Хороший день - сказал мне он. Как мог не согласиться я? И платы нет за этот тон Лежи, ешь, пей, мотайся, как свинья.
***
Сегодня я чувствовал себя не в своей тарелке. Буря воспоминаний пронеслась перед моими глазами, когда взгляд направился на пылающий экран монитора. Моё зрение тут же стало размытым, нецелостным, будто захламлённым количеством цветных полупрозрачных пятен, убывающих друг за другом. Мозг кипел от возбуждения гипофиза, словно чайник, громко сообщающий о своей готовности к употреблению по назначению. "Было бы приятно вновь очутиться в знакомом месте, где меня все знают и не могут навредить." Такой искренней мысли в моей голове не возникло и возникнуть просто не могло, но эта фраза в точности описала мотив, сидящий на подкорке моего подсознания. Мышцы щекочет изнутри из-за действия молочной кислоты. Некая ухмылка располагается на моём лице, предвкушая дальнейшие действия, а кожа принимает очертания "гусиной". С этим по телу проходит волна прохлады, к которой я уже успел привыкнуть в подобные моменты. Иногда это раздражает, а иногда даёт вдохновению и фантазии больший простор.***
Внезапно! Здесь случилось самое страшное. Лоуни, такой маленький и несмышлёный, жизнь его совсем ничего не учит, нажимает на замшелую кнопочку с надписью "играть". Буря эмоций. Страх смешался с радостью, предвкушение захлынуло разум бедного юноши! Роскошен был новый простор для осуществления столь дальних, казалось бы, мечтаний. В голове пронеслись звонкие голоса колокольчиков, шуршание весенней листвы, реки простого и искреннего удовольствия, согласующиеся с тёплым чувством ностальгии. Столь ярким был этот момент, полностью олицетворяющий выражение "детское счастье". Лужайка представляла из себя большую, сделанную точно по заказу, площадку, покрытую спорышем и многочисленными гречишниками. Лёгкий ветерок колыхал листья деревьев поодаль, за ветками которых виднелись цветы голубых и солнечно-жёлтых цветов. Небо выглядело поистине радостным, мечтательным! Кучевые облака мягко гнались друг за другом в своём собственном темпе. Но птиц, бабочек не видно. Куда они подевались в столь подходящий момент, чтобы показать себя? Не было и намёка на привычное пение соловья. Никаких мелькающих на свету разноцветных крылышек. Ни одного хруста, ни одного треска, ни одного журчания. Лишь ветер легонько посвистывал и окутывал стоящего на влажной земле, очарованного невиданной красотою природы, Лоуни. Внезапно. Странный образ сформировался из ранее неведомых запахов и угнетающей тишины. Какой-то осадок внутри. Наслаждение ушло так же быстро, как и пришло. Когда нежное движение облаков начал застилать кровавый сумрак, а в глазах нарастать непроглядный туман из свежего праха, "мышонок" наконец осознал своё положение в этом мире.