Цена разрушенного доверия
14 февраля 2022 г., 00:10
Чонвон и Джей сидели в машине неподалёку от училища, под покровом долгожданной ночи. Младший беспокойно смотрел на высокие стены здания, которое когда-то называл родным. Сейчас оно больше напоминало тюрьму, чем дом. Мрачная и строгая колыбель кошмаров, где Чонвон научился всему, что знал сейчас. Он не мог поверить в то, сколько лет провёл здесь.
Джей тоже выглядел напряжённым. Его не покидало плохое предчувствие. Вампир был бы рад навсегда оградить своего мальчика от этого ужасного места, с которым у него было связано столько плохих воспоминаний, но Чонвон был не из тех, кто прятался от своего прошлого. Качество, которому Джей мог только позавидовать: Чонвон бесстрашно шёл навстречу своим травмам и ошибкам, невзирая на страх и стыд. Даже в своих самых диких фантазиях вампир не мог представить себя на пороге родительского дома или родового поместья, где он провёл свой первый год в вампирском обличии. Какой же его мальчик всё-таки отважный. С этой мыслью Джей слегка улыбнулся и погладил его по голове.
— Готов? — негромко спросил старший, заглушая мотор.
— Нет, — честно признался Чонвон, тяжело вздыхая. — Но назад пути тоже нет.
— Он есть всегда, — возразил Джей, покачав головой. — Вопрос лишь в том, хочешь ли ты им воспользоваться…
— Не хочу, — младший поджал губы и отстегнул ремень безопасности. Глаза машинально нашли окно его бывшей комнаты. Интересно, жил ли кто-нибудь там сейчас…? Что сделали с его вещами? Лучшим исходом было бы, если бы их пожертвовали в детский дом или хотя бы отдали другим воспитанникам. Но зная характер начальства, скорее всего их просто показательно сожгли.
Джей первый вышел из машины. Он прислушался, проверяя, нет ли по близости часовых. Для режимного объекта училище слишком плохо охранялось и патрулировалось. У него никогда не возникало проблем, когда он по ночам пробирался к Чонвону. Зато рядом с каким-нибудь научным центром всегда стояло по крайней мере пять машин, набитых военными. Вот они — приоритеты. Сохранность пробирок превыше безопасности детей.
Чонвон встал рядом с вампиром и обнял его за руку, укладывая голову на плечо. Изначально он хотел включить свой «режим» непоколебимого сильного лидера, но сердце в груди не переставало колотиться, а колени беспокойно дрожать. Ему было просто необходимо чувствовать любовь и поддержку Джея.
— Я совсем размяк, — пожаловался Чонвон, надувая щёки. — Не могу собраться.
— Ты хотел сказать «стал эмоционально здоровым человеком»? — колко усмехнулся Джей и поцеловал младшего в лоб. — Если ты вдруг не знал, то чувствовать — это нормально для представителей твоего вида.
Чонвон закатил глаза и ущипнул Джея за бок, тут же выпрямляясь. Он встрепенулся всем телом, с мысленным призывом прийти в себя и настроиться на будущую встречу. Её исход мог быть какой угодно — от радостного и перспективного до катастрофически ужасающего. «Не всё на этом свете зависит от тебя» — вспомнил Чонвон слова Джея и выдохнул, сглатывая. Он сделает всё, что в его силах. Принимать его извинения и предложение или нет — это уже дело самих ребят.
Оба выдвинулись ближе ко входу. Прямо как в их самую первую ночь, Джей перепрыгнул забор с Чонвоном на руках. Младший разулыбался, вспоминая эту неловкость и смущение, которую раньше испытывал перед вампиром. Джей был осторожен и любезен с ним с самого начала и продолжал быть верным себе, окружая своего мальчика любовью и заботой.
Ещё один большой прыжок — и вот они уже стояли на навесе прямо у окна Чонвона. Джей аккуратно поставил своего мальчика на ноги и уже потянулся рукой к створке, как вдруг младший остановил его.
— Я сам. Ты можешь подождать меня внизу? Я позову тебя, если что-то случится или когда мы закончим.
Джей недовольно поджал губы. Ему ужасно не хотелось оставлять Чонвона одного здесь. Всё здание излучало нехорошую энергию предательства и заговоров. Как будто даже стенам здесь нельзя было доверять.
— Я буду в порядке, — заверил Чонвон, несмотря на своё волнение, и взял вампира за руку. — Я знаю это место как свои пять пальцев. Со мной ничего не случится.
— Не говори так. А то всё получится наоборот, — пробурчал Джей и нехотя сделал шаг в сторону, медленно расцепляя их руки. Он ведь пообещал, что позволит себе больше полагаться на Чонвона. Но это всё ещё было не так просто, как хотелось бы.
— Спасибо, — с улыбкой сказал младший, зная, насколько большой это шаг для его любимого. — Я очень рад, что ты услышал меня.
От похвалы вампиру стало поспокойнее. Он отсалютовал двумя пальцами и грациозно спустился с навеса, встал в тёмном углу и прислонился спиной к холодному бетону, вздыхая.
— Нужно было книжку захватить, — пожаловался себе под нос и закрыл глаза, погружаясь в особую вампирскую дремоту, когда тело отдыхало, но разум продолжал бодрствовать на пике своих ощущений, обостряя слух и увеличивая телепатический радиус.
***
Чонвон немного постоял у окна, не решаясь открыть его. Это было нелегко — возвращаться в место, наполненное хорошими и плохими воспоминаниями. Младший опасался, что весь прогресс, которого он достиг, мгновенно испарится, стоит ему перешагнуть порог этой комнаты. Хрупкий и уязвимый человеческий разум постоянно стремился к комфорту, к проторенным дорожкам, к отработанным схемам. Всегда проще остаться сидеть в выгребной яме в надежде на спасение, чем стирать ногти в кровь, пытаясь выбраться из неё. Каждый раз Чонвону приходилось делать над собой усилие, чтобы бороться с желанием пустить всё на самотёк. Из-за этого удобство и покой обычно вызывали у него тревогу: казалось, он что-то делал не так, если не чувствовал, будто ему приходилось превозмогать себя. После месяца совместной с Джеем жизни он стал ощущать себя намного спокойнее и безопаснее без чувства вины и напряжения, но эта ночь грозила откатить всё назад. Чонвон сглотнул и напряжёнными пальцами открыл окно. Свежий воздух ворвался в комнату, всколыхнул шторы. Небольшой сугроб упал с подоконника на пол рядом с батареей, тут же превращаясь в лужу. Как можно осторожнее младший перекинул ноги внутрь и спрыгнул, стряхивая с себя остатки снега. Он напряг глаза, вглядываясь в тёмное помещение. Когда Чонвон последний раз был здесь, все вещи были перевёрнуты вверх дном, а пол — испачкан его же кровью. Но сейчас тут было на удивление чисто. Значит, комнату всё же не оставили пустовать. Он любовно коснулся своего комода, письменного стола, настенной полки. Все его книги, фигурки, тетради и учебники пропали. Как будто он здесь никогда и не жил. Как будто не было этих нескольких лет. Его просто вычеркнули из истории училища, как и других несчастных ребят, которые однажды не вернулись в свои комнаты и чьи судьбы остались неизвестными по сей день. Сколько из них просто сбежало подальше от этого ада, а сколько встретило свою бесчестную смерть без надежды на спасение? С тихим вздохом Чонвон обернулся на свою кровать и замер. Под его одеялом, накрытым сверху старым пледом, кто-то лежал. На секунду младший испугался и застыл, парализованный от неожиданности. Он попытался приглядеться к силуэту, но из-за темноты не мог даже предположить, кто это. Сглотнув, Чонвон медленно подкрался к спящему и протянул руку к покрывалу, чтобы стянуть его и посмотреть на странного гостя. Но как только кончили пальцев Чонвона коснулись ткани, парень на кровати дёрнулся и толкнул Чонвона на пол, тут же сбрасывая с себя одеяло и запрыгивая сверху. Тело Чонвона среагировало быстрее, чем разум: он перехватил руки, которые попытались схватить его за горло, и резко крутанулся, меняясь с юношей местами. Но нападавший тоже оказался не промах: одним сильным, отработанным ударом ноги он скинул Чонвона с себя и снова напал, на этот раз — вооружённый. Чонвон ловко увернулся от нескольких взмахов ножо, и перехватил запястье парня на последующем, заламывая руку ему на спину. Парень издал болезненный стон и несколько раз дёрнулся в отчаянной попытке вырваться из стальной хватки лидера. Чонвон услышал, как он набирал воздух, чтобы закричать, и поспешно зажал ему рот ладонью. Ему не нужен был лишний шум. Они уже и без того навели достаточно грохота своей спонтанной дракой. Чонвон со всей силы надавил на руку нападавшего, заставляя его выронить нож. После этого он резко развернул его лицом к себе и потянулся включить настольную лампу. Она несколько раз моргнула, прежде чем осветить комнату своим тусклым, желтоватым светом. Чонвон шокированно округлил глаза, когда увидел, кого держал сейчас перед собой. — Рики?! — изумлённо прошептал и тут же отпустил юношу, который был удивлён ещё больше, чем Чонвон. — Что ты здесь делаешь? Перед ним сидел высокий крепкий парень шестнадцати лет. Красивые, слегка экзотичные черты лица особенно выделялись на фоне резкого света, а внимательные чёрные глаза, казалось, просматривали насквозь. Уже сейчас можно было сказать наверняка, что он превратится в невероятно харизматичного молодого человека, как только последние следы переходного возраста сойдут с его тела и позволят расцвести в полной мере. Рики похлопал глазами и сорвал со своего рта руку Чонвона. Он смотрел на своего лидера, не в силах поверить глазам. На секунду в его взгляде промелькнуло сомнение, и он, прищурившись, отодвинулся от Чонвона. — Кто ты? — строгим, слегка дрожащим голосом спросил и поднялся на ноги. — И что это значит? Чонвон поджал губы и встал следом. Видимо, Рики не поверил, что это действительно он. Среди воспитанников ходили байки про вампиров, которые могли менять обличие, маскироваться под других. И хотя никто из военных не видел такого, всё равно было принято придумывать какие-нибудь фразы или действия, чтобы доказать свою «подлинность». Вздохнув, Чонвон поднял с пола оружие и протянул его макнэ. — Нашим первым заданием было сопровождать школьников после занятий до дома, когда рядом с гимназией начал похищать детей вампир. Ты смог защитить ту девочку, но получил шрам на груди. Он хотел вырвать тебе сердце. Мы с ребятами вовремя подоспели и убили… Рики прикусил губу и сделал глубокий вдох, пытаясь справиться с эмоциями. Его взгляд вместо холодной настороженности быстро наполнился воодушевлённым облегчением. Он не дал хёну закончить свой рассказ, кинул протянутый нож на кровать и накинулся на Чонвона с объятиями, буквально вжимая его в себя. Чонвон закашлялся и с грустной улыбкой похлопал своего бунтаря по спине, в очередной раз поражаясь тому, как он вырос. Он уже был выше Чонвона, а ведь ему ещё расти и расти… — Задушишь… — прохрипел, сдавленно посмеиваясь. Наконец, Рики отпустил его и поспешно вытер уголки глаз. — Я думал, ты умер! — возмущённо-радостно воскликнул, на что Чонвон тут же приложил палец к губам, призывая понизить голос. — Почему? Разве ты не вернулся? Я расскажу… — Стой. Рики, — резко окликнул уже уходящего друга и остановил его за локоть. — Отставить. — Почему…? — уже потише спросил и вдруг зацепился взглядом за укусы, рассыпанные по шее Чонвона. — Ох боже… — вырвалось у него на родном языке. Он коснулся совсем недавнего шрама, заставляя лидера смутиться. — Что они с тобой… Ты в порядке? Ты знаешь, кто этот упырь?! Клянусь, я… Чонвон резко замотал головой и снова зажал Рики рот, поспешно натягивая ворот рубашки повыше. Прочистив горло, он убрал ладонь и со слегка порозовевшими щеками пробормотал: — Я в порядке… Это… Не обращай внимание, — сделал глубокий вдох, возвращая себе собранный вид. — Ты молодец, Рики. Прежде чем заговорить со мной, проверил, правда ли это я. Ты становишься взрослее и берёшь контроль над своими эмоциями. Это очень похвально, — своим привычным учительским тоном заговорил Чонвон, вызывая у младшего широкую гордую улыбку. — Но позволь спросить, что ты делаешь в моей кровати? Рики почесал затылок, неловко отводя взгляд в сторону. — Я сюда переехал на следующий же день, как сказали, что ты пропал. Не хотел, чтобы твою комнату кто-то занял или с вещами что-то сделали… Я их сложил в коробки. Они в шкафу. Чонвон приложил ладонь к груди с благодарной улыбкой. Ему было безумно приятно, что Рики позаботился о его имуществе, потому что сам уже мысленно попрощался со своим нажитым добром. — Спасибо большое. Ты не представляешь, как сильно мне сейчас упростил жизнь… — подошел к шкафу и открыл его, обнаружив все свои пожитки аккуратно сложенными по коробкам с подписями «одежда», «книги», «утварь» и «прочее» на японском. — Боже, какое облегчение. Ты просто умница, Рики. Младшенький снова гордо заулыбался, смущённо потирая шею. Последние несколько дней он уже не был уверен, сможет ли он когда-нибудь вернуть вещи своему лидеру. Он был невероятно счастлив, что всё это было не зря, и он не напрасно хранил надежду. «Джей попозже заберёт коробки. Мне не придётся тратить много денег из подарка Сону-щи… Замечательно, просто превосходно» — всё не мог нарадоваться Чонвон. Выпрямившись, он нехотя оторвался от своей пропажи и снова обернулся к Рики, уже с более воодушевлённым настроением. — Я должен много чего сказать… Но для начала — нужно собрать всех остальных. Ты можешь привести их в эту комнату? Взгляд Рики тут же поник. Он молча спрятал глаза и прошёлся языком по зубам, после чего слегка покачал головой. Сердце Чонвона застыло. Сотни мыслей, одна беспокойнее и страшнее другой, напали на рассудок, рискуя перерасти в настоящую паническую атаку. — Что с ними…? — выдавил из себя Чонвон, хватая ртом воздух. Его губы затряслись, а глаза затянуло прозрачной пеленой в ожидании худшего. — Они ушли. После того, как… Ты пропал, нас хотели распихать по разным отрядам. Мы не были согласны. В протест они все сложили свои значки и вернулись к гражданской жизни. Чонвон облегчённо выдохнул и запрокинул голову, сглатывая. Хвала небесам, они все живы и здоровы. На мгновение ему показалось, что он готов потерять рассудок от страха и горя. К счастью, всё было стократ лучше, чем он мог предположить. Сейчас его ребята дома, с семьями, в безопасности и тепле. Кроме… Рики, который остался совсем один в этом ужасном месте. Вся радость Чонвона тут же растворилась, а в груди снова тисками всё сжало чувство вины. Конечно, он не мог просто бросить всё, даже если бы хотел. Ему некуда идти. У него нет дома, нет родственников в этой стране. Его бедный Рики… Чонвон с тяжёлым грузом в сердце сам обнял младшенького и погладил его по голове, качая головой. Он даже представить себе не мог, какого ему было здесь одному, без хёнов и друзей, на которых можно было бы опереться. Быть изгоем здесь равносильно смерти. — Хён так виноват перед тобой, — прошептал, чувствуя, как сильные руки Рики крепче обхватили его в попытке сдержать рвущиеся наружу чувства. — Рики… Мне так жаль. Я даже предположить не мог, что все сложится именно так. Я подвёл тебя. Рики покачал головой. Он не мог сейчас ничего сказать, поскольку если бы открыл рот, из него вырвались бы только жалкие всхлипы. Он спрятал лицо в плече старшего и попытался сосредоточиться на своём дыхании, как его всегда учил Чонвон, чтобы прийти в себя. Чонвон погладил младшенького по руке и вдруг заметил кровоподтёки на костяшках. Нахмурившись, лидер поднял рукава Рики и к своему ужасу обнаружил множество синяков и ссадин. Лицо Чонвона тут же потемнело. — Что это? — спросил он, поднимая руку макнэ. Рики тут же натянул ткань рукава обратно, пряча глаза. — Рики. Ты снова подрался с кем-то? — Эти уроды не хотели затыкаться по-хорошему, — выпалил на эмоциях младший, из-за чего Чонвону снова пришлось напомнить ему жестом о тишине. — Они продолжали наговаривать на тебя. Я их предупреждал, они не послушали. — Рики… Это просто глупые слова, — устало вздохнул Чонвон и пригладил волосы обиженного юноши. — Я ведь только похвалил тебя. Ты знаешь, мне абсолютно всё равно, что и кто говорит за моей спиной. — Ну а мне не всё равно! — возмутился, хмурясь. — Они называли тебя предателем. Говорили, что ты сбежал с каким-то упырём. Чушь собачья. Я же знаю, что ты… Рики осёкся на полуслове, когда увидел побелевшее лицо Чонвона. Лидер нервно теребил ткань своей одежды, опустив взгляд. Рики прищурился и наклонил голову, чтобы посмотреть в глаза старшего. — …Хён? — с угасающей надеждой окликнул. — Это ведь… Всё выдумки? Чонвон устало протёр лицо вспотевшими ладонями и со вздохом посмотрел в потолок. Этот разговор внезапно стал невыносимо тяжёлым для него. Меньше всего на свете он хотел бы услышать от своих самых близких людей обвинения в предательстве. Он всё ещё не был уверен, можно ли действительно так назвать его поступок. Сердцем он всегда был верен только своему отряду, но уж точно не военному делу. — Рики, — серьёзно начал Чонвон, положив ладони на плечи младшего. — Я хочу, чтобы ты очень внимательно выслушал меня. И не перебивал, пока я не закончу. Хорошо? Чонвон старался говорить с Рики так же, как с ним говорил Джей, когда искренне пытался донести свою мысль до него, и когда каждое слово имело значение. Медленно, чётко и вдумчиво. Рики растерянно кивнул, недоверчиво смотря на своего лидера. Ему очень не понравилось то, что старший оставил его вопрос висеть в воздухе. Чонвон выдохнул и облизнул пересохшие губы. Он усадил младшего на кровать и сел рядом, задумчиво почёсывая затылок. С чего начать? Как подступиться к теме так, чтобы Рики сам сделал нужные выводы, без необходимости убеждать его? Он не мог просто с порога выдать «Вампиры хорошие», ожидая, что ему поверят на слово. Чонвон несколько минут перебирал у себя в голове прошедшие события и приобретённые знания, прежде чем всё же решился зайти с козыря: — Я нашёл людей, которые помогут твоей семье выбраться из Японии и поселиться тут. Они готовы сделать это в ближайшее время, при некоторых условиях, — облегчённо улыбнулся, когда увидел, как зажигался в глазах младшего давно погасший огонь надежды. — Но сейчас самое главное другое. Тебе нельзя оставаться больше в этом месте, Рики, здесь очень опасно. Главнокомандующий собирается заключить какой-то контракт с вампирами. Дети пропадают бесследно, и никого не пытаются искать. Всем всё равно на вашу безопасность. Вас просто бросают на опасные задания, как расходный материал. И ещё… Это не вампиры, а наши военные похитили меня в день, когда я пропал. Они держали меня в заложниках и угрожали убить. Рики смотрел на Чонвона большими глазами, не зная, как реагировать. Казалось, он на секунду снова засомневался в подлинности своего лидера, но в конце концов пришёл к выводу, что он просто не мог поверить в услышанное. Недоумение вместе с радостью и злостью смешались в нём, оставляя на лице огромный знак вопроса. — Я… — запнулся, разводя руками. — …Я не знаю, что сказать, хён. Ты правда…? Чёрт… — Начнём по порядку, — облегчил ему задачу Чонвон и придвинулся чуть ближе. — Да, это правда. Твоей семье помогут, я договорился. Скажем… Я нашёл себе нового работодателя. Я буду выполнять для него поручения — и мой оклад будет уходить на эмиграцию твоих родных. Как только это случится, ты сможешь сдать свой значок и вернуться к обычной жизни, я обещаю тебе, — сглотнул и взял Рики за руки, слегка приподнимая уголки губ. — Считай это моим извинением за всё, что я скажу тебе в дальнейшем, хорошо? Рики растерянно покивал, не совсем понимая, что значила последняя фраза Чонвона. Он всё ещё не мог поверить в то, что сейчас услышал, и не мог догадаться, почему старший сидел с таким обеспокоенным лицом, несмотря на то, какую хорошую новость только что озвучил. — Спасибо, хён…! — снова случайно громко воскликнул, сжимая ладони Чонвона. — Я… Если это правда, то я буду тебе до смерти обязан. Мы с родителями… Найдём способ тебя отблагодарить, — улыбнулся и с облегчением выдохнул, снова заключая Чонвона в объятия. «До смерти обязан» — эти слова резанули слух Чонвона. Он всегда запрещал своим ребятам говорить такое, чтобы случайно не накликать беду. Да, суеверия и военное дело не слишком совместимы, но учитывая опасности, с которыми им приходилось сталкиваться ежедневно, ничего не могло быть лишним, когда дело касалось сохранности жизни. — Не говори так. Ты же знаешь, я этого не люблю, — пробормотал и щёлкнул младшего по лбу. — Рики, ты услышал меня? Не доверяй здесь никому, но не подавай виду, что знаешь что-то, иначе от тебя попытаются избавиться, как от меня. Рики покивал и снова заглянул старшему в лицо. Он чувствовал, что его лидер сильно изменился. Чонвон стал спокойнее, но при этом более эмоциональным и мягким. Рики не терпелось узнать причину таких перемен. Укусы на шее, о которых так легко отмахнулся Чонвон, вызывали множество подозрений. Сам Чонвон замолчал, думая о том, стоит ли говорить Рики о том, как поменялось его мнение касательно вампиров, или пока оставить его с тем, что есть. Возможно, стоит рассказать всё уже после того, как его семья будет спасена, чтобы доказать свою правоту на деле, а не просто на словах. Рики наверняка не сможет понять всё как есть, а сделает неправильные выводы и, скорее всего, разочаруется в своём хёне, отвергнет его помощь, снова почувствует себя одиноким и преданным. Но всё же утаить абсолютно всё было бы нечестно по отношению к нему. Чонвон стиснул зубы. Кажется, теперь он, наконец, понял, почему Джей так неохотно рассказывал ему о своём прошлом. «Тебе ещё предстоит узнать много вещей, прежде чем ты сможешь понять причины некоторых его поступков» — вспомнил он слова Джеюна с тяжёлым вздохом. После того, как он всё же прочувствовал это бремя на себе, у него совершенно пропало желание выпытывать у своего возлюбленного ответы на свои вопросы. — Где ты был всё это время? — решился спросить Рики, поскольку молчание затянулось. — Что случилось? Расскажи мне. Почему ты не пришёл раньше? Откуда эти укусы? Чонвон не отвечал ещё некоторое время. Он чувствовал, что подошёл к очень опасной грани, и сейчас ему нужно быть предельно осторожным. Любое небрежно подобранное слово могло в щепки разрушить тонкий мостик доверия, который он только что выстроил в разговоре с Рики. — Меня спас кое-кто, — осторожно начал Чонвон, вдумчиво собирая предложения, прежде чем произнести их. — Вообще-то это уже не первый раз, когда он спасает мне жизнь. Я его… — набрал воздуха. — Он очень дорог мне. Я не представляю свою жизнь без него больше. Рики ничего не ответил. Он переводил свой подозрительный взгляд со смущённого лица лидера на его шею, пока пазл в голове постепенно складывался сам собой. — Его работа? — как можно более сдержанно, но всё же немного агрессивно спросил, кивая на отметины на коже старшего. Чонвон поджал губы и коснулся их холодными пальцами. Закрыв глаза, он едва заметно кивнул. С губ Рики сорвался нервный смешок. Он сказал что-то на своём родном языке и закрыл лицо ладонями, мотая головой. После этого он поднялся с кровати и подошёл к окну, скрещивая руки на груди. Было видно, что он пытался подавить в себе нарастающие злость и обиду. Младший отрешённо уставился на горизонт, погружаясь в свои недовольные мысли. — Рики… — негромко окликнул друга Чонвон, но не смог ничего из себя больше выдавить. После долгой паузы он всё же добавил. — Ты поймёшь, однажды. Просто дай мне шанс показать тебе, почему я так поступил. — Тебе не приходило в голову, что тебя могут просто использовать? — огрызнулся младший, но тут же поджал губы, уже жалея о сказанном. — Рики, — на этот раз строже отозвался Чонвоню — Я знаю, ты желаешь мне только добра. Но оскорбляя его, ты оскорбляешь и меня тоже. Младший резко повернул голову на старшего, на секунду размыкая губы, чтобы сказать что-то, но промолчал. Чонвон виновато вздохнул и тоже поднялся с кровати. — Я очень много узнал за этот месяц, и осознал, что очень ошибался по поводу многих вещей просто от того, как сильно нам здесь промывают мозги… — Мои глаза мне тоже мозги промывают? — начал закипать Рики. — Ты сам сказал, когда пришёл. Один из этих упырей пытался вырвать мне сердце на моём первом задании. Мне было пятнадцать, хён! И его этот факт абсолютно не смутил. И ты хочешь, чтобы я поверил в то, что эти чудовища на самом деле не такие плохие, как я себе представляю? — Я не… — осёкся и дал себе минуту, чтобы вернуть самообладание. — Я не говорю, что все вампиры хорошие. Безусловно, есть конченые отбросы, которым место только на том свете. Я прекрасно это знаю и собираюсь продолжить убивать их. Но не все вампиры такие, Рики. Есть даже те, которые, как и мы, охотятся за поехавшими упырями и уничтожают их. Ты можешь в это поверить? Рики немного помолчал, взвешивая слова хёна. Ему было тяжело слышать всё это от человека, который ещё месяц назад разделял все его взгляды и стремления. Он вернулся сюда совершенно другим, от чего чувство потери, которое он испытал, когда услышал новость о пропаже лидера, никуда не делось. Он всё ещё не ощущал присутствие Чонвона рядом, как будто между ними неожиданно образовалась огромная пропасть. — С трудом, — выдавил из себя, прижимаясь спиной к стене. — А ты сам видел это своими глазами? — Я видел, — тут же ответил Чонвон, делая шаг навстречу Рики. — Ты знаешь, я верю только в то, что вижу сам. А я увидел за это время очень много. И могу с уверенность тебе сказать, что вампиры бывают хорошими. Даже замечательными, — взволнованно облизнул губы, набирая воздуха в грудь. — Подумай вот о чём: сколько среди людей убийц и преступников? Мы ведь не кидаемся с ножом на каждого прохожего. Мы знаем, что те отбросы не представляют человечество в целом. Преступники — это исключение. — Здесь речь о другом, — возразил Рики, выпрямляясь. — Вампиры пьют нашу кровь. Они зависимы от нас. Их природа противоестественна. Мир будет лучше, если их не будет существовать. Мёртвые должны лежать в земле, а не расхаживать и убивать других живых. Лидер опустил глаза. Конечно, он не сможет сейчас переубедить своего друга. Рики не знал, не видел, не чувствовал, не переживал то же, что и Чонвон. — Так же и про людей сказать можно… — пробормотал старший, уже не желая тратить силы на этот односторонний спор. Слишком рано. Нужно набраться терпения. Рики можно понять — человеку, который пробыл всю жизнь под землёй, сложно объяснить, что такое солнце. Он должен увидеть его своими глазами, почувствовать свет и тепло. Повисла тишина. Рики и Чонвон просто стояли в полумраке, каждый думая о своём. Неловкость и напряжение нарастали с каждой минутой, пропасть между ними увеличивалась, заставляя обоих чувствовать невероятную тоску. Чонвон успокаивал себя тем, что однажды Рики всё поймёт и примет, просто нужно немного подождать. Младший же думал о том, что он не знал, как ему вести себя дальше, как жить и что делать. Все его товарищи вернулись по домам, Чонвон переметнулся на сторону к клыкастым, а его родители всё ещё были заграницей и ждали помощи своего сына. — Ты уже сказал семье? — наконец, подал голос Рики. Чонвон слегка вздрогнул и покачал головой. — Почему? — Я не готов пока, — пробормотал Чонвон, переводя взгляд в окно. Сердце заныло о желании быть рядом с Джеем. — Я скажу. Но не сейчас. — Разве не ты говорил мне, что чувство неподготовленности — это, в первую очередь, сомнение в себе и правильности своих поступков? — спросил младший, внимательно уставившись на лидера. — Это правда. Я не отказываюсь от своих слов, — с пустыми глазами ответил Чонвон. — Но я не готов не к тому, чтобы признаться в своём выборе. Я не готов услышать то, что скажет мне отец. Рики поджал губы. Он знал, что отец Чонвона — сам военный человек. Он представить себе не мог, какой может быть его реакция, если Чонвон скажет, что оставил училище ради жизни с вампиром. — Я скажу. Когда буду чувствовать более устойчивую почву под ногами. Сейчас заберу вещи… Начну работать. А там посмотрим. — Делаешь себе пути отступления, — констатировал с лёгкой усмешкой Рики. — Тебе он правда настолько нравится? Чонвон поднял на друга глаза с лёгкой, глуповатой улыбкой. Его глаза засияли от одного упоминания Джея. — Ты не представляешь насколько. Он — всё, о чём я только мог мечтать и даже больше… — мечтательно вздохнул и выглянул в окно, подсознательно ища силуэт своего любимого. — Звучит слишком идеально, — снова засомневался Рики. — Может, он просто строит из себя хорошего. — Я не говорил, что он идеальный. У него тоже есть свои слабости и недостатки, ровно как и у меня. Просто он… С ним я везде дома, понимаешь? — Не очень… — нахмурившись, пробормотал младший. Он не привык видеть своего лидера таким влюблённым и окрылённым. Но то, с каким счастьем и искренностью он описывал своего парня, немного успокаивало Рики. Чонвон иногда был слишком напряжён и строг к себе. Сейчас он выглядел куда более уравновешенно, в гармонии с собой. — Он здесь? — Да, — тут же откликнулся старший, слегка высовываясь из окна. — Я позову его? Он поможет мне с коробками. Рики напрягся и машинально отошёл от окна. Вампир рядом… От этого ему становилось очень неуютно. Несмотря на все хвалебные речи Чонвона, он всё ещё не мог поверить в то, что вампиры действительно бывали адекватными. — Хоть одно резкое движение — я за себя не отвечаю, — предупредил Рики и взял в руку свой нож. Чонвон вздохнул, но спорить не стал. Младший согласился на то, чтобы вампир зашёл в комнату, что уже было большим прогрессом. Чонвон вдруг усмехнулся про себя, представляя забавную картину: Рики был пороховой бочкой, а Джей — бенгальским огнем. Лидеру нужно было следить за обоими, чтобы случайно не произошёл взрыв. — Дже-ей, — совсем негромко позвал своего любимого из окна, пальцами сжимая припорошенный снегом подоконник. — Джей, иди сюда. Нужна твоя помощь… Чонвон немного подождал, недоумённо нахмурившись. Он слишком тихо позвал? Или Джей умудрился заснуть? Лидер уже открыл рот, чтобы позвать вампира снова, как вдруг передёрнулся всем телом. Он почувствовал холодные ладони у себя на талии. Джей просто телепортировался ему за спину, хотя обычно так не делал. Снова игра на публику? Чонвон резко развернулся и несильно ударил вампира по рукам. — Напугал, дурак! — шёпотом накричал на любимого и тут же улыбнулся. — Я уже подумал, ты там храпишь где-нибудь в машине. Джей расплылся в довольной ухмылке и взъерошил волосы Чонвона. Он выглядел, как довольный котяра, и игривое настроение вампира не сулило ничего хорошего, учитывая нынешние обстоятельства. — Просто кое-кто мешал мне спать днём… Да? — томно прошептал, заставляя лидера раскраснеться. Чонвон снова хлопнул по вампиру, недовольно кивая на шокированного Рики. — Не при других. Где совесть твоя? — Нет её, ты прекрасно знаешь, — бесстыдно разулыбался Джей, тихонько посмеиваясь. — Пак Чонсон… — угрожающе прошипел, пригрозив кулаком со злым лицом. Вампир вздохнул с ностальгией, мысленно возвращаясь к былым временам, когда от Чонвона невозможно было услышать что-то кроме угроз или возмущений. Он с улыбкой поднял ладони в воздух, сдаваясь. — Ладно, ладно, понял. У вас тут всё хорошо? Вы поговорили? — наконец, удостоил взглядом напряжённого макнэ. Взгляд вампира зацепился за нож в руках у юноши. Дёрнув бровью, он скептично посмотрел на Чонвона и покачал головой. — А я думал, это только твоя особенность, чуть что — за лезвия хвататься. А вы тут все такие, оказывается… — Джей, — уже с искренним раздражением сказал Чонвон, поднимая на вампира недовольное лицо. — Мы поговорили. Всё хорошо. Я не для того только что оправдывал твою расу полчаса, чтобы ты сейчас своими шуточками испортил всё впечатление… — О, вот как. Прошу прощения, — Джей фамильярно поклонился макнэ. — Не судите по мне, я плохой пример. Чонвон громко цыкнул языком и, сдавшись, пошёл к шкафу за своими коробками. Рики просто молча стоял, прожигая взглядом расслабленного вампира. Гость вёл себя развязно и свободно, но действительно не бросался на них с голодными глазами. Слова хёна становились всё более правдоподобными. Хотя Рики до сих пор не мог простить Джею многочисленные укусы на шее Чонвона. — Он даже не подозревает… — с довольной ухмылкой как бы невзначай пробормотал Джей, смотря в потолок. Лидер едва не уронил на пол коробку от злости. «Вылези из его головы сейчас же, не то я обижусь всерьёз и надолго» — строго и злобно отчеканил у себя в мыслях Чонвон. Джей, немного расстроенный такой острой реакцией, незаметно закатил глаза и подошёл, чтобы помочь своему мальчику с коробками. — «Одежда», — прочитал вслух надпись на коробке. — Ты больше не будешь спать в моих толстовках? — недовольно протянул Джей, чувствуя на себе пристальный взгляд Рики. — Ты знаешь японский? — наконец, подал голос макнэ, заинтересованный. Неформальная речь немного смутила Джея, но он не стал комментировать, чтобы не расстраивать Чонвона ещё больше. — Так точно. Прекрасный язык и прекрасная страна. Жаль, что сейчас она погружена в хаос, — ответил на японском вампир и очаровательно улыбнулся. Если бы не острые клыки, выпирающие из-под губ, младший, возможно, даже улыбнулся бы в ответ. Чонвон тут же облегчённо выдохнул. Он был рад видеть, что Рики и Джей всё же нашли какую-то точку соприкосновения. Рики часто говорил, что ему не хватало родной речи. Если всё сложится хорошо, возможно, Джей ещё будет прятаться от болтливого японца… Видя культурно-ценностный резонанс макнэ, лидер украдкой улыбнулся. Он чувствовал себя точно так же в ночь, когда Джей впервые спас его. Это определённо было хорошим началом. Всё же Джей умел располагать к себе, когда действительно старался, а не выкрутасничал в попытках показать, что Чонвон принадлежит ему. Джей начал переносить коробки в машину, постоянно телепортируясь из комнаты на улицу, чтобы ускорить процесс. Чонвон мог только посочувствовать своей шее: после такого неэкономичного расхода энергии Джей наверняка проголодается. Он встал рядом с Рики и аккуратно взял его за руку, которая сжимала оружие и убрал его с небольшой улыбкой. Младший напрягся, но отбирать лезвие назад не стал. Он посмотрел на своего лидера долгим, верным и слегка беспокойным взглядом. — Ты точно будешь в порядке с ним? — тихонько спросил, всё ещё с беспокойством косясь на отметины на коже лидера. — Точно. Я обещаю тебе. Он у меня на коротком поводке, — хихикнул с хитрой довольной моськой. — Я всё слышу, — тут же раздался голос Джея, который в следующий момент уже снова был в комнате, чтобы забрать последнюю коробку. — За поводок получишь потом. — Дома поговорим, — с наигранной небрежностью отозвался и снова вернулся к Рики. — Я надеюсь, ты подумаешь над моими словами. Я буду звонить тебе, ладно? Расскажу тебе всё, что узнал и увидел. Начиная от того, что произошло в ночь похищения вплоть до вампирского бала, на котором я побывал… — Вампирского чего?! — пробасил Рики, роняя челюсть. — Ты, что, шутишь? — Не шучу, — с невинной улыбкой ответил Чонвоню — Я не оставлю тебя больше, правда. Я пока что не смогу быть тут, рядом, но я буду на связи. В любое время. Просто позвони мне. — Обещаешь…? — прошептал макнэ, нервно кусая губы. — Обещаю, — заключил младшего в объятия и похлопал его по спине. — Ты не один, Рики. Хён рядом. — Угум, — пробурчал и обнял в ответ, укладывая голову лидеру на плечо. — Тогда я обещаю не драться больше. — Вот и умница. Будь паинькой, ладно? Скоро всё закончится, — слегка похлопал Рики по щеке и ободряюще улыбнулся. — Я верну тебе твоих родных. Рики покивал, снова чувствуя подступающую к глазам влагу. Но он не мог так просто расплакаться в присутствии клыкастого, поэтому быстренько сморгнул свои эмоции и выпрямился, сглатывая. — Эй, ты, — обратился он к Джею хрипловатым голосом. У вампира раздражённо дёрнулась бровь от такого неуважительного обращения, но он лишь напряжённо улыбнулся и повернулся к Рики, готовый внимать. — Чтобы не думал даже обращать хёна в одного из вас. Если я узнаю, что ты хотя бы попытался — я тебя убью. Клянусь. Чонвон покачал головой, растягивая губы. Он должен был ожидать чего-то такого, и ему оставалось надеяться только на самообладание своего любимого. Джей медленно выпрямился и подошёл к парням, угрожающе возвышаясь над ними. Несмотря на это, ни тени страха или сомнения не промелькнуло в глазах у Рики — он продолжал в упор пялиться на Джея, не поддаваясь его давлению. Вампир безобидно улыбнулся и притянул Чонвона к себе, обнимая его со спины. «Что ты…» — недоуменно и испуганно подумал Чонвон, хватаясь за руки вампира. — «Не вздумай его провоцировать…!» Рики дёрнулся и собрался хвататься за свой нож, но Джей всего лишь оставил невесомый поцелуй на виске у своего мальчика. — Я скорее убью себя сам, чем позволю Чонвону стать вампиром, — вкрадчиво прошептал Джей и погладил лидера по плечам. Чонвон смущённо покраснел и опустил глаза. Он впервые услышал позицию своего возлюбленного по этому поводу, хотя и подозревал, что он так думал. Он ведь сам никогда не хотел становиться живым мертвецом. — Хорошо, — холодно отозвался Рики. — Ловлю тебя на слове. И только попробуй не сдержать его. Джей раздражённо вобрал носом воздух и поспешил отойти к окну, чтобы помочь Чонвону спуститься вниз и пойти к машине. Чонвон смахнул со лба капельки пота и помахал другу рукой. — Я должен идти, ночь не вечная, — виновато улыбнулся. — Будь на телефоне. Я позвоню как проснусь. — Говоришь, как… — фыркнул и покачал головой. — Хорошо. На связи. Чонвон покивал и ещё раз напоследок обнял Рики, прежде чем подойти к Джею и позволить ему взять себя на руки. Вампир отсалютовал макнэ в качестве прощания, а затем спрыгнул с навеса прямиком к месту, где он оставил свой автомобиль. Джей открыл перед своим мальчиком дверь и, когда он устроился, сам устало завалился на водительское сиденье. — Он просто невыносим, — наконец позволил себе выпустить пар Джей, хватаясь обеими руками за руль. — Он когда-нибудь слышал про уважение к старшим? — Ой, сам-то. За собой следи сначала, — возмутился Чонвон, но затем улыбнулся и погладил вампира по плечу. — Ты хорошо справился. Спасибо, что не поддался. Мне очень нужно, чтобы он увидел, что вампиры — цивилизованные существа. — Мне нужна о-о-очень хорошая награда за мои непосильные труды, — мученически промурлыкал и полез к младшему за поцелуем. — О-очень хорошая… — повторил, прежде чем прижаться своими губами к губам Чонвона. — Сначала отвези нас домой, — прохихикал Чонвон, пристёгиваясь. — На коротком поводке, говоришь? — с ухмылкой выгнул бровь, заводя мотор. — Устрою тебе поводок. Ещё и хвостик с ушками подарю. — Пак Чонсон! — едва ли не взвизгнул Чонвон, мгновенно раскрасневшись. — Держи свои грязные фантазии при себе… — Ой, сам-то, — протяжно передразнил. — За собой следи сначала-а… — Ты просто невыносим… — схватился за голову и ударился лбом о бардачок, не в силах подавить улыбку. Слова вампира застряли у него в голове и рисовали совсем неприличные картинки, которые Джей наверняка сейчас рассматривал вместе с ним. Посмеявшись, Джей вывел авто с парковки и направился, наконец, домой, уже не в силах унять своё игривое настроение. Он включил радио и выехал на шоссе, наконец выдыхая. Горло начинало саднить от подступающей жажды, и они оба знали, чем закончится их сегодняшний вечер.
