Bodyguard from Seoul

Тэён мерил шагами больничный коридор. Секретарь Шим, привезший его сюда спустя несколько часов после ночных событий, несколько раз пытался отвлечь парня разговорами или предложением стаканчика кофе, но тот почти ничего не говорил, либо неподвижно сидя на стуле у стены, либо вскакивая и начиная ходить туда-сюда, на что Чанмин лишь тихо вздыхал и устало прислонялся к стене. Когда они приехали домой, уже светало. Тэён помылся, смывая водой бордовые следы крови с рук и лица, переоделся в домашние штаны и толстовку и лёг на кровать, смотря в потолок. Он забылся поверхностным беспокойным сном. Спустя два часа резко проснулся и не в силах больше лежать без дела, поднялся с постели и спустился вниз. Отец уже приехал и устало сидел за своим рабочим столом в кабинете. Коротко поздоровавшись с ним, Тэён потребовал, чтобы его немедленно отвезли в больницу. Президент Ли Юнхо не сказал ничего, только кивнул и связался с секретарем Шимом, распоряжаясь о том, чтобы тот отвёз наследника в городскую больницу, куда скорая доставила Джэхёна. Тэён посмотрел на отца с благодарностью, коротко пожал ему руку и не мешкая, сел в машину. Теперь он, словно призрак, бродил по коридору, не обращая внимания на сочувственно-обеспокоенный взгляд Чанмина, и время словно остановилось на месте, отказываясь двигаться вперёд. Наконец спустя долгое, растянувшееся противной жвачкой ожидание, дверь палаты открылась и вышедший оттуда врач кивнул им с утомлённой улыбкой на лице: - Вы можете навестить его. Состояние стабильное, мы прооперировали его пару часов назад, но его жизнь вне опасности. Он пришёл в себя, просто ещё слаб, но худшее позади. - Благодарю вас, доктор, - быстро ответил Тэён, кланяясь, и чувствуя как сердце ускоряет свой стук. Он открыл дверь и зайдя в палату, сразу же встретился взглядом с Джэхёном. Телохранитель выглядел немного сонным, но его взгляд сразу тепло заискрился, как только он увидел вошедшего. Он полулежал на горе подушек с приподнятым изголовьем кровати, и к груди и рукам было прикреплено много проводков следящей за состоянием аппаратуры и тонкий шнур от капельницы. Телохранитель уже не выглядел таким бледным, как тогда на улице посреди жуткой ночи, где Тэён вынужден был расстаться с ним, его кожа приняла более здоровый оттенок. Юноша шагнул к нему навстречу и сел на низкий табурет возле кровати, чувствуя, как от облегчения он наконец может сделать глубокий вдох, и напряжение покидает тело на выдохе. Протянул руку и мягко коснулся кончиками пальцев тыльной стороны чоновой ладони, лежащей поверх одеяла. Погладил прохладную кожу, спустился на запястье, медленно, бережно переплёл пальцы, сцепляя их в замок. Они молча смотрели друг в другу глаза, пока у дверей не раздалось тихое покашливание: - Я пожалуй, оставлю вас одних... господин Чон, я очень рад, что вы идёте на поправку. Тэён вздрогнул, совсем позабыв о существовании секретаря, и перевёл на него тёплый взгляд, чувствуя, что мир вокруг снова играет красками. Джэхён закивал, слабо улыбнувшись секретарю: - Я в порядке, жить буду. Спасибо, что присматриваете за Тэёном. - Пустяки. Тогда я пойду, мне нужно решить кое-какие дела. Господин Ли, я заеду за вами через часа два? - Заедете за мной вечером, - последовал ответ. - Будь его воля, он бы остался тут и на ночь, - весело сказал Джэхён, поглаживая большим пальцем костяшки на руке младшего, - но боюсь, медсестры не разрешат. Тот стремительно порозовел, но повторил упрямым тоном: - Вечером. Я напишу вам, секретарь Шим, благодарю за заботу. Чанмин одарил его многозначительным взглядом, и уголки его губ приподнялись. Он откланялся и скрылся за дверью. Они остались наедине. Снова воцарилось молчание. Потом Тэён медленно опустил голову на одеяло, положил джэхёнову руку себе на щёку, сжимая его запястье, и прикрыл глаза с длинными ресницами, на которых заблестело несколько хрустальных слезинок. - Ну чего ты, - ласково сказал Джэхён, перебирая пальцами по его щеке, аккуратно стирая влагу с переносицы. - Со мной всё хорошо, врачи сказали, рана заживёт быстро. Совсем скоро буду как огурчик. Тэён потёрся щекой о его ладонь. - Ты лучшее, что когда-либо случалось со мной, - тихо сказал он, смаргивая слёзы. - Я всегда буду благодарен тебе за твою защиту, поддержку, за твоё присутствие рядом. За твою любовь. За то, что спас меня. - Это я должен благодарить тебя за то, что не оставил меня там... - Ты с ума сошёл? Как ты можешь даже предположить, что я мог бросить тебя? - от возмущения Тэён приподнял голову и сердито посмотрел на телохранителя, надув щёки, от чего внезапно стал похожим на хомячка. Джэхён тихо засмеялся и тут же поморщился от боли: - Ты такой милый. Но не смеши меня, а то швы разойдутся. - Я тут уже весь извёлся от переживаний, а ему смешно... Джэхён в миг стал серьёзным. - Я знаю, что тебе пришлось нелегко. Я знаю, что ты боялся потерять меня. Нет нужды говорить об этом. Но сейчас всё хорошо, я чувствую себя намного лучше, а с тех пор как ты перешагнул порог палаты, я счастлив. Счастлив видеть тебя, касаться тебя. Прошла словно целая вечность с того момента, как мы покинули приём и ехали в машине, держась за руки. - Сильно болит? - прошептал Тэён, через одеяло дотрагиваясь до живота старшего. - Не так уж, ерунда. - Джэхён-хён, - голос юноши зазвучал строго. - Я знаю, ты не хочешь меня беспокоить, но ты должен отвечать честно. - Но правда, ничего страшного... ладно, на самом деле, конечно, больно, но это пустяки, главное ты здесь. Кстати, что там с Чхве? Полиция задержала его людей? - Да, и его самого. Отец сегодня даст показания насчёт шантажа. По словам секретаря Шима, у них достаточно доказательств нечестной деятельности Чхве, они уже давно следят за ним и попытка похищения стала последней каплей. Он больше не навредит ни мне, ни нашей компании, ни кому-либо ещё. И я уверен, никто больше не посмеет украсть наши разработки. В прессе широко осветят скандал с Чхве Шивоном, репутация Daehan Industries покатится вниз... - Уж не злорадствуешь ли ты провалу конкурентов и не переживаешь ли за компанию отца?.. - глаза Джэхёна улыбались. - Буду честен, я рад, что этот подлец понесёт заслуженное наказание, - ответил Тэён, снова укладывая голову на край кровати и прижимаясь красной макушкой к здоровому боку Чона. - Работать там я по-прежнему не желаю, однако отец много сил вложил в то, чтобы маленькая фармацевтическая компания Mirae Group стала известной во всём мире... поэтому мне небезразлична судьба компании. Но ты же знаешь, что мне больше по душе творчество, а не вопросы бизнеса и менеджмента. - Думаю, ты должен поговорить с господином Ли, после всего, что случилось... Мне кажется, он поймёт, что ты всерьёз хочешь заниматься своим делом и вы сможете договориться. - Ты слишком веришь в моего отца, - фыркнул Тэён, прикрывая глаза, когда Джэхён запустил пальцы в его волосы и стал перебирать пряди. - Я верю в тебя. Тэён спрятал улыбку. - Когда тебя выпишут? - Врач говорил, что через неделю я уже смогу отправиться домой и восстанавливаться там. Неужели боишься засыпать без меня? - пальцы пощекотали красную макушку. Тэён сжал одеяло и подумал, что без тепла возлюбленного в своей огромной пустой постели ему будет трудно уснуть и наверняка приснятся кошмары. Он повёл плечами, словно от холода, и прошептал: - Ничего, я справлюсь. Самое главное, что ты жив. Пожалуйста, поправляйся скорее. - Обещаю поскорее встать на ноги ради моего маленького принца, - нежно ответил Джэхён, сонно закрывая глаза и тут же проваливаясь в такой необходимый ему сейчас сон. Всё же он только недавно перенёс операцию и был ещё слишком слаб. Тэён выпрямился, подоткнул одеяло, проверил капельницу и прислушался к ровному, безмятежному дыханию старшего. За окном ярко светило солнце, было начало августа. Тэён накрыл ладонью широкую ладонь Джэхёна и несколько долгих минут смотрел в окно, где высаженные вокруг больницы деревья шумели малахитово-зелёной листвой. По подоконнику прошёл белоснежный голубь, заглянув сквозь стекло чёрными глазами-бусинками и убедившись, что корма тут нет, изящно щёлкнул розовым клювом и улетел, негромко хлопая крыльями. Тэён почувствовал, как усталость начинает накатывать на него волной и только сейчас приходит осознание, что всё плохое позади. Джэхён рядом, улыбается, дарит ему свои прикосновения, живой, пусть и не совсем здоровый, но это только вопрос времени. Молодой и сильный организм восстановится быстро. Тэён сильнее сжал руку спящего телохранителя.

***

Звуки погони, выстрелы, крики... Тэён бежал, но ноги не слушались, и он будто стоял на месте, не в силах двинуться вперёд. Темнота обступала со всех сторон. Поднеся руки к глазам, он увидел, что они все выпачканы запёкшейся кровью... Ли резко открыл глаза. Сердце часто билось в груди. Он осмотрел спальню, укутанную рассветными сумерками и сел на постели, натягивая одеяло до плеч и пытаясь избавиться от картины, всё ещё стоящей перед глазами. - Что случилось, малыш? - сонное бормотание раздалось сзади, и нежные руки погладили его спину по ткани футболки. - Снова кошмар? Тэён угукнул и прижался плотнее к здоровому боку Чона. - Но это ничего, всё хорошо, спи. Он уже привык к этим временами появляющимся кошмарам, в конце концов, с момента событий прошло не так много времени и потребуется ещё какое-то время, чтобы не вздрагивать от любого резкого звука. Джэхён уже неделю как выписался из больницы, рана отлично заживала, и он чувствовал себя хорошо. Тэён был рад вернуться вместе с ним в его уютное жильё, совершенно не жалея о том, что променял роскошный дом на простую квартиру на третьем этаже в спальном районе. С отцом у них состоялся разговор на следующий день после первого визита красноволосого в больницу. К удивлению Тэёна, тот не имел ничего против их отношений, коротко заметив, что Джэхён столько времени искренне заботился о его сыне и спас его, и он надеется, что этих обстоятельств достаточно для доказательства серьёзных чувств телохранителя к юному наследнику. Тэён улыбнулся, подумав, что без вмешательства Чанмина не обошлось - добрый секретарь явно рассказал отцу о том, как телохранитель в отсутствие президента Ли заботился о его сыне, став ему другом, опорой и подарив свою искреннюю любовь и преданность. Ли Юнхо долго смотрел на него через стол, прежде чем произнести: - Прости, что был таким плохим отцом для тебя. Я осознал, что могу потерять тебя и так сильно испугался за тебя. Возможно, мне стоит поискать другого управляющего... кажется, ты не будешь счастлив, работая в компании. Я слишком давил на тебя, прости своего старика, Тэён. Они несколько мгновений смотрели в глаза друг другу, затем пожали руки, и отец положил ладонь на плечо сына. - Джухён воспитала тебя прекрасным человеком, смелым и честным. Она бы гордилась тобой. Знаешь, я тоже иногда скучаю по ней. Тэён сглотнул ком в горле и опустил взгляд в пол. - Мы женились скорее по расчёту, чем по большой любви, но я уважал твою мать и по своему любил её. Мне жаль, что я не смог больше участвовать в твоём воспитании и когда я был тебе нужен, меня не было рядом. Надеюсь, что, позволив сейчас тебе заниматься тем, что тебе по-настоящему нравится и быть с тем, кого любишь, я смогу хоть немного исправить свою ошибку. Юноша ощутил, словно тугой узел в груди развязывается и шагнул к отцу, неловко обнимая и пряча лицо в отвороте его извечного строгого костюма. - Я просто хотел быть не наследником Mirae Group, а твоим сыном. Ли Юнхо пожевал губами и погладил его по голове. "Прости, Джухён, что я не смог подарить нашему сыну тепла, столь необходимого ему, и быть хорошим отцом для него, я слишком поздно осознал это". Тэён понял, что уже не сможет уснуть и выбрался из кровати, стараясь не разбудить провалившегося обратно в сон Джэхёна. Солнце заглядывало сквозь задёрнутую занавеску, и полоса света стелилась по полу. Тэён достал из ящика краски, кисточку и холст той самой картины, которую он так долго всё никак не мог завершить. Звёздное небо и пустой белый лист внизу. Расставил все принадлежности, которые он перевёз с собой в квартиру Джэхёна, закрепил холст и прикрыл глаза. Сильные руки, поддерживающие его на выходе из ночного клуба. Капот машины. Первый поцелуй под звёздами, неловкий, смазанный и пьяный. Налитый доверху стакан воды на прикроватной тумбочке. Ловкие руки, завязывающие галстук, застёгивающие ремень безопасности. Крыша под куполом, усеянным звёздами чёрного покрывала, поиск созвездий в небе и в глазах напротив. Признание и первый настоящий поцелуй. Футболка со спанчбобом, приготовленные на завтрак блинчики, сироп на губе, запах средства для мытья посуды. Обжигающие прикосновения к коже под футболкой и кружащая голову тяга к друг другу. Любимый аромат мускуса и сандалового одеколона. Ямочки на щеках, мягкие, персиковые, родные. Джэхён пошевелился и перевернулся на бок. Не нащупав рядом стройное тело, сразу раскрыл глаза и оглядел комнату. В углу возле окна сидел Тэён и вытирал руки от краски, а перед ним стоял холст. Джэхён откинул одеяло и спустил босые ноги на пол, прошёл к Ли и аккуратно обнял за плечи сзади. - Ты закончил её, - прошептал он, рассматривая картину. Сверху звёздное иссиня-чёрное небо, а внизу две тёмные фигуры, идущие бок о бок по размытым сиреневым облакам, напоминающим сладкую вату. - Кажется, мне не нужно спрашивать, кто это... - Может стоило добавить синего оттенка? Тебе не кажется, что вот тут переход цвета какой-то слишком резкий? - придирчиво-оценивающим взглядом рассматривая картину, пробормотал Тэён. - К чёрту переход, это прекрасно. - Без тебя моя жизнь была одинокой, как этот пустой лист, но ты смог добавить в неё красок, поверить в меня, помог выбраться из своего панциря. - Я люблю тебя, мой маленький черепашонок, - тихий грудной смех и губы на задней стороне шеи. - Эй, хён, ты что себе позволяешь, не смей называть меня так, я не ребёнок уже, - вскипел Тэён, уворачиваясь и хватая кисточку. - Я сейчас перепачкаю тебя краской! - Признайся, что тебе нравится, когда я называю тебя ласковыми словами, мой маленький принц, - произнёс Джэхён, выхватывая кисточку из его руки и швыряя её в другой конец комнаты, сжал талию красноволосого и заткнул его поцелуем. Тэён упёрся руками ему в грудь и жадно ответил на поцелуй. Пальцы телохранителя задрали футболку, скользя по бокам и спине парня, а губы страстно сминали мягкие губы, поцелуй становился всё более глубоким. Языки сплелись, дыхание стало прерывистым и жарким. - Я хочу тебя, - прошептал Тэён, скользя руками по широким плечам. Его щёки пунцово пылали. - Давай... примем душ вместе. От его голоса, ставшего вдруг таким низким и хриплым, у Джэхёна внизу живота скрутился тугой узел возбуждения, а вдоль позвоночника прошёлся табун мурашек. Он стянул футболку Тэёна через голову и потянулся за поцелуем, но Ли уже потащил его в сторону ванной, где резким движением снял с него майку и отбросил в сторону. Остальная одежда оказалась на полу в следующую секунду, и они, не разрывая поцелуя, зашли в душевую кабину. Тэён обхватил Чона за шею, целуя глубоко и зарываясь пальцами в густые волосы на затылке. Джэхён прижал его к стене кабины, гладя бока и спускаясь руками на бёдра и ягодицы. Тэён чуть прогнулся в пояснице, прижимаясь ближе и касаясь своим возбуждением бедра Чона. Пальцы коснулись живота и нежно погладили шрам на боку, где затянулась рана. Его горячее дыхание опаляло губы старшего, который безостановочно ласкал поясницу и спину Ли, очерчивая острые лопатки и выпирающие позвонки. Тэён слегка прикусил его нижнюю губу и спустился поцелуями ниже, на шею, затем на ключицы, грудь, обхватил зубами сосок и обвёл языком, окончательно сводя старшего с ума. - Чёрт, Тэён... - глухо выдохнул он, сдавливая талию в руках и ощущая, как его член болезненно твердеет. Он закинул ноги Тэёна себе на пояс и начал оставлять мокрую дорожку поцелуев на его шее и соблазнительных ключицах, слегка покусывая и засасывая кожу. Тэён сладко застонал, откидывая голову назад и стукаясь ею о кафель, и от этого стона Джэхён был готов кончить прямо сейчас. Запах младшего, его нежная гладкая кожа и жгучие прикосновения прохладных длинных пальцев лишали его способности ясно мыслить. Тэён шумно дышал, одной рукой цепляясь за плечи телохранителя, а второй открывая кран. Вода потоками стекала по их обнажённым телам и каплями блестела на горячей коже. Рука наследника ловко проскользнула вниз и накрыла член телохранителя, проводя до основания и слегка сжимая. С губ Джэхёна слетел стон, и он опёрся одной рукой о стену душевой. - Ты ведь фантазировал обо мне, да?... - дыхание коснулось уха, а наполненный возбуждением голос смешивался со звуком льющейся воды. И этот негодник ещё спрашивает? Тэён откинул голову назад и одной рукой коснулся своих ключиц и ямки между ними, томно закатывая глаза. Куда девался легко краснеющий милый юноша? Сейчас он напоминал Джэхёну самого себя в тот момент, когда расслабленный и сексуальный, танцевал на барной стойке в клубе, наслаждаясь собой и не заботясь о чужом мнении. Джэхён тяжело сглотнул ставшую вязкой слюну и крепче сжал нежное бедро, пока пальцы гладили его ствол. - Тэён... - прохрипел он, слегка кусая и целуя кадык Ли, и не в силах больше сдерживаться. Оргазм накрыл его волной безумного наслаждения. Красноволосый перехватил его пальцы и положил их на своё возбужденное естество, прерывисто дыша. Джэхён сжал его и провёл снизу вверх, готовый кончить второй раз подряд, и крепко прижался губами к мокрому плечу. Стон Ли потонул в шуме воды и, содрогнувшись от наслаждения, он достиг оргазма, пачкая своей жидкостью руку Чона. Они стояли, прижавшись друг к другу и пытаясь отдышаться, а вода струями стекала по их плечам и спинам. - Как твоя рана, надеюсь не болит? - тихо спросил Тэён, приходя в себя и робко касаясь пальцами шрама. - Я в норме, - усмехнулся Джэхён, целуя юношу в скулу. - Не думал, что наш первый раз произойдёт в душе, но мне понравилось. Ты такой... страстный и чувственный, я теряю разум. Давай чаще вместе принимать душ. Он выключил воду и накрыл припухшие от многочисленных поцелуев губы Тэёна своими, целуя с бесконечной нежностью. - Ты не представляешь, как сильно заводишь меня, как сильно я жаждал ласкать твоё тело, но сначала не хотел торопить события, боялся спугнуть тебя напористостью... а потом ранение разрушило мои планы... - прошептал он, беря полотенце и бережно вытирая им парня. - Ну теперь нам ничто не помешает, - хихикнул Тэён, натягивая штаны и заглядывая в глаза напротив лукаво и вместе с тем застенчиво. - Пойдём на кухню, я приготовлю тебе завтрак. Знаю, я готовлю ужасно, но ты ведь всё равно готов есть мою стряпню до конца жизни, какой бы несъедобной она ни была? Джэхён натянул футболку и взъерошил влажные волосы полотенцем. - Ты абсолютно прав.