Бонус.
6 марта 2022 г., 22:34
— Он здесь? — обманчиво спокойно поинтересовался Тэ у консьержа. Даже улыбку из себя умудрился выдавить, чтобы не спугнуть сообщника своего мужа.
Но Субин стреляный воробей, на мякине его не проведёшь. Он буквально видел фантомный хвост котяры, который хлестал того по бёдрам в диком раздражении. И это, если честно, совершенно не способствовало мирным переговорам. Ну, кто виноват, что Чонгук слишком деятельный омега? Уж точно не Субин! Предъявляйте свои претензии родителям этого безрассудного кролика, а он лучше в сторонке постоит — влезать в чужие разборки ему вовсе не хочется.
— Какой ты друг, если потакаешь Гуку в его глупых прихотях?! — в голосе альфы начали прорываться рычащие нотки. Субин вперил глаза в пол: так немного легче переносить давление чужой ауры.
— Вовсе нет! — пылко возразил Субин, но глаза так и не поднял. — Я-то что могу сделать, если он даже тебя не слушается — своего альфу!
На несколько секунд воцарилась тишина, которую нарушил длинный выдох Тэхена.
— Извини, — примирительно произнёс он, сумев всё-таки взять себя в руки, — не хотел я на тебе срываться. Сам понимаешь — переживаю за него, а он…
— Да я не обижаюсь, — понимающе улыбнулся Субин и заговорщически подмигнул. — На твоём месте любой бы нервничал с таким неугомонным омегой.
Тэхен лишь молча кивнул, а что тут ещё скажешь? Так и есть: неугомонный и безрассудный. В его положении любой другой омега валялся бы в постели, да беззастенчиво эксплуатировал своего альфу, готового выполнить любую его прихоть. А этот вредный кролик что вытворяет? Всё в точности наоборот: рвётся на работу и сидит там допоздна, зарывшись в документах, ещё и на переговоры умудряется сбегать. Ну всё делает, чтобы пошатнуть душевное спокойствие своего мужа!
Вот и сегодня: приехал из командировки, сразу рванул в их шале, надеясь на долгожданную встречу и что в итоге? Обнаружил лишь гнездо, сооружённое из подушек и всего гардероба Тэ, которое занимало большую часть их спальни. А тот, кто должен был находиться в центре этой живописной кучи и радовать глаз, нагло отсутствовал. И вот как скажите не злиться на вредную крольчатину?
Тэхен нервно дёрнул уголком рта и поджал губы: ругаться не хотелось, но другого варианта Гук ему не оставил. Мужчина решительно двинулся в сторону знакомого до зубовного скрежета кабинета. Без стука распахнул дверь и приготовился к словесной перепалке.
Десять пар любопытных глаз уставились на него, стоило Тэхену шагнуть в кабинет. Совещание. Гук с хмурым видом оторвался от документов, разложенных у него на столе, но тут же переменился в лице, увидев, кто заглянул к нему на огонёк.
— Ой… — виновато хлопнул ресничками омега и заискивающе улыбнулся своему «пушистику». — Тэ, ты уже вернулся…
— Как видишь, — грозно фыркнул в ответ тот, очень стараясь не попасть под очарование своего длинноухого любимки. — Мы, кажется, договорились, что ты хотя бы этот месяц будешь сидеть дома и…
— Я помню, — торопливо перебил его Чонгук, — но возник ряд вопросов требующих безотлагательного решения.
— Вот как… — помрачнел Тэхен. — Значит, мои слова для тебя ничего не значат. Хорошо, не буду тебе мешать. Удачи, — с этими словами альфа развернулся и вышел, хлопнув дверью.
Гук слегка вздрогнул от хлопка, улыбка медленно сползла с лица. Это первая их размолвка за всё время, и та из-за его упрямства. Ведь действительно обещал, что будет больше заниматься собой, тщательнее следить за здоровьем и ни одной ногой на работу в ближайшее время. Надо было срочно исправлять свой косяк. Скомкано закончив совещание, Чонгук стрелой помчался к шале, но там его ждало неприятное открытие: в домике было пусто. Оставалось лишь одно место, где мог уединиться его гордый котяра.
***
— Тэ, вылезай. Я знаю, что ты там, — мягкий голос Гука нарушил уютную тишину, царившую на полянке. Парень присел перед входом в норку и прислушался. В ответ послышалось недовольное шипение, глухое шебуршание и снова тишина. Манул отполз подальше от входа и свернулся обиженным клубочком. Не будет он вылезать, ему и здесь хорошо. А всякие противные кролики пускай живут, как им вздумается, раз не хотят слушаться и принимать заботу от любимых. И не будет он обращать на ласковый голос омеги никакого внимания, и на запах его нисколечко не поведётся! Вот! — Ты не оставляешь мне выбора, — донеслось снаружи, и что-то подозрительно зашуршало. Ушки манула дёрнулись, стараясь распознать непонятные звуки. Кот насторожился: что там ещё придумал этот неугомонный омега? Долго гадать не пришлось. С громким сопением в узкий проход с трудом протиснулся прилично раздувшийся в боках кролик и, не обращая внимания на чужое предупредительное рычание, бесстрашно прижался к пушистой тушке. Уткнулся носиком в шею котяры и замер, прикрыв глаза. Пускай Тэ рычит, сколько ему вздумается, никуда Гук от него не уйдёт. Не в этой жизни точно. Поначалу Тэхен решил делать вид, что он тут один и никаких очаровательных омег под его боком нет, но надолго его не хватило. Запах кошачьей мяты, к которому теперь примешивался ещё и слабый аромат жимолости, помимо воли превращал гордого альфу в мягкую зефиринку. Хитрый кролик применил запрещённый, но очень действенный приём. Так что спустя пять минут котяра, позабыв обо всём, самозабвенно вылизывал шелковистую шёрстку своего омеги, при этом что-то нежно урча себе под нос. Чонгук тихо млел в объятиях манула, привычно растекаясь приторной лужицей. Лепота! Что ещё надо для счастья? И зачем только на работу сегодня потащился, прекрасно и без него могли бы обойтись… Глаза закрывались сами собой, мысли лениво расползались, убаюканные мерным тарахтением котяры. Век бы так лежать и не двигаться… Очухался он только, когда его осторожно вытянули из норы чьи-то сильные руки. Впрочем, Гук даже дёргаться не стал, успокоенный любимым ароматом клевера, окутывавшим его со всех сторон. Омега поудобнее устроился на руках своего альфы и снова провалился в сон, решив перекинуться в человека уже дома. Проснувшись в следующий раз, Чонгук обнаружил себя в сотворённом им гнезде, рядышком с тихо посапывающим Тэхеном. Полюбовавшись на своего любимого котяру, Гук с удовольствием потянулся, разминая затёкшие мышцы, и тут же негромко охнул. Низ живота подозрительно тянуло, из-за чего сердце сразу испуганно зачастило, порождая тихую панику. — Тэ, — чуть дрожащим голосом позвал мужа Гук. — Проснись! — Что случилось? — тут же вскинулся альфа, сонно хлопая глазами. — Кажется, началось… — страшным шёпотом произнёс Чонгук и прикрыл в испуге рот рукой. Тэхен скользнул шокированным взглядом по напряжённому омеге и судорожно сглотнул. — Так вроде рано ещё, — нервно выдохнул он, подскакивая. — Говорил же тебе беречь себя, но кто-то очень умный слушать меня не хотел! — обеспокоенно заметался по комнате альфа, при этом сноровисто складывая в сумку всё необходимое. — Чего сидишь, глазами хлопаешь? Скорую вызывай!***
Шёл уже четвёртый час, как Тэ находился в приёмном отделении родильного дома. Нервно стискивая в руке очередной стаканчик с кофе из автомата, которым он уже залился, кажется, по самую маковку, альфа весь извёлся в ожидании новостей. — Ким Тэхен? — вышедшая из-за двери медсестра ободряюще улыбнулась побледневшему альфе. — Ну что Вы так переживаете, всё прошло хорошо. Пойдёмте, я проведу Вас в палату к Вашему мужу. Тэхен аккуратно приоткрыл дверь в палату и на ватных ногах зашёл в помещение. Он медленно приблизился к кровати, на которой лежал утомлённый Чонгук. В маленькой кроватке, стоящей рядом, лежал туго спелёнутый свёрточек. Аромат кошачьей мяты любимого омеги гармонично смешивался с запахом жимолости — их сына. Сердце котяры сжалось от переполнявшей нежности, глаза предательски заблестели — он украдкой вытер набежавшие слёзы, не желая показывать своей слабости. Чонгук с затаённой улыбкой следил за действиями альфы, всё прекрасно понимая. Неважно, чью сущность унаследовал их сын: она проявится со временем. Но то, что Тэхен будет также увлечённо ухаживать за ребёнком, как и за ним, сомнений не вызвало. Впрочем, как и то, что вить верёвки из гордого манула будут уже двое: ведь перед запахом жимолости коты также беззащитны, как и перед кошачьей мятой.
