Релакс с привкусом мяты

      Оставшись один, Тэхен порывисто ослабил узел галстука, что, словно удавка, стягивал шею последние пару часов. Переговоры выдались трудными. Как же ему надоели эти недоумки, до сих пор считающие, что оборотни живут, подчиняясь лишь своим животным инстинктам и забивая на человеческую сущность. Как же было хорошо, когда их виды существовали обособленно. Но времена изменились, также как и отношение оборотней к людскому племени. Всего два фактора: политика и взаимовыгодная торговля, и вуаля — оборотни уже осваивают города людей, пусть интеграция и происходит весьма медленно.              Отец Тэхена не остался в стороне от столь многообещающих перспектив и одним из первых отправил своего единственного сына налаживать контакты. Ну конечно, кому ж, как не наследнику внушительного состояния, оказаться на «передовой», проверяя свою выдержку на прочность. Старший Ким лишь посмеивался, слушая в телефоне возмущённое шипение своего отпрыска после очередной «приятной и познавательной» беседы с будущими компаньонами.       Вот, скажите на милость, с какого такого перепугу у людей сложилось мнение, что представители семейства кошачьих ужасно ветрены и буквально спят и видят, с кем бы им переспать? А эти людские крылатые выражения: «гулящая как кошка» или «орёт как мартовский кот» — какой умник решил, что это идеально походит для описания их сущности? Или вот это: «тянуть кота за хвост» — можно подумать, что только кошачьих можно за хвост тянуть! Как же бесит! Мало того, обязательно найдётся какой-нибудь «обольститель», который предложит провести с ним незабываемую ночь. Экзотики им, понимаешь, хочется! И как, скажите на милость, вести дела с этими дремучими и невоспитанными людишками? Иногда на самом деле хотелось, забив на своё железное самообладание, вцепиться некоторым особям в лицо и выцарапать их бесстыжие глаза, а заодно и язык откусить или кишки выпустить, дабы впредь другим неповадно было.              От срыва спасал только релакс.              Памятник надо поставить тому предприимчивому оборотню, что выкупил приличный участок земли с лесом возле людского мегаполиса и построил там спа-отель для своих соплеменников. Для непривыкших к каменным городам оборотней отель являлся той самой отдушиной, где можно было привести в порядок своё пошатнувшееся душевное спокойствие. Там они могли, не таясь, выпускать свою звериную сущность и вволю бродить по лесу, который не стали облагораживать, оставив в том же виде, как и задумала матушка-природа.       Обычно Тэхен выбирался туда на выходные. И пусть стоило это весьма недёшево, но других вариантов не было. Городские парки отметались сразу по одной простой причине: увидеть испуганных, а ещё хуже умиляющихся с его внешности людей не хотелось совершенно.       Сущность Тэ — манул, дикий и гордый кот. К тому же альфач. И он не горит желанием оказаться в руках зоозащитников, которые прибегут по звонку какого-нибудь бдительного гражданина спасать «бедную кису». А похожие прецеденты уже были (слава богу, что не с ним). Он до сих пор помнит охреневшие глаза своего друга Чимина, когда примчался вызволять того из приюта для диких животных. Хорошо, что увидел новостной репортаж о том, как в центральном парке поймали дикого фенька, неведомым образом оказавшегося в черте города. Парень даже перекинуться не мог обратно в человека, чтобы позвать на помощь — слишком тесной оказалась клетка, куда его поместили. Скандал замяли, но потрясенного до глубины души Чимина пришлось отправлять обратно домой, очень уж большое негативное впечатление на него оказал тот случай. В итоге Тэхен остался без дружеской поддержки, что никак не способствовало его душевному равновесию.              

***

             Тэ глубоко втянул воздух в попытке успокоить расшалившиеся нервы — не помогло. Ему срочно требовался релакс, очень хотелось удрать подальше от шумных городских улиц. Рука сама потянулась к телефону, привычно набирая нужный номер.              — Здравствуйте, я хотел бы забронировать номер на имя Ким Тэхена, — слегка хриплым голосом проговорил он, дождавшись ответа администрации отеля. — На пару дней, начиная с сегодняшнего вечера.              — Добрый день, господин Ким Тэхен, — приветливый голос менеджера обладал на редкость приятным тембром. — Вы бы хотели заселиться в тот, что заказывали в предыдущий раз? Или есть какие-нибудь новые пожелания?              — Прежний меня вполне устроит, — почти мурлыкнул в трубку Тэхен, чужой голос действовал на него умиротворяюще.              — Всё будет готово к вашему приезду, ждём Вас с нетерпением, — прозвучало достаточно официально, но Тэхен мог поклясться, что его собеседник улыбался.              На душе стало как-то уютнее, и ему самому отчего-то захотелось беспричинно улыбнуться. Наверное, сама мысль о том, что спустя некоторое время он уже сможет бродить в высокой траве в облике манула, и породила этот неожиданный прилив позитива.              

***

             Неприметный с виду, но комфортабельный внутри даже для самого придирчивого гостя, шале заставил сердце Тэхена забиться быстрее. С трудом подавляя дрожь предвкушения, он неторопливо шёл за сопровождающим персоналом к его личным апартаментам. В мыслях он уже скидывал с себя одежду и, перекинувшись в кота, выскальзывал через удобный выход в гущу леса. Там, в укромном месте, среди корней могучего дуба, его поджидала нора, которую в своё время Тэ нашёл, бродя по лесу.       Тайное убежище пришлось по душе его звериной сущности. Он лишь слегка углубил нору под свои размеры, сделав её более просторной. Затем с педантичной тщательностью пометил своим запахом всё, до чего смог дотянуться, не жалея своей шкурки. Зато теперь никто не посмел бы покуситься на его территорию, где он мог чувствовать себя полноправным хозяином.              Тэхен, вежливо поблагодарив хостес, прикрыл дверь и незамедлительно приступил к осуществлению своей мечты.                     Как же невыразимо приятно бесшумно ступать лапами по земле, втягивая прогретый солнцем и наполненный цветущим разнотравьем воздух. Голова слегка кружилась от мешанины запахов и чувства лёгкой эйфории. Хотелось побыстрее добраться до своей полянки, развалиться в корнях дуба, что надёжно скрывали вход в норку, и блаженно зажмурить глаза, наслаждаясь звуками окружающей природы.              Манул лёгкой тенью скользил в высокой траве, изредка подёргивая ушками от слишком пронзительных вскриков птиц, заметивших крадущегося хищника. Охотиться на территории отеля всё равно было нельзя: мало ли кто в каком облике здесь бегает. Никому подобные казусы здесь не нужны. Гораздо проще после прогулки вернуться в шале и заказать себе на ужин приличных размеров стейк прожарки медиум рейр и с аппетитом слопать его, сидя в уютной тишине дома. А утром можно сходить на расслабляющий массаж, а потом снова удрать в манящую прохладу летнего леса.              Добравшись, наконец, до своей заветной полянки, Тэ уже было собрался выскочить из высокой травы, как его чуткий слух уловил нечто неправильное. Манул замер, мигом превратившись в статую: кто-то нагло шебуршал в его норе.       Кот медленно припал к земле, не издав ни единого шороха. Зрачки мгновенно расширились, заполняя ярко-жёлтую радужку непроглядной чернотой. Инстинкт хищника, да ещё и альфы, требовал покарать наглеца, посмевшего посягнуть на его территорию. Унявшееся было раздражение вернулось с удвоенной силой. Пушистый хвост метёлкой заелозил по траве, выдавая взбудораженное состояние своего хозяина. Пасть приоткрылась в лёгком оскале, обнажая острые клыки. Задать трёпку чужаку, чтобы впредь неповадно было — вот чего больше всего хотелось на данный момент Тэхену. Убивать он никого не собирался — нарушать закон не в его правилах, но и этот наглый захватчик должен был понимать, чем рискует, беспардонно занимая чужое убежище, которое буквально кричало своим запахом, что здесь занято.              Шебуршание усилилось, и из норы показалась мордочка кролика, беспокойно двигающая носиком. Манул снова замер, выжидая. Кролик в один прыжок выскочил из норки и молнией метнулся в густую траву, пропадая из вида. Кот зло махнул хвостом, неприятно удивлённый такой прыткостью. Ладно, считай, что повезло ушастому. Манул ещё немного посидел в засаде, а потом резво понёсся к норе — узнать, что там учудил в его отсутствие наглый захватчик.       Оказавшись в привычной полутьме норки, Тэ первым делом принюхался. Ничего агрессивно-раздражающего не обнаружилось. Будто и не было никого, лишь запах самого Тэхена витал в замкнутом пространстве, к которому примешивался запах трав. Так, стоп! Каких ещё трав?        Манул осторожно потоптался лапками, ощущая под ними мягкую подстилку. Из груди вырвалось глухое рычание — не его. Всё-таки этот наглец решил устроить здесь себе гнездо, ничуть не смущаясь чужого запаха! Убрать, вычистить, чтоб даже намёка на чужое присутствие не было!        Кот зарылся мордой в травяную подстилку и принялся сгребать её в одну кучу, чтобы одним махом вытолкнуть собранный ком из норы. Но стоило ему втянуть воздух, как вся решительность мигом схлынула.       Тонкий запах кошачьей мяты околдовывал, маня к себе. Кот с готовностью зарылся носом глубже в сорванную траву, стараясь вдохнуть как можно больше. На душе стало удивительно легко и приятно. Тэ, забыв о недавнем диком раздражении, растянулся на охапке травы и затарахтел счастливым моторчиком, блаженно прикрыв глаза. Хорошо-то как!              

***

             — Ты чего такой запыхавшийся? — хитро прищурился Субин, смотря на раскрасневшегося Чонгука.              — Еле ноги унёс, — доверительно прошептал другу тот.              — От котяры своего, что ли?              — Ага, — согласно кивнул Гук и озорно подмигнул парню. — Решил ему релакс по высшему разряду устроить.              — Только не говори, что ты опять в его нору заглядывал, — застонал Субин, уже заранее зная ответ. — Гук, ты ненормальный…              — Так я туда бегаю, когда его нет. Знаешь же, как я от его запаха тащусь. Мне это просто жизненно необходимо, — слегка смущаясь, парировал Чонгук.              — Отшлёпать тебя — жизненно необходимо, ясно?! — фыркнул насмешливо друг. — Сегодня–то ты зачем туда полез? Знал же, что он приедет.              — Потому и полез, — вздохнул Гук. — У него такой расстроенный голос по телефону был, прибавь к этому, что он сорвался к нам в будний день — точно что-то ужасно неприятное у него произошло. А я могу помочь ему расслабиться, ну ты же понимаешь о чём я…              — Да понял я, — почесал в затылке тот и безнадёжно махнул рукой, дескать, делай что хочешь. — Только ты всё равно будь поосторожнее. Всё-таки на личную территорию альфы заходишь, мало ли что.              — Постараюсь, — расцвёл в улыбке Чонгук и мечтательно вздохнул.              Субин лишь головой покачал на это: ну что ты будешь делать с этим дурачком влюблённым. Был же нормальным, вдумчивым парнем и отец Чонгука — владелец данного отеля — собирался в будущем передать бразды правления в надёжные руки своего ненаглядного чада, несмотря на то, что тот омега. Но стоило нашему кролику случайно увидеть этого котяру, как всё — адекватность помахала ручкой. Нет, для других Гук оставался таким же серьёзным и рассудительным парнем, но только не в отношении Ким Тэхена. При одном упоминании пушистого сердцееда Гук растекался приторной лужицей и уносился мечтами в розовые сопливые дали, полностью теряя связь с миром. Подойти познакомиться — скромность ему, видите ли, не позволяет, зато забраться в чужое личное пространство — это мы первые. Субин только диву давался на подобные выходки Чонгука, но переубедить парня ему было не по силам. Так что он просто махнул рукой на происходящее, втайне желая котяре когда-нибудь сцапать безрассудного кролика в той самой норе, где им волей-неволей придётся познакомиться и вскоре стать счастливой парой (в чём Субин ни капли не сомневался).                     Урчащий желудок вынудил Тэхена оторваться от захватившего его на долгие часы действия и со вздохом подняться на лапы. Пора было возвращаться в шале, где его ждал пусть и поздний, но зато безумно вкусный ужин. Кот напоследок зарылся мордой с основательно примятую травяную подстилку, с сожалением отмечая, что запах мяты почти исчез, и шустро полез на выход. Релакс — это хорошо, но умирать от голода он не собирался.              

***

             Наступившее утро радовало безоблачным небом, ласковым солнцем и лёгким ветерком. Лес манил, и Тэхен, передумав делать массаж, в облике кота, рванул к своей заветной полянке. Он уже заранее предвкушал, как развалится на прогретой солнечными лучами траве, сонно жмуря глаза и напитываясь энергией леса. Казалось, ничто не могло нарушить его безмятежное спокойствие, вот только один недалёкий кролик, похоже, решил поиграть на его нервах снова.              Не успел манул приблизиться к своей норке, как уловил знакомое шебуршание. Чувство дежавю накрыло с головой, как, впрочем, и чувство дикого раздражения. Кот медленно подкрался и напряжённо застыл в траве в двух шагах от входа в нору, чуть слышно щёлкнув зубами. Теперь-то хрен от него сбежит этот лопоухий наглец! Ох, с каким упоением он оттреплет за шкирку это невоспитанное создание!       Шанса на спасение у кролика не было. Стоило только показаться длинноухой знакомой мордочке из норы, кот в один бесшумный прыжок настиг свою жертву и, вцепившись в холку, придавил растерянную тушку к земле. Кролик суматошно задёргался в попытке освободиться, но стоило манулу утробно зарычать, как он тут же затих, признавая своё поражение.       И вот надо было так глупо попасться! Ведь был уверен, что Тэ сейчас на сеансе массажа, поэтому решил по-быстрому сбегать сюда и провернуть вчерашнюю проделку. Ой, что теперь будет?! Скандал — однозначно. Отец по голове за такое не погладит. Чонгук горестно шмыгнул носом, мысленно готовясь к худшему. Сейчас котяра задаст ему трёпку, а потом будут долгие разборки в кабинете отца. Гук снова дёрнулся — грозное шипение тут же раздалось над его ухом, убедительно доказывая бесплодность сего действия.       Тяжесть и жар чужого тела заставляли сердечко кролика биться в нарастающем темпе, отчего природный запах усиливался с каждым биением. Манул, перестав рычать, шумно принюхался, потом как-то беспомощно мявкнул и бесцеремонно уткнулся носом в шкурку дрожащего от переполнявших эмоций кролика. Втянув в себя усилившийся запах наглого захватчика, Тэ довольно сощурил глаза и забавно фыркнул. Вот оно значит как…              Манул осторожно сместился с тушки зверька, давая мнимость свободы, но тут же цепко ухватил свою «добычу» за шкирку и потащил слегка упирающегося кролика в нору. Отпускать наглеца кот не собирался — пускай отрабатывает посягательство на чужую территорию. Запах кошачьей мяты, исходивший от кролика, дурманил голову не по-детски, начисто выбивая любые мысли из головы. Хотелось только одного, к чему, собственно, и приступил кот, едва они оказались в норе.       Надёжно облапив тушку кролика, он сначала всего его обнюхал, тарахтя игривым моторчиком, а потом принялся вылизывать шелковистую шёрстку своей «добычи», не обращая никакого внимания на чужое негромкое попискивание. Так они и уснули: Тэ — одурманенный «ходячей кошачьей мятой», Гук — опьянённый нежным медовым запахом клевера любимого котяры.       И лишь поздним вечером Чонгук смог осторожно выбраться из лап своего пленителя и удрать из норы, дабы избежать разоблачения. Хотя и проклинал в душе свою мимолётную трусость, ведь находиться в объятиях манула было невыразимо приятно, да и чужой шершавый язык, что с таким наслаждением вылизывал его шёрстку, теперь никак не выходил из головы, вынуждая покрываться щёки жарким румянцем смущения. Всё-таки приличные омеги не должны знакомиться с альфами таким довольно компрометирующим способом. Ох, только бы родители не узнали об этом! Позору не оберёшься!              

***

             Тэхен разлепил глаза и сладко потянулся. Давно он так хорошо не высыпался. Но чего-то не хватало. Манул окинул ленивым взглядом нору и тревожно мявкнул — его «кошачья мята» исчезла. То самое чудесное исцеляющее снадобье, которого ему так не хватало в жизни. Он должен срочно найти этого омегу, потому что ему теперь, как наркоману, необходима была ежедневная доза его умопомрачительного запаха. Тэ резво подскочил и со всех ног рванул к своему шале. Дайте только человеческий вид принять, а уж там он землю перевернёт, но найдёт своего кролика.                     — Не подскажете, где я могу найти администратора? — обратился Тэхен к парню за стойкой ресепшена. На бирке того значилось «Пак Субин — консьерж».              — Могу я узнать, по какому вопросу Вы бы хотели с ним увидеться? — склонив голову в вежливом кивке, уточнил тот.              — По личному, — сухо отрезал Тэхен, не желая вдаваться в подробности. И так дело слишком щекотливое: придётся применить всё своё умение уговаривать, чтобы ему дали наводку на одного конкретного омегу.              — Тогда Вам стоит пройти по коридору до конца и свернуть направо, там найдёте искомый кабинет, — не моргнув глазом, бодро отрапортовал Субин и сделал приглашающий жест рукой. — Мне сопроводить Вас?              — Спасибо, я сам, — отклонил предложение консьержа Тэхен и уверенно двинулся в указанном направлении.              Вслед ему с загадочной улыбкой на губах смотрел Субин, мысленно примеряя на себя роль удачливой свахи.                            Настойчивый стук в дверь застал Чонгука врасплох. Кому приспичило в такую рань ломиться к нему в кабинет? Но делать нечего: парень пригладил слегка растрепавшиеся волосы и твёрдо произнёс:              — Войдите.              И ранний визитёр вошёл. А Чонгуку очень захотелось выйти. Вот прям очень-очень, потому что смотреть в глаза Тэхену после всего случившегося было невероятно трудно.              — Здрав… — начал было тот, но запнулся на полуслове, шумно втянув воздух.              Тишина, повисшая в кабинете, была оглушительная. Чонгук не знал, куда деться. Взгляд судорожно бегал по помещению, искусно избегая главную достопримечательность кабинета. Молчание затягивалось, и Чонгук, не выдержав напряжения, всё-таки решился поднять глаза на своего краша. Лучше бы он этого не делал: широкая обольстительная улыбка играла на чувственных губах Тэхена, а глаза «котяры» буквально светились, изучая стоящего перед ним омегу. Щёки предательски затопило жаром, и Гук, мучительно застонав, закрыл лицо руками. Убежал, называется!              — Зачем же прятать такое красивое лицо? — с лёгкой иронией в голосе нарушил тишину Тэхен. — И этот румянец тебе очень идёт, мой кролик…              «Мой кролик», — заполошно забилось на повторе в голове Чонгука. Он его смерти, что ли, хочет? Надо срочно запретить одному конкретному парню говорить таким чарующим голосом. И вообще, надо что-то ответить, чтобы не выглядеть полным идиотом. И так уже дел натворил.              — Почему же это сразу твой? — выдавил из себя через силу Чонгук, очень надеясь, что его голос не дрожит.              — Потому что мой, — тоном, не терпящим возражения, ответил Тэ. — Ты сам притащился в мою нору и устроил там гнездо, можно сказать, уже тогда предъявил права на меня. А теперь пытаешься заднего дать? Не выйдет. И твой запах…              — Что мой запах? — вскинулся Гук тревожно и обомлел от того, насколько близко успел подобраться к нему Тэхен.              Ну вот, замер, как кролик перед удавом, если манула можно так назвать. Впрочем, какая разница, если запах столь любимого им клевера забил лёгкие под завязку, отчего так сладко всё тянет внутри и безумно хочется оказаться в объятиях этого коварного котяры. А какие они приятные Чонгук уже успел распробовать и полюбить, хоть и был в облике кролика.              — Слишком притягательный, чтобы я посмел упустить тебя, — практически промурчал Тэ в розовое ушко Гука. — Приехал отдохнуть, как все…              — А нашёл меня, — смущённо хихикнул Чонгук, оказываясь в кольце чужих крепких рук и сдаваясь на милость судьбе. Всё равно убегать некуда.              — Угу, — согласно улыбнулся Тэхен и нежно чмокнул Гука в губы. — Свой личный релакс с привкусом мяты.