядом с ней. Ее реакция не просто не переубедила меня, а вызвала ещё большее волнение. Мои подозрения в том, что кто-то может использовать Стейси, подкрепились. Но я не хотел давить, не хотел пугать и угнетать. Я ни за что не простил бы себя, если бы оказался тем, кто ещё сильнее травмирует Стейси. Кому, как ни мне, было знать о последствиях всего этого дерьма? Но теперь, когда возникла необходимость, я не представлял, как мне действовать, чтобы не сделать хуже. Возможно, если бы я находился в состоянии разобраться с собой, то таких сомнений просто не возникло бы. - Тогда что происходит? - я откинулся на спинку дивана, чтобы иметь хоть какую-то опору. Стейси ощетинилась, но затем моментально оттаяла. - Ничего плохого, - её плечи поникли. - Я надеюсь. Я абсолютно ничего не понял, поэтому покосился на Остина, надеясь увидеть понимание хотя бы на его лице, но Остин, так же, как и я, находился в недоумении. - Стейс, - я взял её за руку. - Помнишь, что ты пообещала мне? Стейси аккуратно высвободила руку и виновато посмотрела на меня. - Со мной все в порядке, - в отличие от остальных, эти слова звучали уверенно. Я внимательно изучал её лицо, ища, за что бы зацепиться, но Стейси выглядела ранимо и непробиваемо одновременно, и я сдался. На этот раз. К телефону она больше не прикасалась. Даже когда он выстрелил чередой вибраций. Когда мы уже порядочно напились и расслабились, Стейси заглянула в телефон и, сказав нам, что хочет в туалет, вышла в коридор. В туалет-то она, возможно, и хотела, но дело было не только в этом. Я не сомневался. Прихватив уже вторую за вечер бутылку виски, Остин занял место Стейси. - Она все время так себя ведёт? - спросил я. - В последнее время - да. Знаешь, я тоже полагал, что у неё появился парень, но теперь не знаю, что и думать. Я нервно прикусил нижнюю губу. Кажется, теперь до меня начало доходить, что чувствовала Стейси, наблюдая за тем, как я опускаюсь на самое дно, и не имея возможности как-то повлиять на это. Остин опустил взгляд на мой рот, и это показалось мне смущающе интимным. - Что с тобой случилось? Его глаза изучали моё лицо, как делали мои с лицом Стейси некоторое время назад. Я усмехнулся и отвернулся, чтобы снизить градус неловкости. - Ты и так прекрасно знаешь. - Нет, не знаю. Я хотел ответить: "Со мной случилась чёртова метка", - но не смог этого сделать. Если бы я перекинул ответственность за свои действия на метку, то снова стал бы величайшим лгуном во вселенной. Я не должен был, да и не хотел возвращаться к этому. Я посмотрел на Остина. Его полный неподдельного переживания взгляд обезоруживал. - Да, ты прав. Но не думаю, что я готов говорить об этом. Остин с опаской провел костяшками пальцев по моей щеке, будто я мог рассыпаться. - Я рад, что ты приехал, - сказал он. Я смущённо кивнул. Был ли рад я? Не знаю. Но мне определённо стало легче. Я нуждался в этом. Нуждался в своеобразном прощении, в том, чтобы Остин показал мне, что я не похерил наши и без того хрупкие взаимоотношения. - Если тебе понадобится помощь... - начал Остин. - Не ты ли говорил, что мне поможет только один человек? - я усмехнулся и покачал головой. - Я не господь-бог и не знаю всего. Но я знаю, что хотел бы попытаться. Я рассмеялся, чувствуя, как к горлу подступает липкий тугой ком. Я помнил, как после неудачного секса с Остином целую чертову ночь трахался с Эйбом. Помнил, что чувствовал тогда, хотя считал, что смог забыть. Изменилось бы хоть что-то во мне, если бы мы с Остином не остановились? Затянулась бы хоть чуть-чуть моя чёрная дыра? Мой внутренний голос твердил мне, что я должен попытаться. Как долго я смогу глушить симптомы таблетками? Я должен был двигаться, жить, искать выход. Мне следовало научиться не зависеть от альфы. От одного-единственного сраного альфы, чьи феромоны со временем поработят мою волю. Каждый божий день всю свою жизнь я наблюдал альтернативу, и то, что я видел, не внушало оптимизма. Остин был бетой. По сути, он обладал всеми качествами нормального человека. Его неподверженность влиянию феромонов в принципе отличала его от большинства, потому что выбор, который он делал, действительно принадлежал ему. Не поэтому ли меня тянуло к нему? Я просто хотел находиться на его месте, хотел не думать обо всей этой фигне. Я нравился Остину - в этом не слоило сомневаться. Он всегда показывал себя как прагматичного человека. Он был тем, кто прервал секс, заметив метку, потому что то, что мы делали, не имело смысла. И теперь этот же человек противоречил самому себе. Остин убрал волосы с моего лица и поймал мой взгляд. Боже, как он смотрел! На секунду я впал в замешательство. И этой секунды хватило, чтобы Остин увидел зеленый свет. Он положил руку мне на шею, закрывая ладонью метку, и поцеловал меня. Я впустил его язык в свой рот, но что-то внутри меня воспротивилось происходящему, и я отвернулся, прерывая поцелуй. Я не мог это объяснить, это выбивало почву из-под моих ног, но будь я проклят, если это не было настоящим! В прошлый раз между нами произошло нечто куда большее, но ничто не дрогнуло во мне. Сейчас у меня даже не было течки, но я чувствовал себя так, будто совершал ошибку. - Думаю, ты был прав, - я поднялся, и Остин опустил голову, шумно выдыхая. - Мне может помочь только один человек. - Между вами что-то изменилось? - в голосе Остина отчетливо звучало разочарование. Между нами определенно что-то изменилось, но я все еще не считал, что это может привести к чему-то хорошему. Однако я больше не находил в себе сил отрицать, что Эйб мне не безразличен. Было ли дело в метке или в чем-то другом - я не знал, да и навряд ли когда-нибудь узнаю, но моя жизнь наконец-то перестала прятаться в тумане, и, если я хотел выбраться из паутины лжи, которой сам же себя и оплел, мне следовало двигаться по пусть и смутно, но видневшемуся пути. - Кажется, мне пора, - пробормотал я. Остин посмотрел на меня. - Ты же знаешь, где можешь меня найти? Я кивнул и вышел в коридор, в конце которого, у задней двери, Стейси разговаривала по телефону. Заметив меня, она прервала разговор и, прикрыв динамик рукой, повернулась ко мне. - Дакота, ты уходишь? - С меня достаточно на сегодня. - Что-то случилось? - Нет, просто я устал. Если хочешь, оставайся, - я указал большим пальцем себе за спину. Стейси нахмурилась. - Как ты доберешься домой? Я посмотрел на часы в телефоне. Не так уж и поздно. Обычно мы засиживались куда дольше. - Доеду на автобусе. Стейси замешкалась, бросила в телефон: "Я перезвоню", - и отключилась. - Я довезу тебя, - уверенно заявила она. - Нет необходимости, - заверил её я. - Я хочу это сделать, - Стейси направилась в комнату для персонала. - Подожди меня. Я вышел на улицу. Машина Стейси стояла на своём привычном месте. Я не дошёл до неё буквально несколько шагов и завернул за угол. Стейси появилась почти сразу. Сначала послышались её торопливые шаги в переулке, а затем она вылетела на тротуар, в панике озираясь по сторонам, а когда нашла меня глазами, облегченно выдохнула и направилась ко мне. В другой ситуации я убедил бы Стейси остаться, но не когда я отшил Остина. Не думаю, что эта ситуация обрадовала его. Стейси обязательно заметила бы изменения в его настроении и принялась бы расспрашивать. Она всегда так делала со мной. - Вы опять поссорились? - спросила Стейси, выводя машину на проезжую часть. - Что-то вроде того. Если сказать, что мне было паршиво, то ничего не сказать. Если бы этот разговор случилось ещё несколько недель назад, то моя реакция, скорее всего, оказалась бы другой. Но теперь я просто чувствовал себя дерьмово. Из-за того, что сделал больно Остину. И из-за того, что между нами могло бы быть, но уже никогда не будет. Мне не хотелось вернуться и все переиграть. Я поступал правильно, пусть меня от этого порядком и подтряхивало. Где-то мне встречалась такая фраза: все правильные решения разбивают сердце. Это было сущей правдой. Особенно если за спиной оставался неподъемный груз неправильных решений. - Боже, стоило мне уйти, и все сразу пошло наперекосяк, - вздохнула Стейси. Я охотно верил, что она устала от наших с Остином постоянных стычек. Но сделать ничего не мог. - Все с самого начало шло наперекосяк, - отозвался я. - Я надеялась, что вы решите ваши разногласия, и все снова станет, как раньше. - Уже ничего не будет, как раньше. Стейси посмотрела на меня через зеркало заднего вида. - Ты же придёшь завтра в школу? - спросила меня она, когда я вылезал из машины. - А почему я не должен? Стейси поджала губы. Я понимал, о чем шла речь. Ничего удивительного, что Стейси решила, что я в очередной раз наглотаюсь таблеток или ещё чего, ведь в последнее время я часто так делал. Но того, что произошло сегодня, определённо не было достаточно для того, чтобы я захотел откинуться на пару дней. До течки оставалось ещё около полумесяца, и я чувствовал себя относительно нормально, так что проблем возникнуть не должно было. - Тогда увидимся в школе? - почему-то спросила Стейси. - Конечно, - пожал плечами я и захлопнул дверцу машины.