Кататься можно и в грозу
17 февраля 2022 г., 01:15
Раннее звёздное небо было усыпано тысячью маленьких светящихся точек. Этери не спала. Не спал никто.
Девочкам сегодня нужно было на тренировку, но ни одна из них не думала об этом. Саша не спала всю ночь. Целую «ночную смену» она пролежала и думала о том как же теперь будут проходить их тренировки, их соревнования. Как вообще они будут без Этери Георгивны.
Этери по- прежнему сидела на вчерашнем месте, в руках был Ремарк «Триумфальная арка». За всю ночь она прочитала страницы две, больше не смогла, мысли об уходе уносили её все дальше.
05:00.
Девочки постепенно стали выбираться из своих комнат, кто то с нежеланием, кто то со страхом стал собираться на тренировку.
К 9:00 все были на месте. Все, кроме Этери. Лёд был «покрыт» трауром. Ни Даниил Маркович, ни Сергей Викторович не показывали эмоций. Каток никогда не был таким тихим. Девочек собрали вместе, поставили в ряд. По их опухшим лицам было видно, что ночь они провели в объятьях подушек и вовсе не во сне.
— да. Девочки, я думаю… Ну все вы видели сообщение Этери Георгиевны. И мы с Даней… Марковичем не знаем, что произошло. Поэтому живём пока в настоящем ритме, всю информацию об Этери Георгивне я буду вам говорить, ни слова не скрою. Обещаю.
Девочки самыми искринними глазами смотрели на своих тренеров. Они верили. Дудаков никогда не врал. А если он обещает, значит, пока он будет что-то рассказывать об Тутберидзе можно не беспокоиться.
— Вы не знаете, где она живёт? — тонкий, тихий голосок прозвучал издалека. Это была Аннушка.
— Понятия не имею — одновременно сказали Глейхенгауз и Дудаков и переглянулись между собой.
На этом и остановились. Девочки пошли раскаиваться, мальчики остались думать и рассуждать о том, что могло случиться и почему так вышло. Было принято решение позвонить Этери и спросить напрямую, чем так гадать, это же легче и объективно она должна по логике объяснить причину своего ухода.
Глейхенгауз позвонил Этери. Та взяла трубку только спустя секунд 40.
— Блин, Этери, что с тобой и почему, и где ты?
— Дань, все хорошо. Пока
— Э, эээ.
Этери отключилась.
— Ёлки палки… — Даня поднял глаза на Дудакова
Этери сама уже пила кофе. Как то без работы очень скучно, очень. И поговорить не с кем, абсолютно. Диана с Глебом на соревнованиях, вот И осталась она и Мишель.
Вечером Дане пришлось писать Диане, чтобы узнать адрес Тутберидзе. Не останется же он просто так, при таких обстоятельствах, не зная, что с ней. После самой поздней тренировки он поехал к ней. Подошёл к квартире и позвонил.
Этери немного замявшись встала, подошла к двери и открыла её. Испуганным взглядом встретила Даню.
— Привет, Этери
— угу
Даня недолго думая разулся, снял куртку и взяв Этери под руку усадил на диван и сел на корточки рядом. Он заглянул в её карие глаза.
— Этери, что случилось?
— Всмысле, я не знаю, что у вас там, но у меня все хорошо. Как девочки? Как Ками с Аней и Сашей?
— Плохо. Все девочки пришли в слезах сегодня. С опухшими глазами.
Нет, Этери, конечно, было приятно, что её так ценят и все дела, но она чувствовала вину перед ученицами, что они вынуждены из-за её проблем портить себе нервы. Она внимательно слушала, что ещё интересного расскажет Глейх.
— Какая причина твоя?
Этери не могла врать, он так искренне спрашивал
— Что ты молчишь, Этери?! Что случилось
Потряс ее за колени
Глаза у Этери заслезились и она вот вот должна была заплакать. Даня сразу испугался. Вдруг это он сделал ей больно ещё ещё что-то? Слишком громко сказал, слишком сильно сжал колено. Он впервые видел уже покатившуюся слезу. Трудно было услышать диагноз Этери, а после этого ещё и её вздох, он встал, наклонился к ней и прижал её голову к груди, гладил по кудряшкам
— Тихо, девочка моя, все хорошо. Надо просто пережить. Переживём вместе.
