Понять самого себя

Это пошло ещё с детства. Все в моей семье звали меня везунчиком. «Неимоверный дар!» — говорили они, но всегда думал о проклятии. Я вечно был чем то обделён. Или наоборот, мне уделяли столько внимания, что хотелось спрятаться. Волосы, голубые глаза, тонкие детские руки — они хотели все рассмотреть. Но мне было чуждо такое внимание. Я хотел чтобы меня признали за заслуги, хотел чтобы уважали за проделанный труд, а не за везение. Ведь тот дар зачастую доставляет больше проблем, чем пользы. Дворовые дети проходили стороной. «Тот мальчик какой-то странный» — жаловались они родителям. Но я уже привык. Привык большую часть времени проводить за тренировками. Привык изнурять себя, даже будучи юношей. Я привык быть один. Моя семья всё меньше и меньше внимания стала уделять мне, как и я им. Все больше времени я стал проводить с местными жителями, даже знакомства некоторые завёл. Сян Лин — так звали одного интересного повара Ли Юэ. Она готовила потрясающие блюда, в хорошем и плохом смысле. Устоявшейся практикой была дегустация её нового меню. Не редкостью был какой-нибудь деликатес из слизи слайма или заоблачного перчика. Но всё-таки с ней чувствовалась отстранённость, будто мы из разных миров. Но время от времени она наводила на кое-какие сведения, так что наше знакомство не бессмысленно. Да и к тому же я ей нередко помогаю. Мы в расчете. Если продолжить про семью, то контакт я поддерживаю только со своей тетушкой, хотя я до сих пор не привык ее так звать, Шень Хэ. Мастер экзорцизма, непревзойденный идеал, да и просто красивая девушка и прекрасная наставница. Не раз она указывала мне на ошибки при выполнении всяческих ритуалов и прочих вещей. Также составляла для меня личные списки литературы, что я должен был прочитать. А как тетя она заботиться обо мне не хуже любящей матери. Каждый день спрашивает о моём самочувствии, о продвижении в экзорцизме и о том, не засиживался ли я допоздна за очередной книгой сухой теории? Шень Хэ мне очень близка, тому есть причина. Мы оба одиноки. Шень Хэ с малых лет занимается экзорцизмом, не зная лени и усталости. В своей деятельности она добилась таких успехов, что её уважает одна из привередливых адептов. Но чтобы что-то взять нужно что-то отдать. У неё не было друзей. Вообще никаких. В то время как её ровесницы обсуждали парней и новый парфюм, она жила в горах и практиковалась в экзорцизме. А за то, что победила сильнейшего демона в шесть лет она и получила крио глаз бога. На днях она писала мне о своём визите в мою обитель. Интересно, как там она? Наверное, как обычно, перетруждает себя. Стук в дверь. Как не вовремя. Я совсем не готов принимать гостей, как тут заявилась тётушка. Как только я открыл дверь, мы с ней встретились взглядом. Её вечно ледяные отстраненные глаза. Я уверен что жизни не хватит на восхищение одной лишь внешностью, что уж говорить о боевых талантах. Однако сегодня она выглядит чуть более потрёпанной, чем в прошлые разы. Невооружённым глазом не заметить, но небольшая усталость все же накопилась в глазах. Она явно пришла передохнуть и будет не против небольшого беспорядка в моей голове.  — Доброй ночи, Чун Юнь.  — Здравствуй, Шень Хэ.  — Я пришла к тебе как и писала. Прошу прошения за неожиданность, но — тут она отвела взор. Я точно был прав, она ищет покоя — могу ли я переночевать у тебя?  — С удовольствием приглашаю тебя в свой дом.  — Благодарю, — при ответе она выдохнула. Явно переутомилась за тренировками. Мы прошли в дом. Я как хозяин сея жилища, решил встретить гостью своим любимым чаем из цветов цинсинь. Разлив холодный напиток по чашкам, я взглянул на Шень Хэ. Та лежала в крови. Пред глазами пелена. Она проросла цветами — символ неразделенной любви. Но в кого же она могла влюбиться? Это ужасно, ужасная боль, что терзает тебя изо дня в день. Шень Хэ встала, подошла ко мне, хотя я был уверен, что та мертва. Она коснулась моего лица своими, уже холодными пальцами. Неприятно и мерзко. Никогда бы не подумал, что при взгляде на лицо наставницы, проросшее цветами, я скажу именно это.  — Не бойся, мой милый Чун Юнь, — она приблизилась к лицу так близко, что было просто невыносимо терпеть её мертвенно-ледяной взгляд — рано или поздно тоже случиться с тобой… Шэнь Хэ упала. Даже не так, распалась на множество бутонов шелковицы. От неё не осталось и следа. Нет! Только не этот кошмар! Мне могло присниться что угодно, но только не подобные кошмары. Они терзают душу, даже после пробуждения заставляют чувствовать себя ужасно. Я резко в поту вскочил с кровати. Ощупал себя, укусил запястье, как обычно делаю после столь реалистичных кошмаров, и успокоился.  — Тише, тише! — говорил я сам себе — Она не умерла. Все хорошо, это просто дурной сон. Несколько минут постояв у зеркала со стаканом воды, я все же выпил его бросил взгляд на инструкции, что я брал из книжного магазина напрокат. «Нужно будет вернуть завтра утром, » — подумал я перед тем как провалиться в спокойный и безмятежный сон. Пробуждение оставляло желать лучшего. Из-за тревожности я встал рано утром. Пять часов, магазин Ваньвэнь открылся. Я встал с кровати, лицо было в размазанной крови. Опять давление поднялось, ничего бывает. Уже не помню, почему ночью снял с себя одежду, скорее всего было жарко. В ушах шум, нужно привыкнуть. Ещё стакан воды, ещё таблетки. Простые витамины, рекомендованные Бай Чжу. Как он сказал, но я не думаю что это так. Сильно странный привкус, похоже на антидепрессанты, что пила моя мать когда я был маленьким. Её можно было понять: муж вечно на работе, от сестры ни весточки, а сын в свои четыре года надоел уже так, что хочется повеситься. Она и пыталась, я заметил её, а Шень Хэ сняла её с петли. Она пришла именно в этот день проведать нас. Именно тогда я узнал как она выглядит. Отец то кричал, то бился в истерике возле её полумертвого тела, я плакал, одна Шень Хэ держала меня на руках с ледяным взглядом. Её спасли, лучшие доктора Ли Юэ боролись за её жизнь. Излечив физические ранения, врачи принялись за душевные. Ей выписали сильные антидепрессанты, но она их особо не прятала, а я как ребёнок-исследователь решил попробовать их на вкус. И попробовал. Целую пачку. Я даже их не запивал из-за чего во рту стало невыносимо жечь. Подбежал к матери с полным ртом таблеток, она была в ужасе и мы со всех ног побежали в хижину Бубу. На полпути ноги становились ватными, голова кружилась, моя мать не знала что делать, но быстро сообразив взяла мена на руки и побежала так до лекаря. Меня откачали, мать успокоили, порекомендовали нам обоим пить чай с ромашкой и цветами цинсинь. Дома же она расплакалась, что уже не было редкостью, и сказала что рада что я выжил. Вскоре мать поправилась, я подрос, а она опять взялась за работу. С ней я сейчас практически не общаюсь. Так, раз в месяц по письму друг другу, на этом мы заканчиваем. Но почему они пичкают меня таблетками? Хотя мне как то раз Бай Чжу задавал странные вопросы по типу «А как вы себя чувствуете?», «Не приносите ли вы себе вреда?», «Спите как?», «Не чувствуете ли тревожности?», «А как аппетит?» и так далее. В общем, я старался отвечать честно. Врач как-никак, не навредит. Хотя наверное это все бред, мне бы сказали что к чему, а привкус уже помню не так чётко, много лет прошло же. Я умылся, почистил зубы и сделал другие бытовые вещи. Погладил одежду, что сам пошил. Никогда бы не подумал, что когда вырасту буду шить себе одежду сам. Но различные книги и журналы мне помогли с этим делом. Да и тем более это выходит гораздо дешевле и качественнее. Как же болит голова. Стоит зайти в хижину за очередным отваром из трав. Я как-то сильно злоупотребляю своими «витаминами». Но я как-никак равняюсь на свою наставницу, а она не знает отчаяния. Иногда я сильно устаю. Я думаю, что все мои старания напрасны, ведь люди даже не верят что я настоящий экзорцист. «Такой юнец, да и даже никаких ритуалов не делает. Ему навряд ли можно доверять.» Поэтому я начал практиковаться, пишу печати и заговоры, развиваю боевую технику, сижу на сбалансированных диетах. Всё ради признания. Накинув на себя утеплённый ханьфу поверх легкой одежды, я отправился на улицу. Зима в Ли Юэ проходит как осень в Монде. Так говорила Сян Лин, что не раз отправлялась туда за продуктами. Такая погода мне по душе. Легкий ветерок развивает волосы и успокаивает. Вот бы подобная температура была всегда. Но мечты остаются мечтами, и с этими мыслями я дошёл в книжный. Здесь всё как обычно. Милая владелица, что поможет с выбором книги и накажет принести её вовремя, приятная атмосфера и прекрасный вид на торговую гильдию. Время от времени тут можно встретить интересных личностей. Как-то раз мне удалось застать здесь хозяйку ритуального бюро вместе с каким-то парнем. Ху Тао так же можно встретить на кухне вместе с Сян Лин, но вот о юноше мне ничего неизвестно. Помнится мне, что у того были длинные синие волосы и янтарные глаза. Одет был достаточно интересно, сюртук с золотистыми вышивками, рубашка да шорты. Ещё он был в обуви на каблуке, поэтому можно предположить, что с Ху Тао они примерно одного роста. Почему же я так хорошо помню его внешность? Ответ достаточно прост, он постоянно находится в книжном магазине. Ну почти, в прошлый раз когда я приходил за литературой его здесь не было. Я как-то даже удивился, подумал не случилось ли что-то с ним. Но никому расспросами докучать не стал, просто забрал книги и вернулся домой готовиться к тренировке с Шэнь Хэ. Странно это. Я осмотрелся по сторонам. Он снова здесь, но что-то в его внешности не так. Волосы, они стали короче. Не мог понять к чему это. С одной стороны может быть он сам их отрезал и теперь рад этому, а с другой его могли насильно подстричь. Возможно капля волнения просочилась в мой взгляд, что тот посмотрел на меня. Сначала холодно, как с хозяйкой бюро, а чуть позднее мягко улыбнулся. Значит ли то, что всё в порядке? Надеюсь. Я подошёл к владелице, отдал книги, расписался, та пожелала удачи в работе и мы попрощались. А тот парень продолжал изучать мою спину, возможно ему пришёлся по вкусу мой ханьфу или вышивка на нем. Если это было так, то я очень рад. Мне всегда нравилось шить. Не знаю почему. Моя мать говорила, что у меня неплохо получается, а вот отец ворчал, что всё это занятие не мужское. Он всегда хотел чтобы я занимался борьбой и экзорцизмом. Но, как выяснилось, одно другому не мешает, поэтому я продолжил вышивать, при этом практикуясь в экзорцизме. Возможно, отец хотел чтобы я полностью отдался работе, но даже такому трудоголику как я нужен отдых. Этим отдыхом и стало моё хобби. Не знаю, правда, куда только теперь девать все те одежды с вышивкой, что я в своё время смастерил. С родственниками не общаюсь в большинстве, друзей особо нет, а сам я никуда не хожу. Пока что лежат, ждут своего времени. Как-то раз я сказал Сян Лин о своём увлечении и предложил посмотреть у меня вещи по вкусу. Тогда-то её глаза загорелись так, как не горит пламя в кромешной тьме. Она сказала, что приведёт свою хорошую подругу, с которой уже давно хотела меня познакомить. Я пришёл в замешательство. Если она собирается кого-то привести, то скорее всего это будет Ху Тао. Но погодите, она сказала что мы незнакомы. Это уже пугает, да и тем более… Хотела познакомить? Меня и её подругу? Я надеялся, что понимаю все неправильно, и потом окажется, что её подруга какая-то там рок звезда или что-то вроде того. Так и было. Я попал во всем. Высокая девушка ростом с меня, с чёрными волосами и грозным, на первый взгляд, лицом оказалась, как говорила Сян Лин, настоящим заоблачным перчиком. От неё веяло решимостью и резкостью, непоколебимостью и усердием, да и добродушия она тоже не лишена. А имя рок-исполнительницы — Синь Янь. Её компания была шумна, а Сян Лин как будто приобретала новые краски, становилась более развязанной, чаще шутила и придумывала рецепты новых блюд. Когда эти двое вместе, я чувствую себя третьим лишним. Иной раз они спрашивают «Чун Юнь, ты как?» На этот вопрос нельзя отвечать как либо еще. Нормально — лучший ответ. И не скажешь, что отлично, и не растолкуешь все своё состояние. Эти люди… все, с кем меня знакомила Сян Лин, будь то Ху Тао или Синь Янь — они слишком эмоциональны для меня. Я не могу влиться в их общество. И от этого ещё тяжелее. Как же трудно одному, но муторно быть с кем-то. Я очень быстро устаю от людей. Мне не интересны ваши рассказы и прочие повествования. Они никак не похожи на мою жизнь. Чувствую себя белой вороной, и только Шэнь Хэ той же породы, что и я. По дороге в хижину Бубу за отваром я встретил Сян Лин. Она неслась со скоростью света, ну, или мне так казалось. Подруга остановилась, чтобы что-то сказать.  — Чун Юнь! — воскликнула она и сразу бросилась на шею, ее знак приветствия был немного смущающим — Как же я рада, что встретила тебя здесь! Я хотела бы пригласить тебя на обед, с нами будет один милый юноша, его зовут, — из-за шума толпы я не расслышал имя, но она явно хотела нас познакомить. Как никак расширяет мой кругозор, огромное ей спасибо за это. Но юноша, коего Сян Лин пригласила, беспокоил меня. Сян Лин слишком спонтанна, она может знакомить меня как с работодателями, так и с обычными людьми, которые, по её мнению, заслуживают моего внимания и интереса. Да и тем более юноша… Всё время я общался с девушками, даже с отцом редко фразами перекидывался, а тут знакомство с парнем! Он ведь может считать меня недостаточно мужественным из-за моего спокойствия и нежелания поддерживать диалог, да ещё и Сян Лин может запросто разболтать о моём хобби, так тогда меня точно за женщину примут. Хотя внешне я вроде бы на девушку не похож, волосы короткие, да голос не сильно высокий. Хотя может быть мое мастерство двуручного меча решит проблему, которая даже ещё не зародилась. Я как всегда представляю худший вариант событий. Может быть этот парень на деле будет просто душкой и мы весело поболтаем. Я, весь заинтригованный, дошёл до хижины Бубу. Очереди совсем не было, маленькая девочка стояла за прилавком и перебирала травы. Чичи, вроде бы так её зовут.  — Доброе утро, Чичи.  — Здравствуйте…— после каждых её фраз были небольшие паузы, скорее всего она вспоминала слова. Доктор Бай Чжу говорил, что у девочки плохая память — У вас есть… рецепт… на травы… или прочее?  — Ох, — спохватился я; как же можно было забыть заранее вынуть бумажку из кармана— конечно, прошу. Чичи взглянула на рецепт и начала листать свой блокнот. После трех минут чтения, она начала рыться в ящиках с травами и лекарствами. Достав нужный пакетик с цветами цинсинь, шелковицей и колокольчиками, она вручила его мне.  — Огромное спасибо! — улыбнулся я, но в ответ получил лишь мертвенный взгляд и лёгкий кивок. При Чичи я стараюсь вести себя как ребёнок, наверное ей очень одиноко без детей с которыми она могла бы поиграть и почитать вместе. Поэтому когда я прихожу в магазин, я стараюсь быть максимально дружелюбным с ней, но она не видит этого. Но мало помалу я надеюсь ей помочь. Надеюсь хотя бы раз увидеть на её лице что-то похожее на улыбку. Шэнь Хэ тоже редко улыбается, а когда делает это, то сразу и не поймёшь, что она улыбнулась. Но эта улыбка… в ней есть что-то, что не даёт расстраиваться. Да и тем более она много времени провела в горах и совсем не общалась с людьми. И только потом, когда спустилась в Ли Юэ, маленький я учил ее улыбаться. Было достаточно забавно учить такую взрослую тётеньку простым эмоциям. Поэтому сейчас, когда она улыбается, на душе становится тепло. Я вышел из хижины Бубу и направился домой. По пути зашёл на торговую площадь «Фейюнь» купить тканей. Сян Лин просила сшить одно платье по наброскам её подруги. Сколько же у неё знакомых, я поражён. Но она ещё наказала сделать всё качественно и с любовью, так как это не просто какой-то человек, а член группировки Цисинь. И сразу чтобы меня успокоить ответила на вопрос, который возник у меня в голове — «Не беспокойся, не Нин Гуан, » — после чего я согласился и на этом мы закончили. Мне предстояло купить лиловую, чёрную и синюю ткани. Подойдя к прилавку, я начал рассматривать и ощупывать различные виды тканей. Посоветовавшись с торговцем, мы остановились на шелке. Я упаковал несколько рулонов, расплатился и думал уже уходить, как вдруг встретил того, кого точно не ожидал. Тот парень из книжного. Он стоял воле соседнего прилавка и вроде бы меня не заметил. Так что я взял покупку и быстрым шагом дошёл до дома. Придя домой, я разложил ткани и вспомнил об обеде. Нужно было переодеться, не в домашней же одежде идти на встречу. До сей поры под ханьфу была спальная футболка и штаны. Одеться я решил так, чтобы из далека было видно — экзорцист идёт. Надев легкие вещи и различные талисманы в виде янтаря, я накинул сверху тот же ханьфу и направился на встречу. По дороге обдумывал различные приветствия и темы для разговора. Очень надеюсь, что Сян Лин представит мне его, уже от этого я смогу отталкиваться при знакомстве. До ресторана «Народный выбор» оставалось совсем немного. Волнение уже подкрадывается со спины, как я вижу знакомое лицо и оно овладевает мной полностью. Тот парень. Из книжного. Неужели с ним меня хотела познакомить Сян Лин?!