Омут Страсти.

                     Наблюдая, как муж с недовольством стал цеплять дождик на настенные, темные, и, как бы не странно, страшные фонари из голов мертвых то ли демонов, то ли животных. Вселяя в это тёмное место немного радости, а не привычную тьму. Хотелось изменений, так против же, что иногда достает, но хорошо, что Люций решил помочь сегодня. Уже приближался новый год, а именно завтра. Конечно, в аду и слыхать не хотят о человеческом празднике, но как ни странно, я видела, как пару раз демоны отмечали его. Договорится с Люцифером было очень сложно. Он категорически был против, говоря, что это просто безумие. Да и сейчас он особо не помогает, а что-то бубнит себе под нос. Бесит, но спасибо и на этом. — Я не расслышала, что-что? — поинтересовалась, вешая на лохматые зелёные ветки ёлки очередную игрушку. Здесь было два типа: первый — нормальные, человеческие, которые излучали радость и тому подобное, а вторые — темные, с разными странными узорами и что самое интересное, с дьявольской пентаграммой. Здесь уже постарался Сатана, впихнул эту дрянь сюда. — Раньше здесь висели трупы, головы грешников, украшали и кричали о величии, а сейчас что? Дождик зелёного цвета и маленькие колокольчики? Абсурд в аду, — хоть он и протестовал, но продолжал вешать. Он смирился уже, просто за него говорят эмоции. Да и все равно, что он говорит, это во благо. Пусть потреплет себе нервы, ему же хуже. — Не будь душнилой. Будет красиво, да и пора бы уже давно так делать, — улыбнувшись, я посмотрела на грубые и недовольные черти лица Люцифера, продолжала улыбаться, и через пару секунд он смягчился. Цепляя на каждый фонарь, он закончил это быстрее, чем, казалось, потребовалось времени. — Где Роза? Посмотрела по сторонам, пытаясь найти бегающую маленькую темноволосую девочку с пипец сложным характером. Вся в отца. Которая должна быть рядом, играть с большим, красноватым котом, который устроился возле камина. Из-за разговоров и споров, я и позабыла, что она здесь, упустила из своего виду. Люцифер рассмеялся над мной, вызывая недовольство. Взяв звезду, я бросила в него, ликуя, что сейчас она попадет ему прямо в голову, но этот черт вовремя увернулся, залившись очередным смехом. — Собственную дочь потеряла. Ай, ай, ай. Как не стыдно, не правда ли? — Люцифер, я серьёзно, — внутри кипела от злости на него, но демон никак не унимался, одарив своим, хоть и прекрасным смехом, но он меня раздражал. — Ты должен был смотреть за Розой, — отвела взгляд в сторону, смотра на место возле камина, где сидела дочь. Рядом были разброшенные несколько листов бумаги, и чернило, которые было закрыто, а так же перо. Кот по прежнему спал. — Она у Ванаде, что-то делает на кухне. Не гоже принцессе там быть, — проговорив, Люцифер подошёл ко мне, уже не смеясь, а лишь улыбнулся. — Спускайся. — Зачем? — с удивлением выдала я, искоса проследила за каждым его движением. Словно хищник, он подобрался ко мне, кладя руку на бедро, поглаживая. По телу пробежалась мурашки, а в груди растеклась теплота. Каждой клеточкой тела ощутила, что он хочет, а этот знакомый огонёк в глазах лишь подогревал моим предположения. — Нет. Роза может прийти сюда… — Не будь святой, выйдем, — сжав пальцы, Люций второй рукой обхватил мою талию, толкая на себя. Я чуть не упала, но Дьявол поймал, опуская на темный пол. Игрушка в моей руке так и застыла, как и сама она, а хотела хотелось сейчас врезать ему. Но черт, он знает, какие у меня слабости и он одна, главная, из них. Ощущая, как внутри все сжалось от его горячего, прижимающего ко мне тела, я наконец опомнилась. Рука спустилась плавным движением вниз к ягодицам. Наклонившись, я и сама потянулась вперёд, соприкасаясь с нежными губами мужа, немного откинула голову, чтобы было удобнее. Игрушка была отобрана, кинута куда-то в сторону, а руки с каждым движением губ прижимали к себе. Ощущала его желание, которое бушевало в его венах, та и окаменевшая плоть говорила о многом. Пальцами зарылась в темные короткие пряди, натягивая назад, от чего Дьявол зарычал в губы, углубляя поцелуй. В груди застыл весь воздух, а новый не поступал, от чего немного кружилась голова. Пьянящей аромат мужа уже сводил с ума, когда мелком поступал внутрь меня. Люцифер обхватил мою талию, мелкими шажками шел назад, придерживая меня, не отрывая губ. Резко сел, а потом и меня посадил на себя. Взгляд стал блуждать по темном свитере, под которым ничего не было, а после коснулся оголённых бедер, где задерлась юбка. Прижавшись к нему, я чуть не застонала от действий демона: оголив бедра, Люций прошёлся пальчиками по внутренней стороне, прикасаясь к уже влажной ткани, проводя вдоль нее. Губами сама впилась в него, ощущая лёгкую слабость в теле. Демон стал оголять мои плечи: свитер был большой в начале, это получилось с лёгкостью. Отстранившись, его глаза загорелись сильнее от вида моей груди, к которой он сразу же попал, стал кружить вокруг предательски затвердевшего соска. Из губ сорвался нервный вздох, а пальцы на затылке сжала сильнее. Пальцы мужа надавили на талию, заставляя присесть на бугор в брюках. Услышав шаги и некий шорох я напряглась. Люцифер был увлечен моей грудью, не заметил ничего, а через пару секунд увидела темные крылья, которые направлялись сюда, как и тонкий детский голосок, а рядом послышался более грубый, старческий: — Больше не ходи сама. Заблудишься. Что тогда будет? — Меня найдут! — проговорила Роза. Отпрянув от мужа, я быстро натянула свитер, прикрываясь. Люцифер удивлённо посмотрел на меня. — Вики? — Ну пожалуйста, не говори им, — вновь проговорила дочка. На этот раз Люцифер тоже услышал ее слова. На лице появилось возмущение. Поднявшись, поправила юбку, волосы, постаралась привести лицо в порядок, чтоб не было видно, что сейчас было. Отвернулась и подошла к ёлку, продолжая наряжать. Почувствовала сильный поток энергии Сатаны, который вошёл в комнату, а рядом с ним маленькую, ещё не сильную энергию дочери. Посмотрев через плечо, я видела, что Люцифер поднялся, посмотрел на Сатану, потом на Розу. — Что не говорить, солнце? — его голос звучал с теплотой, отцовской любовью к нашей маленькой девочки. Похожа была на него, кроме глаз, они приобрели мой, голубой оттенок. Как я и хотела, чтобы ребенок был похож на него, так и получилось, отчасти. — Ничего, — резко проговорила Роза, пряча в руке что-то за свою спину. Конечно, я даже сама, физически почувствовала, как Люций напрягся, ибо боялся за нашу дочь. Много было недоброжелателей, которые время от времени хотели навредить нам: сначала мне, потом Розе. И Люцифер просто не мог допустить, чтобы с дочкой что-то произошло. Я то смогу себя защитить хоть как-то, а она нет. Ей запрещено выходить из замка самой. — Розочка, скажи, что там? — все же планку доброты он держал умело, не грубил, а пытался разузнать все нормально. Взгляд на Сатану: тяжёлый, грубый, без теплоты. — Что она сделала? — Ничего дурного, — усмехнувшись, Сатана был не менее опасней по энергии. Замерев, я стала продолжать слушать их, как и смотреть. — Только впустила в дом своего друга, играла с ним в комнате. В руках у неё маленькая ящерица. Я нашел ее, когда она сопроводила его. — Ну и партизанка…. Вики, так ли у вас говорят? — обернувшись, Люций ухмыльнулся, заставил меня улыбнуться. — Конечно, дорогой. Кто этот демон? — спросив, я положила игрушки все в ящик, который стоял на полу. В последний раз посмотрела на себя, поправила складку на юбке и подошла к ним. Присела на корточки рядом с Люцифером, упёрлась пальцами об пол, чтобы не упасть. — Его зовут Дин. Мы познакомились ещё тогда, когда с тобой гуляли по аду, — мило улыбнувшись, дочка вытащила руку, показывая красную с жёлтыми на концах ногах цветом, как носочки, а так же несколько точек на голове, словно золото ящерицу. — Это он мне подарил. Я ему помогла. — И чем же? — любопытно спросил муж, поднес палец и стал поглаживать маленького зверька с ростом в ладонь Розы. Ящерица издала что-то в роде урчания, а потом и вовсе расслабилась в руках дочери. — Ну…. Я помогла найти ему одно украшение, которое он потерял. Тогда, в саду. Помнишь мамочка, ты ещё меня искала? Вот тогда. — Роза и сама стала гладить ящерицу. — Да, помню, — задумчиво произнесла, вспоминая это. Такой момент и в правду был. Тогда я думала, что потеряла Розу, так как отвлеклась на парочку минут. Но потом быстро её нашла возле небольшого озера с маленьким, таким же как она мальчиком. До сих пор помню его зелёные глаза, которые с детским интересом наблюдали за мной, а так же волосы, которые напоминали на колоски пшеницы. — Какая же ты у нас добрая, — подал голос Сатана, привлекая внимание дочки к себе. — Даже не верится, почему? — его тяжёлая рука коснулась черной макушки, поглаживая по волосам цвета смолы. Я заметила, как Люцифер напрягся всем телом, а на руках от сильного сжатия появились вены. Сжал челюсть, от чего лицо стало грубее. Люцифер когда-то рассказывал, как его гладил Сатана: грубо, без проявления чувств и просто, лишь бы он отстал. Кажется, что Люций ждёт такого для Розы, но почему-то Сатана был мягче. Я до сих пор помню его грубые слова в мою сторону, что мне здесь не место, и чтобы я не рожала дочку, а так же те воспоминания, когда нас засадили в тюрьму. До сих пор при каждом флешбеке ломит тело. А то, как я была на краю лавы, видя лица умерших, как они мучались, горя там. Сатана, возможно, претворяется или и в правду не хочет делать больно Розе, но почему-то с собственным ребенком он вел себя отвратительно. Его слова о том, в кого же Роза такая, были адресованы мне, так как я Непризнанная в прошлом, а не рождённая демонесса. — Просто, она добрая у нас, — нежная улыбка коснулась моих губ, была направлена на дочку. Большие часы стоящие в гостиной загудели, и из них издался звон. Это означало, что уже девять часов, а значит, что Розе пора в кровать. — Ну вот милая, а теперь спать, — так же нежно улыбнулась, поднялась и поцеловала дочку в щёчку. — А то Санта ничего тебе не принесёт, — продолжила, тоже погладила её по голове, когда Сатана убрал руку. — Этим человеческим традициям явно здесь не место, — недовольно проговорил бывший Дьявол, отстранился от нас, присел на диван, наблюдая за ёлкой, провел рукой по шелковой красной ткани на спинке, которая служила пледом. Мягкая, что хотелось утонуть в ней. Ею я укрывала Розу, когда та засыпала на диване или полу, на ковре, так и оставила её здесь, чтоб был элементом декора. — Дедушка, если поменять «н» и «т» местами, добавить ещё одну «а», то получается не «Санта», а «Сатана», — посмеялась Роза, прижимая к груди зверюшку. Люцифер тоже посмеялся, не смог сдержать смех. Розочка посмотрела своими большими голубыми глазами на Сатану, который недовольно смотрел на нее, но явно же не смог злится на такое прекрасное дитя, улыбнулся, но не посмеялся. Я тоже залилась смехом, ибо даже не ожидала такого. — То правда. Жаль, что белой бороды нет, был бы вылитый Санта Клаус, — не сдержавшись, прокомментировал муж, уловив тяжёлый взгляд Сатаны. — И в правду, хорошо, что нету, — недовольно прокомментировал тесть, отвернулся от нас, смотря на ёлку дальше. — Пошли, — прекратив смеяться, взяла дочку за руку и повела на второй этаж, а там и выше к её комнате. Путь был не такими и долгим, но за это время я успела услышать от неё, какой же Дин потрясающий друг, что подарил ей ящерицу. Прозвала она его Снежок, так как именно в зимнее время ей подарили его. Конечно я знала, что она хотела ящерицу на новый год, даже неоднократно говорила Люциферу, но он упёрся, сказав, что животное не сможет выжить в наших условиях: Роза хотела именно земную, дикую ящерицу, а ей подарили адскую копию. Но тем не менее, она была рада. Придя в комнату, первым делом отправила дочь в ванную, искупав в пене по самый потолок, где она просто веселилась и смеялась, чуть не надорвала живот, а деле пришло время и ложиться. Всю любовь к земному переделать через меня, ибо я рассказывала ей много сказок, как и новогоднее. Конечно, Роза верит в Санту, и уже как семь лет получает от него подарки даже не зная, что им является Люцифер. Один раз, муж переоделся в новогодний костюм, когда Розе было три года, одел соответственно бороду, ходил себе, напыщенный как индюк, весь такой «а-ля я Санта, любите и жалуйте, а лучше Вики в постель», и в том то и дело, что из детского праздника он сделал не пойми что. Я думала, что весящая голова дракона полетит ему в голову за подкати, намеки и тому прочее. Но было весело, даже очень. Такой новый год запомнился нам надолго. Даже Сатана подобрел тогда, что было удивительно. Но самым смешным было то, что Розочка узнала, что это Люций, она даже сказала, чтоб он не претворялся, не заменял ей Санту, ведь понимает, что у того дел много. Тогда смеялись все, что я боялась, упадут стены дома. В этом году Люций не стал клоуном для Розы, а хотя я хотела, чтобы поиздеваться над ним. Все пройдет в более спокойной обстановке. Уложив дочку, я вновь зачитала ей очередную новогоднюю сказку, которую когда-то читала мне мама, немного погрустила, что за все эти года, когда у меня появилась Роза, она пришла лишь один раз, и то, была недовольной. Но я была счастлива, что у меня такая потрясающая дочка, и такой чёртов муж, который всегда просится на удар с моей стороны. Аж жаль его, что так искренне хочет. Хотя, он даже не делает для этого слишком много. Заметив, что дочь стала засыпать, я умилялась её видом. Царство Морфея уносило её в свои мягкие облака, показывая разные моменты из сказки. Я уверена в этом. Услышав сзади себя тихие, осторожные шаги, посмотрела через плечо, увидела Люцифера. Подойдя ближе, руки демона оковами легли на мою талию, прижимая к себе, целую в открытое плечо. Улыбнувшись, я тихо спросила: — Что тебе нужно, уходи, — но при свои слова, я поглаживала его руку своими пальчиками. Губы демона переместились выше, уже атаковали шею, оставляя лёгкие укусы. — Люци, я серьезно, — уже более возмущённо проговорила, но все же, растекалась в его руках от ощущений, которые будоражили во мне. Приятная дрожь, слабость и горящие ощущение в груди — все было приятным и родным. — Игнорируешь меня уже две недели. Обиделась? — хриплым голосом, опалив своим горячим дыханием кожу, проговорил демон. Ноги немного подкосились, но я успела удержать себя, чтобы не показать ему этого. — Иди ты, — недовольно бросила, а вскоре добавила: — Роза спит. Только попробуй разбудить. Книгой по голове поглажу, — посмотрела на дочь, которая мило спала с ящерицей. Люцифер, казалось, даже не реагировал на мои возмущение, а просто забрал книгу, кладя на столик рядом с кроватью. При мои возмущения и колкие слова, по типу: «я тебе крылья вырву» или «не делай так, мало не покажется», он развернул меня к себе, заткнув настойчивым поцелуем. Внутри все задрожало, а голова стала большой. Тело предало меня, прижимаясь к нему, пока разум говорил «отомсти», но ещё сильнее впилась в его губы, поднимаясь на седьмое небо от ощущений. Эмоции, как в барабане стальной машинке стали бушевать во мне, так же крутится, а некоторые из них встали на первый план. Схватил меня за бедра, поднял, понес куда-то прочь из комнаты, не прекращая целовать. Я пыталась сама насытится ним, прижималась к нему настолько, насколько было возможно. Люций тихо посмеялся в мои губы, выдал: — Все же обиделась, но сама же хочешь. Наказание для нас двоих было, — но тут же впился в шею, исследуя каждый миллиметр, но больше внимания уделял пульсирующей жилке, а затем и кусал. Прикрыв глаза от удовольствия, я осознано понимала, что он идёт к лестнице. Сжав пальцы на затылке, я прошептала: — (шёпотом) Упустишь меня, я тебя убью… Люцифер сильнее прижал к себе, аккуратно спускаясь, но мне казалось, что рано или поздно, через две ступеньки, мы вместе полетим вниз. Я злилась на него из-за того, что этот демон назвал меня непутёвой матерью, из-за того, что я просто не уследила и Роза поранилась из-за долбаной гончей. Хотя вина его, он их выпустил. Спустились мы без приключений, но за это время я успела потерять голову от губ мужа, и с каждым разом, я ощущала, что сейчас распадусь на маленькие атомы. Почувствовала, как Люций сел, приоткрыла глаза, увидев, что находимся в гостиной, где никого не было. Люцифер сразу же, бесцеремонно, снял с меня свитер, откинув его. Глаза вновь загорелись, в них уже читалась животная страсть, кружащая вокруг нас. Ненастно впился в одну грудь губами, сразу стал поглощать выпирающий комок нервов, а со второй стал играть пальцами. Из губ сорвался нервный вздох, заставив возбудиться сильнее. Пальцами впилась в его плечи, притягивая к себе. Хотела, чтобы он продолжал, а не отпускал. И в правду, это было наказание для обоих. Сейчас я горела от его действий, хотя больше, хотела именно его. Пальцами зарылась в темные пряди, заставила запрокинуть голову. Алые глаза горели похотью, любовью и страстью. Ненастно блуждали по моему лицу. Мои руки дрожали, когда я поднесла к черным пуговицам мужа, стала расстёгивать их. Люцифер смотрел на это, ладонями прошёлся по бёдрам, залезая вовнутрь красной ткани. Пальцами обхватил боковую ткань трусиков, стал стягивать их вниз. Немного приподнялась, расставила ноги, упёрлась коленями об мягкую поверхность дивана, ощущая трепет от действий демона. Ухмылка поползла вверх, вгоняя в краску. Последняя пуговица — трусики были на середине бедер, ибо мешало само тело Люция. Я поднялась, стала на диван. Люцифер продолжил снимать промокшую ткань, которую уже пора давно выбросить. Все его действия возбуждали ещё сильнее. Проводил прекрасными пальцами по коже. Сначала пришлось приподнять одну ногу, затем вторую, когда трусики уже сползли вниз и были благополучно куда-то выкинуты. Его огонь в глазах превратился в настоящее пламя, которое блуждали внутри меня. Руки демона касались меня и дальше, и от этого я задыхалась. Кожа горела в разных областях, обжигая приятно. Люций стал снимать ремень, демонстративно ухмыльнулся. Далее под изящными пальцами появилась пуговица, а потом и молния. Все снял, стал спускать вниз. Его плоть сразу вывалилась, показывая готовность к процессу. Я смотрела, улыбнулась ему, а в глазах демона вспыхнул пожар. Завела руки за спину, взялась за змейку и стала стягивать вниз, освобождаясь от юбки. Дышать стало сложнее, муж пожирал меня взглядом. Люций схватил меня за бедра, спуская на себя. Руками упёрлась о его плечи, помедлила, чувствуя невыносимое пламя в груди, стала спускаться вниз. Головка упёрлась в промежность, задевая изнывающий клитор, проводя по нему. На лице появились первые эмоции наслаждения, хотелось упереться головой об его плечо, продолжая тереться. Люций и сам протянул воздух сквозь сомкнуты губы, надвил. Некое шуршание, и я ощущала, как член демона точь-в-точь упёрся во вход. Надавил сильнее, на что я присела, заполняя себя ним. Из губ сорвался приглушенный стон, и я падаю лбом на его крепкое плечо, прошлась губами по нежной коже. Люцифер стал двигаться, двигать меня, сжимая крепко пальцы. Каждый толчок уносил меня куда-то вдаль, где мое тело превратилось в один из атомов, распадаясь на маленькие крупицы, потом собираясь, и так по несколько раз в минуту. Сладкая жажда поглощала меня с головой, голова шла кругом, запах родного демона сводил с ума. Я прижалась сильнее обнаженной грудью, желая стать его частью. Люцифер, словно желал этого больше, чем что на этом свете, стал активно подталкивать бедра, входя глубже, задевая новые точки, распространяя дрожь по телу. Ноги подкосились, но я балансировала между нахлынувшим оргазмом и реальностью. Хриплые вздохи демона — услада для меня. Я хотела, чтобы он постоянно так делал, но сейчас была одарена самым прекрасным, что было. Дыхание на шее, укусы, его руки. Он властвовал над мной, был тем, кто первый смог добиться этого. Шептал на ушко разные пошлые слова, говоря, какая же я развратная в его руках, какая же до дрожи сексуальная, шлёпнул по ягодицам, замедлился. Я заскулила, перенесла губы на его, стала страстно целовать, а потом и сама укусила в знак протеста. Ещё один шлепок, его гортанный рык и Дьявол резко поднялся вместе со мной. Губами, неотрывно, владея мной во всех смыслах этого слова, понес куда-то. Упала я на что-то мягкое, и тут же была прижата огненным телом мужа. Запах ёлки кружил рядом. Я сначала удивлённо посмотрела на него, а потом не в силах, застонала. Люций стал вновь испытывать меня на прочность, зная, что я уже не будут в силах ему противостоять. Обрушился с терзающими губами на мою грудь, шею, губы. Творил то, что ему хотелось. Одним рывком вошёл в меня во всю длину — новая пробивающая волна внутри меня разрушила все. Застонав, я потеряла голову, координацию, прижимая дьявольское тело к себе. Люцифер, казалось, ликовал. Ему это нравилось. Все нравилось. Движения стали ненастными, словно ему было меня мало, руки сжимали каждую часть тела, а глаза горели, в них был целый океан желания. Запрокину голову, я была не в силах сдерживать себя: все рвалось на волю… — Ах-ах-ах…. — очередной, грубый, до дрожи толчок, которым он заполнил меня, вызвал громкий стон. Пальцы сжались в его ладони, которую он схватил в потоке незаметных минут. — Тише… будь тише… — хрипло умолял меня, зная, что кто-то может проснуться. Упёрся мокрым лбом об мой, резко целуя. Поглощая каждый мой вздох, стон, врезался в меня настолько, насколько было возможно. Меня с каждой секундой пронизывало возбуждения, а его мольба — ухудшая все. Люцифер запустил язык, борясь со мной, убивая и так уже погибшую пред ним. Вхождения стали резкими, завершающими для обоих. Мышцы сжались вокруг плоти, ноги подкосились и если бы не он, то сжались вместе. Полностью припал ко мне, целуя. Сердце ломило грудь, сильно стучало, голова гудела от всего. Это все так было приятно, сводило меня каждую секунду. Я ощущала приплыв яркого оргазма в себе, уже держала его в своих руках, но он растекался, как и я в руках демона. Новая волна подхватила со старой, усиливая ощущения. Губы Люцифера опустились на подбородок, а далее безвольно касались мокрой кожи. Все внутри напряглось, а перед глазами вспыхнуло, голова закружилась. Тело затряслось в руках мужа, а он прижимался ко мне сильнее, тоже заканчивая. Я ощущала, как член увеличился во мне, добавляя новых ощущений, сам демон тоже напрягся, каждой своей мышцей, а после и обмяк на мне. Ощущая приятную слабость, я поймала себя на мысли, что сейчас убью его за такое. Прижимая Люцифера к себе, я тяжело дышала, как и он. Слабая улыбка потянулась на губах, а его пульсирующий член во мне усиливал мои собственные пульсации. Было до безумия понятно лежать и чувствовать все это. — Значит… — бархат голоса расползся по телу, обволакивая каждую клеточку, затачивая в свой плен, а хриплость лишь усугубила все. Я была, словно, зависима ним: голосом, телом, самим демоном. Все в нем было мои. Моим родным. — Ты была такой злой из-за того, что я не трахал тебя все это время? Злилась из-за моих слов о непутёвой матери? — Не порть момент, — наблюдая, как его взгляд тут же припал на мое лицо, я вновь почувствовала, как щеки стали полыхать. — Я не считаю тебя непутёвой матерью. Это все эмоции…. — ухмылка, но такая ласковая застыла на губах. Люцифер поцеловал меня вновь, но на этот раз нежно, боясь сделать больно. Вышел с меня аккуратно, поглаживая по щеке. — Я поняла уже давно, как только вышла замуж. Может и раньше…. — пожала плечи, улыбнулась ему. Люцифер ответно улыбнулся мне, целуя в весок. — Если подарки для Розы испорчены, я испорчу тебе ещё две недели, а может и месяц… — Не посмеешь, — коварная ухмылка, его страстный взгляд, изогнутая бровь — все реально говорило об обратном. — Ты — мой новогодний подарок, который я ещё раз попробую завтра здесь. — Сегодня, — уточнила, когда посмотрела на часы. Уже были за двенадцать. — Какая разница? Ты — моя. Люцифер вновь впился в мои губы, жадно поглощал, не давал даже возможности отказаться. Я бы этого не сделала, никогда в жизни… Все же, мои удалось отстраниться, чтоб перевести дыхание, которое и так сбилось. — Твоя, твоя и только твоя. Никто не вытерпит меня, как ты. — Моя проблемная жёнушка, — рассмеялся он искренне, и мне даже не было обидно от этих слов. Теплота растеклась в груди, такая же родная, как и он. Я смеялась вместе в ним, пару раз ловила себя на мысли, что все равно прибью его, но лучше запру в комнате, привяжу к кровати и буду целую ночь изводить. Такое ему точно не понравится. — Нужно завтра попросить, чтобы слуги все убрали…. Нам тоже нужно идти к себе, вдруг кто-то увидит. — И в правду. Не хочу, чтобы кто-то смотрел на тебя, кроме меня, — уже собственнически проговорил Люцифер. Я ощутила, что его слова не просто так сказаны, он на самом деле не хочет, чтобы кто-то глядел на меня.

*****

Роза бегала рядом со мной, ставя бокалы на стол. Праздник начался из самого утра и маленькая бестия уже успела распаковать свои подарки. Люцифер никого не обделил, даже нашему коту откуда-то взял рожки, одел. Теперь он был нашим личным хранителем адского камина и кресла. Так же, теперь у котика был свой отдельный уголок в виде подушки. Роза получила желаемую книгу, которая несла в себе всю информацию о злых духов, так же истории магии. Для ящерицы Люцифер лично спустился на землю, взял аквариум, чтобы та не сбежала, поставил его в гостиной. Теперь Снежок смотрел на нас всех. Сатана же ничего не хотел, но Люций не принимал отказы, так что бутылочка шотландского виски была благополучно у бывшего Дьявола. Для меня Люцифер даже не старался, знал, что мне все нравится от него, подарил небольшую подвеску с голубым камнем, говоря, что он означал новое начало и чистоту моей порочной души. Розочка подарила Люциферу самодельное око Серафима. Сатана, не знаю, мне не известно. Но а я сделала ему подарок из всех, что у меня были в голове: Люцифер только недавно стал увлекаться искусством, вот поэтому две картины на скорую руку ему сделала: одна была изображена с адским пейзажем, с каждым его особенностью, а вторая — был лично изображен Люцифер в обнажённом виде, которую он спрятал в кабинете от лишних глаз. Конечно, он и спрашивать не будет, а возьмёт меня под ёлкой, как ещё один подарок, но я не буду против. Мама, как ни странно, приходила, подарила дочке обычную детскую куклу, посидела пару часов и ушла. От неё не шла материнская забота, любовь или простое любопытство. Но в её холодных глазах я разглядела сожаление. Только вот за что? Возможно, она понимает, что была слишком холодна ко мне. Мы всей нашей большой семьёй сели за стол. Люций бросал много многозначных взглядом, но так же с теплотой смотрел на меня и Розу. Я была по настоящему счастлива в этой семейной жизни, пусть и самого начала понимала, что будет, ох, как сложно. Но теперь все прекрасно. Я даже рада, что смогла обрести свой уголок в этом темном мире, где только я, Люцифер, и Роза.