Коктейли – восхитительное прикрытие

      Антон просыпается в обед. Несколько выпитых бокалов вина под вечер подействовали должным образом. Только он так и не понял, почему решил выпить вчера. Подразнить совет Арсения? Успокоить душу? Забыться? От проблем не убежишь, не уйдёшь в алкогольный астрал. Они есть и будут, пока он не сможет побороть себя и пережить потерю.       Всем известно, что очень мало людей живут настоящим моментом и наслаждаются им. В основном они живут либо прошлым, либо будущим. И некоторые приходят в такое отчаяние от этого, что готовы отдать Богу душу, лишь бы проблемы точно ушли из их жизни. Точнее, такие считают жизнь проблемой. Они будут не правы. Есть много примеров того, как другие смогли преодолеть себя и жить дальше даже лучше, чем раньше.       Честно говоря, вчера, когда Ира только закрыла за собой дверь, Антон подумал: "Да пожалуйста, раз ты так решила". На миг подумал, что даже легче стало. А вечером стало плохо. Мысли задушили его. И он сдался в баре.       Спокойно встав с кровати, Антон пошлёпал босыми ногами по кафельному полу до кухни, протирая глаза после сна. Взяв первую попавшуюся кружку, он налил в неё воды из фильтра и залпом выпил. Почувствовав облегчение, парень взглянул на стол. Он так и не убрал кружки после гостя. Вспоминая, о чём они вчера болтали, русый посмеялся, ведь таких уютных домашних посиделок у него не было давно. Приятное тепло разлилось в груди. Антон снова мысленно поблагодарил Арсения.       Тем временем Арсений сам только недавно проснулся после ночной смены. Он взял себе за правило больше никогда не подвозить до дома приятных собеседников. Был такой снова, но в этот раз бармен не смиловался над ним. Одного хватило за глаза.       Встав с постели, Арсений не изменяет своим традициям и идёт на балкон. Здешняя привычка, зелень под окнами больно красивая, а на свежую голову только и хочется на что-нибудь лёгкое и непринуждённое посмотреть. Яркие лучи падают на его лицо и волосы и он жмурится от удовольствия, словно кот, всё глубже вдыхая летний дух.       Вдоволь надышавшись свежим воздухом и приняв солнечные ванны, бармен идёт на кухню. Поставив чашку, включает кофемашину. Через минуту свежий горячий кофе готов и, протянув руку, Арсений берёт полную кружку, насыпая в неё две ложечки сахара.       Открытое нараспашку окно впускает тёплый ветер в кухню. Лохматые спросонья волосы бармена развиваются и лезут ему в глаза. Тот немного жмурится, но не обращает внимания и продолжает сёрбать кофе из прозрачной кружки. Чувствуя полное умиротворение, Арсений задумывается, чем ему заняться на своём выходном. Взяв в руки телефон, ему попадается на глаза недавно записанный номер Антона. Не долго думая, он набрал его, надеясь, что тот согласится на встречу.       Антон же в это время умывался и до конца приходил в себя. Услышав, что в спальне заорал телефон, парень решил проигнорировать вызов. Не до разговоров ему сейчас. Он смотрит в зеркало и не узнаёт себя. Мешки под глазами, не пойми какие волосы, щетина, скулы проявились сильнее. За эти два дня он почти ничего съестного, кроме алкоголя и кофе не ел. Когда на телефоне вызов повторился, Антона это взбесило. Дойдя до постели быстрыми шагами, взял телефон в руку, уже готовый обматерить звонящего. Это был Арсений. Русый не понял, что ему нужно от него, но вызов принял. — Алло? — прозвучал в трубке хриплый голос парня. — Привет, не разбудил? — мягкий голос мужчины немного раздражает Антона. Как можно быть таким вечно спокойным? — Нет, не слышал просто, — не скажет же он, что специально игнорировал. — У меня предложение есть. Может, встретимся? — тишина со стороны Антона напрягает Арсения, но он ждёт. — Даже не знаю, — в планы Антона не входило снова сидеть с барменом. Нет, как человек он приятный, но сегодня парень был настроен слушать грустные песни и убиваться. — Просто, вчера хорошо так посидели, — находит аргумент Арсений. — Ладно, — о-очень неохотно соглашается русый, ведь посидели и вправду неплохо, — кто к кому? — Давай ты ко мне, ты у меня ещё не был, — Арсений сразу оживляется. — Хорошо, я напишу, как буду выходить, — Антон проходит на кухню с мыслями, что у него будет на завтрак. — Жду! — чуть ли не кричит в трубку Арсений и сбрасывает трубку.       Кинув телефон на деревянный белый стол, Шастун мучительно простонал. Во-первых у него почти ничего нет из еды и придётся идти в магазин, а во-вторых он хотел остаться дома, он не умеет нормально отказывать людям и теперь ещё и к этому мужику идти. Нет, Арсений - человек хороший и интересный, но его помощь Антону не нужна. Парень внушает себе, что справится сам со своими проблемами и помощнички ему не нужны.

***

      Стоя перед дверью, ведущей в квартиру Арсения, Антон думает: "Может, ещё не поздно уйти? Настроение такое паршивое, не хочу его другим портить." Но нажимает на кнопку звонка и через несколько секунд дверь распахивается. Хозяин квартиры был одет в простую свободную домашнюю одежду: серые штаны, белая футболка и тапки. — Заходи, — Арсений улыбнулся и впустил Антона внутрь.       Зайдя, дверь за парнем закрывается и он начинает разуваться. — Как дорога? — Арсений облокотился плечом на стенку коридора, скрестив руки на груди и внимательно наблюдал за Антоном. — Спокойно. Как обычно. Главное, что не вечер пятницы или воскресенья, — Шастун распрямился и, сняв ветровку, повесил её на крючок рядом с зеркалом. — М-да, эти дачники всегда создают пробки в это время. Пойдём на кухню, — парень последовал за барменом, параллельно рассматривая его квартиру.       Она достаточно простая, выполнена в основном в тёмных тонах и в каком-то из современных стилей, однокомнатная. В общем, у него очень уютно. Незашторенные окна впускали много света солнца, находившееся в самом разгаре. Все вещи аккуратно разложены по полочкам, не видно пыли. Непривычно находится в такой чистой квартире, когда у себя дома творится "творческий беспорядок", за который стыдно, когда приходят гости. Правда, в последнее время Антону плевать на это. — Чай, кофе, потанцуем? — пританцовывая, в шутливой манере спрашивает Арсений у парня, смотря на него. Он улыбается и в который раз задаётся вопросом, откуда у мужчины столько жизнерадости. — Кофе, пожалуйста, — Шастун садится на деревянный стул, оперевшись кулаком в щёку, и наблюдает за движениями бармена, который, кажется, вошёл в такт неслышимой музыки. — Жаль, я бы сейчас потанцевал, — ответил брюнет, ставя кружку под кофемашину, — солнечное утро, я взял себе недельный отпуск, отдохну от алкогольной обстановки, — воодушевленно продолжал он, — к сожалению, неделя пройдёт быстро, так же, как и остальные прошли, и снова на работу. Думаю, может, сменить? — поворачиваясь к парню, тот озадаченно смотрит на него. — Даже не знаю. Если эта работа не приносит нормального заработка, тратит нервы да и в общем не нравится тебе – конечно меняй. Ни удовольствия, ни денег. Зачем такая работа нужна? — по-своему рассуждает Антон. — Так в том-то и дело, что заработок нормальный, а сама работа не очень нравится, но и чего получше здесь найти сложно, так как я без должного образования. А куда меня такого возьмут? Правильно, особо никуда, — кофемашина запищала в знак, что кофе готово, — так, это тебе, — протягивает русому почти полную кружку бармен, поставив уже свою чашку под машину.       Прижимая обе ладони к кружке, Шастун принимает её и ставит на белый стол. На нём также стоит небольшая прозрачная ваза, наполовину наполненная водой, а в ней несколько ромашек с длинными и тонкими стеблями. — Купил или сорвал где-то? — спрашивает Антон, рассматривая цветы. — Сорвал. Специально за город выезжал, — наконец, Арсений берёт свою кружку с кофе и садится напротив Антона. — Ты как себя чувствуешь? Если что, я вижу, что к моему совету по поводу алкоголя ты не прислушался. А стоило бы, — продолжает диалог бармен, размешивая сахар в кружке, постукивая ложкой о её стенки. — Хуёво, Арсений, очень хуёво. Я не знаю, как точно описать это состояние, — парень откинулся на спинку стула, — как будто тебе грудь КАМАЗом сдавило. Мысли о ней душат меня. Убивают, — он облокотился на стол, сложив руки друг на друга и устремил взгляд на Арсения, — она медленно убивает меня. Я думаю, что обречён. Просто в капкан попал, из которого выбраться невозможно, — слова лились непрерывной нитью из уст Шастуна. Он забыл, что буквально с утра говорил себе, что ему ни от кого помощь не нужна. Что он справится сам. А тут сыпется перед еле знакомым ему человеком, рассказывает ему о своих чувствах и переживаниях и не контролирует сейчас себя.       Арсений внимательно слушал. Он привык помогать людям. Себе он уже давно помог, когда развёлся. У него тоже был сложный период длинною в два года. Он самостоятельно выбрался из этого состояния и теперь может помочь этому парню, сидящему перед ним. Он уже знает наперёд, что Антон будет говорить дальше и знает, что надо будет ответить, чтобы поддержать. — Я хочу быть тупым, Арсений, понимаешь? У тупых так мало проблем: до них никто не докапывается, ведь, что взять с тупого человека? Они не понимают серьёзности ситуаций, живут в прострации и не запариваются о тех вещах, о которых стоило бы подумать. Мне уже надоело это всё и хочу, чтобы это всё быстрее закончилось, — наконец, Антон приостанавливается в речи и сёрбает кофе из кружки. — Пока ты правда не захочешь справиться с ситуацией – она тебя не отпустит. Главное, не думай о том, что она велика, иначе она правда будет расти. Подумай, что это какой-то пустяк, небольшое препятствие на твоём жизненном пути, которое нужно преодолеть также, как и другие. Это помогает, правда. Не надо прятаться от проблемы за алкоголем и наркотиками. Не поможет. Ты не должен играть с ней в прятки, ведь она всё равно найдёт тебя. Ты в любом случае проиграешь. Поэтому лучше честно выйти с ней один на один и решить всё для себя. Поставь себя перед фактом. Ира ушла. Всё. Ничего назад не вернёшь, а если захочется вернуть – воздержись. Это будет очень сложно, но надо. Не пиши, не звони. Не думай о том, что вот, у меня был такой хороший человек, а я всё проебал. Если она так решила сделать, значит не очень-то она и хороший человек. Главное – отпустить. Остальное придёт со временем, — успокаивающим голосом говорит Арсений. Антон слушает его и смотрит на него глазами, полными надежды, что он поможет ему.

***

      Оба не заметили, как стемнело. Они обсуждали тему за темой, подробно разбирая каждую. Антон услышал много полезного для себя, стало немного легче. Разговаривать с людьми, оказывается, порой необходимо, особенно в убитом состоянии. — Ладно, Арсений, спасибо за встречу и тёплый приём, но я наверное пойду. Поздно уже, — сказал Антон, заказав такси от бармена до дома. — Уже? — Арсений удивлённо посмотрел на часы над дверным проёмом. Время 21:37. — И правда, уже поздно, — со слышимой грустинкой говорит мужчина. — Тебя подвезти? — Спасибо, не надо, я уже такси вызвал. — Ну, ладно, — Арсений встал, взял кружки со стола и положил их в раковину. — Пойдём, провожу тогда, — договаривает он, уже в направлении к коридору.       Антон смиренно идёт за ним. Одевшись они выходят из подъезда, и вот, как раз, подъезжает машина. — Давай, до встречи. Не пропадай. Если что, пиши, — говорит Арсений, засунув руки в карман толстовки. Ранние летние вечера ещё веют прохладой весны. — Хорошо. До встречи, — Антон открывает дверь такси и садится в тёплый салон. Машина почти сразу трогается и парень залипает в окно.       В нём он постепенно отдалялся от дома Арсения, его района, его самого. Деревья, посаженные вдоль дороги, сменялись одни за другими. Трасса почти пуста, многие сейчас дома и наверняка готовятся ко сну.       Арсений же ещё с минуту стоял, провожая взглядом красные огни задних фар. Лёгкий ветер развивал последние частички парфюма парня и холодил бармена, пытавшегося немного подышать вечерним воздухом. Он был доволен, что может помочь Антону лишним советом, хорошей компанией и кружкой кофе.

***

      Кажется, уже второй час Антон лежит и не может уснуть. Какие снотворные он уже не пил, сон никак не шёл. Но сейчас, вроде, он удобно лёг в постели и сонливость туманом в молоко окутывает его мозг.       В свете луны парень вскакивает на кровати. Он только что отчётливо услышал, как кто-то провернул ключ в замочной скважине его двери. Выступил холодный пот и сердце замерло. Его хотят ограбить? От одной такой только мысли он не может пошевелиться от страха и вслушивается, что происходит в коридоре. Он один. И ему безумно страшно сейчас.       Дверь открывается и кто-то вваливается в квартиру. — Анто-о-н, — слышится протяжное, хриплое завывание его имени. К сожалению, он быстро узнаёт голос. Скованность сразу же пропала, сменяясь злостью, и парень быстрым шагом направился к входной двери. — Анто-о-ша, мальчик мой, простишь меня, а? — к нему идёт... нет, не идёт, а скорее в полуприсяде, оперевшись на стенку, ползёт пьяная Ира. Антон сразу закипает от злости, но одновременно и хочет помочь ей, простить ей всё дерьмо. Больше всего он ненавидит это противостояние двух себя. Бой с тенью. — Что ты забыла у меня? Почему у тебя до сих пор дубликат моих ключей? — Антон берёт её под подмышки и аккуратно садит на табуретку в прихожей, закрывая за ней дверь.       Выхватив дубликат ключей из рук Иры, он положил их у зеркала и вернулся к ней. — Повторяю: что ты здесь делаешь? — строгим, но всё равно недостаточно голосом говорит Антон. Слышится толика жалости к бывшей девушке. — Повторяю, Антош, — она смеётся, смотря ему в лицо, — прости меня, я была не права. Давай вернём всё, как было, — её язык путался от произношения даже простых слов.       В коридоре повисла тишина. За дверью было слышно, как спускается лифт, свет от фонарного столба на кухне немного доходил до прихожей и освещал пол тонкой полоской. Антон тяжело дышал, Ира тихонько посмеивалась. Ему сейчас не до смеха. "Ничего назад не вернёшь, а если захочется вернуть – воздержись." "Если она так решила сделать, значит не очень-то она и хороший человек." – в подсознании всплывают фразы Арсения. Может, правда стоит последовать его совету?