Академия Жнецов

В кабинете Деймона горела одна лишь свеча, зато большая, толщиной почти в запястье, тускло освещающая только рабочий стол. Само помещение было небольшим, но уютным, заставленный по всему периметру стеллажами с книгами. Рабочее место находилось почти у самой стены, противоположной входной двери, а единственное окно, находившееся по левую руку от мистера О’Макрилли, было закрыто на пару крепких щеколд. За спиной у хозяина кабинета висел портрет Магистра, он же Легендарный Жнец, он же основатель Академии. Потрет пошевелился… - Уходи, - спокойно сказал Деймон куда-то в пустоту, не открывая взгляда от тетрадей, в которых он проверял работы студентов. Портрет поплыл, а затем начал сворачиваться в спираль, делая улыбку Магистра еще более жуткой. О’Макрилли вздохнул и лишь отодвинул тетради в левую сторону, освобождая половину стола. Осторожность всегда была его коньком, и на этот раз она спасла тетради первых первокурсников от… От чего? От проникновения портрета на стол. И без того тёмные краски стекли с портрета и, перемешавшись, превратились в густую чёрную массу. Эта субстанция медленно стекла на пол, преодолела небольшое расстояние на полу и взобралась на стол по его ножке. Эта масса бурлила, становилась более вязкой, а оказавшись на столешнице растеклась некрасивой кляксой на освобожденном специально для нее пространстве. Деймон лишь один раз покосился в сторону нагло ввалившейся к нему субстанции, но ничего не сказал, лишь подобрал тетради к себе поближе. А субстанция продолжала бурлить, обретая постепенно очертания, форму, увеличиваясь в размерах. О’Макрилли опять вздохнул и, взяв свечу с края стола, наклонил её прямо над особенно большим бугорком массы и вылил горячий воск. Субстанция издала громкий свист, забурлила с удвоенной силой. Деймон довольно улыбнулся и поставил свечу обратно на подставку. Но тёмная масса явно не собиралась оставлять это просто так. В миг она истончилась и угрожающе нависла над жнецом. - Деймон, дорогуша! – дверь кабинета открылась, в неё стремительно ворвался свет из коридора, осветив почти всё пространство этого укромного местечка. Портрет был на месте, как и Деймон. - Да, Марти, что-то случилось? – О’Макрилли поднял глаза на стоявшего в дверях мистера Шеммента. Тот стоял, как и обычно, весь скрючившийся и укутанный в большую шаль. В своё время именно из-за этой шали библиотекарь получил прозвище «Бабушка». - Ты чего тут сидишь в темноте, а? Так недолго и зрение совсем испортить, - Шеммент быстро преодолел расстояние от двери до рабочего места Деймона и с удовольствием устроился в кресле для посетителей прямо напротив своего коллеги. О’Макрилли вновь разложил тетради по всему столу, передвинул свечу в центр стола и размял затёкшие руки. Шеммент сидел себе спокойно, укутавшись в свою шаль, прикрыв глаза и даже немного посапывая. - А дверь кто закрывать будет? – с серьезным лицом, но с усмешкой в голосе, вопросил старый жнец у еще более старого жнеца. Библиотекарь лишь приоткрыл один глаз и тут же закрыл, сделав вид, что ничего не слышал. Тогда Деймон сам встал, закрыл дверь и поджог свечи на большой люстре прямо под потолком, освещая всё вокруг. Он предпочитал старинные методы освещения, от новых у него сильно болели глаза. Затем он пальцами затушил фитиль горящей свечи. Постояв несколько секунд, забыв на это время, что же он хотел сделать, его неожиданно осенило, и он открыл окно, впуская спокойный ночной ветер. Библиотекарь в кресле поежился и даже открыл глаза, крайне недовольно глядя на хозяина кабинета. - Закрой окно, холодно же! – пробурчал мистер Шеммент, пряча в шаль свой чуть вздёрнутый нос. - Если тебе холодно, то иди к себе в Библиотеку, а еще лучше – в свою комнату, Марти, - садясь обратно за рабочее место, безэмоционально высказался О’Макрилли. - Мне скучно там, - как-то уж совсем по-ребячески отнекивался библиотекарь. – А с тобой всегда что-то интересное приключается. - Хохотун приставил следить? – уткнувшись в тетради, спокойно спросил Деймон. - Вот всё тебе какие-то заговоры видятся, - мистер Шеммент выпрямился, подставляя красивое, но очень уставшее лицо прохладе. Он вздохнул, - я же правда просто так к тебе пришёл, друг мой. Повисла небольшая пауза, в которой только и слышно было, как тяжело дышал библиотекарь и как шелестели страницы тетрадей в руках преподавателя Демонологии. - Мне осталось немного, Деймон, совсем немного, - мистер Шеммент чуть приподнял голову и улыбнулся портрету за спиной О’Макрилли. – Скоро я смогу тебе помочь. Правда, смогу! Я нашёл несколько книг… - Мне не нужна помощь, я справлюсь и без тебя, - Деймон посмотрел исподлобья своим ястребиным взором, от которого даже у такого великого жнеца, как Мартина Джона Шеммента, пробежались мурашки по спине. - Но, Деймон, ты… - Я справлюсь, - вторил жнец таким ледяным тоном, что казалось, будто комната покрылась изморозью и холодной синей тенью. Это ощущение быстро прошло, и состояние комнаты пришло в комнату. Но от взора библиотекаря не укрылось появление новых седых волос на голове у мистера О’Макрилли. …Всем нам приготовлена определенная судьба, и я до сих пор считаю, что со мной сыграли злую шутку. Я не собирался быть преподавателем, я даже не планировал просто задерживаться в Академии. Хотел – мечтать тут уже нет смысла, только хотеть, - работать в отделе исследований или же трудится над новыми косами смерти. Души я собирать не намеревался, и потому провёл на этом поприще совсем недолго. Судьба повернулась ко мне так, что карточки с делами перепутали, и вместо когда-то живого мистера Коула меня отправили преподавателем в Академию, но ошибку сразу никто исправлять не стал. Но, по крайней мере, я уверен, что из-под моей руки выходят действительно хорошие жнецы. Надеюсь… По каменной тропинке, ведущей вдоль всего корпуса мужского общежития, быстро передвигалась одна пара ног. Порядком изношенная пара мужских туфель старалась выглядеть изящно, но всё равно не вызывала удовлетворительно результата. Брюки были выглажены, но снизу немного запачканы брызгами. Тропинка скоро закончилась, и быстрые ножки прыжками взобрались по ступенькам, не встретили никаких препятствий в виде закрытых дверей и направились еще быстрее по красивому мраморному коридору левого крыла Академии. Пройдя так же прыжками еще три лестничных пролёта, ноги пробежали до конца коридора, чуть не споткнувшись на середине, и оказались возле одной из аудиторий, дверь в которую была открыта. - О, кого же это к нам принесло-то, наконец! – прокряхтел мистер Нэдвиг, недовольно дёрнув носом. – Опоздания – это самое худшее, что могло бы приключится со жнецом, ведь опаздывать нельзя, никогда и не для чего, вам предстоит так много сделать еще!.. - Опять он свою шарманку затарахтел, - прошептал Уильям, зевая и удобнее устраиваясь на своей любимой задней парте. - Я тоже ума не приложу, как можно быть таким скучным, что даже ругань не вызывает интереса… Его серость даже красный цвет не украсит, этот цвет в нём растворится, - кивнул его сосед по парте. - Абсолютно согласен с тобой, чучело, - вздохнул Уильям и приподнял голову, смотря на то, как Эрик Слингби пытается вставить хоть в слово в крайне увлекательную триаду преподавателя. Блондин, кстати сказать, приметив своих соседей по комнате стал негодовать еще больше. Ладно бы они все вместе опоздали, но приплясывал утром только он. Грелль, поймав взгляд Эрика, ласково улыбнулся и кокетливо помахал ладошкой, а Уильям всеми жестами показывал, что он на стороне друга. Слингби, конечно, еще больше разозлился от таких телодвижений и, пока мистер Нэдвиг продолжал свои нравоучения, мышкой проскользнул меж рядов, взял свободный стул и третьим пристроился за парту к Сатклиффу и Ти Спирсу. - Я вас убью, - процедил сквозь зубы Эрик, сверля исподлобья ядовито-зелеными глазами. - Опять? – хором прошептали брюнет и красноволосый, глядя на блондина с абсолютно одинаковым выражением недоумения на лице. Эрик махнул на них рукой, да открыл тетрадь, делая вид, что записывает конспект за мистером Нэдвигом, который в какой-то момент забыл, что отчитывал студента за опоздание и продолжил тему занятия, как ни в чем не бывало. Недавно им сменили аудиторию на более большую, соединяя их группу с другими, что очень радовала и мистера Нэдвига, и самих студентов, особенно тех, что привыкли ошиваться на галерке. - Почему вы меня не разбудили? – успокоившись, зашептался Эрик, но, подумав, не упустил возможности отомстить хотя бы Сатклиффу, ближе всего к которому он и сидел, ущипнув того за бедро. Грелль с виду не обратил внимания, но ногу блондину отдавил. - Ты очень сладко спал, - ответил ему Уильям, разлегшись на половину парты, - был таким милым и нежным, что я не смог устоять, чтобы сделать тебе гадость. - А я его поддержал, - во все сорок два улыбнулся Сатклифф, тоже укладываясь на парту. - Как-то подозрительно вы сегодня ладите друг с другом, - Эрик прищурился, - чего умыслили? - Ничего, - так же хором ответили Уильям и Грелль, от чего удивление возникло уже на лице Слингби. Впрочем, они и не врали ему, говоря о том, что ничего не задумали. Просто так случилось, что они сами проспали, и впопыхах об Эрике совершенно забыли, да и сами опоздали на занятие, точно так же прослушали стопку нравоучений от мистера Нэдвига и прошмыгнули на самые задние ряды, чтобы тот их не донимал. Об Слингби они вспомнили только тогда, когда уже оказались непосредственно в аудитории. Этот факт дал им от души посмеяться, даже немного забыться. В последнее время между Уильямом и Греллем с Эриком были натянутые отношения, он старался по возможности их избегать и много времени проводил в Библиотеке. Такая неловкая ситуация, как это, расслабила их. Мистер Нэдвиг читал монотонные тексты, студенты зевали, многие видели уже третий сон. Уильям, убедившись, что Эрик больше на него не обижается, окончательно успокоился и принялся рассматривать аудиторию со своего угла обзора. Ничего интересного во всех этих жнецах и жницах совершенно и не было, ему вообще показалось, что в какой-то момент все они смешались в непонятную темную массу, тяжелую и тягучую. Уильям встряхнул головой, и видение прошло. Пока он приходил в себя, в дверях показался Мокрица. - Мистер Нэдвиг, можно вас на пару слов? – даже не постучавшись, перебил О’Макрилли преподавателя. Тот попытался возмутиться, но хищный птичий взор преподавателя Демонологии заставил его замолчать на полуслове и покорно выйти из аудитории. В помещении тут же радостно загудели, кто-то тихо собрался и вышел из окна по широкому карнизу, добрался до спасительных труб и спустился вниз. Насторожило появление собственного куратора только Уильяма и Грелля, которые стали на вид через чур серьезными. - Почему он не занятиях? – спросил Грелль куда-то в пустоту, но его поддержал Ти Спирс. - Это одно, занятия могли и отменить. Что ему надо от Нэдвига? - Да что же вам всё время какие-то заговоры мерещатся, ей богу, - прыснул Эрик. - Они не мерещатся, они есть, мой друг, - Уильям скрестил руки на груди. Его тревожность и замкнутость вернулась к нему, всплыл недавний разговор с Магистром, мистером Шемментом и О’Макрилли. Они пояснили ему, что когда-то давно у них был преподаватель, слетевший с катушек. Этот самый преподаватель, по их словам, вбил себе в голову, будто демоны могут заключить контракт со жнецами, как и с людьми, и что это обязательно должен знать каждый. Но на самом деле этого никогда не было и не будет, просто потому что невозможно. И всё же этот преподаватель взял на себя ответственность вписать в тогдашние учебники по Демонологии те странные строки, что видел Уильям. После этого преподаватель исчез. В ходе некоторых расследований выяснилось, что он даже не поскупился перерезать добрую часть студентов, пытаясь доказать, что всё это проделки демонов. Учебники были изъяты, об инциденте постарались забыть, но сам сумасшедший преподаватель так и не был найден. На этом история Магистра закончилась, но покоя в душе Уильяма не оставила. Ему ответили про учебники, но никак не про то, что происходит здесь и сейчас. Возможно ли, что этот преподаватель до сих пор убивает студентов? Или же ему нагло наврали? А вдруг кто-то из нынешних преподавателей его покрывает? - Слишком много «но», - вслух высказался Уильям, опять вспомнив ту историю. Грелль и Эрик покосились на него, но ничего говорить не стали, привыкшие к такому поведению Уильяма в последнее время. - Ты когда-нибудь с нами поделишься своими прекрасными мыслями? – в голосе Сатклиффа чувствовались нотки сарказма. – Или ты считаешь, что ты так глуп, что все твои мысли легко читаются у тебя прямо на лице? - Я сочту это как тот факт, что ты признал меня умным, - парировал Уильям, не отводя взгляда от двери. Сатклифф вспыхнул от злости, как спичка, начал ругаться, Эрик пробормотал что-то о ревности, но это мало отвлекло Уильяма от входной двери. Очнулся он лишь тогда, когда мистер Нэдвиг появился вместе с мистером О’Макрилли. Они зашли в аудиторию спокойно, даже как-то навеселе, спокойно же распрощались, и занятие продолжилось. - Я же говорил, что никаких заговоров тут нет, наверное, их просто вызывали, вот Мокрица его и захватил с собой, - как ни в чем не бывало произнес Эрик и откинулся вальяжно на стуле. - Может быть, может быть, - утихая, ответил ему Уильяма и вновь прилег на парту. Впереди была еще одна пара с мистером Нэдвигом, и сил нужно было очень много. Первое занятие закончилось в обычном русле. Все вышли на десятиминутный перерыв, подышать свежим воздухом, в аудитории осталось лишь несколько крепко заснувших студентов. Эрик и Грелль отправились в столовую за кофе, а Уильям остался их ждать возле аудитории, прислонившись к прохладной мраморной колонне. В голову студента не лезло ровно ни одной мысли до тех пор, пока по коридору вновь не прошел О’Макрилли. В естественном освещении Уильям подметил для себя, что с последней их встречи у жнеца прибавилось седых волос, да и вид он имел довольно уставший, что для их куратора было довольно странно. Мысли о Деймоне вышли из головы Ти Спирса сразу после возвращения блондина с красноволосым под ручку. От одного вида сладкого воркования этих двоих у Уильяма пропадал всякий аппетит, и он поспешил занять свое любимое место в аудитории. Мистер Нэдвиг, только войдя, тут же завел свою монотонную речь, и Сатклифф тут же, взвыв, уронил голову на парту. Эрик лишь сочувственно погладил красноволосого по голове, прекрасно разделяя с ним чувство безысходности. - А меня никто по головке не погладит, - усмехнулся Уильям, на что Эрик резонно показал ему определенный оскорбляющий жест. Неожиданно в помещении повисла буквально гробовая тишина. Преподаватель резко остановился на полуслове и уставился куда-то в потолок, переваливаясь с носка на пятки, покачиваясь. Некоторые студенты, осознав, что что-то не так, почувствовав себя неуютно, выпрямились и сделались крайне серьезными. Мистер Нэдвиг молчал несколько минут, продолжая раскачиваться и смотреть в потолок. - Мистер Нэдвиг, с вами всё в порядке? – послышался голос с передних парт, но преподаватель продолжал молчать и раскачиваться. Окончательно проснулись все и не отрывали взгляда от своего преподавателя. - Да что же это с ним? – поражался Эрик, а Грелль и Уильям смотрели в оба глаза. Нехорошее предчувствие резко наплыло на них. Через несколько секунд мистер Нэдвиг упал лицом вниз без чувств, следом последовал визг девушек, все дружно встали и поспешили к преподавателю на помощь. Вокруг головы жнеца уже растеклась по полу лужица багровой крови, а через несколько секунд лужа крови образовалась и под остальным туловищем.