На картах не значится

      Входная дверь маленькой квартиры, что находилась в одной из кирпичных многоэтажек Квинса, многозначительно хлопнула. Тоненькая полоска света, проскользнувшая из общего коридора и озарившая прихожую, исчезла, погрузив владельца жилища во мрак. Рюкзак упал на деревянный пол. Кажется, зазвенела та непонятная хуебота, свистнутая с чужого стола.       Со стола какого-то придурка в долбаебских очках, которым место в жопе, а не на носу. С этой бравой мыслью Питер дернул включатель бра, едва ли не оторвав несчастную веревочку. Зато прихожая озарилась теплым желтоватым светом, отражавшемся в небольшом зеркале и бликами мелькавшими в дубовом комоде, что занимал почти что половину прохода.       Паркер нервно вздохнул и прошел в гостиную. Он стащил косуху, давно превратившуюся во вторую кожу, и бросил ее на стул, стоявший неподалеку. Сам Питер включил небольшой торшер с доисторическим абажуром, а затем упал на синеватый мягкий диван, заваленный плюшевыми подушками. Руки легли на лицо, пальцы стали протирать усталые глаза. Только проблема в том, что мужчина не смог бы уснуть, даже несмотря на адское желание.       Потому что злость на непонятного самоуверенного кретина заполоняла сознание. Какого хера он о себе возомнил вообще? Козел недоделанный. С этой бородкой еще, кто так вообще ходит? Очевидно, что мужики, которые знают, как добиться своего, потому что этот мистер Старк умело пользовался имеющейся информацией. — Я — Энтони, но ты можешь звать меня Тони, — Питер скривился, фыркнув, — а может, мне тебя еще и в жопу поцеловать?       Пиздец какой-то. Украл браслет, который с определенного момента принадлежал Паркеру, так еще и поманил костью, как перед какой-то собакой, а затем обсерил с высоты птичьего полета. Просто класс! Питер же не горничная какая-то, чтобы им так беспардонно цацкали.       Справедливости ради стоит заметить, что предложение Тони (даже в мыслях называть его не по фамилии казалось чем-то странным) выглядело довольно выгодно, если говорить о главном призе. Только вот сам Старк был довольно подозрительным мужиком. Вот просто вдуматься: он нашел Питера в каком-то рандомном баре, фактически привел его к себе домой, позволил забрать ништяки, а затем стал заливать про намерение завладеть пятью миллиардами долларов, как будто Паркер был каким-то старым корешом-собутыльником, а не непонятным барменом. Ну, это же какой-то кринж, если честно. Полные штаны кринжа.       И до усрачки душевный разговор про ЭмДжей, как гребаная вишенка на торте из говна. Нет, а вот отставим разговорчики в строю и подумаем о том, как вообще так вышло, что Мишель связалась с этим Тони? Не то, чтобы Питер когда-то сомневался в проворности сестры, но блять! Старк — это некий Джинн в исполнении Уилла Смита, который появляется из лампы и золотит ручку обещаниями, чтобы в конце тебя жестко наебать. Кажется, его с ЭмДжей связала любовь к поиску приключений на задницу.       Паркер поджал губы, вспоминая о сестре. Руки уже сами потянулись к всратой коробке с отгрызанными кем-то уголками. И нет, это не Питер, который сошел с ума от голода, это собака, которая несколько недель жила в его квартирке, а потом сбежала, потерявшись среди многочисленных улиц шумного Нью-Йорка. Паркер тогда грустил, если честно. Да и сейчас он готов был пустить скупую мужскую слезу, потому что с короткошерстной маленькой псиной неизвестно что случилось. Хотелось верить, что она нашла новых хозяев и обрела теплую постельку с полной миской говяжьего корма.       Так вот, коробка была красной, кажется, из-под старых кроссовок, с которых Питер пылинки сдувал, пока не вырос. Купил, кстати, обменяв какое-то старенькое кольцо на несколько хрустящих зеленых купюр. Бокс был обклеен дурацкими наклейками, которые попадались в коробках с сухими завтраками или пиццей. Некоторые были даже варварски сорваны с турникетов. Ну, еще Паркер в детстве тырил наклейки из книжных магазинов, но это лирика. Кажется, среди стикеров затесались эмблемы его любимых музыкальных групп и баскетбольных команд.       Мужчина с замиранием сердца снял крышку, державшуюся на последнем издыхании. Нужно будет обклеить ее скотчем. Он заглянул внутрь, а сердце сразу обдало теплотой воспоминаний и желанием махнуть еще по стопарику. Жаль, что все спиртное закончилось, поэтому следует исправить этот недочет. Разве в доме уважающего себя бармена может не быть бухла?       Пальцы бережно отложили кипу бумажек, состоявшей из дурацких записок, афиш и прочей фигни, а затем подкинули потертый бейсбольный мячик, который тут же вернулся обратно в коробку, стоило глазам заметить выцветший лоскуток ткани. Это был отрезок от порванной наволочки. О, Питер знатно получил за испорченную вещь. А как иначе, если живешь в приюте среди сотни таких же спиногрызов, которые оказались без родителей по воле судьбы?       У Паркера практически не было хороших воспоминаний, связанных с обиталищем при церкви. Суровые монахини, которые ругали за каждый проступок, отсутствие какой-либо моральной поддержки, постоянный голод и жесткие кровати. Мда, пятизвездочный отель прямо. Единственным позитивным моментом можно было считать только изучение латыни, хотя Питеру пока что это особо не пригодилось.       Мужчина отложил кусок наволочки, обратив внимание на целую кучу открыток, перевязанных резинкой. Перу, Испания, Италия, Индия и еще целая сотня знаменитых туристических пунктов, чьи красоты отразились на цветастых рисунках. На задней стороне каждой карточки красовалось короткое послание. Ведь ЭмДжей обещала, что вернется. И незачем какому-то Старку знать, что открытки она все-таки посылала.       Питер вспомнил про фотографии, что должны были лежать в другом углу коробки. Полароидные глянцевые снимки с застывшими навек улыбками и ветром, игравшим с волосами. Паркер всегда относился к ним по-философски: съемки — отличная возможность запечатлеть воспоминания навсегда. Одна из первых попавшихся фотографий как раз была выполнена в тот день, когда ЭмДжей учила Питера кататься на велике. Через несколько минут после того, как был сделан снимок, Паркер потерпел фиаско и грохнулся с двухколесного монстра, разбив коленки в кровь. Сестра смеялась, а тогда еще юный Питер дразнил ее, называя по имени Мишель, а не так, как просили.       Но ведь они были детьми.       Джонс-Уотсон сошлась с Паркером на почве жажды приключений и недюжинного интереса к истории. И благодаря желанию почувствовать вкус лучшей жизни. Питер старался походить на названную сестру во всем: быть таким же смелым, умным и находчивым. Бесстрашным. А потому когда ЭмДжей решила навестить музей, в котором хранилось множество интересных экспонатов, подросток согласился без раздумий. Он хотел помогать и соответствовать, а потому с интересом разглядывал большую карту, отображавшую маршрут кругосветки Магеллана. Полотно было спрятано за защитным стеклом, и когда Мишель попыталась вскрыть замок, сработала сигнализация.       Все было как в тумане, правда. Сердце Питера колотилось, как бешеное, когда монахиня Бернадет велела ЭмДжей собирать пожитки, ведь это могло означать только то, что ее с позором выгонят за бесконечные проколы и проблемы с законом. Паркер еле сдерживал слезы, смахивая влагу небольшими кулачками. Как же он будет без своей любимой Мишель? А девушка сидела рядом с Питером, на его кровати, и трепала по кудряшкам. Мальчик утыкался в серую кофту носом, обнимая хрупкие плечи. А ЭмДжей просила не плакать, хоть Паркер и видел, что у нее самой глаза были на мокром месте. — Знаешь, Питер, пусть мы с тобой и не родные, но я люблю тебя, как никого другого, — сказала она, отстранившись и шмыгнув носом, — я вернусь за тобой, хорошо? Я вернусь и мы вместе разгадаем тайну Магеллана.       И после этого ЭмДжей посмотрела вниз: на ее шее блестел маленький кулончик в виде черного георгина, который мерцал в свете тусклых торшеров. Подарок от мамы. Девушка быстро сняла его, а затем также быстро надела на Питера со словами «чтобы ты верил, что я вернусь». Паркер поверил, а потому смахнул с щек слезы, смотря на беззвездное ночное небо, видневшееся из открытого окна, через которое улизнула Мишель.       Мужчина вынырнул из болезненных воспоминаний, поджав губы. Кулон. Он должен быть внутри, в коробке. Питер убрал в сторону старую машинку и приметил мерцающий камушек. Вот оно. Паркер взял в руки подвеску, ощущая ребристую поверхность изделия, и не сдержал улыбки.       Сердце сразу наполнила теплота. Ведь ЭмДжей же просто потерялась среди нескольких миллиардов человек. И Старк мог привести Питера не только к большому кушу, но и к сестре…       Черт. — Я достану тебя из-под земли, ЭмДжей. Достану, и мы вместе найдем разгадку.       Шепот разрушил тишину, царившую в квартире, а кулон звякнул, потому что Питер надел его на себя, щелкнув замком. Он должен справиться, пускай и без сестры. Это ненадолго, ведь ЭмДжей обязательно найдется, и они вместе закончат дело, начатое в далеком прошлом.       Утро уже вовсю царило в Нью-Йорке: гасли ночные фонари и огни на витринах, машин на улицах прибавилось, ровно как и пешеходов, а пробуждавшееся солнце окрашивало небо в разные цвета, которым позавидовала бы палитра любого художника. А потому Питер все-таки решил отправиться спать, потому что ему нужны были силы.       Паркер не особо торопился связываться с Тони, потому что прекрасно понимал свою значимость. Он нужен Старку, а потому мужчина считал, что у него абсолютно точно имелось несколько часов форы, которые можно было потратить на изучение интернета. Питер прошерстил миллиарды сайтов и прочел тонны материалов про Магеллана и его путешествие, надеясь подчерпнуть что-то интересное. Ну, или еще раз перепроверить слова Тони, которым доверял не особо охотно. Вместе с этим Паркер, проработав целый день вместо отдыха (в законный выходной, между прочим), уничтожил несколько кружек кофе и одну замороженную пиццу, которая оказалась более чем безвкусной, несмотря на нехилую цену.       И только когда на город стал опускаться вечер, Питер уселся на любимый диван, буравя взглядом низкий кофейный столик, где валялась именная визитка Старка с напечатанным на ней номером телефона. Да похуй, была не была. Паркер уверенно взял в руки телефон. Питер [18:36] Черт с тобой, я согласен

Мудак [18:39] Надо же, какая неожиданность! И года не прошло А ты не мог еще медленнее решать? Мда, такими темпами нам с тобой очень сложно придется

Питер [18:40] Когда приступаем?

Мудак [18:41] Какая уверенность, я прям весь дрожу Что сподвигло моего героя на такое решение? Дай угадаю Пересмотрел всего Индиану Джонса?

Питер [18:41] Очень остроумно И по-старперски

Мудак [18:42] Не понял Это ты так намекаешь на то, что я старый?

Питер [18:42] Ну типа

Мудак [18:43] Дорогой, не забывай, что именно на это старческое тело ты недавно пускал слюни

Питер [18:44] Я спросил, когда мы приступаем Не уходи от темы

Мудак [18:44] От темы здесь уходишь только ты, но опустим этот щекотливый момент К слову, мне весьма польстило твое внимание Встретимся завтра, адрес напишу чуть позже Покажу тебе кое-что интересное

Питер [18:45] Ок       Напечатав короткий ответ, Паркер поспешил отложить телефон в сторону. Ладно, он чуть не кинул гаджет в стену от переполняющих его смущения и раздражения. Неужели так сложно не вспоминать тот случай? Ну попялился немного, с кем такого не было? Нет же блять, ему обязательно нужно было носом тыкнуть и посмеяться.       Ой, да пошел он на все четыре стороны.

***

— Скоро начнется аукцион, — рассказывал Старк, когда они совсем не подозрительно стояли напротив внушительного здания с вычурными панорамными окнами. Чтобы вы знали, он даже не поздоровался, — и в числе артефактов будет представлен крест братства, который нам и нужен.       Тони спешно сунул в руки Питера мятую бумажку с рисунком этого самого креста, а сам продолжил разглядывать здание аукциона. У него даже, вроде как, свое имя было. Августина? Паркер хмыкнул. — Наш крест — это ключ к хранилищу, где спрятано золото, — продолжал объяснять Старк с таким умным видом, что Питеру адски сильно хотелось заржать в голос. Ну прям-таки профессор в университете, не иначе. — Только вот ключей было два, — он не смог не выебнуться знаниями, чтобы сбить корону всезнайки с головы Тони, — один для капитана, а другой — для команды, чтобы никто не забрал золото себе. От одного креста нет никакого толку.       Сначала Старк даже приподнял брови в удивлении, но тут же исправился, закатив глаза. Сделал вид, что осведомленность Питера о крестах его не капли не удивила. Ага, как же. — Парень, у тебя детство было вообще? Как ты все это запомнил? — почти искренне поинтересовался Тони.       Питер улыбнулся. Ну да, знаний по истории в его мозгу было хоть жопой жуй, а как иначе? В таких делах, какими они занимаются, очень важно знать абсолютно все и про всех, вплоть до цвета трусов того же Магеллана. — Забыл сказать. Крест капитана находится у меня, — и снова эта самовлюбленная ухмылочка на лице гордого собой Старка. Интересно, он когда-нибудь пытался отсосать сам себе? — второй будут выставлять на аукционе, и мы уже есть в списке гостей.       На этот раз удивляться пришлось Питеру. Нихера ж себе, у этого мужика реально все схвачено, не доебешься.       Удовлетворенно кивнув скорее самому себе, чем своему спутнику, Паркер кинул еще один внимательный взгляд на аукционный дом. Отсюда и начнется их совместная погоня за несметными богатствами, о которых он и ЭмДжей так грезили в детстве. В голове почему-то вырисовывалась комичная картинка из старой игры Subway Surfers, и Питер надеялся, что в их погоне за золотыми монетками не будет участвовать противный толстый полицейский с агрессивной шавкой на поводке. Ему просто не хотелось быть пойманным сразу после того, как он въебется в столб, знаете ли. — Кофейку? — внезапно предложил Старк, кивнув на непримечательную кафешку по ту сторону улочки. — Нет, спасибо, — отмахнулся Паркер. — Идиот, пошли в кафе, план обсудим. Не будем же посреди улицы о краже разговаривать, — проворчал мужчина, пихнув своего новоиспеченного сообщника в сторону пешеходного перехода. — Но мы уже это делаем, — беззаботно подметил Паркер, все же послушавшись и шагнув по направлению к заведению.       Старк только в очередной раз закатил глаза, коротко цокнув. Чувствовало его сердце, что парниша еще успеет разнести хрупкое душевное равновесие в пух и прах. А пока что они просто шли к стеклянным дверям, над которыми висела смешная табличка с названием кофейни, по дороге негромко обмениваясь безобидными подколками.       Заведение не встретило их ничем необычным, только спертым воздухом и приятным запахом кофейных зерен. Выбрав наиболее непримечательный столик подальше от окон, но и не в самом углу, они уселись на скрипящие деревянные стулья, неловко оглядываясь по сторонам. Ну не пялиться же им друг на друга, в самом деле. Тем более, что стол оказался не самым большим, а колени мужчин так и норовили столкнуться друг с другом, делая обстановку еще более неуютной. Паркер старался то свести ноги вместе, то наоборот, расставить их как можно дальше друг от друга, лишь бы не соприкасаться с чужими конечностями. Старк по уровню идиотизма не отставал, постоянно дергался и никак не мог решить, как же лучше расположить свои ходули. По итогу именно Питер не выдержал и, громко вздохнув, полностью разогнул коленки, чтобы ступни скользнули прямо под стул Тони. Тот с неким недоверием глянул вниз, глянув на открытые лодыжки, но спорить не стал. Видимо, сам уже заебался задницей елозить туда-сюда.       Когда официантка принесла меню, никто из них даже не стал его открывать. Сделали заказ с ходу: Питер взял латте с прикольным сиропом под названием «на ваш вкус, девушка, я вам доверяю», а Тони обошелся американо. Весьма суровый выбор, но кто такой Паркер, чтоб судить.       Начать разговор не получалось. Виной тому еще не выветрившаяся неловкость или крутящаяся неподалеку официантка, Питер в душе не ебал. Он просто старался смотреть куда угодно, только не на Старка перед собой. Че вот он молчит? Сам же план обсудить хотел, а теперь сидел словно с полным ртом воды. Хотя нет, с полным ртом хуев. Так будет немного поэтичнее и красочнее. — Ромео носит ожерелье Джульетты в знак вечной любви? — неожиданный вопрос разрезал повисшую над их столиком тишину.       Питер нахмурился, не поняв смысла фразы. Однако стоило проследить за насмешливым взглядом карих глаз, как все встало на свои места. — Это подвеска, а не ожерелье, — он вел себя, как душнила, потому что мог себе позволить. — Сути вопроса не меняет, — уверенно парировал Старк.       Рука Паркера взметнулась к темному георгину на груди, несильно его сжимая. И, конечно же, от мужчины не укрылся этот наполненный эмоциями жест. — Если тебя так сильно интересует эта тема, то никакой Джульетты у меня нет. Я ни с кем не встречаюсь, — в попытке изобразить безразличие Питер чересчур переборщил со своим актерским мастерством, чем спровоцировал Тони на подозрительный прищур глаз.       По закону жанра именно в этот момент официантка принесла оба заказа. Перед мужчинами возникли их напитки, а девушка поспешила откланяться и уйти к другим клиентам кафешки.       Питер сделал глоток кофе первым. — Ясно, — как-то слишком коротко ответил Старк, а затем перевел взгляд на свою кружку с американо. Там он нашел нечто более интересное, нежели взволнованное лицо своего напарника.       Тишина накатила очередной неуютной волной, заставив каждого изображать бурную деятельность. Тони нахуя-то мешал свой кофе ложечкой, не веря, что Питер согласился на эту авантюру, а сам Питер не до конца понимал, на что именно он подписался. Короче, так и сидели, как два конченных идиота, пока в один момент не заговорили одновременно. — Давай ты сначала, — по-джентельменски уступил Старк, лишь бы не выглядеть еще большим придурком. — Ты же хотел про план рассказать, да? — дождавшись ответного кивка, мужчина усмехнулся, — а я про него хотел спросить.       Старк тоже не удержал улыбки. Такая тупая ситуация, тупее просто не придумаешь. А самое смешное, что образовалась она каким-то чудесным образом буквально из пустого места. У них не было причин смущаться перед друг другом или мямлить, пытаясь подобрать подходящие слова. Все должно было пройти четко и по делу, а в итоге вышло вот это. — Хорошо. От тебя требуется только вырубить свет по моему сигналу, а дальше я все сделаю сам, — максимально беззаботно сказал Тони, откинувшись на спинку стула, которая многозначительно скрипнула. Более того, он сложил руки на груди, горделиво смотря на собеседника. — Что, прямо-таки сам? — Питер не стал бороться с собой и открыто усмехнулся, решив отпить немного кофе. Уф, слишком сладко. Похоже, бариста переборщил с малиновым сиропом. — А ты во мне сомневаешься? — Старк ответил довольно быстро. А вот взгляд его слегка подзавис на губах Паркера, по которым прошелся красноватый язык, слизавший кофейную пену. — Ни секунды, — Паркер покачал головой, сделав максимально серьезную рожу, — кстати, раз уж пошла такая пьянка, а зачем нам вообще забирать этот ключ? Неужели ты не можешь его просто купить? У тебя денег хоть жопой жуй. — Во-первых, эта безделушка, — он указал на карман косухи, в который Питер ранее поспешно сунул смятую бумажку, — стоит целое состояние. Не хочется признавать, но на это я не планирую тратить столько денег.       Паркер вытащил комок, недавно переданный Старком и отныне напоминавший туалетку, и стал пристально разглядывать ключ. Золотой крест с красивой резьбой и розовыми камнями на каждом из четырех концов. Они отдаленно напоминали рубины. Что ж, похоже, за такую хернюшку и впрямь придется выложить баснословную сумму. — А во-вторых? — задумчиво спросил Питер. — А во-вторых, — Старк тоже приобщился к кофе, — даже если бы я и хотел платить за ключ, я вряд ли смог бы перебить другие ставки. Слышал о Нике Фьюри? — Это тот самый парень, который купил за полтора миллиона картину «Девочка с шаром»? Картина порвалась с последним ударом молотка, прямо в рамке. — Ну, если парню больше шестидесяти лет, то да, мы говорим об одном человеке, — Тони в который, сука, раз самодовольно улыбнулся, потому что нашел свою шутейку невероятно занимательной. — Мда, очень смешно. Извини, что я не тусуюсь среди любителей аукционов и не знаю Ника Фьюри в лицо, — Питер обиженно фыркнул. — А мне кажется, что ты не просто тусуешься с любителями аукционов, но и воруешь их брюлики, спаивая, — Старк улыбнулся, но на этот раз беззлобно. Паркер вскинул руки, показывая, что сдается, — ладно, суть в том, что этот мужик ебнутый на все сто. Он потратит все свое состояние на то, чтобы купить один из ключей. Милый, ты же не думаешь, что мы одни такие сообразительные?       Питер-то может и не думал, но был уверен в том, что какой-то там Фьюри не знал, какие трусы носил Магеллан. Эта мысль заставила мужчину переполниться гордостью. Ну да, умный. Вопросы? Предложения? — Не думаю, — наконец, выдал Паркер, — но мне понадобится ручной резчик по металлу, костюм, — он ненадолго замолчал, задумавшись, — и кошка.       Старк нахмурился, а затем слегка наклонился к столу, вкрадчиво посмотрев на собеседника. — Я понимаю, зачем тебе костюм, но… — Только не говори, что ты никогда не видел эти огромные ящики, в которых находятся предохранители, — Питер округлил глаза, — какой из тебя вор тогда? — Если бы ты меня не перебил, ты бы понял, что я знаю, зачем нужен резчик по металлу. Так вот, зачем тебе кошка? — Узнаешь.       И блять, улыбка, которую выдал Питер, даже не подходила под разряд «пропуск в трусики». Она стоила больше ебаных пяти миллиардов долларов, что стояли на кону. Абсолютно точно стоила, ведь лицо Тони мгновенно отразило целый ворох эмоций: от непонимания до чего-то вовсе непонятного. Паркер боялся идентифицировать чувство, что передавал хитрый прищур, голова, чуть склоненная на бок и пальцы, которые легли на подбородок. — Как скажешь, дорогой. — Отлично. Это то, что я хотел услышать, — и правда. Этот раунд за Питером. Какой счет? Один-один? Похуй, главное, что Паркер сумел задеть Тони за живое, — у меня остался только один вопрос: мы не обсудили мою долю. Делим все поровну, так? — Все поровну? Что, золото? — голос Старка поднялся на пару тонов выше, если не больше. Его собеседник даже огляделся, испугавшись, что кто-то из немногочисленных посетителей и персонала мог услышать вопли мужчины. Но все, слава Богу, было спокойно, — ты спятил? Я годы убил на это дело, а тут появляешься ты с желанием забрать половину того, что я заработал? Десять процентов, не больше. И оцени мою щедрость так же, как и мой пресс. — Мда уж, — голос Питера сквозил разочарованием, в то время как Старк казался до усрачки взволнованным, — пиздец, да ты сама щедрость! — На что тебе такие деньги? — не отступал Тони.       Как будто на Земле существовал хоть кто-то, кто отказался бы от бабла. Да даже Джефф Безос, который удерживал лидерство в списке Форбс, забрал бы голду и даже глазом не моргнул. Тем более, что Паркер душу собрался в дело вкладывать, знания и все такое прочее. — Тридцать пять процентов, — ну Питер явно не придурок, чтобы так легко сдаваться. — Пятнадцать, — отрезал Тони. — Двадцать пять. — Двадцать. И повторяю: я щедр, как никогда. — По рукам, — мужчина довольно кивнул.       Он спрятал в карман сверток, на котором был изображен крест, а затем поднялся из-за стола, даже не потрудившись допить кофе. Все эти действия, конечно, сопровождались взглядом Старка. — Что, уйдешь, не заплатив? — Тони оперся руками на стол, заглядывая в лицо Питера. — Кажется, кое-кто только что говорил о щедрости, — голос Паркера звучал уверенно, — буду ждать от тебя вестей.       Он потряс телефоном, который держал в руке. А затем оставил мужчину в гордом одиночестве, звякнув колокольчиком, что был приделан к входной двери. Старк покачал головой, одним махом прикончив свой американо. За витриной мелькнула фигура Питера, стремительно удалявшаяся от кафешки.       Вот сученыш.