На картах не значится

      Вечерний Нью-Йорк ничем не отличался от дневного. Ну, если не брать во внимание море огоньков, освещавших небоскребы и оживленные улицы. Они кишели людьми и машинами, что сигналили друг другу. Это и не удивительно: вечер пятницы же. Все стремились либо попасть домой, либо окунуться в мир развлечений, что предоставлял шумный мегаполис: рестораны, клубы и, конечно, бары.       В один из таких баров стекался весь высший свет Квинса. То есть те, кому не хватило денег на элитные Манхэттенские квартиры. Да, толстосумы слетались будто мухи на мед, но справедливости ради стоит заметить, что не зря. Заведение было просторным, светлым, с уютной верандой, привлекавшей посетителей удобными лавочками и гирляндами. Навороченные лампочки в форме цилиндров, столики и стулья из темного дуба. И куда мы без барной стойки: это же изюминка любой бухальни. Пусть даже и такой, в которой вместо наркоманского электро играл пафосный джаз. Трубы, саксофоны, барабаны и гитары наполняли большое помещение жизнью, переплетаясь со звоном граненых бокалов и льда. Так вот барная стойка находилась в центре заведения и была сплошь заставлена бутылками с дорогим алкоголем, которые будто сияли изнутри из-за того в многочисленные полки была вмонтирована желтоватая подсветка.       Это все красивая обертка, а задний двор, как это обычно и бывает, принимал на себя удар в виде бесконечных мешков с мусором и усталого персонала, что расходился только под утро. Серая дверца с черной надписью «служебный вход», что была нанесена краской, призывно скрипнула, впустив в теплое помещение одного из сотрудников.       То был Питер Паркер, фанатевший от кожаных курток и вкусного пойла, которое, впрочем, удавалось потягивать втихую, когда не было так много заказов. Ну, а кто не будет лакать будучи барменом? Хотя, если честно, заняться было всегда чем: покрасоваться перед клиентами, стащить какую-нибудь безделушку. В общем-то, мужчине довольно везло, ведь на его симпатичную рожу много кто клевал: и стар, и млад, и парни, и одинокие женщины. Все, кому не лень. И заслуженно! Ослепительная улыбка, умелые пальцы, глаза цвета того самого «Jameson», который смешивали с колой, и каштановые кудри, с которыми играло освещение бара.       Если коротко и ясно, то валить и трахать. Особенно с учетом того, что работа требовала ношения строгой униформы. Мда, никаких косух. Но Питер сильно не расстраивался, потому что работать в черной жилетке и белой рубашке, расстегнутой на несколько пуговиц, и с закатанными по локоть рукавами, было, на удивление, довольно удобно. К тому же, такая одежда добавляла Паркеру очков в категории «самый симпатичный бармен Квинса» (так его пару недель назад назвала одна из посетительниц).       Таким образом, Питер прокачал сексуальность своего персонажа на максимум и, чувствуя себя до одури ахуенным, заявился в зал. Мужчина оставил рюкзак и шмотки в помещении для персонала, а сам оказался за широкой барной стойкой. Тут уже все родное: стаканы, ящик со льдом, шейкеры, бутылки, даже та тарелочка с лимонами.       К тому же, он любил находиться на рабочем месте еще и потому, что с него открывался занимательный вид на посетителей. Несколько столиков занимал какой-то молодняк, судя по всему, образованный, потому что обычную молодежь такие места не привлекают. Ну, это же бар для богатеньких старперов. Виднелись самые настоящие фальшивки: ребята, которые увешали себя брюликами, а сами считают мелочь, чтобы купить какой-нибудь коктейль. Но на таких Паркер старался не обращать внимания, потому что он прекрасно понимал, каково это — делать вид, что ты на завтрак не ел лапшу быстрого приготовления. Понимал, потому что самому хотелось смыть с себя пыль набитого метро, которая коркой облипла тело за те жалкие минуты, что длился путь от родной станции до бара.       Гораздо больше Питера интересовали истинные богатеи. Им нечего терять, так что ничего не случится, если Паркер втихую свиснет какую-нибудь цепочку. Обеспеченные люди всегда сидели с расправленными плечами и подобно коршунам внимательно следили за муравьиным роем. Они в основном предпочитали уютные столики и диваны, однако редкие персонажи все же плюхались на высокие стулья с кожаной обивкой и заводили беседы с барменами. Такие персонажи чаще всего ныли о разбитом сердце или просто молча набухивались, разговаривая с властителями шейкеров только тогда, когда требовалась очередная доза высокоградусного.       Впрочем, Питер не считал себя удачливым, однако в этот вечер фортуна явно ему улыбнулась, потому что за стойкой оказалась одинокая девушка. Шоколадная кожа, темные волосы и бездонные карие глаза. Зубы игриво подцепили пухлую губу, сверкавшую от розоватого блеска, а палец накручивал прядь в попытках привлечь внимание бармена.       И таинственной особе это удалось, потому что Паркер отдал стакан с Негрони и бокал с Космополитеном официанту, выряженному в черную рубашку, а затем минул Неда, своего напарника, чтобы оказаться прямо перед клиенткой. Мужчина оперся руками на стойку, а затем выдал ту самую улыбку из разряда «пропуск в трусики». — Что пожелаете, мисс? — чтобы девушка услышала вопрос, Питер подался вперед. — Отвертку, пожалуйста, — она немного склонив голову в бок. — Отвертку? Наши бармены способны на большее, — протянул Паркер, — позвольте мне вас удивить.       Мужчине не нужно было одобрение клиентки, хоть и прозвучало кокетливое «ну, удиви». Он уже достал высокий стакан и зачерпнул лед из холодильника. — Что такая прекрасная особа забыла в нашей дыре? — попутно спросил Питер, — вы же не местная? — Ты прав, — девушка улыбнулась, — бары Манхэттена уже надоели.       Манхэттен? Так вот оно что. Паркер мигом убрал стакан, будто его и не было, а затем выставил бокал с узкой ножкой. Попутно мужчина думал о том, что он в очередной раз оказался невероятно проницателен: богатые особы из Квинса не носят бриллиантовые браслеты. Да, Питер сразу заметил безделушку, которая довольно сильно выделялась на фоне темной блузки и гладкой кожи. Хм, интересно, это Картье? — Тогда я рад, что вы выбрали именно наш бар, — сказал Паркер, желая прервать образовавшуюся в диалоге паузу. Он достал чистый шейкер и засыпал в него лед, — считается, что коктейль Манхэттен был изобретен в девятнадцатом веке. Версии разные: что он родом из клуба «Манхэттен» или что, например, создан матерью Уинстона Черчилля в честь выборов мэром Нью-Йорка одного из демократов, их тогда называли «бурбонными», — собеседница выглядела удивленной, потому что ее накрашенная бровь взметнулась вверх, — в любом случае, рецепт всегда неизменен: сладкий красный вермут, — он плеснул в мерный стаканчик жидкость, а затем крутанул пальцами бутылку и поставил ее на место, выудив следующую, — бурбон и биттер.       Два других ингредиента постигла та же участь. Питер закрыл шейкер и стал трясти, придерживая пальцами крышку. Он неотрывно следил за заинтересованной посетительницей, а спустя несколько секунд завел руку за спину и перекинул шейкер из одной ладони в другую. — А все бармены так хорошо знают историю? — спросила девушка, наблюдая за тем, как красноватая жидкость выливается из серебристой емкости в изящный бокал. — Нет, только определенные.       Ой, блять, какой важный хуй бумажный. Осталось еще подмигнуть, и можно выпускать свою инструкцию по пикапу. Как назовем? Супер соблазнитель? Нет, звучит уебищно. Навыки флирта для чайников? Банально. Ловелас от мира бомжей? Уже больше похоже на правду. — Буду знать, — посетительница хмыкнула. — Осталась только цедра, — сосредоточенно проговорил Питер, взявшись за апельсин и небольшую терку, — и коктейль Манхэттен для неизвестной, но очень привлекательной дамы почти готов.       Паркер взялся за щипцы для коктейльных вишенок, но бокал исчез прямо у него из-под носа, как и его обладательница. Ее спина удалялась от барной стойки, а волосы мягко подпрыгивали в такт шагам. У стойки остался витать только шлейф сладковатых духов, а на гладкой дубовой поверхности лежала черная карточка с поблескивающим золотом именем: Лиз Тумс. — Оплатите потом, да? — Питер спрашивал уже скорее у себя, поскольку обладательница кредитки явно не могла его услышать.       Ну вот так всегда. Девушка уже затерялась среди других клиентов, но Паркер не особо стремился отчаиваться. Ему казалось, что он сделал максимум для того, чтобы эта самая Лиз вернулась за вторым коктейлем. К тому же, Тумс не выглядела как та, кто покинет бар после одной порции. Ну, если уж ей надоели заведения Манхэттена. Но этот браслет…       Глаза у мужчины уже блестели, а в пальцах покалывало от мыслей о скорой прибыли. Интересно, сколько дадут в ломбарде за такую роскошь? Но долго мечтать Питер не мог. Это же пятничный вечер, а значит, что бухальня была полна народу! Паркер смешивал коктейль за коктейлем, не запоминая названия. Чаще всего брали какую-нибудь банальщину в стиле Ром-кола, но к любителям чего-то поинтереснее Питер относился более трепетно. Это, конечно, не уберегло его от желания спиздить золотые запонки с пиджака одного из ужранных в хламину мужчин. Только вот он не рискнул, потому что тырить на видном месте было опасно, несмотря на довольно проворные руки, коими обладал бармен.       Он отвлекал себя, красуясь перед зеваками. Ой, чего только не вытворял: и шоу с огоньками, и бутылками жонглировал, и за раз заполнял целый паровозик стопок. Ему нравилась похвала публики, хоть чаевым мужчина радовался гораздо больше, чем одам одобрения. Питер успевал переговариваться с Недом, который очаровывал клиентов не смазливой мордой, а яркой харизмой. Лидс мог заболтать кого угодно, правда! Паркер и сам иногда мог не сразу приметить посетителя, поскольку точил лясы с напарником.       Медленно, но верно дело шло к шести часам утра. Бар постепенно заканчивал свою работу, помещение пустело, потому что гости потихоньку расходились, оставляя за собой горы посуды, которую необходимо было убрать. Этим Питер и занялся. Но, если быть до конца честным, убирать мусор за клиентами он ненавидел больше всего. Ну правда, нахуя тогда уборщика на работу нанимали? Пусть он выполняет свои обязанности, а бармен всегда должен оставаться барменом.       Мысленно кроя матом все, на чем свет стоит, Паркер вышел на веранду. Свежий воздух (насколько он вообще может быть свежим в Нью-Йорке?) ударил в нос, немного расслабляя взвинченного мужчину. Рука Питера уже потянулась за влажной тряпкой, что висела на плече, чтобы начать протирать заляпанный чем-то сладким стол, как вдруг слева послышался сдавленный женский кашель. Паркер удивленно вскинул голову и заметил на самом дальнем столике небезызвестную богатую дамочку, с которой он не так давно активно заигрывал. Как там ее… Лиззи? Лиз? Ай, да похуй, в любом случае он не ожидал встретить девушку в шесть часов утра на веранде, где дул довольно-таки промозглый ветер. А Лиз это, кажется, не смущало от слова совсем. Она одиноко сидела за стеклянным столиком, на котором красовался бокал из-под давно выпитого Манхэттена, и пыталась выудить дрожавшими пальцами сигарету из полупустой пачки. Выглядела девушка, мягко говоря, подавленной. Ну а если выражаться немного погрубее, то пиздострадающей. — Сигарета, — внезапно ляпнул Питер, чем незамедлительно привлек внимание Лиз, — изобретена Альфонсом Сигаретти в 1462 году.       Девушка вскинула свои ярко накрашенные брови, с подозрением глядя на бармена. Паркер обезоруживающе улыбнулся. — Шучу. Я не знаю, кто изобрел сигареты.       Лиз хихикнула, прикрыв рот ухоженной рукой. На ее запястье блеснул заветный браслет, отражая огни пока еще ночного города, а взгляд Питера просто не мог не проследить за ним. В голове невольно начали вырисовываться всевозможные варианты, куда можно было бы загнать эту безделушку. — Вы немного странный. Но в целом довольно милый, — со смешком заметила Лиз, все-таки доставая злосчастную сигарету из пачки и тут же прихватывая ее фильтр пухлыми губами. — Что ж… Тогда я польщен, но в целом довольно обижен, — в ее духе ответил Питер, за что получил в ответ очередной легкий смешок и игривый взгляд девушки. Вот так и работают мужские чары Питера Паркера, ага.       Он достал из заднего кармана брюк свою любимую зажигалку, с которой, кажется, не расстанется никогда. Даже если огромный метеорит ебнется в землю или случится зомби-апокалипсис, Питер все равно будет держать при себе эту старушку. И плевать, что работала она исключительно с божьей помощью.       Паркер услужливо наклонился к девушке, проявляя верх джентльменства и хорошего воспитания. Лиз быстро смекнула, че к чему, и потянулась кончиком сигареты к удобно подставленной зажигалке. Та чиркнула раз, чиркнула два и даже три, но огня так и не выплюнула. Паркер усердно изображал недовольство, даже матюкнулся сквозь зубы, лишь бы богачка ничего не заподозрила. Ну что сказать, актер без Оскара. — Ну же, давай, — обращался он, очевидно к зажигалке, параллельно с этим едва заметно скользя пальцами по запястью девушки, — черт. — А знаете, это и к лучшему, наверное, — вздохнула Лиз, когда зажигалка так и не подала ни единого признака жизни, а Питер поспешил отодвинуться от девушки на приемлемое расстояние, — я давно хотела бросить. — Может, это знак? — усмехнулся мужчина, весьма двусмысленно глядя на Лиз.       В ответ дама лишь как-то грустно улыбнулась, ничего не ответив на замечание. На этом их диалог и окончился, потому что Питер поспешно зашагал внутрь бара, оставляя за собой так и не вымытые столики. Ну не стоять же ему рядом с ней, как идиоту? Тем более, что в заднем кармане брюк вместе со старенькой зажигалкой покоился ее блестящий браслет. А уборкой на веранде он займется чуть позже.       Зал встретил его приятным спокойствием и пустотой. Клиентов уже почти не было, только самые отчаянные или побитые жизнью ребята сидели по углам, допивая остатки своих вычурных коктейлей. Мысленно Питер посочувствовал бедолагам, ведь они не от счастливой жизни стали бы в пустом баре рассвет встречать. Сам-то он почти точно такой же одиночка и дома его уж точно никто не ждет. Печально конечно, но кто грустит, тот трансвестит — простое правило, которому Паркер следовал по жизни. — Эй, Питер, уберешь за меня дальние столики? — услышал мужчина, как только подошел к барной стойке, чтобы намочить свою уже высохшую тряпку. — Лидс, ты ахуел? — совершенно искренне поинтересовался Паркер, возмущенно глядя в умоляющие глаза своего коллеги Неда. Тот дотирал, видимо, последний свой стакан на сегодня. — Ну пожалуйста! Я уже отпросился у начальства, уйду сегодня пораньше, — не сдавался второй бармен. В его голосе сквозили совершенно ублюдские жалостливые нотки, от которых Питер недовольно сморщил нос.       Потянув театрально долгую паузу, во время которой мужчина с осуждением смотрел прямо в взволнованное лицо Неда, он все-таки примирительно поднял руки вверх и сдался. Хуй с ним, потом еще должен будет. — Окей, — Лидс с нескрываемой радостью хлопнул в ладоши, — только не обольщайся сильно, это первый и последний раз.       Кого он обманывает? Не первый и далеко не последний. Зная Неда, тот уже на следующей неделе придет к Паркеру с точно таким же взглядом побитой псины и будет умолять его подменить в пятницу, потому что «Ну, Питер, у меня свиданка с девушкой из Тиндера! Она тоже любит Звездные Воины, она точно моя судьба!». И Питер, черт бы побрал его доброе сердце, согласится, потому что вдруг реально судьба? Не будет же он рушить чью-то личную жизнь.       Короче, в итоге Паркер остался в баре домывать столы, которые, вообще-то, должен был убирать его напарник, пока сам Лидс уже трясся в вагоне метро по дороге домой. Не то, чтобы ему позарез надо было закончить рабочий день во время, просто упускать момента немного поворчать, пусть и мысленно, Питер упускать не хотел.       Вернемся к проблемам насущным. Собирая пустые, обляпанные стаканы со столов, Питер не сразу заметил одиноко сидевшего за колонной мужчину. До пизды модные очки с оранжевыми стеклами, выебистая бородка, идеально выглаженный темный костюм, даже удавка в виде галстука имелась. Ну прямо-таки мэр Нью-Йорка, не иначе. Паркер усмехнулся своим мыслям, когда проходил мимо странного клиента. — Богатенькая дурочка? Удобная мишень.       Руки Питера, державшие пустые стаканы, едва заметно дрогнули. Паника волной накрыла сознание, однако мужчина вовремя успел взять эмоции под контроль, надевая маску чистейшего непонимания. Говорили же, актер без Оскара. Он обернулся к посетителю с максимально беззаботным видом, таким, на какой вообще был способен. Для пущей убедительности еще и одну бровь вскинул, мол, мистер, вы о чем таком говорите? Вам не стыдно? Я, вообще-то, законопослушный гражданин и воровал только магниты из туристических киосков в детстве. — Не понимаю, о чем вы говорите, — театральная сцена явно скучала без Питера Паркера. — Все ты понимаешь, не строй из себя хер пойми кого, — отрезал мужчина, всем своим видом показывая, что играть дальше недотрогу нет никого смысла. Вот же дерьмо, — работаешь четко, без риска. На крупную добычу не целишься, довольствуешься малым. Скажи, если я ошибаюсь.       Паркер поспешно обошел взглядом зал и, не найдя лишних ушей, снова сосредоточил все свое внимание на незнакомце. Он кто, блять, вообще такой? Коп? Федеральный агент? Или детектив? Черт-черт, дело запахло жаренным. Если его сейчас загребут, то плакала заслуженная награда за браслет. Да что там, плакала вся его жизнь.       Мозг уже начал выстраивать все возможные варианты побега, начиная с того, чем бы лучше огреть довольного собой мужика и заканчивая эпичным уходом со сцены путем разбитого окна, около которого они сейчас и находились. Все варианты попахивали лютой хуетой, потому что в любом из них он попадает в список преступников, а это прямая дорога к говяной жизни. Думай, Питер, думай… — Мы уже закрываемся, так что вам пора бы уходить, — ненавязчиво предлагает он. А вдруг реально прокатит? — Энтони Старк. Можешь звать меня Тони, — неожиданно выдал мужчина, благополучно проигнорировав предложение съебаться из бара подальше.       Питер не сдержался и усмехнулся самоуверенности этого Старка. Неужели он и правда думал, что хоть кому-то интересно его имя? Что ж, даже жаль его разочаровывать, а то высокая самооценка явно пошатнется после такого неуважения со стороны Паркера. — Спасибо. Мне не пригодится, но спасибо, правда, — дерзость придала Питеру немного уверенности. — Мне нужен помощник в одном деле. Крупном деле. Не хочешь присоединится? — как будто невзначай бросил мужчина. Словно предложил купить у него набор посуды, а не воровскую подработку.       Мда. Питер-то думал, что сейчас на него нацепят наручники и поведут в участок, а оно все вот как оказалось. Прям анекдот какой-то: вор встречает вора…       Если отложить шутки на задний план, то что вообще этот Старк о себе возомнил? Пришел, значится, в бар и начал разбрасываться сомнительными предложениями направо и налево, предварительно напугав до усрачки своей нечеловеческой наблюдательностью. Ну правда, как он вообще заметил мелкую кражу через не самое чистое стекло окна? И это при том, что Паркер работал максимально осторожно, несмотря на расслабленность своей жертвы и удачные обстоятельства в виде пустующей веранды. Короче, доверия этот тип не вызывал. — То есть, вы вот так просто ходите по барам и ищете себе сообщника? — спросил Питер, складывая руки на груди, — не слишком самонадеянно? — Парень, это твой шанс выбраться из этой дыры, — Старк продолжил игнорировать провоцирующие вопросы бармена, словно и не слышал их вовсе. При этом он выглядел настолько спокойно и бесстрастно, что у Питера невольно закрадывались сомнения. Красивый мужчина, который знает, чего хочет. Ну кто на такое не поведется? — увидеть места, в которых только мечтал побывать, заработать кучу денег. Что думаешь? — Простите, Энтони, но вы обратились не по адресу. Поищите в других барах, может, кто и согласится, — отмел всякие сомнения Паркер, ибо рисковать своим комфортом и жизнью ради какой-то призрачной наживы, честно, не хотелось, — тем более, один из нас уже задержался на работе и ему сильно хочется домой. Так что, давайте, сворачивайтесь, а то мне придется позвать нашего вышибалу.       Старк лишь понимающе усмехнулся. Его, судя по всему, ни капли не расстроил категоричный отказ Питера, словно у него был какой-то запасной план. К сожалению, Пакер так и не придал должного значения этой хитрой роже, а потому, когда мужчина встал со своего места и протянул ему свою визитку, ничего подозрительного не заметил. — Удачи, — хмыкнул Питер, вертя картонную бумажку в руках. На ней печатными буквами было написано «Энтони Старк. Частные приобретения» и номер обладателя мелким шрифтом. Даже адрес указан, хах. Самоуверенный мудак.       Подходя к барной стойке, Питер без зазрения совести плеснул себе чутка виски в мытый стакан. А что? Он имеет право расслабиться хотя бы чуточку и отметить удачную кражу дорого браслета. Кстати, про браслет. Когда Паркер сделал первый глоток, он решил заодно и проверить свою находку. Однако в заднем кармане мужчина нашел только старую зажигалку. Нахмурившись, он полез в другой карман, затем вывернул и передние, даже по рабочей жилетке пару раз похлопал.       Браслета не было. Его и след простыл, причем буквально.       Сначала Паркер не выкупил прикола, начал вспоминать, где мог посеять такое заметное украшение, но спустя от силы минуту пришло ужасное осознание.       Он с звонким стуком поставил граненный стакан с плескавшимся на дне виски на поверхность барной стойки. Глаза уже злобно прожигали лежащую там же визитку с именем этого подонка. — Вот же сука.

***

      Спизженные у охранника ключи никак не хотели попадать в замочную скважину чужой квартиры, постоянно скользя по гладкой металлической поверхности. Нет, Питер не переживал, просто его переполняли эмоции (в основном негативные), а пальцы дрожали исключительно из-за предвкушения. Вот сейчас как завалится в эту навороченную квартиру, заберет то, что принадлежит ему по праву, и свалит далеко и надолго, стирая из памяти наглую рожу Старка.       С горем пополам замок все-таки поддался юному взломщику, и Питер с особенной осторожностью открыл дверь. Он даже дышать старался через раз, ведь ему в последнюю очередь нужно было попасться с поличным. Понятно, что Старк не стал бы звонить в полицию в случае чего, но лишний раз пересекаться с ним ой как не хотелось. Да еще и уговорами своими завалит, вперемешку с надменными ухмылками, нахуй оно надо вообще. Поэтому Питер шагал аккуратно, мягко перенося вес с ноги на ногу, зашел вглубь квартиры. Это оказалась довольно просторная хата, прихожая которой плавно перетекала в огромную гостиную. Высокие потолки, модный интерьер, богатая мебель — короче, все то, что ожидаешь от дорого выглядящего дома с личным охранником тире консьержем тире дворецким или кто это вообще стоял у входа. Примечательно, что в комнате горел лишь один источник света, то была небольшая лампа в углу. Очевидно, дизайнерская.       Не успев нормально осмотреться, Питер зацепился взглядом за приличных размеров стенд, больше походивший на витрину из исторического музея. И господибожеблять, Паркеру не понадобилось и трех секунд, чтобы безошибочно распознать экспонат, который покоился за толстым стеклом. Ебанная карта самого Магеллана!       Не упуская драгоценного времени, Паркер кинулся к заветному стенду и принялся за ее изучение. Чертовски похожая на оригинал, который он видел в далеком детстве, она изображала на себе красной линией тот самый путь первого кругосветного путешествия. Пожелтевшая бумага, немного смятые уголки, стертые цвета, все это делало подделку настолько похожей на настоящую карту, что Питер даже поверил бы в ее подлинность, если бы она не находилась в хате какого-то рандомного мужика. Паркер не сдержал теплой улыбки, углубляясь в воспоминания о прошлом. Когда-то он точно так же стоял напротив похожего стенда и… — Похоже, терпение — это не твое.       Питер мог бы вздрогнуть от неожиданности, но, на самом-то деле, нихуя это не неожиданность. Он все гадал, когда уже Старк вылезет из своей комнаты, чтобы встретить незваного гостя со всем своим хозяйским теплом. Может, карманником Питер был отличным, но в квартирных кражах он разбирался с натяжкой. Скажем так, на троечку с минусом.       Повернуться к Тони не составило никакого труда, точно так же как и нагло посмотреть прямо в его глаза. Ну а что? Пукать надо было раньше, а теперь, когда спалили, надо играть по-крупному, со всей своей воровской честью.       Правда, эта самая честь куда-то стремительно пропадала, когда вместо Старка в костюме Паркер увидел Старка голого. Точнее, штаны на нем были, но верха не было. Ну, голый торс там, грудь, руки, плечи и все такое. Голый наполовину, а на другую половину одетый. Короче, вы поняли. Потому что Питер понял тоже и тут же растерялся. Он беспорядочно бегал глазами по подкаченному телу, разглядывал пресс и видные мышцы на сильных руках, в целом наслаждаясь настоящей мужской красотой. Нет, он не смутился, но и отвести взгляд тоже не мог (найдите человека, который бы смог, мы обязательно свяжемся с ним), потому какое-то время оба стояли в удручающей тишине. Старк усмехался, а Паркер с самым независимым видом в открытую пялился на его тело, как будто в этом не было ничего необычного. — Не ждали? — пришел в себя Питер и, хорошенько проморгавшись, поднял глаза на лицо хозяина квартиры. — Наоборот, даже приготовился, — Тони кивнул в сторону журнального столика, на котором Питер заметил стакан виски и колой с заботливо воткнутой трубочкой и коктейльным зонтиком. Мило. — Где браслет? — сразу перешел к делу мужчина.       Не удержавшись, он все же сделал пару коротких глотков напитка, предварительно выкинув дурацкие украшения прямо на пол. В ответ на своеобразный знак протеста Старк лишь тихо хмыкнул. — В первом ящике стола, — вздохнул он, наблюдая за тем, как гость по-хозяйски разгуливал по его дому, — только за ним пришел?       Питер одним отточенным движением схватил заветный браслет, а после запихнул его в свой рюкзак. Справедливость восторжествовала, мать ее. — Нет, — отвечает он, изучая рабочий стол Старка. Кипы каких-то неинтересных бумажек, распечатанные карты, подозрительно похожие на ту, что покоилась за стеклом, списки координат и прочая чухня, — о, выглядит дорого! — ничего не смущаясь, Паркер забрал со стола статную фигурку то ли льва, то дракона, то ли хуй пойми чего, и отправил ее вслед за браслетом, — теперь все.       Мужчина гордо отошел от бюро, не забыв прихватить рюкзак. Ну, то есть рожа его так и светилась наглостью. Впрочем, хозяин квартиры продолжал осматривать вторженца, который уже давным-давно вознамерился съебаться из дорогой хаты как можно скорее. Однако путь его лежал рядом с тем самым стендом, где хранилась пожелтевшая «реликвия». — Почему карта? — голос Старка в очередной раз наполнил помещение, а Питер неопределенно махнул рукой. Ну знал же, что этот лощеный мужик начнет заливать свое! Однако досада, вызванная упущенным шансом свалить без лишней суеты, все же дала о себе знать, — ты первым делом подошел к ней.       Паркеру потребовались доли секунды на то, чтобы сообразить, как держать тыл, потому что развозить сопли и задерживаться в богатой обстановке он явно не желал. Мужчина повернулся к собеседнику, натыкаясь на несколько насмешливый взгляд собеседника. — Она может быть подлинной, — удивительно, но будучи нихуевым таким актером, Питер даже не соврал, а поделился мыслями, возникшими в усталой после рабочего дня голове во время разглядывания карты. — Не может быть, а подлинная, — уверенно парировал Старк, кивнув на полотно, явно предлагая Паркеру оценить его еще раз.       И Питер не долбаеб, чтобы отказываться. Почему-то ему показалось, что врать хозяин карты бы не стал, а потому мужчину охватила неебическая радость, вырвавшая удовлетворенный вздох из глотки. — Да ну нахрен, — протянул он, очерчивая взглядом материки, изображенные на карте. Теперь уже сдерживать эмоции было незачем, а потому, Паркер наделал полные штаны восторга и приблизился к защитному стеклу, едва не врезаясь в него лбом. Мужчина вскинул руку и стал водить пальцем по одной четко выделявшейся на фоне остальных линий, — это маршрут кругосветного плавания Магеллана. — Именно, — поддакнул голос Старка, — он первым совершил путешествие подобного масштаба. А ты знаешь историю, я смотрю. — На случай если коктейли не сработают, — самодовольно ответил Питер, явно подтрунивая над хозяином квартиры, который отчаянно цеплялся за способность бармена дурить клиентов. Он ненадолго обернулся, чтобы оценить реакцию собеседника на подобный выпад, — только Магеллана нельзя считать первым. Он умер на Филиппинах, в 1521 году, — палец замер возле определенной точки, у небольших островов, — поэтому плавание закончил Хуан Себастьян Элькано, командовавший «Викторией», одним из кораблей, принимавших участие в экспедиции, — Паркер оторвался от любопытной карты и обратил свое внимание на Старка, — он был в числе восемнадцати человек, вернувшихся к берегам Испании. Есть версия, что эти ребята вовсе не хотели войти в историю, как люди, совершившие первую кругосветку, потому что на самом деле они искали золото. Но это лишь легенда.       Питер закончил свой долгий заумный монолог, а хозяин хаты выглядел более чем удовлетворенно и несколько удивленно, потому что наверняка явно не ожидал услышать столько сухих фактов от какого-то простого карманника. Тем не менее, Старк поспешил ответить Паркеру, который, очевидно, хотел бы услышать хоть что-то, чтобы не думать, что всю его бравую речь просто смыли в сортир. — Нет, — мужчина покачал головой, внимательно осмотрев Питера. Он подошел к столу, который был завален бумажками и книгами еще хлеще рабочего, а затем призывно зыркнул на собеседника. Тому ничего не оставалось, кроме как оставить рюкзак на полу и придвинуться к Старку, который открыл одну из толстенных книг на нужной странице. Там были нарисованы макеты каких-то кораблей, картины, которые отдаленно напоминали те, что Паркер видел в туристических журналах, — не мне тебе рассказывать о том, что подобное путешествие было безумно дорогим, а потому оказалось не по карману испанской королевской семье. Никакого плавания бы не состоялось, если бы на помощь короне не пришли частные спонсоры. — Семейство Монкада, — на автомате ответил Питер, отвлекаясь от перелистывания глянцевых страничек.       Он повернулся и понял, что оказался слишком близко к Старку, который деловито оперся на стол рукой. Ради Христа, Паркер, держи глаза на уровне лица мужчины, не спускайся, блять, ниже. Сам хозяин квартиры тем временем взял еще одну книгу, что лежала рядом с его пятерней, облюбовавшей захламленную поверхность. Судя по названию, блестевшему на яркой обложке, это была история того самого семейства Монкада. — Именно, — Старк убрал руки от книги, позволяя гостю погрузиться в пахнущую новизной бумагу. — Они финансировали все самые кровавые события в истории, — задумчиво выдал Питер, раскрывая напечатанный сборник с картинками. — Монкада предложили Магеллану совершить путешествие, если тот окупит плавание, — Паркер вновь покосился на Старка, — то есть, привезет золото. Сколько? Ну, если переводить на современный лад, где-то пять миллиардов долларов.       Земля будто ушла у Питера из-под ног. Он определенно не понимал, куда клонил этот подозрительный мужик, но названная сумма сдавливала воздух в легких. Ахуеть можно! Пять миллиардов долларов. Это ж сколько лет можно не пиздить браслеты? Мужчина никогда таких денег в глаза не видел, не то, чтобы в руках держать. — Но золото так и не нашли, — догадался Паркер. Супер, лайк за соображалку. Он отложил книгу и, недоверчиво прищурившись, повернулся к Старку, — слушайте, вы ведь неспроста меня нашли, верно? Вы знаете, что я интересовался этой историей с детства.       Хозяин квартиры картинно вздохнул и оттолкнулся рукой от стола. То же мне, блять, два Ди Каприо. Питер заинтересованно следил за собеседником, который, кажется, только пытался сделать вид, что не желает делиться откровениями. — Когда ЭмДжей сказала мне, что ее брат разбирается в Магеллане не хуже, чем она сама, я не поверил, — Старк выжидающе уставился на Паркера. Черт, да он прекрасно знал, о чем базарил, — правда, вы не очень с ней похожи, но это лирика.       Мужчина даже отошел на шаг, не веря. Как такое вообще возможно? Как такое, блять, возможно? — Вы что, знакомы с ЭмДжей? — Питер удивленно захлопал глазами, шумно сглотнув. — О, даже больше: мы были друзьями, — Старк передернул плечами, будто этот факт вообще не должен был вызвать вопросы у собеседника. У собеседника, который ахуел и не выхуел обратно. Хозяин квартиры даже неопределенно улыбнулся, — а это уже многое значит, с моим-то кругом общения. Погоди секунду.       Мужчина полез в карман штанов, заставив взгляд Паркера против воли опуститься ниже. Он выудил довольно дорогой с виду смартфон и оперативно разблокировал. Лицо Старка стало отдавать чем-то синим из-за того, что яркость экрана, кажется, была выкручена на максимум. Несколько секунд, пара движений пальцев, и Питеру передали гаджет, явив фотографию, сделанную, судя по зеленому сочному заднему плану, где-то в тропиках. На снимке красовалась довольная улыбчивая рожа Старка и серьезная ЭмДжей, которая в тот момент наверняка вообще не хотела участвовать в этом мракобесии. Она вообще не любила фоткаться, поэтому ее густые брови всегда были нахмурены, а губы чуть надуты. Паркер ласково улыбнулся, разглядывая знакомые кудряшки, что из-за солнца казались чуть более светлыми, чем в жизни. — Когда, — мужчина запнулся, — когда это было снято? Где? — Пару лет назад, в Испании, — начал Старк, — мы обнаружили гробницу Элькано. ЭмДжей хотела найти журнал, в котором должны были указать, где находится золото. Но потом она исчезла, я не мог ей дозвониться, она не отвечала на сообщения. Короче, динамила меня.       Питер сглотнул. Радость и нежность, захлестнувшие при виде знакомого лица, куда-то исчезли, оставив место разочарованию. И как вообще ЭмДжей занесло в какие-то дебри вместе с непонятным мужиком, который по-старперски украшал коктейли и щеголял перед малознакомым барменом едва ли не в чем мать родила? Хотя, можно ли считать бармена настолько уж малознакомым, учитывая тот веер фактов, что предстал перед Паркером? — Ну да, очень на нее похоже, — прозвучало как-то обреченно, но Питер понял, что ловить ему в квартире Старка нечего, а потому направился к рюкзаку, брошенному возле стенда с картой. — Она не появлялась, да? — мужчина быстро понял, что к чему, и принялся мастерски давить на болевые точки. Паркер сдавленно покачал головой. Отрицательно, конечно же, — что, даже открытки не присылала? — Нет, — ответил Питер, придерживая лямку рюкзака, — никаких открыток или звонков. Ничего. — Я не знаю, что между вами случилось, — в голосе Старка послышались нотки убеждения, — но ЭмДжей работала вместе со мной, она может идти по тому же следу, что и я. Если мы найдем золото, то есть шанс, что ты встретишься с сестрой. Что скажешь?       Вот же паскуда. Как будто пяти миллиардов тугриков было мало! Питер поджал губы, осознавая, что мужчина в общем-то перестал скрывать свои истинные намерения и причину, по которой появился в баре. Паркер также осознавал, что Старк рассуждал логично, может, даже готовился заранее, чтобы выпалить все это карманнику, который жил от браслета до браслета.       Только вот соглашаться на сомнительную авантюру не хотел. Не то, чтобы его устраивало нынешнее положение вещей, однако терять стабильность, жалкую, но все же стабильность не был настроен. Его и так повязать в любой день могут, а тут какое-то древнее золото стоимостью в сотню таких баров, в котором работал Питер.       Мужчина замялся, не зная, как начать правильно. Как сделать так, чтобы Старк исчез со своими дрянными идеями и больше не появлялся в и без того беспорядочной жизни Паркера? — Мне было десять лет, когда она пропала, — честность обезоруживает, а потому Питер выбрал именно ее, чтобы уведомить собеседника о своем нежелании становиться циркачом, — ЭмДжей обещала, что вернется за мной, но, как видите, этого не случилось. Я все еще считаю ее своей сестрой, но той ЭмДжей, которую я знал, больше нет. Так что, нет, я вам не помощник. Найдите кого-нибудь еще.       Паркер был уверен, что объяснил все более чем доходчиво, а потому в последний раз окинул взглядом Старка, замершего с каменной рожей, а затем двинулся к выходу из квартиры. Ну вот, блять, мы же говорили, что с обворовыванием чужих гнезд у Питера плохо. Пришел вернуть свое, а в итоге получил еще и пирожок с дерьмом в придачу. — И так поступают любящие братья?       Сухая фраза прилетела мужчине в спину едва ли не оплеухой. Он развернулся на пятках, стуча ботинками по паркету. Какого хуя этот мужик о себе возомнил? Мама не учила не смешивать личное с рабочим? Питер мог задохнуться от возмущение, в то время как Старк выглядел более чем спокойно. — Серьезно? Мы с вами познакомились около часа назад, а вы мне уже что-то затираете? Напомню, вы заставили меня сюда прийти, украв браслет, — Паркеру явно было насрать на то, что первым своровал он, потому что кто успел, того и тапки, — не надо тут строить из себя умника и учить меня святым истинам. Вы ничего не знаете обо мне и моей жизни.       Старк как раз-таки мог знать, раз нашел Питера в шумном мегаполисе, так еще знаком с ЭмДжей, однако мужчине было все так же похуй. Он эксцентрично махал руками, пытаясь сохранить остатки самообладания, улетучивавшегося со скоростью света. — А что если она тоже хочет тебя увидеть, но не может? — хозяин квартиры говорил ровно, уверенно, сложив руки на груди. — Да какое к черту «не может»? — Паркер вскрикнул, — ЭмДжей бросила меня одного, и она знает, где меня искать, в то время как я не имею ни малейшего понятия, куда пропала моя сестра. Поверьте, я, будучи на ее месте, сделал бы все, чтобы вернуться, как только появилась бы возможность. ЭмДжей же не стала, так что буду краток: я не настолько конченый, чтобы участвовать в подобных авантюрах. Поэтому идите нахер вы и ваши наставления.       Мужчина для убедительности еще раз махнул рукой, а затем злобно нахмурился. И теперь уже точно посмотрел на хозяина гребаной квартиры в последний раз. Возможно, Питер немного переборщил, однако этот грубый мужик реально довел его до стадии кипения. Ну, до ста градусов.       Немного разочарованное Старковское «кажется, я теряю хватку» прервалось многозначительным хлопком тяжелой входной двери.