Daddy Issues

Нью-Йорк! Я в Нью-Йорке! Да, кто бы мог подумать, что я выберусь из своего маленького и не настолько развитого по сравнению с Нью-Йорком, Ростова, тем более одна и в канун Нового Года! Раньше я даже мечтать о таком не смела, а сейчас мои грезы становятся моей действительностью. Единственное, что удручает меня и обесценивает все определенно положительные эмоции, от которых захватывает дух, а сердце так и нарочит выскочить из груди, танцуя румбу, отдавая трепетной пульсацией, проходящей по всему тела, это факт проживания в доме Василия. Язык не поворачивается назвать его отцом, всё мое нутро бесспорно противится, уже сложившимся обстоятельствам, которые изменить мне, к сожалению, возможности не представляется и с которыми теперь придётся мириться вне зависимости от того, хочу я этого или нет. Единственно, что грело мне душу, так это выпавшая, пожалуй даже уникальная, возможность, которая, скорее всего, уже никогда повторится, но навсегда останется в моей памяти, греющем сердце, воспоминанием о новогодних каникулах в городе моей заветной мечты, пусть и не в кругу близких людей. Как только я сошла с трапа самолета, улыбка не спадала с моих уст ни на секунду, не было даже намёка на неожиданные перемены моего настроения. Это просто волшебно, раньше я никогда не пребывала в таком ментальном состоянии, находясь в одиночестве, но сегодня определенно во мне что-то изменилось именно в лучшую сторону. Даже на ужасный мороз мне сегодня до фонаря, но если бы недавно кто-то сказал мне, что я буду добровольно гулять по улице в такую стужу, то я бы рассмеялась в лицо этому человек. На улицах Нью-Йорка сегодня особенно холодно, но, как я уже сказала, мне до лампочки, я оделась относительно тепло, так что низкая температура не станет для меня помехой, скорее наоборот разрешением не случившейся проблемы, в виде испачканной обуви и достаточно тёплой одежды, в которой при более тёплой погоде, я бы уже чувствовала себя, как в паровой бане. Сейчас хочется смеяться от своей наивности и инфантильности, но, одеваясь этим утром в своей комнате в Ростове, казалось, что я буду таять в этом пальто, которое про себя нарекла «рыцарским обмундированием», как снежинка на тёплой детской ладошке, хотя всё сложилось в точности наоборот. Сдав свой чемодан в камеру хранения, я бодрым шагом направилась к выходу из аэропорта. У меня в запасе есть предостаточно времени, чтобы отлично провести время, прогулявшись по бесподобным утицами города и сделав много фотографий, которые сомнутся мне на память на долгие годы, всё же я почти не была ни где за пределами своего родного города, поэтому сейчас есть непреодолимое желание наверстать упущенное и получить максимум эмоций от этой поездки. Не желая зря тратить и без того ограниченное время, поймав такси, я мигом села в него. — На Таймс-сквер, пожалуйста, — вежливо улыбаясь, сказала я и посмотрела на водителя. Им оказался пожилой мужчина, лет 60-ти. Он добродушно приподнял уголки губ в ответ. — Хорошо, — заводя машину, ответил он, пристёгиваясь, прежде, чем тронуться с места. Вот она, разница в отношениях между людьми. Я уже была премного наслышана о кардинальном различие отношений между людьми в том же самом Ростове-на-Дону, который кажется мне душевным городом с простыми, добродушными и достаточно приветливыми людьми и Нью-Йорком с вечно занятыми и деловыми людьми, из которых и лишнего слова не вытянешь. Желая скрасить столь молчаливую поездку, я достала своего верного товарища — фотоаппарат, из специальной сумки-переноски, и фотографировала прямо через закрытое окно, желая хотя бы немного согреться в салоне автомобиля от уличной стужи. Фотографии получались довольно красивыми, так как на улице за окном было не очень светло — яркие огни вывесок различных магазинов отлично смотрелись через запотевшее стекло, на котором были видны капли растаявшего снега. — Приехали, — услышала я грубоватый голос водителя, отвлекающий меня от моего увлекательного занятия — создания фотоснимков и полароидов, — Мы на Таймс-сквер, если поеду дальше, то застрянем в огромной пробке. Мисс, нормально будет, если я высажу вас здесь? — Да, конечно, — расплатившись с таксистом, выходя из машины, я всеми внутренними органами ощутила, как оказавшись на улице, холод пробираете до костей, а мое пальто, на которое я так надеялась, меня не спасало никоим образом, теперь уже всё-таки последняя надежда на отца и его предусмотрительность, если она у него присутствует, конечно. Пока я шла по улице своим повседневным размеренным шагом, начался легкий снегопад, с геометрической прогрессией, перерастающий метель, а осложняли ситуацию сильные порывы ветра, буквально сбивавшие меня с пути. Все же погода немного подвела меня, я к такому повороту событий не готовилась и продрогла до костей, в добавок к моему и без того ослабленному иммунитету. Мне нужно срочно согреться, прямо сейчас, иначе я заболею и страшно даже представить, что устроит мне мама, узнав об этом. Зябко поёжившись, я издалека увидела мерцающую зеленую вывеску Старбакс и буквально понеслась со всех ног к зданию, которое в моих глазах являлось главным спасением. Зайдя внутрь помещения, почувствовала насколько оказывается холодно было на улице. К счастью людей оказалось мало для центра Нью-Йорка, полно пустых столиков, поэтому мне удалось минуя знаменитые очереди Старбакса заказать себе кусочек своего любимого яблочного пирога, который я всегда выбираю, приходя в это заведение, и решаю рискнуть и впервые попробовать Латте на кокосовом молоке. Вкусный и горячий напиток растекался по моему застуженному горлу, согревая мое замерзшее тело, в то время, как я беру себе на заметку, что если мне ещё раз выпадет шанс побывать в Ньй-Йорке, то в первую очередь стоит посетить именно это заведение, которое удивительным образом отличается от Ростовского в лучшую сторону. И не опять, а снова я начинаю фотографировать всё подряд: стаканчик из-под Латте, идеально ровно отрезанный кусок пирога, метель что разбушевалась за окном, припаркованные автомобили, уже заменённые лёгким слоем снега и пестрые неоновые вывески, привлекающие к себе много внимания туристов, не привыкших к огням города, который никогда не спит. Всё так же сидя в кофейне, наслаждаясь, своим согревающим тело, напитком, смотря по навигатору как добраться до всемирно известного Собора Святого Патрика, я не могу сдержать тяжкий вздох, почти полтора часа на такси, стоимость которого влетит мне в копеечку, и всего лишь каких-то двадцать минут на метро, в котором я ненавижу бывать из-за своего топографического кретинизма. Жаль конечно, что так мало времени на у меня есть, ведь чтобы прогуляться и изучить Большое Яблоко, как следует потребуется не один день, а как минимум две недели, но на сегодняшний день я довольствуюсь тем, что имею и это однозначно лучше, чем ничего, как сказала бы моя мама и поэтому сегодня тоня выбрать не комфорт, а скорость, в моей голове было более логичной. Выйдя из кофейни, я широким шагом в темпе вальса направилась к метро, благо, что оно было в ста метрах от Старбакса и особо мёрзнуть мне не пришлось, потому что погода с каждой минутой всё ухудшалась и ухудшалась, что я даже задумалась отказаться от задуманного плана и просто просидеть в кофейне всё, оставшееся время до самолета. Спустившись под землю, в нос резко ударил знакомый запах метро, заставляя на долю секунды поморщится, но всё так же улыбка красовалась на моем лице и я от всего сердца сомневаюсь, что сейчас в целом возможно стереть её. На ярком экранном табло было показано время — 16:58. В такой час людей еще не так много, как будет уже совсем скоро, когда начнётся, так называемый, час-пик, когда все люди начнут спешить с работы домой. Я терпеть не могу поездки в метро по банальным причинам невероятного столпотворения, неприятного характерного запаха и, если говорить прямо, то виной тут и мой топографический кретинизм. Поэтому зайдя в вагон, я занимаю место поближе к двери и музыка в моих ушах, исходящая из беспроводных наушников, играет на половину громкости, чтобы мне не прослушать свою станцию. Я постепенно расслабляюсь, позволяя себе принять более произвольное положение на сидении и закрываю глаза, всё также крепко держа сумку с фотоаппаратом в руках. Всё-таки, осознание всей сложившейся картины, заставляет улыбку непроизвольно вернуться на мое лицо, неважно, что на улице всё ещё очень холодно, неважно, мне предстоит еще один перелёт, что я держу путь к чужому человеку, с которым не виделась почти что десять лет. Я наконец-то в Нью-Йорке, исполняю главную мечту своего детства, а совсем скоро попытаю удачу и может быть поступлю в Королевскую академию искусств в Лондоне. Я достаю из переднего кармана джинс, спрятанных под пальто, телефон, обращаю внимание на количество уведомлений из социальных сетей от Юли и Дани и решаю написать сообщение блондинке, чтобы она не поднимала панику: «В Нью-Йорке просто шикарно, я даже хочу расплакаться от всей красоты этого города. Уже успела побывать на Таймс-сквер, посидела в кафе. Ещё не удержалась красоты и сделала много фотографий. Когда-нибудь мы втроем обязательно посетим Нью- Йорк. Только представь себе: Даня, ты и я. Только мы и никто больше. Думаю мы завоюем этот город! Сейчас еду в метро и понимаю чего мне тут не хватает. Мне не хватает тут тебя. Я очень люблю тебя, Шпулька. Ты действительно лучшая в мире.» К сообщению я прикрепляю несколько фотографий, которые я успела сделать на телефон. Из динамиков, которые встроены в потолок вагона доносится название станции, на которой мне нужно выходить. Выйдя из вагона, я наткнулась на толпу людей, которые ломанулись в открытые двери. Они буквально чуть не занесли меня обратно в вагон. Я еле смогла устоять на месте. Наконец-то двери купе сомкнулись и больше не было такой сильной толкучки. Я пошла к выходу. Выйдя на улицу, я была приятно удивлена, так как погода изменилась в лучшую сторону: снег перестал идти и из-за туч выглядывало солнышко. Я увидела вдалеке тот самый Собор. У меня сразу же перехватило дыхание. Даже с такого расстояния — он великолепен. Я сделала пару снимков. Я пошла прямиком к этому прекрасному зданию в неоготическом стиле. Когда я подошла к нему достаточно близко, то снова я нача задыхаться от переполняющих меня эмоций. Так красиво, так идеально. Буквально спустя 15 минут на улице стало темнеть. И Нью-Иорк стал переливаться различными огнями. Выглядит это просто превосходно. Так красиво, что даже не описать словами. Из-за такого обилия огней голова начинает кружиться. Начинает идти снег, и это только прибавляет этому месту красоты. Это место действительно выглядит идеально: толпы снующих туда- сюда людей, огни, которые кажется видно даже с закрытыми глазами, ходящие с открытыми ртами туристы, которые говорят на непонятных мне языках. После того как я обошла со всех сторон Собор я направилась к Фургончику с Хот-Догами. Купив себе один, я пошла к лавочке и на нее. Только сейчас я поняла насколько сильно я устала. Сегодня я очень много ходила. Достав из кармана телефон, я обнаружила 4 пропущенных вызова от мамы и одно входящее сообщение, от Дани: «Мой телефон сел. Это я. Я тоже очень хочу сейчас быть с тобой. Обязательно съездим все вместе в Нью-Йорк. Я так скучаю. Мы, мы так скучаем: я и Данька. И любим. А делала еще фото на телефон? Покажи, если есть возможность ;)» — 7 минут назад. Улыбка сама собой расцвела на моем лице, а пальцы потянулись, как можно скорее, печатать ответ: «Фотографий сняла немного, но сейчас пришлю то, что есть» и прикрепляю к этому сообщению в формате файла, ради сохранения хорошего качества, несколько фотографий, сделанных в кафе, одно фото Собора и парочку фото высоток, которые стоят неподалеку. Ответ приходит незамедлительно: «Черт возьми, Валя, просто великолепные снимки! У тебя дар, я сейчас абсолютно серьезно говорю. Дане тоже очень понравилось, особенно все фото из Старбакса. Мы дружненько ждём от тебя подробного фото-отчета, когда будет поблизости компьютер!» — читая сообщения от блондинки, я не могу перестать представлять ещё одну поездку в город, который нарекли уже всем известным прозвищем «Большое Яблоко», но уже не в полном одиночестве, а с компанией моих любимых друзей. «Она все еще ноет и истерит», — приходит новое сообщение в телеграмм от Дани, с прикреплённой фотографией заплаканной Юли, за которое, я уверена, Гаврилина дала ему подзатыльник и обидчиво отвернулась в противоположную от него сторону, надув губы и скрестив руки на груди, как обиженный на весь мир ребёнок, которого родители увели от стеллажа с желанной игрушкой, предварительно обещав обязательно купить её с такими честными глазами. «Приеду через две недели, это не так долго, Юля, я ещё надоем тебе своими бесконечными сообщениями и звонками. Когда вернусь, будешь просить, чтобы обратно уехала, я тебе отвечаю. Зуб даю!», — посмеиваясь, отправляю сообщение подруге, мечтательно представляя, как на её поникшем заплаканном лице сейчас образовывается легкая улыбка, а Милохин, смеясь во весь голос, подтирает её слёзы. Время на циферблате моих наручных часов, которые я обычно ношу в качестве украшений, показывает ровно 20:50. Идеальное время отправляться обратно в аэропорт, с учётом знаменитых Нью-Йоркских пробок на дорогах по вечерам. Тем более, лучше приехать раньше и прогуляться по Duty Free, чем опоздать на посадку и выслушивать от мамы, о том какая безответственная и непредусмотрительная у неё дочь. Я совершенно не горю желанием слушать нотации по телефону, поэтому выбираю вариант доехать на машине, а не ехать на метро, поставив всю поездку на карту. Поэтому ловлю такси и запрыгиваю в машину, буквально не чуя под собой ног. — Аэропорт Ла-Гвардия, пожалуйста, — пытаясь отдышаться, говорю я, дрожащим от усталости голосом, и поправляя, запутанные из-за ветра, волосы. — Я надеюсь, что вы не опаздываете, мисс, потому что ехать долго, еще и пробки, как назло, — приподнимая бровь, мужчина средних лет внимательно водил подушечкой пальца по дисплею телефона, ища в навигаторе, более свободную от машин, дорогу. — Два с половиной часа только, мы успеем добраться за два с половиной часа? — и вот сейчас паника охватила меня в свой чарующий плен, не давая никакой возможности выбраться из неволи, я начала действительно волноваться, натурально чувствуя, как по всему телу, начиная от спины, заканчивая стопами, побежал табун нежданных - негаданных мурашек. Невесёлые мысли о том, что будет, если я не успею на посадку заполонили мой разум, не позволяя рассудку одержать верх ними. — Да, за полтора часа должны успеть. Максимум за два, — ответ звучал обнадеживающе, по крайней мере мне хотелось в это верить. Только сейчас почувствовала, что все время, пока ждала ответа от водителя, я на каком-то подсознательном уровне задержала дыхание, и намертво впилась своим длинным маникюром в ладонь, оставляя болезненные следы от ногтей. Я облегченно вздохнула и решила позвонить маме, всё-таки она должно быть переживает за меня, не каждый же день родная дочь уезжает в другую страну к отцу, которого не видела уже десять лет. Трубку она взяла после первого гудка. — Ты вообще в своем уме?! Почему ты не брала трубку? Это что еще такое? Ты одна в большом городе, так сложно было взять трубку? Я уже думала покупать билеты на самолет и искать тебя! — обрушился крик моей мамы, как гром среди ясного неба. Даже водитель заметно побледнел, громко глотнув слюну, прибавил скорость, так и норовя обогнать, впереди едущие, машины. — Мам, прости, тут так красиво, из головы вылетело, что я долга была позвонить, — почти что шёпотом и нечленораздельно пробубнила я в динамик телефона, прижимаясь щекой к холодному окну, чувствуя, как кровь прилила к лицу и щеки залились румянцем. — Приедешь домой и я тебе устрою! — прикрикнула моя мама, по звукам на заднем фоне было слышно, что она наливает воду в стакан и по шорохам могу предположить, что похоже ещё достаёт успокоительные таблетки. — Да, хочешья тебе фотографии вышлю? — не оставляю надежды увести разговор в более благоприятное русло. — Не надо, — нотки недовольства всё же были слышны в ее голосе, но теперь тон был полностью спокоен, а дыхание выровненное. — Твои друзья детства уже приехали — я всё же пытаюсь заговорить ей зубы, чтобы она успокоилась. Как говориться попытка не пытка, но в нашем случае чудо не случилось, впрочем его ждать и не стоило: — Нет еще, через три часа только будут. Ты далеко от аэропорта? — Нет, но уже еду туда в такси, — прикрыв глаза от усталости, я отвечаю уже без особой заинтересованности в разговоре. Но это моя мама и прервать её я не могу. — Отлично. Время рассчитала? Ты не опоздаешь на самолет? — мама заваливает меня вопросами, не давая возможности даже вздохнуть спокойно. В этом мы с ней полные противоположности друг друга. Я обладаю титаническим спокойствие, но при этом принимаю всё близко к сердцу и на свой счёт, а она та ещё паникёрша, но со стальными нервами, вывести её из себя мне ни разу не удавалось. — Нет, — сказала, как отрезала, но силы продолжать разговор скоротечно иссякали, по той причине, что у меня нет убедительных аргументов, что я прибуду вовремя, а есть лишь надежда и вера в слова водителя. — Уверенна? Самолет не будет ждать тебя, Валентина, — мама назвала меня полным именем. Это означает, что она очень недовольна сейчас, но ничего не поделаешь, я всё так же еду в такси и надеюсь на лучшее. ...so stay tuned for further to the continued...